ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-14195/2018

10 августа 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  03 августа 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 августа 2022 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей Горбуновой Е.А., Зюкова В.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-7559/2022) общества с ограниченной ответственностью «Тюменская консалтинговая компания» и (регистрационный номер 08АП-7859/2022) ФИО5 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 30 мая 2022 года по делу № А70-14195/2018 (судья Шаркевич М.С.), вынесенное по заявлению финансового управляющего о признании сделки недействительной, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>, зарегистрирован по адресу: 

<

...>),

при участии в судебном заседании:

от финансового управляющего ФИО3 – представитель ФИО4, доверенность от 11.01.2021, срок действия три года;

установил:

определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.04.2019 (резолютивная часть объявлена 09.04.2019) заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк России») удовлетворено,  в отношении ФИО2 (далее - ФИО2, должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3 (далее – ФИО3, финансовый управляющий).

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 19.08.2019 (резолютивная часть от 12.08.2019) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом) с введением в отношении него процедуры реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора уступки прав требования от 02.11.2020, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Тюменская Консалтинговая Компания» (далее – ООО «ТКК») и ФИО5 (далее – ФИО5), зачета встречных требований на сумму 492 000 руб. между ФИО5 и ФИО2 

Кроме того, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора на оказание консультационных услуг от 17.09.2018, заключенного между ООО «ТКК» и должником.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 24.01.2022 указанные обособленные споры объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 30.05.2022 заявление финансового управляющего удовлетворено частично, признан недействительным договор уступки прав требования от 02.11.2020, заключенный между ООО «ТКК» и ФИО5, признан недействительным зачет встречных требований на сумму 492 000 руб. между ФИО5 и ФИО2, применены последствия недействительности зачета встречных требований на сумму 492 000 руб. между ФИО5 и ФИО2 в виде восстановления права требования ФИО2 к ФИО5 на сумму 492 000 руб., в удовлетворении остальной части требований отказано, с ООО «ТКК» в пользу ФИО2 взыскано 6 000 руб. судебных расходов, с ФИО5 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО5, ООО «ТКК» обратились с апелляционными жалобами.

ООО «ТКК» в своей апелляционной жалобе просило обжалуемое определение суда первой инстанции отменить в части признания недействительным зачета встречных требований на сумму 492 000 руб. между ФИО5 и ФИО2, применения последствий его недействительности в виде восстановления права требования ФИО2 к ФИО5 на сумму 492 000 руб.

В обоснование апелляционной жалобы ООО «ТКК» указало следующее:

- суд первой инстанции пришел к неправильному выводу о сокрытии должником доходов, о сокрытии ФИО2 доходов ООО «ТКК» не известно;

- отказ от сотрудничества с ФИО2 для ООО «ТКК» был недопустим, поскольку должник являлся постоянным клиентом ООО «ТКК» и рекомендовал его другим лицам, при этом возможность оплаты ФИО2 оказанных ООО «ТКК» услуг сохранялась по причине наличия у ФИО2 права требования возмещения причиненного ему совершенным в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Агропромышленная компания «Маяк» (далее – ООО «АК «Маяк») преступлением ущерба в сумме 352 805 441 руб. 31 коп., подлежащего возмещению в рамках уголовного дела;

- вывод суда первой инстанции о том, что договор на оказание консультационных услуг от 17.09.2018, заключенный между ООО «ТКК» и должником, не соответствует требованиям пункта 5 статьи 213.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), несостоятелен;

- суд первой инстанции необоснованно заключил, что договор уступки права требования от 02.11.2020, заключенный между ООО «ТКК» и ФИО5, экономически нецелесообразен для ФИО5

ФИО5 в своей апелляционной жалобе просила обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО5 указала следующее:

- в результате совершения спорных сделок ФИО5 исполнила обязательства перед должником и получила разумную рассрочку в исполнении обязательства перед ООО «ТКК»; целью заключения спорных сделок являлось освобождение имущества ФИО5 от арестов и ограничений, наложенных в рамках исполнительного производства, однако исполнительное производство не было окончено из-за противодействия финансового управляющего и начавшегося судебного разбирательства по настоящему спору; 

- обязательства перед ООО «ТКК» по оплате цены договора уступки исполнено ФИО5 в большей части – в размере 400 000 руб., при этом такое исполнение осуществлено ФИО5 в разумный для обеих сторон срок;

