ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-6831/2025

г. Челябинск

10 ноября 2025 года

Дело № А34-8844/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 29 октября 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 ноября 2025 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Ковалевой М.В., судей Забутыриной Л.В., Рогожиной О.В. 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Маркиной А.Е. рассмотрел в открытом судебном заседании 

апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Косулинское» ФИО1 

на определение Арбитражного суда Курганской области от 29.05.2025 по делу № А34-8844/2016 

о признании сделки должника недействительной, применении последствий ее недействительности.

В заседании посредством веб-конференцсвязи  приняли участие представители: 

Конкурсного управляющего ФИО2 ФИО3 – ФИО4 представитель по доверенности от 13.01.2025

ФИО5 – ФИО6 представитель по доверенности от 18.09.2025

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомлены о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационнотелекоммуникационной сети «Интернет». 

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассматривалось судом в отсутствие неявившихся в судебное заседание лиц. 

Установил:

Определением Арбитражного суда Курганской области от 27.12.2016 (резолютивная часть) в отношении должника – индивидуального предпринимателя ФИО7 крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 введена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО8. 

Определением Арбитражного суда Курганской области от 07.07.2017 (резолютивная часть) в отношении индивидуального предпринимателя ФИО7 крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 введена процедура внешнего управления. Внешним управляющим утвержден ФИО8. 

Решением Арбитражного суда Курганской области от 12.03.2021 (резолютивная часть) индивидуальный предприниматель ФИО7 крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на внешнего управляющего ФИО8. 

Определением Арбитражного суда Курганской области от 30.09.2021 (резолютивная часть) конкурсным управляющим индивидуального предпринимателя ФИО7 крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 утвержден ФИО3, член Межрегиональной Саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Содействие». 

В Арбитражный суд Курганской области 17.08.2023 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3, в котором просил: 

1. Признать недействительным договор купли-продажи б/н от 21.02.2017 земельного участка с кадастровым номером 45:09:011601:53, расположенного по адресу Курганская область, Куртамышский район, д. Кузьминовка, в границах бывшего ТОО «Русь», общей площадью 1953000 кв.м., заключенный между ФИО2 и ООО «Косулинское». Применить последствия недействительности сделки - обязать ООО «Косулинское» возвратить в конкурсную массу ИП главы КФХ ФИО2 земельный участок с кадастровым номером 45:09:011601:53, расположенного по адресу Курганская область, Куртамышский район, д. Кузьминовка, в границах бывшего ТОО «Русь», общей площадью 1953000 кв.м.; 

2. Признать недействительным договор купли-продажи б/н от 21.02.2017 земельного участка с кадастровым номером 45:09:011601:54, расположенного по адресу Курганская область, Куртамышский район, с. Косулино, в границах бывшего ТОО «Косулинское», общей площадью 2460600 кв.м., заключенный между ФИО2 и ООО «Косулинское» (далее - договор :54). Применить последствия недействительности сделки - обязать ООО «Косулинское» возвратить в конкурсную массу ИП главы КФХ ФИО2 земельный участок с кадастровым номером 45:09:011601:54, расположенного по адресу Курганская область, Куртамышский район, с. Косулино, в границах бывшего ТОО «Косулинское», общей площадью 2460600 кв.м.; 

3. Признать недействительным договор купли-продажи б/н от 21.02.2017 земельного участка с кадастровым номером 45:09:011601:46, расположенного по адресу Курганская область, Куртамышский район, с. Косулино, в границах бывшего ТОО «Косулинское», общей площадью 1503700 кв.м., заключенный между ФИО2 и ООО «Косулинское» (далее - договор :46). Применить последствия недействительности сделки - обязать ООО «Косулинское» возвратить в конкурсную массу ИП главы КФХ ФИО2 земельный участок с кадастровым номером 45:09:011601:46, расположенного по адресу Курганская область, Куртамышский район, с. Косулино, в границах бывшего ТОО «Косулинское», общей площадью 1503700 кв.м. 

