АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1650/19 

Екатеринбург

25 февраля 2023 г.

 

Дело № А60-49253/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 16 февраля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 февраля 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Артемьевой Н.А.,

судей Новиковой О.Н., Павловой Е.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.06.2022 по делу № А60-49253/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.03.2019 должник - ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.06.2022 процедура реализации имущества гражданина в отношении ФИО1 завершена без применения в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2022 определение суда первой инстанции от 23.06.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба должника – без удовлетворения.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, просит обжалуемые судебные акты отменить в части неприменения в отношении него правил об освобождении от исполнения обязательств, принять новый судебный акт. По мнению заявителя, у судов отсутствовали основания для не применения в отношении него положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, поскольку не предоставление информации финансовому управляющему не привело к невозможности пополнения конкурсной массы или утрате имущества, которое могло пополнить конкурсную массу, все необходимые сведения финансовому управляющему представлены, запрашиваемые ФИО2 документы приобщены в материалы административного и гражданских дел. Заявитель обращает внимание на то, что отказ в применении положений об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов противоречит реабилитационному характеру института потребительского банкротства. Должник отмечает, что финансовым управляющим избрана неэффективная стратегия наполнения конкурсной массы. Кроме того, заявитель обращает внимание на то, что судами не дана оценка представленным им в суды первой и апелляционной инстанций письменным возражениям и письменным объяснениям, в которых подробно указаны все обстоятельства дела, и приведены доказательства доводов ФИО1

Арбитражный управляющий ФИО2 в отзыве на кассационную жалобу в отношении изложенных доводов возражает, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.08.2018 принято к производству заявление о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.10.2018 в отношении должника ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.03.2019 должник - ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2

По окончании проведения процедуры банкротства в отношении должника финансовым управляющим ФИО2 направлены в арбитражный суд ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина, в котором он просил не применять в отношении ФИО1 правила об освобождения от исполнения обязательств, а также документы, относящиеся к проведению процедуры банкротства, в том числе, отчеты о своей деятельности и о результатах проведения реализации имущества гражданина ФИО1, об использовании денежных средств должника, отчет об использовании денежных средств (счет для задатков), реестр требований кредиторов ФИО1

Из материалов дела усматривается, что в ходе процедур банкротства сформирован реестр требований кредиторов, закрытый 23.05.2019, в который включены требования на общую сумму 963 794 руб. 33 коп., в том числе в состав первой очереди включены требования ФИО3 в размере 346 013 руб. 69 коп.; второй очереди – требование ФНС России в лице ИФНС России по Верх-Исетскому району                         г. Екатеринбурга в размере 31 109 руб. недоимки; в состав третьей очереди – требования акционерного общества «Финансовое агентство по сбору платежей» в размере 428 477 руб. 95 коп. основного долга и 8589 руб. 82 коп. пени (штрафов) и ИФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга в размере 4692 руб. 28 коп. пени.

В соответствии с данными, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, за ФИО1 зарегистрировано жилое помещение (квартира), которое исключено финансовым управляющим из конкурсной массы должника на основании пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве.

Помимо этого, финансовым управляющим также установлено, что должник является собственником доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Юридическое бюро Жигалова и партнеры» (далее – общество «Юридическое бюро Жигалова и партнеры») в размере 90%, номинальной стоимостью 9000 руб. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.02.2022 доля в уставном капитале общества «Юридическое бюро Жигалова и партнеры» в размере 90%, номинальной стоимостью 9000 руб. исключена из конкурсной массы ФИО1

Финансовым управляющим выявлено наличие у должника дебиторской задолженности (право требования к ФИО4 - реестровые требования в деле о несостоятельности (банкротстве) № А60-27425/2016). Указанная дебиторская задолженность реализована по цене 661 100 руб. по договору купли-продажи от 25.12.2020 № 1-УПС.

За период процедуры реализации имущества, на счет должника поступили денежные средства в размере 715 138 руб. 49 коп.

Общая сумма расходов в процедуре реализации имущества составила 399 786 руб. 77 коп.

Полученные денежные средства направлены на погашение текущих платежей и частично на погашение требований кредиторов в размере 324 593 руб. 67 коп. (32,66% от общего размера требований, включенных в реестр).

Какого-либо иного имущества, за счет которого возможно формирование конкурсной массы, финансовым управляющим не обнаружено.

С учетом изложенного, установив, что все мероприятия в процедуре реализации имущества гражданина ФИО1 выполнены, возможности формирования конкурсной массы в ходе процедуры банкротства гражданина исчерпаны, имущества для пополнения конкурсной массы и последующей его реализации не имеется, в производстве суда отсутствуют нерассмотренные заявления, в том числе заявления об оспаривании сделок, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества ФИО1

В вышеназванной части судебные акты лицами, участвующими в деле, не обжалуются и судом округа не пересматриваются.