- оплата оказанных ООО «ТКК» по договору на оказание консультационных услуг от 17.09.2018 услуг должником материалами дела не подтверждается, указанный договор недействительным не признан, факт оказания ООО «ТКК» во исполнение данного договора услуг следует из материалов дела, а потому вывод суда первой инстанции об отсутствии у ООО «ТКК» права требования к должнику, основанного на указанном договоре, несостоятелен;

- в результате уступки ООО «ТКК» получило от ФИО5 денежные средства, то есть достигло коммерческого интереса, на отсутствие которого необоснованно указал суд первой инстанции; должник же был избавлен от необходимости оплачивать оказанные ООО «ТКК» услуги, то есть сберег свою конкурсную массу от расходов, при этом в отсутствие сделки по уступке и зачету экономический эффект для конкурсной массы был бы таким же: должник хоть и получил бы денежные средства от ФИО5 в рамках исполнительного производства, но ему следовало бы оплатить услуги ООО «ТКК» на ту же сумму;

- согласно сведениям из Единого федерального реестра сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) финансовым управляющим с третьими лицами заключены договоры купли-продажи имущества должника № 216571 от 22.03.2021, № 216573 от 22.03.2021, № 216575 от 10.03.2021 на общую сумму 117 100 руб., а также проведены торги по продаже земельных участков на общую сумму 30 306 538 руб. 63 коп., то есть в конкурсной массе должника имеются достаточные для погашения задолженности по текущим платежам, существовавшим на момент совершения оспариваемых сделок, денежные средства и иное имущество.

Оспаривая доводы апелляционных жалоб, финансовый управляющий представил в материалы дела отзыв на них, в которой просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель финансового управляющего поддержал доводы, изложенные в отзыве, указал, что считает доводы, изложенные в апелляционных жалобах, несостоятельными, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения. 

ФИО5, ООО «ТКК», иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционные жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

От лиц, участвующих в деле, не поступило возражений относительно проверки законности и обоснованности судебного акта в обжалуемой части.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

С учетом изложенного проверка обжалуемого определения осуществлена судом апелляционной инстанции только в оспариваемой части - в части удовлетворения требований финансового управляющего.

Рассмотрев материалы дела, апелляционные жалобы, отзыв на них, заслушав представителя финансового управляющего проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не считает определение Арбитражного суда Тюменской области от 30.05.2022 по настоящему делу подлежащим отмене или изменению в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, в ходе проведения в отношении ФИО2 процедуры реализации имущества гражданина между должником (заказчик) и ООО «ТКК» (исполнитель) 17.09.2018 заключен договор на оказание консультационных услуг (том 31, лист дела 30), предметом которого является оказание консультационных услуг, связанных с представлением интересов заказчика при рассмотрении арбитражным судом дела о банкротстве заказчика.

Объем подлежащих оказанию услуг в соответствии с пунктом 5 договора определен следующим образом: оспаривание законности возбуждения дела о банкротстве заказчика, подготовка необходимых процессуальных документов, представление интересов заказчике в арбитражном суде всех инстанций при рассмотрении дела о банкротстве заказчика и обособленных споров в рамках данного дела о банкротстве, представление интересов заказчика в отношениях с финансовым управляющим, если таковой будет назначен арбитражным судом, консультирование заказчика по вопросам, связанным с ходом дела о его банкротстве, представление интересов заказчика в правоохранительных органах по вопросам проверки наличия в действиях публичного акционерного общества «Сбербанк России» и иных лиц, направленных на банкротство заказчика, признаков преступления, совершение иных действий, необходимых для защиты интересов заказчика в рамках данного поручения.

Согласно пункту 9 договора размер вознаграждения определен сторонами в размере 50 000 руб. ежемесячно, оплата вознаграждения производится до 20 числа месяца, следующего за отчетным.

В соответствии с дополнительным соглашением от 23.10.2018 к договору (приложено к заявлению финансового управляющего о признании недействительными сделок уступки и зачета) стороны договора пришли к соглашению о предоставлении должнику отсрочки уплаты вознаграждения и возмещения расходов на один год.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 03.09.2020, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2020 по настоящему делу, признано недействительной сделкой перечисление должником в пользу ФИО5 30.01.2019 денежных средств в размере 492 000 руб., в качестве применения последствий недействительности данной сделки денежные средства в указанном размере взысканы с ФИО5 в конкурсную массу должника.

02.11.2020 между ООО «ТКК» (цедент) и ФИО5 (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (приложен к заявлению финансового управляющего о признании недействительными сделок уступки и зачета), по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает права требования к должнику о погашении задолженности в размере 523 500 руб. по договору на оказание консультационных услуг от 17.09.2018.

