АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

29 декабря 2021 года

Дело №

А56-18309/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Боровой А.А., ФИО1, 

при участии представителей ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 26.04.2021), АО «ИнНжторгстрой» – ФИО4 (доверенность от 12.09.2021), конкурсного управляющего ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 02.11.2021),

рассмотрев 22.12.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.06.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2021 по делу № А56-18309/2019/сд.4,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.03.2020 ФИО7 (дата рождения – 17.08.1962, адрес: 197350, Санкт-Петербург, Глухарская 

<

...>, ИНН 

<

***>) признана несостоятельной (банкротом), в отношении неё введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5

Постановлением Тринадцатого Арбитражного апелляционного суда от 02.08.2020 решение суда первой инстанции от 26.03.2020 изменено, абзацы пятый и шестой резолютивной части решения изложены в следующей редакции: «Возложить исполнение обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО7 в рамках процедуры реализации имущества гражданина на ФИО5 (ИНН 

<

***>, регистрационный номер реестре арбитражных управляющих 17919; адрес для направления корреспонденции: 196210, Санкт-Петербург, а/я 127) , члена Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих. Исполняющему обязанности финансового управляющего осуществлять свои полномочия в соответствии с требованиями Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». 

В рамках процедуры банкротства 01.03.2021 конкурсный кредитор ПАО «Банк Уралсиб» (далее – Банк) обратился с заявлением о признании недействительным договора дарения от 25.11.2015, заключенного между ФИО7 и ФИО2, в отношении помещения с кадастровым номером: 78:31:0001199:2507, площадь объекта 39,8 кв. м, адрес объекта: Санкт-Петербург, ул. Чайковского, д. 20, литера А, помещение 39-Н (дата регистрации договора 09.12.2015), и применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО2 вернуть в конкурсную массу должника указанное помещение.

В обоснование заявления Банк сослался на положения пункта 2          статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением от 24.06.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2021, заявление удовлетворено в полном объеме. 

Суд первой инстанции, установив, что сделка совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не усмотрел оснований для удовлетворения заявления по данному основанию, и самостоятельно переквалифицировав заявление на сделку, совершенную со злоупотреблением правом, признал договор недействительным на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В кассационной жалобе ФИО2 просит указанные судебные акты отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной.

В обоснование жалобы ответчик ссылался на то, что у него отсутствовала  возможность возразить относительно переквалификации оспариваемой сделки, представить соответствующие доводы, суд не поставил стороны в известность о возможности такой переквалификации, не вынес обстоятельства, являющиеся основанием для переквалификации правовых оснований для оспаривания сделки на обсуждение сторон, чем нарушил нормы процессуального права. Применение судом статьи 10 ГК РФ податель жалобы считает необоснованным, так как у сделки отсутствуют пороки, выходящие за пределы дефектов с предпочтением или подозрительных сделок, тогда как сама сделка совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Согласно доводам жалобы на дату совершения оспариваемых сделок должник не обладал признаками объективного банкротства, факт неплатежеспособности в указанные даты не доказан; единственным просроченным обязательством являлось обязательство ООО «Димарт» перед АО «КБ ГЛОБЭКС» по кредитному договору от 24.09.2014, обеспеченному залогом недвижимого имущества от 24.09.2014 № 2-124-ДЗИ1/14-02022 и договором поручительства от 24.09.2014 № 2-124-ДП2/14-02022, который исполнен должником в полном объёме за ООО «Димарт» 27.04.2016. Тогда как исполнение по остальным обязательствам прекратилось с марта 2016 года. Со ссылкой на правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в Определении от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412, податель жалобы считает, что нельзя отождествлять неплатежеспособность должника с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.

Податель жалобы также указывает на то, что в настоящее время на рынке кредитования сложилась устойчивая банковская практика, в соответствии с которой руководители организаций и организации, входящие в одну группу, привлекаются банками в качестве поручителей по обязательствам друг друга, что являлось необходимым условием кредитования, согласованного банками, и обязательства перед ними обеспечивалось также залогом имущества заемщика. Ответчик не согласен с доводом Банка о том, что наличие договоров поручительства, заключённых в отсутствие просрочки основного должника на момент его заключения, при последующем неисполнении обязательства основным должником, значительной просрочке само по себе свидетельствует о неплатежеспособности поручителя ФИО7 или возникновении признаков банкротства.

