СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-42/2023(10)-АК

Дело № А60-58135/2022

16 октября 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 октября 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего   Чепурченко О.Н.,

судей                                 Чухманцева М.А., Шаркевич М.С.,       

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Саранцевой Т.С.,

при участии в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы Картотека арбитражных дел:

ФИО1, паспорт; его представителя – ФИО2, доверенность от 27.04.2023, паспорт;

конкурсного управляющего ФИО3, паспорт;

от ФИО4:  ФИО5, удостоверение, доверенность от 22.07.2024,

от ООО «Энергобетон»: ФИО6, паспорт, доверенность от 01.10.2025;

от ООО «Титан»: ФИО7, паспорт, доверенность от 06.10.2025;

от ФИО8: ФИО7, паспорт, доверенность от 13.01.2025,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 09 апреля 2025 года об отказе в удовлетворении заявлений:

- конкурсного управляющего ФИО3 о солидарном привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Монолит» ФИО4, ФИО1, ФИО8, ООО «Титан»;

- конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании убытков со ФИО1 в размере 10 158 440 руб.;

- ООО «Пачелмский завод железобетонных изделий» о признании недействительным договоров аренды,

вынесенное в рамках дела № А60-58135/2022 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Монолит» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.10.2022 принято к производству заявление ИП ФИО4 о признании ООО «Монолит» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 16.12.2022 заявление ИП ФИО4 признано обоснованным, в отношении ООО «Монолит» введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО3, член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Решением арбитражного суда от 05.05.2023 ООО «Монолит» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства; исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО3

Объявление о банкротстве опубликовано в газете «Коммерсантъ» №6030418116 стр. 109 № 71(7516) от 22.04.2023.

15 июня 2023 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании со ФИО1, как единственного участника и директора должника с 11.06.2015, в пользу ООО «Монолит» убытков в сумме 10 158 440 руб., возникших в результате реализации схемы по выводу денежных средств в пользу третьего лица – ФИО4, в связи с исполнением договоров аренды № 5/09 от 01.09.2015 и № 2 от 13.02.2019, заключенных обществом «Монолит» с ФИО4 (арендодатель).

24 августа 2023 года в арбитражный суд поступило заявление кредитора – ООО «Пачелмский ЗЖБИ», о признании недействительным договоров аренды:

- № 5/09 от 01.09.2015 с дополнительным соглашением № 1 от 30.12.2016, применении последствия недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО4 в конкурсную массу ООО «Монолит» денежных средств, оплаченных по договору аренды в качестве арендной платы в сумме 8 508 440 руб.;

- № 2 от 13.02.2019, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО4 в конкурсную массу ООО «Монолит» денежных средств, оплаченных по договору аренды в качестве арендной платы в сумме 1 650 000 руб.

20 декабря 2023 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Монолит» ФИО4, ФИО1, ФИО8, ООО «Титан».

Определением от 11.02.2025 суд объединил в одно производство для совместного рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении лиц к субсидиарной ответственности и о взыскании убытков со ФИО1 в размере 10 158 440 руб., а также заявление ООО «Пачелмский завод железобетонных изделий» о признании недействительным договора аренды № 5/09 от 01.09.2015 и № 2 от 13.02.2019. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09 апреля 2025 года суд в удовлетворении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, о взыскании убытков и признании сделок недействительными отказал.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в части отказа в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий указывает на то, что в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал, что ФИО4 подлежит привлечению к ответственности на основании п.п. 1, 2 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с  причинением существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица сделок должника, включая сделки, указанные в ст.ст. 61.2, 61.3 названного Закона; ФИО1 – на основании п.п. 1, 2 ст. 61.11 названного Закона в связи с непередачей документации и имущества должника и переводом бизнеса в ООО «Титан», а также на основании п. 1 ст. 61.12 Закона за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом); ФИО8 и ООО «Титан» – на основании п. 1 ст. 61.11 Закона в связи с переводом бизнеса должника на ООО «Титан». По мнению управляющего судом не учтено, что в настоящее время в рамках дела о банкротстве ФИО4 (№ А60-49300/2021) рассматривается обособленный спор по заявлению ООО «Монолит» о включении в реестр требований кредиторов, в качестве доводов указано на то, что направленные в адрес ФИО4 «платежи» под видом исполнении «договоров аренды» являются для общества «Монолит» убытками; при этом отмечает, что заявленная «арендная плата» превышает в несколько раз рыночный размер; ООО «Монолит» перечислило в адрес ФИО4 за период с 2015 по 2019 год по фиктивным договорам аренды в общем размере 10 158 440 руб. на основании изложенного апеллянт полагает, что ФИО1, как единственным участником должника и его исполнительным органом, была реализована схема по выводу денежных средств в пользу третьего лица. Также апеллянт отмечает, что в рамках настоящего дела о банкротстве определением от 14.03.2024 судом на ФИО1 возложена обязанность по передаче документации и имущества должника, которое исполнено не было; отсутствие первичной документации препятствует идентификации активов находящихся на балансе ООО «Монолит», что в свою очередь не позволяет включить указанное имущество в конкурсную массу должника для его последующей реализации, что затрудняет проведение процедуры банкротства ООО «Монолит»; отказывая в привлечении ФИО1 по данному основанию, суд исходил из пояснений ФИО1 о том, что указанное имущество и документация не может быть передана в связи с утратой, однако, кроме устных пояснений ФИО1 каких-либо объективных доказательств утраты имущества и документации должника представлено не было. Кроме того, учитывая, что на дату возврата ФИО4 займа 21.03.2018 ООО «Монолит» не смогло исполнить в полном объеме взятые на себя обязательства, можно сделать вывод о том, что ООО «Монолит» находилось в состоянии имущественного кризиса уже с 21.03.2018 в связи с неисполнением своих обязательств, что также подтверждается самим ФИО1, а именно из второго требования ФИО1 следует, что 15.09.2021 ООО «Монолит» обратилось к ФИО1 (поручитель) с письмом о погашении задолженности по дополнительному соглашению № 038M3V от 16.10.2020 заключенному между ООО «Монолит» и АО «Альфа-Банк» о предоставлении займа в размере 3 000 000 руб.; таким образом, ООО «Монолит» как минимум с 21.03.2018 уже находилось в условиях имущественного кризиса. Более того, управляющий указывает на то, что из установленных по делу обстоятельств, суд правомерно признал, что фактически общество «Титан» было создано с целью последующего перевода бизнеса должника, а выкуп задолженности у обществ «Сталепромышленная компания» и «Металлинвест Нижний Тагил» был направлен на сохранение сотрудничества с указанными организациями в интересах участников и руководителей обществ «Монолит» и «Титан», а также установление судом фактической аффилированности между должником и ООО «Титан»; в качестве доказательств реального перевода бизнеса должника в ООО «Титан» конкурсным управляющим были проанализированы сведения из книги покупок и продаж с 2019 года по 2021 год (с указанием общих объемов закупленной и отчужденной продукции), из которых установлено совпадение ключевых поставщиков ООО «Монолит» и ООО «Титан»: ИП ФИО9, ООО «Строитель», ООО «Запсибцемент», ООО «Пачелмский ЗЖБИ», ООО «Мечел-Сервис», ООО «Иркус», ООО «Вираж», ООО «Антарес С», ООО «Стоун XXI», ООО «Галактика», при этом, из анализа книги покупок следует, что во втором полугодии 2021 года ООО «Монолит» прекращает закупки у вышеуказанных контрагентов, а ООО «Титан», наоборот, начинает закупки у данных контрагентов в том же самом квартале 2021 года, сохраняя тот же самый объем закупок, который существовал у ООО «Монолит»; как поясняет управляющий из-за большой трудоемкости обработки книг покупок, полученных в бумажном виде, конкурсный управляющий не мог подсчитать точные объемы закупок в суммарном выражении у ООО «Вираж», ООО «Антарес С», ООО «Стоун XXI», ООО «Галактика», которые также систематически передавали товары для нужд как должника, так и ООО «Титан», однако, в прилагаемой таблице указаны даты последних операций покупок у них должником и первых закупок со стороны ООО «Титан», это, по мнению апеллянта, подтверждает преемственность отношений – вскоре после прекращения поставок в адрес ООО «Монолит» эти контрагенты начинали поставки в адрес ООО «Титан». Более того, по результатам анализа книг продаж ООО «Монолит» и ООО «Титан», управляющим установлено совпадение также и ключевых покупателей ООО «Монолит» и ООО «Титан» - ООО «Пачелмский ЗЖБИ», ООО «ПО «Гарантия», ООО «СК-Митра», ООО «Милеком», ООО «Специализированный застройщик «Бастион», ООО «Иркус», в частности из анализа книги продаж следует, что во втором полугодии 2021 года ООО «Монолит» прекращает поставки вышеуказанным контрагентам, а ООО «Титан», наоборот, начинает продажи данным контрагентам в том же самом квартале 2021 года, сохраняя тот же самый объем продаж, который существовал у ООО «Монолит». Таким образом, управляющий полагает, что в данном случае установлена полная преемственность отношений как поставщиков, так и покупателей ООО «Монолит» с обществом «Титан»; по мнению апеллянта, из указанных обстоятельств с учетом уже состоявшихся судебных актов в рамках настоящего дела о банкротстве следует, что ООО «Монолит» фактически перестало осуществлять свою хозяйственную деятельность во втором полугодии 2021 года, что соответствует созданию ООО «Титан» с целью перевода бизнеса ООО «Монолит»; в указанной связи возникновением причин неплатежеспособности ООО «Монолит» явился перевод бизнеса в ООО «Титан» и прекращение ведения хозяйственной деятельности во втором полугодии 2021 года; в указанной связи ФИО1, ООО «Титан» и ФИО8, как единственный участник и руководитель последнего, подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Монолит» за организацию схемы перевода бизнеса и создания «центра убытков» и «центра прибыли».