Определением суда от 27.09.2023 к участию в деле в качестве третьего лица привлечен временный управляющий ООО «Косулинское» ФИО1. 

Определением от 24.01.2024 удовлетворено ходатайство ФИО5 о вступлении в дело в качестве соистца. 

Протокольным определением суда от 04.07.2025 привлечен в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО9 - единственный участник общества с ограниченной ответственностью «Косулинское». 

В судебном заседании 09.07.2024 судом уточнен статус третьего лица с временного управляющего ООО «Косулинское» ФИО1 на конкурсного управляющего ООО «Косулинское» ФИО1. 

Определением суда от 19.12.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены ООО «Международная Страховая Группа» (ИНН

<

***>) (страхования компания ФИО3), ООО СК «АСКОР». 

Определением суда от 29.05.2025 заявление конкурсного управляющего ФИО3 и ФИО5 к обществу с ограниченной ответственностью «Косулинское» о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок удовлетворено. 

С судебным актом не согласился конкурный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Косулинское» ФИО1 и обратился в суд с апелляционной жалобой. 

В обоснование доводов апелляционной жалобы конкурсным управляющим указано  на необоснованное отклонение судом первой инстанции доводов о пропуске заявителем срока исковой давности на оспаривание сделок. В связи с тем, что оспариваемый договор от 21.02.2017 совершен и исполнен в процедуре наблюдения, об основаниях недействительности сделки первоначально утвержденный внешний управляющий  ФИО8 должен был узнать с момента его утверждения определением суда от 07.07.2017, в течение года он имел возможность сделать оперативный запрос  бывшему руководителю должника и в регистрационный орган (Управление Росреестра по Курганской области) , в связи с чем срок исковой давности истек не позднее 07.07.2018.  Относительно кредитора ФИО5, указано, что срок исковой давности по специальным основаниям оспаривания договора от 21.02.2017 подлежит исчислению с момента включения кредитора АО «Россельхозбанк» (правопредшественник ФИО5) в реестр требований кредиторов должника. 17.05.2017. Требования кредитора включены в реестр до 07.07.201, т.е. до даты введения процедуры внешнего управления в отношении должника.  Срок исковой давности кредитором также пропущен. 

Суд первой инстанции признал сделки недействительными на основании ст. ст. 10,168,170 ГК РФ. 

Однако оспариваемый договор совершен 21.02.2017, т.е. после вступления в законную силу с 01.09.2013 ФЗ от 07.05.2013 №100-ФЗ, изменивший положения ст. 168 ГК РФ о последствиях недействительности сделок, противоречащих закону и иным правовым актам. С учетом оспоримости сделки срок исковой давности для ее оспаривания по общим основаниям истек не позднее 07.07.2018, о чем было заявлено в суде первой инстанции. Годичный срок исковой давности для оспаривания договора от 21.02.2017 в качестве оспоримых сделок истек 07.07.2018, а для оспаривания сделки  в качестве ничтожной срок истек 07.07.2020.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 30.07.2025. 

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2025 судебное заседание отложено на 24.09.2025.

В соответствии с п. 2 ч. 3 ст. 18 АПК РФ и п. 37 Регламента арбитражных судов Российской Федерации в составе суда произведена замена судьи Волковой И.В., в связи с нахождением в отпуске, судьей Матвеевой С.В. 

После замены судьи рассмотрение дела начинается сначала. 

Посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» в суд апелляционной инстанции от конкурсного управляющего индивидуального предпринимателя главы КФХ ФИО2 – ФИО3 – поступили дополнительные пояснения с доказательством направления в адрес лиц, участвующих в деле. 

Представитель ходатайствовал о приобщении. Суд приобщил дополнительные пояснения к материалам дела

Определением от 24.09.2025 судебное заседание отложено на 29 октября 2025 года, повторно конкурсному управляющему индивидуальному предпринимателю ФИО7 КФХ ФИО2 предложено представить запросы, сделанные конкурсным управляющим в государственные органы с целью установления недвижимого имущества должника, а также пояснить, по каким причинам в течение двух лет, после получения ответов из государственных органов в отношении имущества должника, не направлялись требования об оспаривании сделки.

