СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                                           Дело № А03-2727/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 31 мая 2024 года

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего                 Апциаури Л.Н.,

судей                                                 Афанасьевой Е.В.,     

ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Касьян В.Ф., с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 (№07АП-2934/2024) на решение от 29.02.2024 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-2727/2023 (судья Хворов А.В.) по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО3, с. Ребриха Ребрихинского района Алтайского края (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2, с. Ребриха Ребрихинского района Алтайского края (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) о взыскании 266 744 руб. убытков,

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Новэкс» (656023, Алтайский край, Барнаул, ФИО4 улица, дом 13, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ФИО5 (Алтайский край, г. Барнаул), ФИО6 (Алтайский край, г. Барнаул), ФИО7 (Алтайский край, г. Барнаул), ФИО8 (Алтайский край, г. Барнаул),

 

при участии в судебном заседании: 

от ответчика: ФИО9 доверенность от 07.03.2023, паспорт, диплом,

от ООО «Новэкс»: ФИО10, доверенность 370 от 10.08.2023, паспорт, диплом, 

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее - предприниматель ФИО3) обратилась в Арбитражный суд Алтайского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - предприниматель ФИО2) о взыскании 1 155 544 руб. убытков, включающих 911 620 руб. реального ущерба, состоящего из стоимости находящегося в торговом помещении, арендуемого у ответчика, утраченного товара в результате пожара, а также 243 924 руб. упущенной выгоды, являющейся расчетной величиной неполученного истцом дохода, определенного исходя из средней величины (25 985 руб.) доходов за первый квартал и 11 дней марта 2020 года (10 059 руб.), суммированной по помесячно до декабря 2020 года ((25 985 руб. х 9 мес.) + 10 059 руб.).

Требование истца основано на том, что ответчик, являющийся собственником нежилого здания - торгового центра «Империя», одно из помещение в котором находилось в аренде у истца, не обеспечил его надлежащее содержание в отношении соблюдения требований пожарной безопасности в результате чего произошел пожар, уничтоживший имущество на сумму реального ущерба. Кроме того, истец утратил возможность осуществлять торговую деятельность в связи с чем, лишился источника получения дохода, размер которого составил упущенную выгоду. 

Ответчик не признал иск, сославшись на недоказанность его вины в произошедшем пожаре, отсутствие необходимых условий для взыскания упущенной выгоды, поскольку не представлено доказательств приготовления истцом к получению соответствующего дохода. Также ответчик полагает, что предпринимателем ФИО3 не проявила должную осмотрительность, вступив в отношения по договору аренды помещения на объекте, который не был введен в эксплуатацию в установленном законодательством порядке, следовательно, размер ответственности должен быть уменьшен.  

В связи с оспариванием ответчиком реального характера сделок по приобретению товара и представлением документов, ставящих под сомнение возможность приобретения у указанных в расчетных документах поставщиков спорного товара, который по основаниям иска утрачен в результате пожара, истец исключил из состава доказательств счета-фактуры и расходные кассовые ордера, представленные ранее в качестве подтверждения наличия в помещении указанного в них товара, и его стоимости, определяющей размер реального ущерба.

С учетом этого, размер исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), уменьшен до 266 744 руб., включающих 22 860 руб. реального ущерба, определяемого по стоимости утраченной контрольно-кассовой техники модели Меркурий-130Ф (далее - ККТ), и размеру упущенной выгоды 243 924 руб. 