Как следует из пункта 1.2 договора, уступаемое право цедента возникло в связи с оказанием должнику консультационных услуг по представлению интересов должника в рамках дела о его несостоятельности (банкротстве) № А70-14195/2018, возбужденного по заявлению ПАО «Сбербанк России» в Арбитражном суде Тюменской области.

Согласно пункту 1.3 договора согласно актам об исполнении обязательств по договору на оказание консультационных услуг от 17.09.2018 № 1 от 31.01.2019, № 2 от 31.03.2019, № 3 от 30.04.2019, № 4 от 30.06.2019, № 5 от 31.07.2019 общая стоимость услуг, оказанных должнику, составила 523 500 руб.

В соответствии с пунктом 2.2 договора уступка является возмездной, стоимость определена в размере 523 500 руб.

15.12.2020 ФИО5 финансовому управляющему было направлено заявление о зачете встречных однородных требований на сумму 492 000 руб. (приложено к заявлению финансового управляющего о признании недействительными сделок уступки и зачета). К зачету предъявлены требования должника к ФИО5 в размере 492 000 руб., возникшие на основании определения Арбитражного суда Тюменской области от 03.09.2020 по настоящему делу, и требования ФИО5 к должнику в размере 523 500 руб., возникшие на основании договоров от 17.09.2018, от 02.11.2020. По результатам произведенного зачета размер задолженности ФИО2 перед ФИО5 составляет 31 500 руб.

Полагая договор уступки прав требования от 02.11.2020 между ООО «ТКК» и ФИО5, зачет встречных требований на сумму 492 000 руб. между ФИО5 и ФИО2 сделками, совершенными с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и причинившими такой вред, со злоупотреблением правом, с оказанием ФИО5 предпочтения перед другими кредиторами, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании их недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2, статьи 61.3 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из следующего:

- условия договора уступки прав требования от 02.11.2020 явно экономически нецелесообразны для ФИО5, так как определением Арбитражного суда Тюменской области от 03.09.2020 по настоящему делу с ФИО5 в конкурсную массу должника взысканы денежные средства в размере 492 000 руб., а по условиям договора уступки прав требования от 02.11.2020 за уступленные права требования ФИО5 должна уплатить ООО «ТКК» 523 500 руб.;

- доказательства, подтверждающие наличие у ФИО2 задолженности перед ООО «ТКК» по договору на оказание консультационных услуг от 17.09.2018 в сумме 492 000 руб., отсутствуют, напротив, с учетом установленного арбитражным судом ранее факта сокрытия должником от финансового управляющего и кредиторов размера получаемого им дохода, а также того, что представление интересов должника осуществляется ООО «ТКК» и в настоящее время, имеются основания полагать, что должником производится оплата соответствующих услуг, задолженность по оплате данных услуг у ФИО2 перед ООО «ТКК» отсутствует; иное, то есть отсутствие оплаты с 2019 года, представляется неоправданным, исходя из основной цели деятельности юридических лиц, коим является ООО «ТКК», состоящая в извлечении прибыли, не может быть объяснено длительными доверительными отношениями между должником и ООО «ТКК»;

- ООО «ТКК» является заинтересованным по отношению к должнику лицом, поскольку оказывает ему юридические услуги, ФИО5 является заинтересованным по отношению к должнику лицом, поскольку является бывшей супругой ФИО2, то есть спорные сделки совершены между заинтересованными по отношению к ФИО2 лицами;

- спорные сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ФИО2, а именно – с целью вывода из конкурсной массы должника ликвидного актива в виде дебиторской задолженности, за счет которой могли быть удовлетворены требования конкурсных кредиторов.

В связи с изложенным суд первой инстанции признал договор уступки прав требования от 02.11.2020 между ООО «ТКК» и ФИО5 недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, зачет встречных требований на сумму 492 000 руб. между ФИО5 и ФИО2 недействительным на основании статей 10, 168 ГК РФ, применив последствия недействительности зачета встречных требований в виде восстановления права требования ФИО2 к ФИО5 на сумму 492 000 руб.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции в связи со следующим.

Как было указано выше, по договору уступки прав требования от 02.11.2020 ООО «ТКК» уступило ФИО5 право требования к ФИО2 о погашении задолженности в размере 523 500 руб. по договору на оказание консультационных услуг от 17.09.2018 (пункт 1.1 договора).