ФИО4 в представленном отзыве просит определение изменить, удовлетворив заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам должника ФИО1, ФИО8, ООО «Титан».

ФИО1 в письменном отзыве против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

ООО «Энергобетон» в лице конкурсного управляющего ФИО10 поддерживает позицию конкурсного управляющего ООО «Монолит» о необходимости привлечения к субсидиарной ответственности в полном объеме. При этом отмечает, что суд первой инстанции не дал надлежащей оценки доводам конкурсного управляющего о переводе бизнеса, не принял во внимание, что ранее суд рассматривал ситуацию с переводом бизнеса в споре о включении в реестр требований кредиторов требования ООО «Титан», установив факт аффилированности данных обществ и перевода бизнеса на ООО «Титан», не указав при этом данные выводы в настоящем споре; по мнению ООО «Энергобетон» системные действия по переводу бизнеса с ООО «Монолит» на ООО «Титан» и затем с ООО «Титан» на ООО «Корпорация Титан» свидетельствуют о правомерности доводов конкурсного управляющего, изложенных в апелляционной жалобе.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

В судебном заседании приняли участие конкурсный управляющий ФИО3 и представитель ФИО4

Принимая во внимание существо рассматриваемого спора, данные участниками процесса ответы на поставленные судом вопросы, необходимость установления дополнительных обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения настоящего спора, суд апелляционной инстанции определением от 15.09.2025 (вынесено в составе судей Чепурченко О.Н., Плаховой Т.Ю., Шаркевич М.С.) отложил судебное разбирательство на 06.10.2025 для предоставления конкурсным управляющим ФИО3 дополнительных документов – последнюю бухгалтерскую отчетность ООО «Монолит», расшифровку активов ООО «Монолит», выписки о движении денежных средств по расчетным счетам ООО «Монолит», анализ движения денежных средств по расчетным счетам ООО «Монолит» на предмет недобросовестного расходования денежных средств, итоговую позицию о переводе бизнеса, учитывая позиции иных участников спора.

Определением от 30.09.2025 на основании ст. 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) произведена замена судьи Плаховой Т.Ю. на судью Чухманцева М.А. После замены судьи рассмотрение спора начато сначала в составе председательствующего Чепурченко О.Н., судей Чухманцева М.А., Шаркевич М.С.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего ФИО3 потупили письменные пояснения по существу спора с ходатайством о приобщении к материалам дела налоговой отчетности ООО «Монолит» за 2022 год и выписок о движении денежных средств по расчетным счетам должника.

В судебном заседании приняли участие ФИО1 и его представитель, конкурсный управляющий ФИО3, представитель ФИО4 

В отсутствие возражений относительно заявленного конкурсным управляющим ходатайства о приобщении к материалам дела доказательств, налоговая отчетность ООО «Монолит» за 2022 год и выписки о движении денежных средств по расчетным счетам должника приобщены к материалам дела.

В порядке ст. 163 АПК РФ в заседании суда был объявлен перерыв до 08.10.2025 до 16 час. 00 мин.

К судебному заседанию ФИО1 представлены письменные пояснения с ходатайством о приобщении к материалам дела отчета № 090/22 от 06.11.2022 об оценке рыночной стоимости права пользования/владения объектами недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

...>, и судебной практики. 

ООО «Титан» и ФИО8 представлен совместный отзыв на апелляционную жалобу конкурсного управляющего с приложением распечатки информации о возбужденных в отношении должника исполнительных производствах, в котором просили оставить определение в обжалуемой части без изменения.

ФИО4 представлены дополнения к отзыву на апелляционную жалобу с указанием на то, что доводы жалобы о якобы причиненных ФИО1 и ФИО4 должнику убытках исполнением со стороны ООО «Монолит» договоров аренды производственно-складского помещения по адресу: 

<

...>, опровергаются как преюдициальными выводами судов по делу № А60-49300/2021, так и наличием ставок аренды для арендаторов аналогичных помещений в этом же производственном комплексе.

После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда, секретаря судебного заседания, при прежней явке, а также при участии представителей ООО «Энергобетон», ООО «Титан» и ФИО8

С учетом заявленных в судебном заседании конкурсным управляющим, представителями ООО «Титан», ФИО4 и ООО «Энергобетон» возражений в приобщении к материалам дела оценочного отчета № 090/22 от 06.11.2022 апелляционным судом отказано, о чем вынесено протокольное определение, поскольку оснований для приобщения новых доказательств на стадии суда апелляционной инстанции не установлено.