Решением от 29.02.2024 Арбитражного суда Алтайского края иск удовлетворен частично, с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО3 взыскано 22 820 руб. убытков и 839 руб. расходов по уплате государственной пошлины, в остальной части иска отказано. Индивидуальному предпринимателю ФИО3 выдана справка на возврат из федерального бюджета 12 897 руб. излишне уплаченной государственной пошлины.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ответчик обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение арбитражного суда Алтайского края от 29.02.2024 по делу № А03-2727/2023 в части взыскания с ИП ФИО2 в пользу ИП ФИО3 22 820,00 рублей убытков и 839 рублей расходов по уплате государственной пошлины, принять по делу новый судебный акт - об отказе в удовлетворении иска.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик ссылается на следующее: доводы ФИО3, о нахождении ККМ в торговом здании, расположенном по адресу: 

<

...> в момент пожара 19.03.2020 года, заявленные при рассмотрении дела № А03-2727/2023, противоречат пояснениям, которые истец письменно дала в момент опроса сотрудником органа дознания, согласно которого в момент пожара в помещении был только отпаривать; согласно пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ и пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» судом должен был быть исследован вопрос о наличии в действиях истца вины, которая способствовала увеличению ущерба, так как ФИО3 знала, что второй этаж не введен в эксплуатацию и могла предпринять разумные меры к сохранению ККМ, который последняя, действуя заботливо и осмотрительно, могла ежедневно уносить и приносить с собой.

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ. 

Возражений против проверки судебного акта в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступило. 

Поэтому в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое решение проверено в части удовлетворения исковых требований.

Отзывы на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 АПК РФ к моменту ее рассмотрения не поступили.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции явившиеся представители каждый поддержали свои доводы и возражения.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей в суд апелляционной инстанции не направили, что согласно статье 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие их представителей.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав явившихся представителей, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 268 АПК РФ в обжалуемой части, суд апелляционной инстанции считает его подлежащим изменению в части по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела, ИП ФИО2 является собственником нежилого помещения, площадью 283 кв. м, расположенного на втором этаже здания по адресу: 

<

...>, что подтверждается свидетельством 22 АВ 047204 от 17.12.2009, выданным Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Алтайскому краю, запись государственной регистрации N 22-22-15/040/2009-552.

 

На основании заключенного между сторонами договора аренды ответчик пользовался нежилым помещением для осуществления предпринимательской деятельности в здании, расположенном по адресу: 

<

...>.

Договор аренды в материалы дела не был представлен ввиду утраты его экземпляров сторонами, однако, стороны существование арендных правоотношений с 2013 года до 19.03.2020 не оспаривали.

19.03.2020 в здании, где расположено арендуемое помещение, произошел пожар, что подтверждается справкой о пожаре № 4-10-47-27 от 25.03.2020.

Истец, считая, что в результате пожара, возникшего в результате несоблюдения собственником здания требований пожарной безопасности, уничтожены принадлежавшие обществу материальные ценности, обратился в арбитражный суд с исковым заявлением.

Удовлетворяя исковые требования в части взыскания с ответчика 22 820 руб. убытков -реального ущерба, определяемого по стоимости утраченной контрольно-кассовой техники модели Меркурий-130Ф (далее - ККТ), суд первой инстанции исходил из того, что размер реального ущерба равного стоимости утраченной ККТ, включающей стоимость программного обеспечения, дополнительного оборудования и расходов по вводу ККТ в эксплуатацию подтвержден счетом № 449 от 14.06.2019, ответчиком не опровергнут.

Седьмой арбитражный апелляционный суд считает решение суда подлежащим изменению в части по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Согласно статье 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Согласно положениям пунктов 1, 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с разъяснениями пункта 12 Постановление № 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Применение норм о возмещении вреда предполагает наличие как общих условий деликтной, то есть внедоговорной, ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, причинная связь между вредом и противоправными действиями, вина причинителя), так и специальных ее условий, связанных с особенностями субъекта ответственности, характером содеянного и т.д. (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 03.07.2019 № 26-П).

Суд при рассмотрении требования о возмещении внедоговорного вреда должен установить (1) наличие вреда и (2) его размер, (3) противоправность поведения лица, причинившего вред, (4) причинную связь между наступившими убытками и действиями (бездействием) причинителя вреда, а также его вину, за исключением случаев, когда ответственность наступает без вины.

Таким образом, в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда закреплена презумпция вины его причинителя, бремя доказывания невиновности возлагается на причинителя вреда (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 № 641-О). Потерпевший должен представить доказательства, подтверждающие факт причинения ущерба и его размер, а также доказать, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Любое причинение вреда презюмируется противоправным (принцип генерального деликта) (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.07.2010 № 4515/10).