Отказывая в применении в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, суды исходили из следующего.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства.

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, в частности, в случае, если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество. В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств.

В процедурах банкротства гражданин-должник обязан предоставить информацию о его финансовом положении, в том числе сведения о его имуществе с указанием его местонахождения, об источниках доходов, о наличии банковских и иных счетов и о движении денежных средств по ним (пункт 3 статьи 213.4, пункт 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве). Неисполнение данной обязанности, с одной стороны, не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, а с другой - создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед кредиторами.

Подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства, поэтому непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Исключения могут составлять случаи, если должник доказал, что информация не была раскрыта ввиду отсутствия у него реальной возможности ее предоставить, его добросовестного заблуждения в ее значимости или информация не имела существенного значения для решения вопросов банкротства.

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.), то в силу абзаца четвертого  пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение от долгов, что указывается судом в судебном акте. По этому же основанию не допускается и освобождение гражданина от обязательств по завершении процедуры внесудебного банкротства гражданина (пункт 2 статьи 223.6 Закона о банкротстве).

Как указано в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», целью положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанная норма направлена на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В пунктах 43, 44 того же постановления разъяснено, что обстоятельства, связанные с сокрытием должником необходимых сведений, могут быть установлены судом на любой стадии дела о банкротстве должника в любом судебном акте, при принятии которого данные обстоятельства исследовались судом и были отражены в его мотивировочной части, а совершение должником иных противоправных действий может подтверждаться обстоятельствами, установленными как в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, так и в иных делах.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзац 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, проанализировав обстоятельства настоящего дела о банкротстве, поведение должника при проведении процедур банкротства, установив, что должником в полном объеме не исполнено определение Арбитражного суда Свердловской области от 03.04.2019, обязывающее ФИО1 представить финансовому управляющему ФИО2 документы, должник документально не раскрыл источники средств к существованию и источник доходов, за счет которых он в течение длительного времени содержал себя и троих своих несовершеннолетних детей, нес расходы на проживание, что свидетельствует о сокрытии ФИО1 своего имущественного положения, учитывая, что должником принимались меры по выводу в пользу ближайшего родственника единственного значимого ликвидного имущества (отчуждение дебиторской задолженности в пользу матери, признанное вступившим в законную силу определением суда от 02.03.2020 недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), реализация которого в последующем пополнила конкурсную массу должника, а также осуществлялись действия, направленные на включение в реестр требований кредиторов требований дружественного кредитора, учитывая, что от требований ФИО3 о взыскании алиментов и текущих требований общества «Сбербанк России» должник не может быть освобожден арбитражным судом в силу прямого указания закона, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для применения в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Отклоняя доводы должника о том, что все истребуемые управляющим документы и сведения предоставлены финансовому управляющему, что подтверждается ответом от 18.03.2019 с приложениями, в котором указано на то, что запрашиваемые документы приобщены в материалы административного дела № 2-3536/2019 и иных указанных им гражданских дел, а также в службу судебных приставов, суды обоснованно исходили из того, что указанные обстоятельства не исключают обязанность должника представить таковые по требованию суда, изложенному в вышеупомянутом судебном акте.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Кроме того, судами справедливо отмечено, что должником в материалы дела не представлены доказательства того, что указанные нарушения являются малозначительными. В рассматриваемом случае должник соответствующие обстоятельства не подтвердил. Поведение должника не было обусловлено ошибкой, совершенной при добросовестном заблуждении.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы должника о том, что судами не дана оценка всем доводам и представленным в материалы дела доказательствам, подлежат отклонению, поскольку нарушений положений статей 170 и 271 АПК РФ судом кассационной инстанции не установлено.

То обстоятельство, что в судебном акте не указаны какие-либо конкретные доказательства либо доводы не свидетельствует о том, что данные доказательства или доводы судами не были исследованы и оценены. Из определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции усматривается, что все представленные в материалы дела доказательства были исследованы и оценены в порядке статьи 71 АПК РФ, и по ним судами были сделаны соответствующие выводы. При том, что оценка какого-либо доказательства, сделанная судами не в пользу стороны, представившей это доказательства, не свидетельствует об отсутствии как таковой оценки доказательства со стороны судов.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.06.2022 по делу № А60-49253/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Н.А. Артемьева 

 

Судьи                                                                                   О.Н. Новикова 

 

                                                                                              Е.А. Павлова