Иные документы, представленные участниками спора, приобщены к материалам дела.

В заседании суда конкурсный управляющий ФИО3 на доводах апелляционной жалобы настаивал, просил обжалуемое определение в части отказа в привлечении лиц к субсидиарной ответственности отменить, заявленные требования удовлетворить.

ФИО1 и его представитель против удовлетворения апелляционной жалобы возражали, ссылаясь на законность и обоснованность определения в обжалуемой части.

Представитель ООО «Титан» и ФИО8 против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по основаниям, изложенным в отзыве, просил определение в обжалуемой части оставить без изменения.

Представители ФИО4 и ООО «Энергобетон» доводы апелляционной жалобы поддерживали, просили определение в обжалуемой части отметить.   

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Поскольку возражений относительно проверки обжалуемого судебного акта лишь в части лицами, участвующими в деле не заявлено, законность и обоснованность определения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ только в обжалуемой части – привлечения лиц к субсидиарной ответственности.

Судом апелляционной инстанции установлено, что ООО «Монолит» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.06.2015 с присвоением ИНН 

<

***> и ОГРН 

<

***>.

Основными видами деятельности общества являлось – производство изделий из бетона для использования в строительстве.

Участниками общества «Монолит» являлись: 

с 26.06.2015 по 23.11.2018 – ФИО1 со 100% долей участия в уставном капитале (единственный участник);

с 23.11.2018 по 17.10.2019 – ФИО1 и  ФИО11 с 50% долями участия в уставном капитале;

с 17.10.2019 по настоящее время – ФИО1 со 100% долей участия в уставном капитале. 

ФИО1, начиная с 26.06.2015 по дату введения процедуры конкурсного производства, также являлся единоличным исполнительным органом (директором) ООО «Монолит». 

В связи с признанием заявления ИП ФИО4 обоснованным, определением от 16.12.2022 в отношении ООО «Монолит» введена процедура наблюдения; решением 05.05.2023 ООО «Монолит» признано несостоятельным (банкротом).

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий просил привлечь на основании ст.ст. 61.11, 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника следующих лиц:

- бывшего руководителя и единственного участника должника ФИО1 за неподачу заявления о признании общества «Монолит» банкротом (дата подачи заявления определена управляющим – 21.03.2018, что соответствует наступившему сроку возврата займа ФИО4), а также за не передачу имущества и документации должника конкурсному управляющему, что не позволило сформировать конкурсную массу для последующего удовлетворения требований кредиторов включенных в реестр;

- ФИО4, как выгодоприобретателя по фиктивным договорам аренды (убыточным сделкам), заключенным с ООО «Монолит», получившего в период с 2015 по 2019 годы денежные средства должника в размере 10 158 440 руб. и имеющего возможность оказывать влияние на осуществление хозяйственной деятельности общества «Монолит» в связи наличием родственной связи с бывшим участником ФИО11 (мать ФИО4); 

- ООО «Титан», ФИО8 за совершение согласованных со ФИО1 действий по переводу бизнеса ООО «Монолит» на общество «Титан». При этом, конкурсный управляющий указывал, что между ФИО8 и ФИО12 (сестра ФИО4 и дочь ФИО11) 08.01.2000 заключен брак; ФИО8 с момента создания ООО «Монолит» до 22.09.2021 являлся сотрудником должника, с 29.03.2019 по 31.12.2019 был допущен к управлению расчетным счетом ООО «Монолит», открытом в АО «Альфа-Банк» (№ 40702…6054). Общество «Титан» создано 18.08.2021, с момента его создания единственным участником и генеральным директором общества является ФИО8; определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.07.2023, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2023 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 22.11.2023 установлено, что фактически общество «Титан» было создано с целью последующего перевода бизнеса, а выкуп задолженности у обществ «Сталепромышленная компания» и «Металлинвест Нижний Тагил» был направлен на сохранение сотрудничества с указанными организациями в интересах участников и руководителей обществ «Монолит» и «Титан». 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции не усмотрел оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции усматривает наличие оснований для изменения обжалуемого определения в силу следующего.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст. 56 ГК РФ). 

Одним из оснований для привлечения ФИО1, как контролирующего лица, к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывают на неисполнение единственным участником и руководителем должника обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Монолит» несостоятельным (банкротом).

Пунктом 1 ст. 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) предусмотрена обязанность руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если: 

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

По смыслу п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Пунктом 2 названной статьи Закона размер ответственности равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 ст. 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Из приведенных выше норм следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременно следующих указанных в законе условий: возникновение одного из перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обстоятельств, влекущих обязанность руководителя должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, и установление даты возникновения этого обстоятельства; неподача руководителем должника в арбитражный суд заявления должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение у должника обязательств после истечения срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 указанного федерального закона.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Указанные нормы касаются недобросовестных действий руководителя и иных контролирующих лиц должника, которые, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение ответственных лиц влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты.

По смыслу п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве, и разъяснений, данных в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (Постановление № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, иное контролирующее лицо в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом п. 1 ст. 9 Закона, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

При этом, обращаясь с требованием о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий должен доказать как момент возникновения обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), так и размер обязательств, возникших после истечения определенного заявителем срока, а также недостаточность конкурсной массы для удовлетворения всех требований кредиторов.

Как следует из заявления, конкурсный управляющий связывает дату объективного банкротства ООО «Монолит» с невозможностью исполнения должником обязательств по возврату ФИО4 займа возникших 21.03.2018.

Судом апелляционной инстанции установлено, что неисполнение должником указанных заемных обязательств явилось основанием для принятия Арбитражным судом Свердловской области решения от 16.12.2021 по делу №А60-36828/2021 о взыскании с должника в пользу ИП ФИО4 задолженности по договору займа, признанного судами апелляционной и кассационной инстанций законным и обоснованным (постановления от 25.04.2022, 22.07.2022 соответственно), неисполнение которого явилось основанием для обращения последнего 24.10.2022 в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «Монолит».  

Между тем, для привлечения к субсидиарной ответственности по указанному основанию, также необходимо наличие у должника помимо просроченной задолженности признаков объективного банкротства. При этом под объективным банкротством понимается критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801).

Вопреки позиции заявителя, само по себе наличие кредиторской задолженности не свидетельствует об объективном банкротстве, в связи с чем, не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Наличие кредиторской задолженности не является безусловным основанием полагать, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, поскольку структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Также из материалов дела следует, что до 4 квартала 2021 года ООО «Монолит» стабильно осуществляло хозяйственную деятельность.

Так, поступления на расчетный счет должника № 40702…6054 за 2020 год составили 198,5 млн. руб., то есть примерно по 50 млн. руб. в квартал. 

Поступления на расчетный счет в 1 квартале 2021 года составили 41,5 млн. руб.; во 2 квартале 2021 года – 53,2 млн. руб.; в 3 квартале – 65 млн. руб.; поступления за 4 квартал 2021 года сократились до 5,2 млн. руб. 

За 2022 год на счет должника поступило только 120,9 тыс. руб. 