Если вред возник из-за неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается по правилам об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключенного сторонами (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 02.03.2021 № 53-КГ20-26-К8).

Удовлетворяя исковые требования о взыскании реального ущерба, определяемого по стоимости утраченной контрольно-кассовой техники, суд первой инстанции исходил из того, что по настоящему делу не установлено, что лицом, ответственным за обеспечение в арендуемом помещении правил пожарной безопасности является арендатор, либо причиной возникновения пожара явились обстоятельства, за которые последний несет ответственность. 

В материалы настоящего дела в качестве письменного доказательства представлено заключение эксперта общества с ограниченной ответственностью «Экском», составленное на основании определения суда по делу № А03-4074/2020 (т.2 л.д. 71-89) предметом иска которого является взыскание с предпринимателя ФИО2 ущерба в пользу другого арендатора - общества с ограниченной ответственностью «Новэкс», причиненного при тех же самых обстоятельствах. 

По результатам проведенных экспертом исследований конкретная причина возникновения пожара не была установлена. 

Вопреки возражениям ответчика об отсутствии ККТ в помещении в момент пожара, по имеющимся в материалах дела данным налогового органа ККТ в установленном порядке была зарегистрирована за предпринимателем ФИО11 по месту осуществления деятельности - 

<

...> и в последующем снята с учета после прекращения истцом статуса индивидуального предпринимателя. Поскольку деятельность по розничной продаже товаров предполагает обязательное использование ККТ, ее нахождение в торговой точке предполагается. Обратного ответчиком не доказано.

Принимая во внимание данное обстоятельство, учитывая, что в соответствии со статьей 38 Закона о пожарной безопасности, статьями 15, 210, 1064 ГК РФ, ответчик несет ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в силу действующего законодательства и обязан обеспечить своевременное выполнение требований пожарной безопасности, суд первой инстанции посчитал, что вопреки требованиям части 1 статьи 65 АПК РФ ответчик не доказал отсутствие своей вины в возникновении пожара и причинении убытков имуществу истца, ответственность по заявленному ущербу в результате пожара вследствие ненадлежащего контроля со стороны собственника здания за его использованием, несет предприниматель ФИО2 

Согласно выводам заключения эксперта от 27.10.2021 № 1223/6-3, выполненного обществом с ограниченной ответственностью «Экском» в рамках дела № А03-4074/2020, нарушениями со стороны ответчика являются: отсутствие системы пожаротушения и автоматической пожарной сигнализации, нарушение противопожарных норм при строительстве несущих строительных конструкций мансардного этажа и пристройки вдоль северной стороны здания, протекание крыши.

Точная причина пожара не установлена, только несколько вероятностных причин, а также установлены причины и условия, способствовавшие развитию пожара: претензии к строительным конструкциям, отсутствие системы пожаротушения и автоматической пожарной сигнализации (все относится к сфере ответственности ответчика).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 263 ГК РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260 Кодекса).

В силу пункта 1 статьи 222 ГК РФ самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки (пункт 2 статьи 222 ГК РФ).

Обязательное условие признания права собственности на самовольную постройку установлено в пункте 3 статьи 222 ГК РФ - сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан (пункт 3 статьи 222 ГК РФ).

По смыслу статей 128, 129, 222 ГК РФ самовольное строение не введено в гражданский оборот и не может в нем участвовать: с ним нельзя совершать гражданско-правовые сделки, право на него не может быть установлено и зарегистрировано.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, закрепленные в статье 35 Конституции Российской Федерации гарантии права собственности предоставляются лишь в отношении права, возникшего на законных основаниях (постановление от 11.03.1998 № 8-П; определения от 25.03.2004 № 85-О, от 13.10.2009 № 1276-О-О, от 29.09.2011 № 1071-О-О).