Из пункта 1.3 договора уступки следует, что оказание ООО «ТКК» должнику услуг на указанную сумму оформлено актами № 1 от 31.01.2019, № 2 от 31.03.2019, № 3 от 30.04.2019, № 4 от 30.06.2019, № 5 от 31.07.2019, копии которых представлены в материалы настоящего спора ООО «ТКК» совместно с документами, подтверждающими представление им ФИО2 в рамках настоящего дела о банкротстве (приложены к отзыву ООО «ТКК» на заявление от 29.10.2021, том 31, листы дела 31-151, том 32, листы дела 1-76).

Согласно доводам финансового управляющего оснований считать, что услуги по договору на оказание консультационных услуг от 17.09.2018 на сумму 523 500 руб. оказывались ООО «ТКК» ФИО2, не имеется, представленные ООО «ТКК» в материалы дела первичные документы данное обстоятельство с достоверностью не подтверждают.

Данная позиция управляющего оспаривается ООО «ТКК» и ФИО5 с указанием на то, что из материалов дела о банкротстве ФИО2 (в том числе электронных) усматривается представление ООО «ТКК» ФИО2 в его рамках, представленные ООО «ТКК» в дело первичные документы подтверждают факт оказания им ФИО2 услуг на сумму 523 500 руб.

Между тем суд апелляционной инстанции считает необходимым учитывать, что даже если ООО «ТКК» оказало ФИО2 юридические услуги на сумму 523 500 руб., указанное обстоятельство в любом случае не способно предопределить итог рассмотрения настоящего спора судом, так как существует высокая вероятность прекращения данного обязательства до  совершения оспариваемой уступки.

Так, ООО «ТКК» представляло и представляет ФИО2 в рамках настоящего дела о банкротстве как до, так и после заключения договора уступки прав требования от 02.11.2020 между ООО «ТКК» и ФИО5

При этом с учетом того, что акты об оказании услуг, на которые ссылается ООО «ТКК» в рамках настоящего спора, датированы 31.01.2019, 31.03.2019, 30.04.2019, 30.06.2019, 31.07.2019, задолженность за соответствующие услуги не погашалась ФИО2 на протяжении около двух лет (до заключения 02.11.2020 спорного договора уступки).

Как указывает финансовый управляющий в заявлении, не опровергнуто участвующими в деле лицами, требований о погашении задолженности по договору на оказание консультационных услуг от 17.09.2018 в сумме 523 500 руб. либо в иной сумме до заключения между ним и ФИО5 договора уступки прав требования от 02.11.2020 ООО «ТКК» ни к должнику, ни к финансовому управляющему не предъявляло, о наличии у ФИО2 соответствующей текущей задолженности управляющему не сообщало. 

В то же время сохранение исполнителем (ООО «ТКК») на протяжении двух лет отношений с заказчиком (ФИО2), оказание исполнителем заказчику в соответствующем периоде услуг в условиях неоплаты заказчиком ранее оказанных ему исполнителем услуг на сумму свыше 500 000 руб. не является ожидаемым от разумного участника оборота поведением.

Как верно указал суд первой инстанции, оказание ООО «ТКК» должнику услуг в условиях неисполнения ФИО2 с 2019 года обязательств перед ООО «ТКК» по оплате оказанных ранее услуг на сумму 523 500 руб. представляется сомнительным, исходя из основной цели деятельности юридических лиц, состоящей в извлечении прибыли.

ООО «ТКК» в апелляционной жалобе поясняет, что оно продолжало оказывать должнику услуги в условиях наличия у ФИО2 задолженности перед ним, поскольку отказ от сотрудничества с ФИО2 для ООО «ТКК» был недопустим, так как должник являлся постоянным клиентом ООО «ТКК» и рекомендовал его другим лицам.

При этом возможность оплаты ФИО2 оказанных ООО «ТКК» услуг сохранялась по причине наличия у ФИО2 права требования возмещения причиненного ему совершенным в рамках дела о банкротстве ООО «АК «Маяк» преступлением ущерба в сумме 352 805 441 руб. 31 коп., подлежащего возмещению в рамках уголовного дела.

Однако такое объяснение не способно устранить сомнения суда, поскольку не вносит ясность в вопрос, по какой причине наличие данного долга скрывалось от финансового управляющего вплоть до оспаривания сделки с ФИО5 и взыскания с нее суммы реституционного требования.

Так или иначе, в условиях возбужденного в отношении ФИО2 26.09.2018 дела о банкротстве и проведения в отношении него с 12.08.2019 процедуры реализации имущества гражданина, то есть в условиях констатированной арбитражным судом в рамках нестоящего дела неплатежеспособности ФИО2, у ООО «ТКК» в любом случае отсутствовали разумные основания полагать ФИО2 безусловно способным оплатить как оказанные ему ООО «ТКК» в 2019 году и ранее услуги на сумму 523 500 руб., так и услуги, которые ООО «ТКК» оказывало ФИО2 позднее.