Ответчик также указывает на пропуск срока исковой давности по заявлению, о чем было заявлено устно в судебном заседании суда первой инстанции от 15.06.2021.

ФИО7 в отзыве на кассационную жалобу поддержала ее доводы, указывая, что у залоге у банков находилось недвижимое имущество, залоговая стоимость которого составляла 669 096 865 руб.

Конкурсный кредитор АО «Инжторгстрой» в отзыве на кассационную жалобу, выражая согласие с обжалуемыми судебными актами, просит оставить их без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, обращая внимание на то, что Банк на применение к сделке статей 10, 168 ГК РФ ссылался в процессуальном документе, представленном в суд 28.05.2021, в связи с чем считает, что у ответчика было достаточно времени для подготовки своей позиции.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы, представитель конкурсного кредитора АО «Инжторгстрой» возражал против ее удовлетворения, представитель конкурсного управляющего оставил разрешение жалобы на усмотрение суда. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, 25.11.2015 между ФИО7 (дарителем) и ФИО2 (одаряемы) заключен договор дарения нежилого помещения площадью 39,8 кв. м, адрес объекта: Санкт-Петербург,                           ул. Чайковского, д. 20, лит. А, пом. 39-Н, кадастровый (или условный) номер объекта 78:31:0001199:2507.

Банк, полагая, что оспариваемая сделка дарения недвижимого имущества отвечает диспозиции норм о недействительности сделок, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве, обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд.

Определением от 01.04.2019 в отношении должника возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве). В этой связи суд первой инстанции, соотнеся дату совершения сделки с датой возбуждения дела о банкротстве, пришел к верному выводу о ее совершении за пределами трехлетнего периода подозрительности, в связи с чем не усмотрел оснований для признания ее недействительной по данному основанию.

Между тем, оценив материалы дела и обстоятельства совершения оспариваемой сделки, суд первой инстанции на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ самостоятельно определил характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, применил к ним положения статей 10 и 168 ГК РФ, и признал сделку недействительной в соответствии с указанными нормами права.

Суд апелляционной инстанции согласился с указанными выводами.

Кассационная инстанция полагает, что жалоба не подлежит удовлетворению в силу следующих обстоятельств. 

В абзаце 4 пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В ходе рассмотрения спора судом первой инстанции установлено, что между АО «Россельхозбанк» и ООО «Димарт» были заключены кредитные договоры/договоры об открытии кредитной линии от 05.11.2013, 10.10.2014 и 16.11.2015, по условиям которых заемщику предоставлены кредитные денежные средства на общую сумму 324 000 000 руб., обязательства по которым заемщик перестал исполнять с марта 2016 года.

В обеспечение исполнения обязательств по указанным кредитным договорам заключены договоры поручительства между АО «Россельхозбанк» и обществами с ограниченной ответственностью «Мега Фуд», «Терминал», «Супер Гуд Консалтинг», «Дальфуд», «ДВ Опт», «ДальФуд», «ДВ Центр». 

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 11.05.2017 по делу          № А73-11155/2016 с заемщика и поручителей в пользу указанного банка взыскана задолженность по кредитным договорам в общей сумме порядка 250 000 000 руб. В дальнейшем требования АО «Россельхозбанк» определением суда от 16.01.2017 по делу А56-38885/2016 о введении в отношении должника ООО «Димарт» процедуры наблюдения включены в реестр требований кредиторов. 

Кроме того, у ООО «Димарт» имелись неисполненные обязательства перед ПАО «Сбербанк России» (правопреемство на ООО «Дальтерминал») в размере 769 118 716,85 руб., включенные определением суда 16.01.2017 по делу № А56-38885/2016 в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Димарт», неустойка 15 521 519,70 руб.; данные обязательства ООО «Димарт» также прекратило исполнять с марта 2016 года.

Определениями суда от 21.02.2017, от 04.05.2017 и от 27.02.2018 по указанному делу в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Димарт» включено требование ПАО «БАНК УРАЛСИБ» по кредитным договорам в общем размере 487 485 345,13 руб., в том числе основной долг 374 118 064,50 руб., проценты за пользование кредитными средствами 46 540 329,20 руб., неустойка 66 826 951,43 руб., которые также перестали исполняться с марта 2016 года.