Самовольное же строительство представляет собой правонарушение, а обязанность по сносу самовольной постройки - санкцию за такое правонарушение, как это предусмотрено статьей 222 ГК РФ (определения от 03.07.2007 № 595-О-П, от 17.01.2012 N 147-О-О, от 28.03.2017 № 609-О).

Как следует из материалов дела, судом первой инстанции были приняты определенные меры, направленные на установление характеристик объекта, в котором произошел пожар.

В материалы дела представлена выписка из технического паспорта в отношении спорного объекта 2009 года (т.3 л.д. 25-33), из которой следует, что торговый дом имел 1-ый этаж и подвал.

Ответчик в жалобе указывает, что судом должен был быть исследован вопрос о наличии в действиях истца вины, которая способствовала увеличению ущерба, так как ФИО3 знала, что второй этаж не введен в эксплуатацию.

Истец ФИО3 в своих объяснениях (т.3 л.д.34) подтвердила, что арендовала помещение под магазин на 2-ом этаже.

Какие-либо документы, имеющие отношение к реконструкции спорного помещения под крышей, в результате которого появился самостоятельный этаж в здании (переданный в аренду), суду не представлены.

Согласно пояснениям предпринимателя, реконструкция была произведена незадолго до сдачи помещения в аренду, при наличии проекта, но без ввода в эксплуатацию, даны пояснения о том, что второй этаж появился в результате реконструкции. 

В пункте 11 постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» разъяснено, что отсутствие разрешения на ввод в эксплуатацию объекта капитального строительства, являющегося объектом аренды, в момент передачи этого объекта арендатору само по себе не влечет недействительности договора аренды. При наличии соответствующих оснований лица (арендатор и/или арендодатель), виновные в эксплуатации объекта капитального строительства без разрешения на ввод его в эксплуатацию, подлежат привлечению к административной ответственности в соответствии с частью 5 статьи 9.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Деятельность указанных лиц может быть приостановлена по основаниям и в порядке, предусмотренном названным Кодексом. Кроме того, судам следует принять во внимание, что передача объекта аренды арендатору до ввода его в эксплуатацию для осуществления ремонтных и отделочных работ не противоречит положениям Градостроительного кодекса Российской Федерации. Однако судам необходимо учитывать, что договор аренды будущей недвижимой вещи, заключенный в отношении самовольной постройки (в том числе и под условием последующего признания права собственности арендодателя на самовольную постройку), является ничтожным в соответствии со статьей 168 ГК РФ, так как принятие участниками гражданского оборота на себя обязательств по поводу самовольных построек согласно пункту 2 статьи 222 ГК РФ не допускается.

Таким образом, ограничение на распоряжение объектом самовольного строительства, закрепленное в статье 222 ГК РФ, направлено на полное исключение из гражданских правоотношений самовольной постройки как объекта гражданских прав, в связи с чем сделка, совершенная в отношении такого объекта, является недействительной.

Так как само использование самовольной постройки является правонарушением, прямо противоречит пункту 2 статьи 222 ГК РФ, лицо, допустившее такое правонарушение, не может быть полностью освобождено от ответственности по правилам главы 59 ГК РФ за произошедший в ней пожар.

Принятие обязательств по поводу самовольных построек императивно запрещено всем участникам гражданского оборота, а не только лицу, предоставляющему ее в пользование, в связи с чем имеются основания для самостоятельной ответственности и другой стороны, выраженной в снижении размера возмещения. 

Пунктами 1, 2 статьи 404 ГК РФ предусмотрено, что, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению. Правила пункта 1 настоящей статьи соответственно применяются и в случаях, когда должник в силу закона или договора несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства независимо от своей вины.

Согласно пункту 2 статьи 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.02.2008 № 120-О-О, комментируя использование в данной норме Кодекса такого понятия, как «грубая неосторожность», в качестве требования, которым должен руководствоваться суд при определении размера возмещения потерпевшему, указал на отсутствие неопределенности в содержании этой нормы, поскольку разнообразие обстоятельств, допускающих возможность уменьшения размера возмещения или отказа в возмещении, делает невозможным установление их исчерпывающего перечня в законе, а использование федеральным законодателем этой оценочной характеристики преследует цель эффективного применения нормы к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций, что само по себе не может расцениваться как нарушение конституционных прав и свобод потерпевшего.