Кроме того, даже если допустить, что оплата действительно не осуществлялась, такие объяснения свидетельствуют о наличии между должником и ООО «ТКК» скрытых договоренностей о форме, порядке и/или сроках оплаты обязательства должником (сделка под условием взыскания ущерба, причиненного преступлением).

А это означает невозможность зачета обязательств должника перед ООО «ТКК» и обязательств ФИО5 перед должником и наличие злонамеренной цели осуществить такой зачет в отсутствие к тому законных оснований.

В связи с этим суд апелляционной инстанции не усматривает оснований считать доводы ООО «ТКК» относительно якобы имевшихся у него разумных причин оказания им ФИО2 услуг в условиях наличия у ФИО2 задолженности перед ним на сумму свыше 500 000 руб. способными повлиять на выводы суда.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым учитывать следующие обстоятельства, на которые указывает финансовый управляющий в отзывах на апелляционные жалобы и которые установлены определением Арбитражного суда Тюменской области от 30.05.2022 по настоящему делу, вынесенным по вопросу об обжаловании действий финансового управляющего.

Согласно копии выписки по счету общества с ограниченной ответственностью «Вираж» (далее – ООО «Вираж») (приложение № 7 к дополнению к отзыву управляющего на жалобу должника на действия финансового управляющего от 23.05.2022), в котором должник является единоличным исполнительным органом и единственным учредителем, в период 2019-2020 годы со счета данного общества осуществлен перевод денежных средств в размере 575 000 руб. лицу, с которым должник совместно проживает, что установлено финансовым управляющим в ходе осмотра жилого помещения должника (акт осмотра от 01.10.2019, приложение № 8 к дополнению к указанному выше отзыву).

Какие-либо пояснения относительно соответствующих перечислений должником не даны.

Поскольку в 2017 году, то есть до признания должника банкротом, перечисления со счета ООО «Вираж» осуществлялись непосредственно на счет должника, а на счет указанного заинтересованного лица ранее перечислений не было, Арбитражный суд Тюменской области в определении от 30.05.2022 по настоящему делу заключил, что перечисление в 2019-2020 годах денежных средств на счет заинтересованного лица обусловлено исключительно нахождением должника в процедуре банкротства и ограничением его возможности пользоваться банковскими счетами, и фактически данные перечисления осуществляются в пользу самого должника.

Как заключил Арбитражный суд Тюменской области в определении от 30.05.2022 по настоящему делу, из изложенного следует, что должник, находящийся в процедуре реализации имущества гражданина, имеет источники дохода, не раскрытые перед финансовым управляющим и кредиторами.

За счет соответствующего источника дохода ФИО2 в отсутствие доказательств иного также имел возможность осуществить исполнение перед ООО «ТКК» на сумму 523 500 руб. до заключения ООО «ТКК» и ФИО5 спорного договора уступки (02.11.2020), то есть оплатить оказанные им ООО «ТКК» услуги в текущем режиме, сохраняя с ООО «ТКК» благоприятные для последнего условия отношений по договору на оказание консультационных услуг от 17.09.2018 в рамках настоящего дела о банкротстве.

Таким образом, как правильно указал суд первой инстанции в обжалуемом определении, с учетом приведенных обстоятельств, принимая во внимание установленный судебным актом по настоящему делу факт сокрытия должником от финансового управляющего и кредиторов получаемого им дохода, а также то, что представление интересов должника осуществляется ООО «ТКК» и в настоящее время, имеются основания полагать, что оплата соответствующих услуг должником производится и задолженность в сумме 523 500 руб. на дату заключения ООО «ТКК» и ФИО5 спорного договора уступки (02.11.2020) у ФИО2 отсутствовала.

На данное обстоятельство также косвенно указывают пояснения финансового управляющего, данные им в отзывах на апелляционные жалобы и подтверждающиеся приложенными им к заявлению о признании недействительным договора на оказание консультационных услуг от 17.09.2018 между ООО «ТКК» и ФИО2 документами, согласно которым управляющий направлял в адрес должника запрос исх. № 3 от 23.04.2019, в котором просил, помимо прочего, предоставить ему документы, подтверждающие наличие задолженности, основания ее возникновения.