В соответствии с п. 2 ч. 3 ст. 18 АПК РФ и п. 37 Регламента арбитражных судов Российской Федерации в составе суда произведена замена судьи Матвеевой С.В., в связи с нахождением в отпуске, судьей О.В. Рогожиной.

После замены судьи рассмотрение дела начинается сначала. 

По ходатайству ФИО5 к материалам дела приобщены письменные пояснения, в которых указано, что им, как заявителем по спору, срок на оспаривании сделок не пропущен, поскольку ФИО5 узнал о них не ранее 17.08.2023, т.е. в дату обращения конкурсного управляющего с заявлением об оспаривании сделок. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, представленным доказательствам, обсудив доводы апелляционных жалоб, отзыва на них, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции усматривает основания для отмены обжалуемого судебного акта.

Как установлено судом апелляционной инстанции и следует из материалов дела, между ФИО2 с ООО «Косулинское» заключены договоры купли-продажи земельных участков (т.1, л.д. 7–13):

 1. Договор купли-продажи б/н от 21.02.2017 в отношении земельного участка с кадастровым номером 45:09:011601:53, расположенного по адресу Курганская обл., Куртамышский р-н, д. Кузьминовка, в границах бывшего ТОО «Русь», общей площадью 1953000 кв.м., категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: сельское хозяйство. Цена договора – 198 000 руб. (т.1, л.д. 1–2). 

2. Договор купли-продажи б/н от 21.02,2017 в отношении земельного участка с кадастровым номером 45:09:011601:54, расположенного по адресу Курганская обл., Куртамышский р-н, с. Косулино, в границах бывшего ТОО «Косулинское», общей площадью 2460600, кв.м., категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: сельское хозяйство. Цена договора – 249 500 руб. (т.1, л.д. 9–10). 

3. Договор купли-продажи б/н от 21.02.2017г. в отношении земельного участка с кадастровым номером 45:09:011601:46, расположенного по адресу Курганская обл., Куртамышский р-н, с. Косулино, в границах бывшего ТОО «Косулинское», общей площадью 1503700 кв.м., категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: сельское хозяйство. Цена договора – 152 500 руб. (т.1, л.д. 11–12). 

Все вышеуказанные договоры имеют условие о рассрочке оплаты стоимости до 31.12.2019. 

Оспаривая сделки, конкурсный управляющий ФИО3 должника указывал на неравноценность встречного исполнения, заключающейся в отсутствии доказательств произведенных расчетов между ООО «Косулинское» и ФИО2; на момент заключения договоров купли-продажи ООО «Косулинское» было надлежащим образом извещено о процедуре банкротства ИП главы КФХ ФИО2, т.к. обратилось в Арбитражный суд Курганской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов 13.02.2017. Конкурсный управляющий полагал, что Обществу «Косулинское» данными сделками оказано предпочтение, которое заключается в фактически безвозмездной передаче ликвидного и дорогостоящего имущества аффилированному лицу при наличии независимых кредиторов. Злоупотребление правом,  состоит в совершении ФИО2 цепочки действий, заведомо направленных на причинение ущерба кредиторам. 

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции пришел к вводу о том, что конкурсным управляющим доказаны, а должником и ответчиком не опровергнуты доводы о создании мнимого собственника, доводы о совершении ничтожной сделки, повлекшей невозможность обращения взыскания на имущество, фактически принадлежащее должнику. По итогам рассмотрения настоящего обособленного спора суд пришел к выводу о наличии правовых оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по статье 10, 168, части 1 статьи 170 ГК РФ, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Суд установил, что на момент заключения договоров купли-продажи ООО «Косулинское» (аффилированное по отношению к должнику лицо) надлежащим образом извещено о процедуре банкротства ИП ФИО7 КФХ ФИО2

Судом рассмотрено и отклонено заявление ответчика, конкурсного управляющего ответчика ООО «Косулинское»  ФИО1, ФИО9 о пропуске конкурсным управляющим ИП ФИО7 КФХ ФИО2 – ФИО3 срока исковой давности как годичного срока для оспаривания сделок по специальным основаниям, установленным Законом о банкротстве, так и трехгодичного, для оспаривания сделок по общим основаниям, исходя из следующего:

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса (пункт 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»). 