Анализируя причины банкротства ООО «Монолит», конкурсный управляющий пришел к выводам что ООО «Монолит» фактически перестало осуществлять свою хозяйственную деятельность в конце 2021 года, то есть после вынесения решения в рамках дела № А60-36828/2021 о взыскании задолженности в пользу ИП ФИО4

Из сведений, содержащихся в Картотеке арбитражных дел, усматривается, что неисполнение должником обязательств перед кредиторами, включенными в реестр, началось во второй половине 2021 года. 

В частности, в реестр требований кредиторов включены следующие обязательства на общую сумму 14 829 149,53 руб.:

- ФИО13 (2-я очередь реестра требований кредиторов/задолженность по заработной плате; апелляционное определение Забайкальского краевого суда по делу № 33-2765/2021 от 07.10.2021); дата возникновения обязательств 07.10.2021;

- ФИО4 (3-я очередь реестра требований кредиторов/по договорам займа; решение Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-36828/21 от 16.12.2021); дата возникновения обязательств 2019-2020 годы;

- ИФНС России по Кировскому району г. Екатеринбурга (3-я очередь реестра требований кредиторов); дата возникновения обязательств 31.12.2021; 

- ООО «Коллекторское агентство Спецдобавки» (правопреемник ООО «Пачелмский завод железобетонных изделий») (3-я очередь реестра требований кредиторов); дата возникновения обязательств 29.06.2021;

- ПАО «Ростелеком» (3-я очередь реестра требований кредиторов), дата возникновения обязательств 30.09.2021;

- АО «Сталепромышленная компания» (3-я очередь реестра требований кредиторов); дата возникновения обязательств 29.09.2021.

Из представленного конкурсным управляющим бухгалтерского баланса усматривается, что по итогам 2021 и 2022 года активы и пассивы должника имели аналогичные значения и составляли 55 162 тыс. руб., 38 481 тыс. руб. соответственно.

Согласно пояснениям данным ФИО1, в конце 2020 года ООО «Монолит» было подписано соглашение с ООО «Пачелмский ЗЖБИ», в рамках которого общество «Монолит» выступал генеральным подрядчиком по производству Свай СВ и т.п.; ООО «Пачелмский ЗЖБИ» предоставляло ООО «Монолит» объемы работ, материалы (частично) для производства изделий под госконктракты, заключенные ООО «Пачелмский ЗЖБИ», а ООО «Монолит» занималось производством изделий для ООО «Пачелмский ЗЖБИ» - основного покупателя продукции. В связи со снижением в середине 2021 года ООО «Пачелмский ЗЖБИ» объема заказов, ФИО1 пытался восстановить сеть розничных продаж ООО «Монолит», но в связи с закредитованностью бизнеса и ростом кредиторской задолженности, это сделать полноценно не удалось. Поступающие в 2021 и 2022 годах денежные средства, в том числе в результате осуществления мероприятий по взысканию дебиторской задолженности в судебном порядке, направлялись на погашение кредитных обязательств и требований кредиторов в рамках исполнительных производств.

Из совокупности приведенных выше обстоятельств и данных суду пояснений, усматривается, что должник приблизительно в 4 квартале 2021 года начал испытывать финансовые затруднения, в то же время им принимались меры, направленные на получение причитающегося ему вознаграждения (взыскание дебиторской задолженности). Следовательно, признаки неплатежеспособности возникли, в частности недостаточности у общества «Монолит» денежных средств для погашения просроченных обязательств перед кредиторами возникли в конце 2021 года, что напрямую связано с фактическим прекращением ведения должником осуществляемой хозяйственной деятельности.   

Однако учитывая, что у общества «Монолит» по итогам отчетности как за  2021 год, так и за 2022 год, имелись активы, в разы превышающие включенную в реестр кредиторскую задолженность, за счет которых могли быть погашены все кредиторские обязательства, суд апелляционной инстанции не может прийти к выводу о возникновении у ФИО1 обязанности по обращению в арбитражный суд до момента обращения 24.10.2022 ИП ФИО4 с соответствующим заявлением.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Монолит» за неподачу заявления о его банкротстве. 

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника (подп. 2 п. 12 названной статьи).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из указанных в диспозиции данной нормы обстоятельств, в том числе в случае, если:

- если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (подп. 1 п. 1 ст. 61.11 Закона);

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подп. 2 п. 1 ст. 61.11 Закона).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» установлено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения – появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (п. 3 ст. 1 ГК РФ, абзац 2 п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве). 

Относительно оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО4, как выгодоприобретателя по фиктивным договорам аренды, заключенным с должником, получившего в период с 2015 по 2019 годы денежные средства должника в размере 10 158 440 руб., апелляционным судом установлено, что между ООО «Монолит» и ФИО4 был заключен договор аренды № 5/09 от 01.09.2015, в отношении пользования должником части производственно-складского помещения площадью 548 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, этаж 1, помещения 32, 33, 34, общей площадью 1 699,7 кв.м., а также части административного корпуса площадью 240 кв.м., находящиеся по адресу: Россия, 

<

...>, общей площадью 289 кв.м. 

Ежемесячные арендные платежи по договору № 5/09 от 01.09.2015 составляли 251 240 руб., в том числе 137 000 руб. за производственно-складские помещения исходя из арендной ставки 250 руб./кв.м. в месяц.

Дополнительным соглашением от 30.12.2016 ежемесячные арендные платежи по договору № 5/09 от 01.09.2015 были снижены до 186 400 руб. 

13 февраля 2019 года между ООО «Монолит» и ФИО4 был заключен договор аренды № 2 в отношении пользования должником производственно-складского помещения, расположенного по адресу: 

<

...>, этаж 1, помещения 32, 33, 34, общей площадью 1 699,7 кв.м. 

Ежемесячные арендные платежи по договору № 2 от 13.02.2019 составляла 424 925 руб., исходя из арендной ставки 250 руб./кв.м. в месяц.

Арендуемые у ФИО4 производственно-складские помещения использовались должником для осуществления им основной производственной деятельности.

Доказательств обратного, в обоснование своей позиции о том, что ООО «Монолит» никогда не занимало помещения указанные в договоре, ФИО1 не представляет, как и не приводит разумных пояснений о том, на каких площадках, если не на арендуемых у ФИО4, должник осуществлял свою производственную деятельность.   

Реальность и условия взаимоотношений ФИО4 и ООО «Монолит» по договору № 2 от 13.02.2019 была проверена судами трех инстанций в рамках дела о банкротстве арендодателя (№ А60-49300/2021), на которые обоснованно сослался суд первой инстанции в оспариваемом судебном акте.

В частности, определением от 12.03.2024 по указанному делу было отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО4 о признании недействительным договора уступки права требования (цессии) от 20.02.2020 № 3 на сумму 1 882 556,23 руб., по которому ФИО4 передал цессионарию права требования к ООО «Монолит», вытекающие из договора аренды № 2 от 13.02.2019, придя к выводу о реальности арендных отношений ФИО4 с ООО «Монолит». 

В данной части судебный акт вступил в законную силу.