В обеспечение исполнения указанных обязательств по кредитному договору и по договору о выдаче независимой банковской гарантии перед ПАО «БАНК УРАЛСИБ» между банком и ФИО7 был заключен договор поручительства 16.11.2015. 

Судом первой инстанции принято во внимание, что постановлением следователя 2 отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории города Новосибирска СУ УМВД России по Новосибирску от 11.03.2020 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении неустановленных лиц из числа членов Группы компании «Супер Гуд», которые в период времени с октября 2015 года по апрель 2016 года, не имея намерений исполнять условия кредитных договоров, связанных с выплатами по кредитным договорам, представили в ПАО «Банк «УралСиб» заведомо ложные сведения о финансово-хозяйственной деятельности ГК «Супер Гуд», в результате чего в период с 19.10.2015 по 16.11.2015 между банком и ГК «Супер Гуд» заключены договоры об открытии кредитной линии от 19.10.2015 и от 16.11.2015, во исполнение которых банком на расчетные счета группы компаний перечислены денежные средства в общей сумме 300 000 000 руб.

ФИО7 являлась руководителем ООО «Димарт» с момента его создания (30.01.2006) до 10.04.2017. Кроме того, ФИО7 также являлась руководителем ООО «Мега Фуд» (с 20.03.2006 до 10.04.2017), ООО «Терминал» (с 21.04.2005 по 10.04.2017), ООО «Супер Гуд Консалтинг» (с 25.08.2017 по 03.07.2017), 100% участником ООО «Дальфуд» в период с 11.12.2007 по 20.05.2016, 100% участником ООО «Запад Восток Лидер», а также имеет связи с ООО «Дв Опт», ООО «Дв Центр».

В этой связи суд первой инстанции верно указал, что ФИО7 достоверно знала, что ГК «Супер Гуд», ООО «Димарт» и иные участники указанной группы компаний не в состоянии исполнять свои обязательства перед кредиторами с 01.03.2016. 

В силу пункта 1 статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.

Согласно статье 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

При этом в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.11.2015 № 89-КГ15-13 обязательства по договору поручительства возникают с момента подписания такого договора. Тем самым, заключая договор поручительства, поручитель должен осознавать возможность предъявления в любой момент к нему требования об исполнении солидарной обязанности.

В этой связи суд первой инстанции, с учетом правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), пришел к верному выводу, что должник, несмотря на отсутствие просрочек исполнения заемщиками обязательств перед банками на дату совершения сделки и отсутствие требований со стороны банков к поручителям, обладал признаками неплатежеспособности с даты заключения договоров поручительства.

Оспариваемый договор был заключен после заключения кредитных договоров и обеспечительных сделок с ПАО «БАНК УРАЛСИБ», иными банками.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.02.2020 по делу № А56-38885/2016 ФИО7 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Димарт».

ФИО2 является сыном должника, то есть по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным лицом по отношению к должнику. 

В этой связи суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, установив, что должник, предвидя невозможность удовлетворения требований кредиторов, осуществил умышленные действия по ухудшению своего финансового положения путем вывода из состава конкурсной массы на безвозмездной основе недвижимое имущество в пользу заинтересованного по отношению к должнику лица, пришел к верному выводу о заключении договора сторонами дарения со злоупотреблением правом, в связи с чем обоснованно удовлетворил заявление Банка в полном объеме.

Вопреки доводам кассационной жалобы ответчик при рассмотрении дела в суде первой инстанции о пропуске срока исковой давности не заявлял ни в устном, ни в письменном виде. Ознакомившись с аудиозаписью судебного заседания от 15.06.2021 суд округа установил, что утверждение подателя жалобы об устном заявлении о пропуске срока исковой давности не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Доводы жалобы относительно допущенных судом первой инстанции процессуальных нарушениях не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения кассационной жалобы. Кроме того, указанные подателем жалобы процессуальные нарушения не являются основанием для безусловной отмены обжалуемых судебных актов и, если и имели место, то не привели к принятию незаконных судебных актов.

При таких обстоятельствах, кассационный суд не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы, обжалуемые судебные акты соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.06.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2021 по делу № А56-18309/2019/сд.4 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

Е.В. Зарочинцева

Судьи

А.А. Боровая

ФИО1