Вопрос о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств. При этом, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, судья принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что также не может рассматриваться как нарушение каких-либо конституционных прав и свобод гражданина. Разрешение же вопроса о том, является ли обоснованным тот или иной размер компенсации вреда, взысканный с заявителя, требует установления и исследования фактических обстоятельств конкретного дела.

В силу пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Как разъяснено в пункте 12 Постановления № 25, по общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что наличие обстоятельств, освобождающих от обязанности возместить причиненный вред или влекущих уменьшение размера его возмещения, должен доказать причинитель вреда.

При этом грубой неосторожностью могут быть признаны действия (бездействие) потерпевшего, который в силу объективных обстоятельств мог и должен был предвидеть опасность, однако пренебрег ею, что способствовало наступлению либо увеличению размера вреда.

Игнорирование самых минимальных мер заботливости и осмотрительности при вступлении в обязательство, предметом которого является объект недвижимости, сведения о котором являются общедоступными (пункт 5 статьи 7 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»), не соответствует стандарту заботливости и осмотрительности коммерсанта, на постоянной основе осуществляющего торговую деятельность.

Кроме того, небрежное отношение к имуществу, непринятие своевременных мер при нарушении своих прав также могут свидетельствовать о грубой неосторожности (постановление Президиума ВАС РФ от 29.03.2011 № 14415/10).

В соответствии с пунктом 1 Постановления № 25 положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Пунктами 3 и 4 статьи 1 ГК РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. В пункте 1 статьи 10 ГК РФ закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 АПК РФ).

Изложенный подход о необходимости распределять ответственность (при подтверждении ничтожности сделки), соответствует принципам и началам гражданского законодательства, справедливости, доброй совести, запрету на извлечение преимуществ в результате собственного неправомерного поведения или на противоречивое поведение. 

Суд апелляционной инстанции, по результатам исследования и оценки доказательств, учитывая изложенные нормы права и разъяснения, считает необходимым уменьшить размер ответственности ответчика в два раза, до 11 410 рублей (стоимость ККТ 22 820 руб./2), что не приведет к освобождению его ответственности, в то же время и другая сторона (истец) не соответствующей закону сделки не будет освобождена от ответственности. Иной подход делает безрисковой и оставляет безнаказанной любую ее не соответствующую требованиям гражданского законодательства деятельность, с возложением вины только на противоположную сторону, несмотря на то, что до случая пожара она извлекало выгоды из собственного неправомерного поведения.

Нарушение норм материального права (пункт 4 части 1 статьи 270 АПК РФ) является основанием для изменения решения суда первой инстанции в части и принятием в указанной части  нового судебного акта.

В остальной части апелляционная жалоба подлежит оставлению без удовлетворения. 

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ в связи с частичным удовлетворением исковых требований судебные расходы по уплате государственной пошлины, относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных требований. 

С учётом частичного удовлетворения апелляционной жалобы с истца на основании статьи 110 АПК РФ в пользу ответчика подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в размере 1500 руб.

Руководствуясь статьями 268, частью 2 статьи 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд, 

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 29.02.2024 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-2727/2023 изменить в части абзаца 2 резолютивной части, изложив его в следующей редакции: 

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО3 11 410 рублей убытков, и 419,50 рублей расходов по уплате государственной пошлины. 

В остальной части апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 оставить без удовлетворения. 

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО2 1500 рублей расходов по государственной пошлине в связи с рассмотрением дела в суде апелляционной инстанции.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно - Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд принявший решение.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

 

Председательствующий                                                                 Л.Н. Апциаури 

 

Судьи                                                                                                           Е.В. Афанасьева    

 

                                                                                                          ФИО1