Из представленных в дело документов усматривается, что в аналогичный период времени соседние помещения, расположенные по этому же адресу также сдавались ФИО4 в аренду ООО «Шадринский завод ЖБИ №3», ООО «Промимпэкс» по аналогичной стоимости; к концу 2019 года арендная ставка была снижена.

Также после расторжения 23.10.2019 договора аренды № 2 от 13.02.2019 с ООО «Монолит» производственно-складские помещения общей площадью 1 699,7 кв.м., сдавались в аренду ООО «Энергобетон» по цене 254 955 руб./месяц, исходя из арендной ставки 150 руб./кв.м.

Снижение арендных ставок по договорам аренды в конце 2019 года было связано со снижением спроса.

Относительно офисных помещений площадью 240 кв.м. в административном корпусе, находящимся по адресу 

<

...> (общая площадь 289 кв.м.), которые ООО «Монолит» арендовал по договору от 01.09.2015 сроком по 01.01.2019, следует отметить, что ставка аренды для должника составляла первоначально 476 руб./кв.м. (114 240 руб./240 кв.м.); дополнительным соглашением № 1 от 31.12.2016 она была снижена до 206 руб./кв.м.

Для сравнения, ИП ФИО14 по договору от 01.08.2016 арендовал 89,6 кв.м. в этом же административном здании по арендной ставке 446,43 руб./кв.м. после окончания льготного периода, установленного п. 3.1 договора аренды.

В последующем договоре аренды от 21.08.2018, действующем до 10.08.2019, этих же 89,6 кв.м. ИП ФИО15 приняла на себя обязательства по оплате арендных платежей исходя из ставки – 223,21-423 руб./кв.м. 

На основании изложенного, в отсутствие иных доказательств, суд апелляционной инстанции в рассматриваемом споре не усматривает оснований для вывода о том, что заключенные в 2015 и 2019 годах договоры аренды были заключены на заведомо невыгодных для должника условиях.

Доводы конкурсного управляющего о завышенной стоимости договоров аренды основаны лишь на пояснениях ФИО1 и документально при рассмотрении настоящего спора не подтверждены, в связи с чем признаны апелляционным судом несостоятельными.

Более того, как правомерно отмечено судом первой инстанции сделки по аренде с ФИО4 имели место задолго до возникновения у должника признаков неплатежеспособности; в период заключения и исполнения сторонами договоров аренды признаков неплатежеспособности у должника на дату заключения сделок не имелось.

При этом судом было принято во внимание, что ООО «Монолит» в указанный период осуществляло стабильную хозяйственную деятельность, получало прибыль. Выручка за 2018 год составила 397 730 тыс. руб., за 2019 год – 293 444 тыс. руб.; прибыль от продаж (стр. 2200 отчета и финансовых результатах) составила: в 2018 году – 25 305 тыс. руб., в 2019 году – 9 498 тыс. руб. Даже по итогам 2020 года ООО «Монолит» отразило в публичной отчетности чистую прибыль в размере 2 721 тыс. руб.

Таким образом, заключение и исполнение договоров аренды с ФИО4 имело место в условиях отсутствия признаков финансового кризиса должника. 

Следует также отметить незначительность арендного платежа по сравнению с объемами деятельности должника. В частности, как указывалось ранее, по договору аренды № 2 от 13.02.2019 ООО «Монолит» использовал помещения площадью 1 699,7 кв.м., арендная плата за которые составляла 424 925 руб., то есть 250 руб./кв.м. в месяц. Этот арендный платеж составлял не более 1,74% от среднемесячной выручки ООО «Монолит» в 2019 году (24 453 тыс. руб./месяц). Если учесть, что аренда прекратилась 23.10.2019, то по отношению к годовой выручке должника общие затраты на аренду составили лишь 1,2% (3 532 556 руб. арендных платежей за весь период действия договора согласно акта сверки от 23.10.2019 по отношению к 293 444 тыс. руб. официальной выручки ООО «Монолит»). 

Очевидно, что такие незначительные затраты на аренду склада и места для хранения техники не могли повлиять на финансовые результаты деятельности должника и повлечь за собой возникновение признаков неплатежеспособности. В связи с чем оснований для привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по данному основанию, суд апелляционной инстанции также не усматривает. 

Также апелляционный суд оценил и признал несостоятельными доводы о том, что ФИО4 каким-либо образом оказывал либо мог оказывать влияние на осуществление хозяйственной деятельности общества «Монолит», как документально не подтвержденные. Наличие родственных связей с бывшим участником ФИО11 (мать ФИО4, полномочия прекращены в конце 2019 года) об указанном свидетельствовать не может.

Помимо изложенного, в качестве основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим указано на не передачу ему документации и имущества должника. 

Согласно п. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве, положения подп. 2 п. 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника. 

Согласно положениям Федерального закона «О бухгалтерском учете» обязанность по ведению бухгалтерского учета и хранению документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта (п. 1 ст. 7 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 № 402-ФЗ), в данном случае ФИО1

В соответствии с п. 1 ст. 13 Закона «О бухгалтерском учете» бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений.

Обязанность по передаче бывшим руководителем должника документации конкурсному управляющему в короткие сроки предусмотрена п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 ст. 126 Закона о банкротстве предусмотрено, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника – унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно положениям ст.ст. 6, 7, 9 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом. Каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений. При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

Данная ответственность, в совокупности с обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию, направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности формирования конкурсной массы должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Согласно п. 24 Постановления № 53 применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам, а также потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Как следует из отчета конкурсного управляющего, по состоянию на 11.10.2024 в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов 14 829 149,53 руб., из которых: 

- во вторую очередь – 1 316 465,97 руб. (заработная плата);

- в третью очередь – 10 954 873,04 руб. основной долг и 2 557 810,52 руб. санкции.

Последняя налоговая отчетность была сдана обществом «Монолит» в налоговый орган по результатам 2022 года.

Так, в частности, в бухгалтерской отчетности за 2022 год, содержится информация о следующих активах:

- материальные внеоборотные активы на сумму 3 657 тыс. руб.;

- запасы на сумму 304 тыс. руб.;

- нематериальные, финансовые и другие внеоборотные активы на сумму 183 тыс. руб.

- финансовые и другие оборотные активы на сумму 34 337 тыс. руб.

Общий размер баланса активов ООО «Монолит» составил 38 481 тыс. руб.

При анализе и сравнении налоговых отчетностей за 2021 и 2022 годы установлено, что произошло существенное изменение показателей активов ООО «Монолит», в частности в 2021 году материальные внеоборотные активы составляли 12 107 тыс. руб., в 2022 году такие активы значительно уменьшились до 3 657 тыс. руб.; размер финансовых и других оборотных активов снизился с 42 855 тыс. руб. в 2021 году, до 34 337 тыс. руб. в 2022 году.

По сравнению с 2021 годом, стоимость общая стоимость активов должника в 2022 году снизились на 16 681 тыс. руб. 

В рамках настоящего дела о банкротстве, конкурсный управляющий обращался с заявлением об истребовании у ФИО1 в том числе вышеуказанной информации, а именно документов, подтверждающих наличие материальных внеоборотных активов на сумму 3 657 тыс. руб., нематериальных, финансовых и других внеоборотных активов на сумму 183 тыс. руб., финансовых и других оборотных активов на сумму 34 337 тыс. руб., а также сведения и первичную документацию, подтверждающую обоснованность выбытия активов на сумму 16 681 тыс. руб. 