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014). 

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, находящегося в процедуре банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено, что в деле отсутствуют доказательства исполнения ответчиком своих обязательств по договорам купли–продажи (передачи должнику денежных средств). Злоупотребление правом в данном случае состоит в совершении ФИО2, цепочки действий, заведомо направленных на причинение ущерба кредиторам. Из материалов основного дела следует, что в период после введения наблюдения, ФИО2 по заниженной стоимости или безвозмездно отчуждал большое количество ликвидного имущества, путем заключения договоров купли-продажи с аффилированными лицами, а также осуществлял действия для создания «независимой» кредиторской задолженности. 

Как установлено судом в период с 16.04.2004 по 15.09.2016 ФИО2 являлся единственным учредителем ООО «Косулинское», в последующем 15.09.2016 доля в размере 100% в уставном капитале ООО «Косулинское» перешла от ФИО2 к ФИО9, при этом ФИО2 до 19.12.2016 оставался руководителем ООО «Косулинское». Аффилированность должника и ответчика, ФИО9 установлена судом и никем не опровергалась.

При этом, ФИО2 сохранял контроль над действиями ООО «Косулинское» вплоть до 2021 года, что подтверждается представленными в материалы настоящего обособленного спора документами из материалов исполнительного производства, а именно: справкой от 30.10.2020. подписанной директором ООО «Косулинское ФИО2, объяснительной ФИО2 от 20.12.2021, в которой ФИО2 дает пояснения относительно деятельности ООО «Косулинское»  (т.2, л.д. 3–17). 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что путем формального отчуждения спорных земельных участков ФИО2 преследовал цель вывода из конкурсной массы имущественных активов должника, чем причинил вред имущественным правам действительно независимых кредиторов. 

Суд установил, что срок исковой давности для признания их недействительными (ничтожными), с учетом положений пункта 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в любом случае не пропущен. 

Проанализировав установленные судом первой инстанции фактические обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что судом полно и всесторонне исследованы обстоятельства сделок, а также установлен факт злоупотребления должником при совершении оспариваемых сделок, выводы суда нашли свое подтверждение в материалах дела и не опровергнуты документально ни должником, ни ответчиком.

Судом апелляционной инстанции установлено, что оспариваемые сделки совершены 21.02.2017, и применительно к дате возбуждения производства по делу о банкротстве (19.08.2016) оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 ст. 61.2 Закона о  банкротстве. 

Поскольку спорные сделки  оспариваются в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключены ли они с намерением причинить вред другому лицу, следует установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред  имущественным правам кредиторов, то есть, была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов подтверждается тем, что на момент совершения сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица. Другая сторона сделок знала об указанной цели должника к моменту совершения сделок (подозрительная сделка), т.к. является заинтересованным лицом, знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

На момент совершения сделок по продажи спорного имущества, оспариваемым конкурсным управляющим и соистцом, у должника имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами. 

Сделки по спорным договорам купли-продажи от 21.02.2017 нельзя признать экономически обоснованными, учитывая, что такая сделка произошла в условиях неустойчивого финансового положения должника, при наличии непогашенных требований кредиторов. 

Таким образом, оценив наличие правовых оснований, предусмотренных статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания сделок недействительными, суд первой инстанции установил их доказанность и удовлетворил требования конкурсного управляющего и соистца об оспаривании сделок.

