АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                Дело № А27-151/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 февраля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 февраля 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Бедериной М.Ю.

судей                                                    Глотова Н.Б.

                                                             ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 14.09.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2021 по делу № А27-151/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Белогорск» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Белогорск» (далее – должник, компания) конкурсный управляющий должником ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2 (далее также ответчик).

Определением от 14.09.2021 Арбитражного суда Кемеровской области заявление конкурсного управляющего компанией ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц удовлетворено; суд признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; приостановил рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением от 06.12.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда определение суда от 14.09.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ответчик обратился с кассационной жалобой, в которой просит их и направить обособленный спор на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что суд не называет конкретной даты, с которой, по его мнению, начинается отсчет пропущенного срока на подачу заявления должника о собственном банкротстве. 

Также, по мнению кассатора, суды не учли:

специфику хозяйственной деятельности должника как управляющей организации, основным видом деятельности которой является управление, содержание и обслуживание общего имущества собственников жилых и нежилых помещений в многоквартирных домах;

наличие наряду с кредиторской задолженностью высоколиквидной дебиторской задолженности потребителей жилищно-коммунальных услуг;

что в рамках проводимой ликвидатором процедуры ликвидации должника вплоть до декабря 2019 года каких-либо признаков банкротства, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), ликвидатором не выявлено, что подтверждается материалами дела и выводом суда первой инстанции в этой части;

вынося решение о привлечении к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве, при определении ее размера проигнорировал пункты 2 и 3 указанной статьи.

В обоснование своей кассационной жалобы ответчик приводит следующие доводы: дебиторская задолженности по состоянию на 01.03.2019 составляла 16 426 600 руб., кредиторской задолженности 12 296 160 руб., в 2018 году на счет компании поступило 29 327 560 руб. выпадающих доходов за коммунальные услуги, в 2018-2019 годах в арбитражный суд подано 15 исков, в суды общей юрисдикции - 50, при этом в 2018 году взыскано суммарно 32 528 246,05 руб., а в 2019 году - 67 857,70 руб.; задолженность перед налоговыми органами и работниками предприятия по состоянию на 01.03.2019 отсутствовала.

Как указывает податель жалобы ресурсоснабщающие организации, не являясь недобровольными кредиторами в том плане, в котором это понимается Законом о банкротстве, зная о том, что у должника возникла обязанность подачи в арбитражный суд заявления о собственном банкротстве, просчитав деловые риски, исходя из разумности ведения предпринимательской деятельности должны были еще в конце марта 2019 года принять предложение ФИО2 и предпринять все зависящие от них меры к переходу на прямы» платежи но любому из вариантов, предусмотренных для такого перехода действующим на тот момент жилищным законодательством.

В заседание суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, суд кассационной инстанции считает, что они подлежат отмене,а обособленный спор - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Как следует из материалов дела и установлено судами, должник зарегистрирован в Едином государственном реестре юридических лиц 21.02.2008.

Решением заочного собрания участников компании от 08.04.2019 принято решение о ликвидации должника, назначении ликвидационной комиссии.

Запись о принятии решения о ликвидации должника внесена в Единый государственный реестр юридических лиц 15.04.2019.

Согласно промежуточному ликвидационному балансу по состоянию на 30.06.2019 стоимость активов должника составляет 28 093 000 руб. (внеоборотные активы 1 019 000 руб., запасы 437 000 руб., денежные средства 1 523 000 руб., оборотные активы 25 114 000 руб.). Размер пассивов 27 101 000 руб. (капитал и резервы 5 246 000 руб., кредиторская задолженность 21 828 000 руб., краткосрочные обязательства 27 000 руб.).

Заявление председателя ликвидационной комиссии компании о ее банкротстве подано в суд 09.01.2020.

Производство по делу о банкротстве компании возбуждено по заявлению должника (ликвидационной комиссии) 16.01.2020.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 08.05.2020 ликвидируемый должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

В реестр требований кредиторов включены требования:

ФИО4 в размере 6 903 875,89 руб. основного долга(дата возникновения 15.08.2017), 1 673 548,25 руб. неустойки;

общества с ограниченной ответственностью «Енисей» в размере 20 452 809,85 руб. основного долга (дата возникновения 15.10.2018), 1 830 333,40 руб. неустойки;

публичного акционерного общества «Кузбассэнергосбыт» в размере 2 947 902,78 руб. основная сумма долга (дата возникновения март 2019 года), 30 450 руб. расходов по уплате государственной пошлины, 98 954,04 руб. неустойки;

Федеральной налоговой службы в размере 21 925,67 руб. основная сумма долга (дата возникновения 2019 год), 3 376,25 руб. неустойки;

муниципального унитарного предприятия «Жилищно-коммунальное управление «Белогорск» в размере 171 353,34 руб. основная сумма долга (дата возникновения 2019 год), 11 451 255,98 руб. неустойки.