Определением суда от 14.03.2024 заявление конкурсного управляющего об истребовании вышеуказанной информации и документации было удовлетворено, наряду с остальными документами и материальными ценностями суд истребовал у ФИО1 документы, подтверждающие наличие активов, отраженных в бухгалтерской отчетности за 2022 год в общем размере 38 177 тыс. руб. (за исключением 304 тыс. руб. запасов). 

До настоящего времени, ФИО1 указанный судебный акт не исполнен, никаких документов или самих активов конкурсному управляющему передано не было.

Разумных объяснений относительно судьбы указанных активов на сумму порядка 38 млн. руб., первичных документов относительно их реализации и расходования денежных средств в интересах общества, в том числе на погашение имеющейся кредиторской задолженности ни в суд первой инстанции, ни апелляционному суду не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Пояснений, в обоснование отсутствия вины в не передаче документации и имущества должника конкурсному управляющему, ФИО1 апелляционному суду не приведено.

В отсутствие первичной документации, а также расшифровки ФИО1 состава активов ООО «Монолит», конкурсный управляющий был лишен возможности определить состав отраженных в балансе активов и принять меры по его розыску в целях пополнения конкурсной массы.

Такое поведение ФИО1 приводит к тому, что отсутствие первичной документации препятствует идентификации активов находящихся на балансе ООО «Монолит», что в свою очередь не позволяет произвести необходимые мероприятия,  включить указанное имущество в конкурсную массу должника для его последующей реализации, и не только затрудняет проведение процедуры банкротства должника, но и препятствует удовлетворению требований кредиторов, в связи с чем не может быть квалифицировано как добросовестное. 

Вопреки выводам суда первой инстанции, передача ФИО1 документации, подтверждающей наличие реальных правоотношений с поставщиками и покупателями, не опровергает установленные выше обстоятельства непередачи активов должника и подтверждающих их документов управляющему необходимых для формирования конкурсной массы. 

Предоставление ФИО1 информации и сведений относительно выбытия имущества в пользу ООО «ШЗБИ № 3», а также уничтожения транспортного средства КРОНЕ SDP24, 1995 года выпуска, г/н 

<

***> в связи с признанием его негодным к использованию (распилен на металлолом), также не влечет вывод об обратном, учитывая несоизмеримость стоимости указанного имущества с размером активов, содержащихся в последнем предоставленном балансе общества «Монолит».

Суд апелляционной инстанции особо уделил вниманию пояснениям ФИО1 о судьбе активов, при этом у ФИО1 имелся профессиональный представитель, но все пояснения свелись к тому, что «имущество разошлось по филиалам», «работали на доверии», «покупали на иные юридические лица, но ставили на баланс должника», ни одного документального подтверждения столь расплывчатым формулировкам представлено не было.

Учитывая, что ФИО1 являлся руководителем ООО «Монолит» с момента его создания до назначения конкурсного управляющего, при надлежащем исполнении им возложенных на него Законом обязанности по передаче конкурсному управляющему первичной документации и имущества должника конкурсный управляющий мог бы сформировать конкурсную массу, позволяющую погасить требования кредиторов в полном объеме, однако такая обязанность не исполнена, суд апелляционной инстанции усматривает основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за непередачу документации и имущества должника.

Относительно довода о переводе бизнеса должника на ООО «Титан», в обоснование привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, ООО «Титан» и ФИО8, как выгодоприобретателя, являющегося единственным участником и руководителем общества «Титан», судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, ООО «Титан» создано 18.08.2021 с присвоением ИНН 

<

***> и ОГРН 

<

***>. 

Единственным участником ООО «Титан» и его руководителем с момента создания общества является ФИО8, бывший работник ООО «Монолит».

Основным видом деятельности общества «Титан» является «Производство изделий из бетона для использования в строительстве», то есть аналогичный виду деятельности должника.

В рамках настоящего обособленного спора конкурсным управляющим проведен анализ контрагентов ООО «Монолит» и ООО «Титан» на предмет их совпадения в книгах покупок и продаж, по результатам которого установлено совпадение ключевых поставщиков ООО «Монолит» и ООО «Титан»: ИП ФИО9, ООО «Строитель», ООО «Запсибцемент», ООО «Пачелмский завод ЖБИ», ООО «Мечел-Сервис», ООО «ИРКУС», ООО «Вираж», ООО «Антарес С», ООО «Стоун XXI», ООО «Галактика».

Из анализа книги покупок следует, что во втором полугодии 2021 года ООО «Монолит» прекращает закупки у вышеуказанных контрагентов, а ООО «Титан», наоборот, начинает закупки у данных контрагентов в том же самом квартале 2021 года, сохраняя тот же самый объем закупок, который существовал у ООО «Монолит».

В частности, закупки у ИП ФИО9 должник осуществлял на систематической основе в объеме 4-10 млн. руб. в полугодие, дата последней закупки – 08.09.2021. После этого принимается решение дальнейшие закупки производить уже от имени ООО «Титан» - первая закупка ответчиком оформлена 14.09.2021. При этом, ООО «Титан» не только продолжил работать с этим поставщиком, но и нарастил объем закупок до 12-15 млн. руб. в полугодие.

Нельзя не принимать во внимание и обстоятельство того, что ИП ФИО9 (ОГРНИП 

<

***>) состоит на учете в г. Абакан (Республика Хакасия), в связи с чем невозможно объяснить выбор столь отдаленного поставщика двумя компаниями из г. Екатеринбурга случайным совпадением.

Аналогичная ситуация прослеживается в отношении другого крупного поставщика должника ООО «Строитель», который осуществлял поставки в адрес ООО «Монолит» в объеме 3-6 млн. руб. в полугодие вплоть до 14.09.2021; с 16.09.2021 закупки у него начинает осуществлять ООО «Титан», сохраняя примерно такие же объемы – 3-4 млн. руб. в полугодие.

Такое же совпадение прослеживается и у контрагентов ООО «Вираж», ООО «Антарес С», ООО «Стоун XXI», ООО «Галактика», которые также систематически передавали товары для нужд как должника, так и ООО «Титан». Это также подтверждает преемственность отношений – вскоре после прекращения поставок в адрес ООО «Монолит» эти контрагенты начинали поставки в адрес ООО «Титан».

Также конкурсным управляющим проанализированы покупатели (заказчики) продукции ООО «Монолит» и ООО «Титан» на основании книг продаж этих компаний. Установлено совпадение ключевых покупателей ООО «Монолит» и ООО «Титан» - ООО «Пачелмский завод ЖБИ», ООО «ПО «Гарантия», ООО «СК-Митра», ООО «Милеком», ООО «Специализированный застройщик «Бастион», ООО «ИРКУС».

В частности, из анализа книги продаж следует, что во втором полугодии 2021 года ООО «Монолит» прекращает поставки вышеуказанным контрагентам, а ООО «Титан», наоборот, начинает продажи данным контрагентам в том же самом квартале 2021 года, сохраняя тот же самый объем продаж, который существовал у ООО «Монолит».