Финансовым управляющим должнику также был направлен запрос исх. № 114 от 17.12.2019, в котором управляющий просил сообщить ему, каким образом производится оплата представляющих ФИО2 в судебных заседаниях по настоящему делу о банкротстве лиц, в том числе директора ООО «ТКК» ФИО6, кто производит оплату указанных лиц, какова стоимость их услуг, а также предоставить ему копии договоров об оказании услуг, заключенных с данными лицами, документы, подтверждающие оплату услуг.

Кроме того, управляющий направлял в адрес ФИО2 запрос исх. № 132 от 30.01.2020, в котором просил предоставить ему сведения об исполнении дополнительного соглашения от 23.10.2018 к договору на оказание консультационных услуг от 17.09.2018 с приложением копий подтверждающих данный факт документов.

При этом в ответах ФИО2 на данные запросы управляющего от 07.05.2019, 19.06.2019 сведения о наличии у ФИО2 задолженности перед ООО «ТКК» по договору на оказание консультационных услуг от 17.09.2018 в какой-либо сумме (которая, исходя из дат, указанных в актах № 1 от 31.01.2019, № 2 от 31.03.2019, № 3 от 30.04.2019, № 4 от 30.06.2019, № 5 от 31.07.2019, по состоянию на даты подготовки ответов уже должна была существовать) не содержатся.

Данные ответы подписаны представителем должника ФИО6, который, являясь директором ООО «ТКК», в случае наличия у ФИО2 такой задолженности не мог о ней не знать.

Суд апелляционной инстанции считает, что приведенные обстоятельства в их совокупности свидетельствуют об отсутствии у ФИО2 на дату заключения ООО «ТКК» и ФИО5 спорного договора уступки (02.11.2020) задолженности перед ООО «ТКК» в сумме 523 500 руб. в связи с ее погашением ФИО2 в текущем режиме за счет доходов, сокрытых от арбитражного суда, финансового управляющего и конкурсных кредиторов.

Обратное ФИО2, ФИО5, ООО «ТКК» надлежащим образом не подтверждено и не доказано.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

На основании пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В пункте 1 статьи 390 ГК РФ установлено, что цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования. При этом по общему правилу, предусмотренному в абзаце втором пункта 2 названной статьи, уступаемое требование должно существовать в момент уступки.

По общему правилу, если цедент уступил цессионарию несуществующее право требования, соглашение об уступке не поражается недействительностью, поскольку является обязательственной сделкой, для совершения которой не требуется наличия распорядительной власти (пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.07.2012 № 2551/12).

В таком случае цессионарий имеет право на иск к цеденту о взыскании с него убытков за ненадлежащее исполнение обязательства в порядке статьи 390 ГК РФ, поскольку, приобретая дебиторскую задолженность, в состав его правомерных ожиданий входит принадлежность права требования отчуждателю, с которым цессионарий вступает в договор (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).

Между тем, как правильно указал суд первой инстанции, из этого правила возможно исключение, когда сделка по уступке охвачена единым умыслом группы лиц, направленным на достижение злонамеренной цели с иными сделками, и данная группа сделок причинила или могла причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

В настоящем случае условия спорного договора уступки от 02.11.2020, как правильно указал суд первой инстанции, явно экономически нецелесообразны для ФИО5, поскольку определением Арбитражного суда Тюменской области от 03.09.2020 по настоящему делу с ФИО5 в конкурсную массу должника взысканы денежные средства в размере 492 000 руб., а согласно условиям договора уступки за уступленные права требования у ФИО5 в размере 523 500 руб. ФИО5 должна была уплатить ООО «ТКК» 523 500 руб.

Согласно доводам ФИО5 в результате совершения спорных сделок ФИО5 исполнила обязательства перед должником и получила разумную рассрочку в исполнении обязательства перед ООО «ТКК»; целью заключения спорных сделок являлось освобождение имущества ФИО5 от арестов и ограничений, наложенных в рамках исполнительного производства, однако исполнительное производство не было окончено из-за противодействия финансового управляющего и начавшегося судебного разбирательства по настоящему спору.

Как указывает ФИО5, обязательства перед ООО «ТКК» по оплате цены договора уступки исполнено ФИО5 в большей части – в размере 400 000 руб., при этом такое исполнение осуществлено ФИО5 в разумный для обеих сторон срок.

Между тем, как верно указывает финансовый управляющий в отзывах на апелляционные жалобы, при наличии возбужденного на основании исполнительного листа ФС № 034705294 от 22.01.2021 на принудительное исполнение определения Арбитражного суда Тюменской области от 03.09.2020 по настоящему делу, предъявленного к исполнению 27.01.2021, исполнительного производства о взыскании с ФИО5 в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 492 000 руб. действия ФИО5 по оплате права требования по спорному договору уступки в сумме 400 000 руб. экономически нецелесообразны и неразумны.