Однако относительно сроков исковой давности по оспариванию сделок должника, суд апелляционной инстанции полагает, что судом не верно применены нормы материального права и сделаны выводы об отсутствии пропуска срока исковой давности, исходя из следующего:

В рамках настоящего обособленного спора ответчиком, конкурсным управляющим ответчика ООО «Косулинское» ФИО1, ФИО9 заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности как годичного срока для оспаривания сделок по специальным основаниям, установленным Законом о банкротстве, так и трехгодичного.

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года (статья 196 названного Кодекса). 

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. 

Пунктом 1 статьи 181 ГК РФ в редакции, действовавшей на дату заключения оспариваемого договора, было предусмотрено, что срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года; течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Абзацем 1 пункта 2 статьи 199 ГК РФ предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. 

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. 

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Аналогичные разъяснения приведены в пункте 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым трехлетний срок исковой давности для требований о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. 

Как разъяснено в пункте 69 постановления Пленума №25 положения ГК РФ об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона №100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 01.09.2013, а также исходя из пункта 9 статьи 3 Закона N100-ФЗ к требованиям, сроки предъявления, которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013. 

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела. 

Материалами дела установлено и подтверждено документально:

19.08.2016 возбуждено дело о банкротстве в отношении должника ИП ФИО7 КФХ ФИО2

27.12.2016 определением суда введена процедура наблюдение. Временным управляющим имуществом ИП ФИО7 крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 утвержден арбитражный управляющий ФИО8.

На запрос апелляционного суда от конкурсного управляющего ФИО3 представлен правовой анализ, подготовленный временным управляющим ФИО8, (апелляционный том л.д. 50) из содержания, которого следует, что анализируя состав активов (п 2.3.2), управляющий установил отсутствие у должника объектов недвижимости, зарегистрированных в Курганской области. Такой вывод сделан из содержания Уведомления Роскадастра об отсутствии в ЕГРН по Курганской области записи об объектах недвижимости от 27.01.2017 (как указано в правовом анализе).

При этом оспариваемые сделки совершены только 21.02.2017.

По каким причинам в ЕГРН отсутствовала запись о спорных земельных участках еще до совершения сделки, установить не представляется возможным. Суд апелляционной инстанции у конкурсного управляющего ФИО3  неоднократно запрашивал сведения о сделанных ФИО8 запросах в государственный орган, однако ни сами запросы, ни ответы на них так и не были представлены в материалы дела. Не раскрыты причины, по которым должник продает имущество в процедуре наблюдения без согласования со временным управляющим.

В дальнейшем, определением суда от 07.07.2017 вводится процедура внешнего управления сроком на 18 месяцев, до 07.01.2019. Внешним управляющим утвержден ФИО10

Однако в процедуре внешнего управления внешний управляющий не делает запросы в отношении имущества должника, в материалы дела также не представлены сделанные в этот период запросы.

Решением арбитражного суда в отношении должника 12.03.2021 вводиться процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложены на внешнего управляющего ФИО10

Определением суда 30.09.2021 утвержден конкурсным управляющим индивидуального предпринимателя ФИО7 крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 – ФИО3.

17.08.2023 конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании сделок.

Суд апелляционной инстанции полагает необходимым обратить внимание на период времени, существовавший в течение нескольких лет действия процедур: наблюдение, внешнее управление, конкурсное производство.

Так, процедура внешнего управления длилась с 07.07.2017 по 12.03.2021 (4 года). За период внешнего управления в материалы дела не представлены совершение управляющим действий по установлению активов должника. По сути, управляющий ФИО10 ограничился лишь ответом из Роскадастра от 27.01.2017. Тем не менее после указанной даты в феврале 2017 должник продолжает осуществлять в процедуре наблюдения деятельность, в том числе реализуется спорное имущество без согласия временного управляющего.

В соответствии со статьей 96 Закона о банкротстве с даты введения внешнего управления прекращаются полномочия руководителя должника, управление делами должника возлагается на внешнего управляющего. 

Внешний управляющий в силу возложенных на него статьей 99 Закона о банкротстве обязанностей должен был знать о сделках совершенных должником, доказательств того, что предыдущий внешний управляющий не имел возможности получить такую информацию заявитель суду не представил. 