В данном случае примером служит обстоятельство того, что ООО «Специализированный застройщик «Бастион» длительное время закупал в ООО «Монолит» продукцию на суммы 1-3 млн. руб. в полугодие, вплоть до 07.09.2021. Далее, после начала аналогичной деятельности ООО «Титан», этот покупатель с 01.10.2021 продолжил закупки у общества «Титан» в объеме 2-8 млн. руб. в полугодие.

Аналогичная ситуация прослеживается и в отношении другого покупателя – ООО «Пачелмский завод ЖБИ», который закупал у должника продукцию на миллионы рублей каждое полугодие вплоть до 10.09.2021; с 16.09.2021 отгрузки стали оформляться от имени ООО «Титан». При этом, следует обратить внимание, что с этим контрагентом были столь тесные отношения, что ООО «Монолит» во втором полугодии 2020 года и первом полугодии 2021 года сам что-то регулярно приобретал у ООО «Пачелмский завод ЖБИ» на 3,9 и 15,7 млн. руб. в полугодие, соответственно, это абсолютно не случайный (разовый) контрагент, а ключевой контрагент должника.

Из совокупности приведенных выше обстоятельств судом усматривается полная преемственность отношений поставщиков и покупателей (потребителей продукции) ООО «Монолит» с обществом «Титан», повлекшая резкое прекращение деятельности должника и мгновенно прибыльную деятельность общества «Титан», что, по мнению суда апелляционной инстанции, подтверждает доводы конкурсного управляющего о переводе бизнеса с ООО «Монолит» на вновь созданное ООО «Титан».

При этом апелляционным судом учтено, что при создании нового общества изначально, как правило, его деятельность является убыточной, что не характерно для ООО «Титан».

В частности как указывалось ранее общество «Титан» было создано 18.08.2021, при этом уже к 31.12.2021 обладало основными средствами в размере 1,6 млн. руб. и запасами на сумму 25,8 млн. руб.

К утверждению ФИО1 о том, что имущество ООО «Монолит» разошлось по филиалам, учитывая, что обществом «Титан» никакого имущества не приобреталось, следует отнестись критически. 

При этом апелляционным судом учтено, что в виду отсутствия у ООО «Титан» своего оборудования и металлоформ для производства ЖБИ, общество пользовалось услугами ФИО16 на основании договора переработки давальческого сырья от 27.09.2021, который из давальческого сырья  производил для общества «Титан» готовую продукцию. Однако в представленных документах имеется множество расхождений в связи с чем сопоставить объемы, суммы, периоды не представляется возможным. 

В частности, из представленных обществом «Титан» документов усматривается, что начало всех закупок начинается обществом «Титан» 18.09.2021, то есть через месяц после его создания; первый отчет о производстве продукции ФИО16 показывает 01.10.2021 (через 13 дней), ООО «Титан» за указанный период (к 01.10.2021) демонстрирует, что ему уже удалось реализовать 175 стоек ЖБИ, при этом первый документ о приобретении обществом «Титан» каких-либо материалов, запасов, товаров (давальческого сырья) датирован 07.10.2021, что исключало возможность передачи сырья ФИО16 и производства последним с его использованием к 01.10.2021 продукции для общества «Титан» в количестве 81 стоек ЖБИ. Более того, несмотря на данное обстоятельство, ООО «Титан» документально показывает, что уже к 01.10.2021 им было реализовано 300 стоек ЖБИ, в то время как ФИО16 указывает на передачу ему 81 стойки ЖБИ. 

Разумных объяснений такому, помимо того, что фактически все имущество ООО «Монолит» было выведено на общество «Титан» суд апелляционной инстанции не усматривает.  

Из совокупности установленных выше обстоятельств, а также состоявшихся в рамках настоящего дела о банкротстве судебных актов, следует, что ООО «Монолит» фактически перестало осуществлять свою прибыльную деятельность в четвертом квартале 2021 года, что соответствует созданию ООО «Титан» с целью перевода на него бизнеса ООО «Монолит».  

В указанной связи следует признать, что причиной возникновения неплатежеспособности ООО «Монолит» явилось именно перевод бизнеса должника в ООО «Титан», повлекшей полное прекращение ведения должником хозяйственной деятельности в конце 2021 года.

В частности, определением арбитражного суда от 18.07.2023, постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2023 и Арбитражного суда Уральского округа от 22.11.2023 по настоящему делу, помимо указанной выше информации касающейся создания и руководства обществом «Титан» бывшим работником должника  установлено, что офисы общества «Титан» и общества «Монолит» находятся в соседних зданиях по ул. Блюхера в г. Екатеринбурга (д. 58 и д. 50 соответственно, при этом изменения номера строения на 58 в отношении ООО «Титан» внесены в ЕГРЮЛ 22.03.2023).

В выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 13.02.2023, в обоих договорах цессии, на которых ООО «Титан» основывает свои требования, и в договоре купли-продажи оборудования от 01.12.2021 № 01/12 указан адрес: 

<

...> офис 506А, тогда как в этом же договоре купли-продажи оборудования, а также в документах о поставке товара цедентами, в выписке из ЕГРЮЛ юридическим адресом должника значится адрес: 

<

...> (соседние офисы).

На сайте общества «Титан» (https://sv105.ru) в качестве фактического адреса указан адрес: 655004, Россия, 

<

...>, а также адрес филиала: 660111, Россия, 

<

...>.

При этом, как поясняет конкурсный управляющий, в кэшированной копии сайта общества «Монолит» (в настоящее время сайт недоступен, распечатка страницы представлена кредитором) указаны в точности эти же адреса.

Проведенный управляющим анализ банковских выписок должника показывает, что выручка общества «Монолит» в 4 квартале 2021 года, после создания ООО «Титан», существенно сократилась.

В частности, поступления на расчетный счет должника № 4070…6054 за 2020 год составили 198,5 млн. руб., то есть в среднем ежеквартально порядка 50 млн руб. Аналогично, поступления на расчетный счет в 1 квартале 2021 года составили 41,5 млн. руб., во 2 квартале 2021 года – 53,2 млн. руб., в 3 квартале – 65 млн. руб. После учреждения общества «Титан» поступления за 4 квартал 2021 года сократились до 5,2 млн. руб. За весь 2022 год на счет должника поступило лишь 120,9 тыс. руб. 

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, основным видом деятельности ООО «Титан» является «производство изделий из бетона для использования в строительстве», дополнительными - «производство товарного бетона», «производство прочих изделий из гипса, бетона или цемента», «производство строительных металлических конструкций, изделий и их частей». Аналогичные виды деятельности ранее указывались для ООО «Монолит»: основной - «производство изделий из бетона для использования в строительстве»; дополнительные - «производство товарного бетона», «производство прочих изделий из гипса, бетона или цемента».

Из пояснений общества «Титан» по вопросу об экономической целесообразности выкупа задолженности должника следует, что выкуп задолженности по договорам цессии от 27.12.2021 и 25.01.2022 обусловлен планируемым в будущем зачетом по договору купли-продажи оборудования с должником от 01.12.2021 (пояснения от 05.07.2023).