Если бы ФИО5 действовала добросовестно с целью освобождения ее имущества от арестов и ограничений, наложенных в рамках исполнительного производства, на что она указывает в апелляционной жалобе, ФИО5 внесла бы соответствующие денежные средства в службу судебных приставов для погашения своей задолженности перед ФИО2 (на четыре пятых части), а затем в короткие сроки приняла бы меры к погашению соответствующего долга в оставшейся части (492 000 руб. - 400 000 руб. = 92 000 руб.).

В связи с этим доводы ФИО5 относительно экономической целесообразности для нее заключения спорного договора уступки отклоняются судом апелляционной инстанции как несостоятельные и не свидетельствующие о получении ею добросовестной экономической выгоды от заключения договора уступки прав требования от 02.11.2020 с ООО «ТКК».

В то же время необходимо учитывать, что договор уступки прав требования между ООО «ТКК» и ФИО5 датирован 02.11.2020, то есть после принятия Арбитражным судом Тюменской области определения от 03.09.2020 о признании недействительной сделкой перечисления должником в пользу ФИО5 30.01.2019 денежных средств в размере 492 000 руб., применения последствий недействительности данной сделки в виде взыскания денежных средств в указанном размере с ФИО5 в конкурсную массу должника.

Только 15.12.2020 ФИО5 финансовому управляющему было направлено заявление о зачете встречных однородных требований на сумму 492 000 руб. К зачету предъявлены требования должника к ФИО5 в размере 492 000 руб., возникшие на основании определения Арбитражного суда Тюменской области от 03.09.2020 по настоящему делу, и требования ФИО5 к должнику в размере 523 500 руб., возникшие на основании договоров от 17.09.2018, от 02.11.2020. По результатам произведенного зачета размер задолженности ФИО2 перед ФИО5 составляет 31 500 руб.

То есть впервые о наличии у должника долга перед ООО «ТКК» финансовый управляющий узнал, фактически не от сторон обязательства, а от ФИО5 в связи с воспрепятствованием ею исполнения судебного акта о взыскании реституционного возмещения.

Суд апелляционной инстанции считает, что приведенные обстоятельства в совокупности с обозначенным выше фактом отсутствия оснований считать задолженность ФИО2 перед ООО «ТКК» по договору на оказание консультационных услуг от 17.09.2018 в сумме 523 500 руб. не погашенной по состоянию на даты совершения спорных сделок (02.11.2020, 15.12.2020), экономической нецелесообразности договора уступки для ФИО5, совершения спорных сделок уступки и зачета между заинтересованными по отношению к должнику лицами (бывшая супруга должника и лицо, оказывающее должнику юридические услуги) свидетельствуют о наличии у данных сделок единой цели причинения вреда имущественным правам кредиторов ФИО2 посредством вывода из конкурсной массы должника ликвидного актива в виде дебиторской задолженности ФИО5 в сумме 492 000 руб.

В частности, для этих целей ООО «ТКК» и ФИО2 была искусственно создана видимость неоплаты ФИО2 оказанных ООО «ТКК» в 2019 году юридических услуг по представительству в настоящем деле о банкротстве на сумму 523 500 руб. и наступления срока платежа с уступкой ООО «ТКК» данного не существующего долга ФИО5 по договору уступки прав требования от 02.11.2020 и последующим его зачетом 15.12.2020 ФИО5 против требования ФИО2 к ней в размере 492 000 руб., основанного на определении Арбитражного суда Тюменской области от 03.09.2020 по настоящему делу.

С учетом наличия оснований полагать, что оказанные ООО «ТКК» услуги по договору на оказание консультационных услуг от 17.09.2018 на сумму 523 500 руб. (в случае, если таковые действительно были оказаны) были оплачены ФИО2 до заключения договора уступки прав требования от 02.11.2020 между ООО «ТКК» и ФИО5, следует заключить, что против требования ФИО2 к ФИО5 в размере 492 000 руб., основанного на определении Арбитражного суда Тюменской области от 03.09.2020 по настоящему делу, была зачтена фактически не существующая задолженность ФИО2 перед ФИО5 в сумме 492 000 руб., в обоснование которой стороны зачета сослались на обозначенный выше договор уступки.