Конкурсный управляющий полагает, что обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом возникла у ФИО2 не позднее 16.01.2017.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 данной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В пунктах 9 и 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

По смыслу приведенных правовых норм необращение руководителяв суд с заявлением о признании подконтрольного им общества несостоятельным при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства. Само по себе возникновение признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, даже будучи доказанным, не свидетельствует об объективном банкротстве должника.

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов. В связи с этим в процессе рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, помимо прочего, необходимо учитывать то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами, а также что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов.

Возникновение в указанный период задолженности перед конкретным кредитором или финансовые трудности компании не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. В случае, если имеются неисполненные перед кредиторами обязательства, у руководителя должника не возникает безусловная обязанность обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

В настоящем споре суды исходили из того, управляющим не доказан факт возникновения объективного банкротства с 2017 года, и оно явилось следствием неправомерных действий или бездействия контролирующего должника лица, учитывая возможность кредиторов-ресурсоснабжающих организаций предпринять действия для заключения прямых договоров с собственниками помещений и прекращения роста задолженности управляющей компании.

Также суды сослались на обстоятельства, свидетельствующие о принятии руководителем мер по уменьшению кредиторской задолженности (порядка 25 000 000 руб.), работа с органами местного самоуправления по компенсации выпадающих доходов в размере 33 020 563,77 руб. (решение Арбитражного суда Кемеровской области от 25.08.2017 по делу № А27-10951/2017).

Однако основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности явилось ухудшение финансовых показателей, начиная с марта 2019 года: по состоянию на 22.03.2019 на расчетном счете должника было 40 040,49 руб.; по состоянию на 01.04.2019 - 0,00 руб. 

На основании изложенного, принимая во внимание исключительность субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника по его обязательствам как механизма восстановления нарушенных прав кредиторов, в отсутствие должной аргументации негативных последствий, к которым привело бездействие ответчика по обособленному спору, привлечение его только лишь по формальным критериям, установленным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, следует признать преждевременным.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Кроме того, помимо установления периода просрочки (и соответственно даты, когда руководитель обязан подать заявление) необходимо правильно определить размер обязательств, возникших в указанный период, учитывая, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о банкротстве осуществляется арбитражным судом в интересах конкретных кредиторов должника.

Размер такой ответственности составляют денежные суммы (в размере требований соответствующих кредиторов), которые взыскиваются с контролирующего должника лица в пользу должника, но в интересах кредиторов, перечисленных в резолютивной части определения, с указанием очередности и суммы обязательств перед каждым кредитором.

Судебное решение является обоснованным лишь тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов, а законным - когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права.

Однако обжалуемые судебные акты указанным требованиям не отвечают, поскольку привели к применению к ответчику меры ответственности, являющейся исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов, без должной проверки и установления наличия на то соответствующих оснований. Вместе с тем, без установления и проверки совокупности обозначенных выше обстоятельств применительно к каждому из заявленных конкурсным управляющим оснований ответственности выводы судов о наличии оснований для привлечения субсидиарной ответственности нельзя признать в достаточной степени обоснованными и мотивированными.

Поскольку судами неверно применены нормы материального права, обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения обособленного спора, установлены не в полном объеме, судебные акты подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 АПК РФ, а обособленный спор направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287 АПК РФ).

При новом рассмотрении дела суду необходимо следует учесть изложенное, применить к фактическим обстоятельствах обособленного спора закон, подлежащий применению, предпринять меры для полного и всестороннего исследования доказательств и установления обстоятельств дела, для определения даты возникновения у ответчика обязанности по подаче заявления о признании компании банкротом в соответствии со статьёй 9 Закона о банкротстве выяснить момент возникновения у должника признаков объективного банкротства по их результатам принять судебный акт в соответствии с установленными обстоятельствами и надлежащим применением положений законодательства.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа 

постановил:

определение от 14.09.2021 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 06.12.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-151/2020 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                     М.Ю. Бедерина

 

Судьи                                                                  Н.Б. Глотов

 

                                                                            О.В. Жирных