Отклоняя доводы общества «Титан» о наличии экономической целесообразности выкупа задолженности, суд указал, что, несмотря на давность отношений по договорам цессии и представленному договору купли-продажи оборудования от 01.12.2021 № 01/12, документы о непосредственно проведенном зачете не представлены, доказательства реальности отношений с должником по договору купли-продажи оборудования от 01.12.2021 (акт приема передачи оборудования, акт постановки на баланс, прочее) в материалы дела не представлены. 

Кроме того, исходя из письма общества «Монолит», должник еще 20.02.2022 отказался от исполнения указанного договора в связи с невозможностью передать оборудование, однако общество «Титан» не предприняло попыток к истребованию задолженности, в том числе посредством заявления ходатайства о процессуальном правопреемстве в рамках рассмотренных дел о взыскании долга.

Учитывая вышеприведенные обстоятельства, суды признали обоснованной позицию управляющего и заявителя по делу о банкротстве о том, что фактически общество «Титан» было создано с целью последующего перевода бизнеса, а выкуп задолженности у обществ «Сталепромышленная компания» и «Металлинвест Нижний Тагил» был направлен на сохранение сотрудничества с указанными организациями в интересах участников и руководителей обществ «Монолит» и «Титан».

Также судами принято во внимание, что выкуп задолженности по договорам цессии от 27.12.2021 и 25.01.2022 совпадает с периодом рассмотрения дела № А60-36828/2021 и вынесения итогового судебного акта о взыскании с общества «Монолит» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО4 задолженности в размере 5 174 268,66 руб. 

Кроме того, конкурсным управляющим в результате анализа выписок по счету должника выявлено, что 14.03.2022 общество «Монолит» и общество «Титан» заключили договор перенайма по договору лизинга от 07.11.2019 №Л47555, в соответствии с которым общество «Монолит» передало обществу «Титан» свои права владения транспортным средством, в погашение платежей по которому общество «Монолит» уже оплатило более 75% стоимости договора лизинга. 

Обществом «Титан» доводы об отсутствии встречного предоставления по данному договору не опровергнуты. 

Общество «Титан» оплачивает лизинговые платежи за автомобиль Infiniti QX80 (VIN JN1JANZ62U0065126); согласно информации из «Российского союза автостраховщиков» по состоянию на февраль 2023 года на указанный автомобиль оформлен полис ОСАГО ТТТ № 7029709593 в СПАО «Ингосстрах», к управлению допущен неограниченный круг лиц. При этом единственный участник и бывший руководитель должника ФИО1, находясь за рулем указанного транспортного средства, 23.01.2023 стал участником дорожно-транспортного происшествия.

Как установлено судами, совокупность вышеприведенных фактов о наличии определенной связи между должником и обществом «Титан», недоступной иным внешним кредиторам, не свойственна обычным субъектам предпринимательской деятельности, ряд взаимоотношений в хозяйственной деятельности не направлен на достижение максимального экономического эффекта от такой деятельности, является нестандартным поведением в рамках гражданского оборота при возникновении правоотношений и свидетельствует о наличии ООО «Титан» особых отношений с должником, признаки которых не характерны для независимых участников рынка, и, следовательно, о наличии фактической аффилированности между должником и ООО «Титан».

Таким образом, суд первой инстанции ранее уже рассматривал ситуацию с переводом бизнеса в споре о включении в реестр требований ООО «Титан» и установил факт аффилированности обществ и перевода бизнеса с ООО «Монолит» на ООО «Титан», однако не учел этого при вынесении обжалуемого судебного акта. 

Принимая во внимание вышеизложенное, установленные по делу обстоятельства в их совокупности, апелляционный суд, вопреки выводам суда первой инстанции, считает доказанным материалами дела факт перевода бизнеса с ООО «Монолит» на вновь созданное аффилированное лицо ООО «Титан», повлекшее прекращение хозяйственной деятельности должника и невозможность исполнения обязательств перед кредиторами.  

Иных причин банкротства ООО «Монолит» участниками спора не приведено и из материалов дела апелляционным судом не усматривается.

Суд первой инстанции указал, что ФИО1 предпринял максимальный объем действий с целью восстановления платежеспособности должника, в частности перечислил в адрес должника  за три года 17 946 621,77 руб., но это не может являться основанием для освобождения от ответственности, поскольку активы должника не переданы на сумму более чем в 2 раза превышающую 17 946 621,77 руб., и суд апелляционной инстанции в отсутствие иных доказательств, полагает, что это могли быть денежные средства самого должника, или кредиты погашались за счет денежных средств должника, с учетом значительных оборотов по счету.  

Доводы, изложенные в отзыве ФИО8 и ООО «Титан» от 07 октября 2025 отклоняются, как полностью противоречащие установленным по делу обстоятельствам, данные ответчики так и не смогли пояснить суду, каким образом ООО «Титан» стало мгновенно получать большую прибыль, реализовывать произведенную продукцию в больших объемах в отсутствие материальной базы.

Учитывая, что неправомерные действия ФИО1, ООО «Титан» и ФИО8 по переводу бизнеса в ущерб кредиторам должника находятся в непосредственной причинной связи с невозможностью удовлетворения требований кредиторов влекущим банкротство ООО «Монолит», суд апелляционной инстанции усматривает основания для солидарного привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Вышеуказанное является основанием для изменения обжалуемого определения в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ) с изложением резолютивной части определения в иной редакции. 

Поскольку размер субсидиарной ответственности подлежит определению исходя из размера непогашенных требований кредиторов как реестровых, так и текущих, на момент рассмотрения спора информации о проведении всех мероприятия по формированию конкурсной массы отсутствует, суд первой инстанции пришел к выводу о невозможности определения размер ответственности ответственных лиц, а также необходимости приостановления производства по заявлению в данной части (п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве).

В отсутствие в распоряжении апелляционного суда информации о проведении конкурсным управляющим всех мероприятий, предусмотренных процедурой конкурсного производства, позволяющих определить размер субсидиарной ответственности привлеченных лиц, принимая во внимание приостановления производства по заявлению в данной части.

В порядке ст. 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит отнесению на ответчиков по спору – ФИО1, ООО «Титан», ФИО8, в равных долях и подлежит взысканию с них в доход федерального бюджета в размере 10 000 руб. с каждого. 

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 09 апреля 2025 года по делу № А60-58135/2022 в обжалуемой части изменить.

Изложить резолютивную часть определения в следующей редакции:

«Заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворить частично.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  солидарно по обязательствам ООО «Монолит» ФИО1, ФИО8, ООО «Титан» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

В оставшейся части отказать.

Приостановить производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности в части определения размера ответственности до момента завершения расчетов с кредиторами.

В удовлетворении заявления о взыскании убытков отказать.

В удовлетворении заявления о признании сделки недействительной отказать.».

Взыскать со ФИО1 в доход федерального бюджета 10 000 (десять тысяч) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО8 в доход федерального бюджета 10 000 (десять тысяч) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с ООО «Титан» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 10 000 (десять тысяч) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

О.Н. Чепурченко 

Судьи

М.А. Чухманцев 

М.С. Шаркевич