Как следует из пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений ГК РФ о прекращении обязательств», согласно статье 410 ГК РФ для прекращения обязательств зачетом, по общему правилу, необходимо, чтобы требования сторон были встречными, их предметы были однородными и по требованию лица, которое осуществляет зачет своим односторонним волеизъявлением, наступил срок исполнения. Указанные условия зачета должны существовать на момент совершения стороной заявления о зачете. Например, встречные требования сторон могут в момент своего возникновения быть неоднородными (требование о передаче вещи и требование о возврате суммы займа), но к моменту заявления о зачете встречные требования сторон уже будут однородны (требование о возмещении убытков за нарушение обязанности по передаче вещи и требование о возврате суммы займа).

Приведенные положения свидетельствуют о том, что зачет встречных требований должен быть основан на реальных правоотношениях, подтвержденных документально. Заявление о зачете, предметом которого является прекращение несуществующих обязательств, противоречит содержанию статьи 410 ГК РФ.

При таких обстоятельствах произведенный ФИО2 и ФИО5 15.12.2020 зачет встречных однородных требований является несостоявшимся.

Кроме того, договор уступки прав требования от 02.11.2020, заключенный между ООО «ТКК» и ФИО5, зачет встречных требований на сумму 492 000 руб. между ФИО5 и ФИО2, как совершенные в условиях неплатежеспособности должника (после введения в отношении него процедуры реализации имущества гражданина) между заинтересованными с ним лицами сделки, объединенные умыслом их сторон на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника посредством реализации участниками сделок намерения создать условия для прекращения реституционного обязательства ФИО5 перед конкурсной массой ФИО2 в размере 492 000 руб., основанного на определении Арбитражного суда Тюменской области от 03.09.2020 по настоящему делу, зачетом против несуществующего требования, имеют признаки недействительности, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для признания договора уступки прав требования от 02.11.2020 между ООО «ТКК» и ФИО5, зачета встречных требований на сумму 492 000 руб. между ФИО5 и ФИО2 недействительными.

ФИО5 в апелляционной жалобе указывает, что согласно сведениям из ЕФРСБ финансовым управляющим с третьими лицами заключены договоры купли-продажи имущества должника № 216571 от 22.03.2021, № 216573 от 22.03.2021, № 216575 от 10.03.2021 на общую сумму 117 100 руб., а также проведены торги по продаже земельных участков на общую сумму 30 306 538 руб. 63 коп., то есть в конкурсной массе должника имеются достаточные для погашения задолженности по текущим платежам, существовавшим на момент совершения оспариваемых сделок, денежные средства и иное имущество.

Между тем данные доводы ФИО5 об отсутствии оснований для признания спорных сделок недействительными не свидетельствуют.

Во-первых, ФИО5 надлежащим образом не обоснован и не подтвержден размер текущих обязательств ФИО2 как на даты заключения спорных договоров, так и на настоящую дату, а следовательно, достаточность обозначенного ею имущества должника для погашения требований текущих кредиторов в полном объеме.

Во-вторых, подлежащие поступлению в конкурсную массу должника от ФИО5 во исполнение определения Арбитражного суда Тюменской области от 03.09.2020 по настоящему делу денежные средства в сумме 492 000 руб. в случае погашения текущих требований в полном объеме за счет иного имущества должника подлежат направлению на погашение требований реестровых кредиторов ФИО2, в связи с чем достаточность иного имущества должника для осуществления текущих платежей (в случае, если бы она была доказана ФИО5), вопреки доводам ФИО5, об отсутствии о спорных сделок цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника не свидетельствует.

Довод ООО «ТКК», согласно которому вывод суда первой инстанции о том, что договор на оказание консультационных услуг от 17.09.2018, заключенный между ООО «ТКК» и должником, не соответствует требованиям пункта 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве, несостоятелен, отклонятся судом апелляционной инстанции как не способный повлиять на итог рассмотрения настоящего спора.

Какие-либо доводы относительно незаконности или необоснованности обжалуемого судебного акта в части применения последствий недействительности спорных сделок в апелляционных жалобах ФИО5, ООО «ТКК» не содержатся.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения или отмены обжалуемого определения суда первой инстанции в данной части.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Тюменской области. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. при подаче апелляционной жалобы в связи с отказом в ее удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 30 мая 2022 года по делу № А70-14195/2018 (судья Шаркевич М.С.), вынесенное по заявлению финансового управляющего о признании сделки недействительной, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>, зарегистрирован по адресу: 

<

...>), оставить без изменения, апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-7559/2022) общества с ограниченной ответственностью «Тюменская консалтинговая компания», (регистрационный номер  08АП-7859/2022) ФИО5 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

О.В. Зорина

Судьи

Е.А. Горбунова

 В.А. Зюков