Внешний управляющий ФИО10, действуя добросовестно и разумно, мог своевременно выявить и оспорить действия должника по заключению сделок.

С 12.03.2021 введена процедура конкурсного производства, однако управляющим также не предприняты действий по установлению активов должника, совершения должником сделок, подлежащих оспариванию. ФИО10 являлся конкурсным управляющим в течение 6 месяцев, однако не представил последующему управляющему ФИО3 сведений относительно анализа активов, сделанных запросов в государственные органы с целью выявления имущества в процедуре внешнего управления и конкурсного производства. 

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве (Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 (ред. от 02.07.2013 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

Таким образом, срок для предъявления требований о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве истек 07.07.2018. 

Срок для оспаривании сделок по основаниям признания их ничтожными (ст.ст.168,170,174.1 ГК РФ) истек 07.07.2020.

Федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей ГК РФ» (далее - Закон № 100-ФЗ) в ГК РФ были внесения изменения, пункт 1 статьи 181 данного Кодекса изложен в новой редакции, согласно которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года; течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения; при этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Пункт 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ содержит переходные положения, касающиеся правил исчисления и применения новых сроков исковой давности.

В пункте 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что положения ГК РФ об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона № 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 01.09.2013 (пункт 6 статьи 3 Закона № 100-ФЗ). Для целей применения этого положения под совершением двусторонней сделки (договора) понимается момент получения одной стороной акцепта от другой стороны (пункт 1 статьи 432, пункт 1 статьи 433 ГК РФ). 

При этом согласно пункту 9 статьи 3 Закона N 100-ФЗ сроки исковой давности и правила их исчисления, в том числе установленные статьей 181 ГК РФ, применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.

Как разъяснено в пункте 101 названного Постановления, для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ). 

В соответствии с п. 26 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12,15.11.2001 № 15/18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона пропустила срок исковой давности, то при наличии соответствующего заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности, суд вправе отказать в удовлетворении требования только по данному основанию. 

Суд первой инстанции, отклоняя довод о пропуске срока исковой давности указал, что по смыслу пункта 1 статьи 181 ГК РФ, если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет (пункт 101 Постановление Пленума № 25). 

Однако с данным выводом не может согласиться суд апелляционной инстанции, поскольку не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Право собственности на земельные участки перешло от должника в пользу общества, переход право собственности зарегистрирован в ЕГРН; воля должника как покупателя была направлена на вывод его актива из собственности с целью избежания дальнейшего обращения на него взыскания в процедуре банкротства. Сделка заключена с нарушением порядка согласования с временным управляющим. Таким образом, несмотря на то, что после совершения сделки должник сохранял контроль над проданным имуществом, тем не менее ничтожная сделка сторонами была исполнена, передача имущества состоялась, цель вывода актива из конкурсной массы должника была достигнута сторонами.

Таким образом, срок исковой давности для конкурсного управляющего об оспаривании сделок начал течь с момента, когда он должен был узнать о совершенных сделок, т.е. с момента введения процедуры внешнего управления арбитражный управляющий в разумные сроки должен был обратиться в государственные органы с запросами о предоставлении сведений в отношении имущества должника и проанализировав их обратиться с заявлением об оспаривании сделок должника. 

Относительно довода кредитора ФИО5 о том, что им, как заявителем по спору, срок на оспаривание сделок не пропущен, поскольку ФИО5 узнал о них не ранее 17.08.2023, т.е. в дату обращения конкурсного управляющего с заявлением об оспаривании сделок, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Кредитор ФИО5 является правопреемником кредитора АО «Россельхозбанк», включенного в реестр требований кредиторов 29.05.2017. Кредитор также имел возможность знакомиться с материалами банкротного дела, а также деятельностью арбитражного управляющего, и длительное бездействие управляющего по не направлению запросов в государственные органы, могло быть обжаловано кредитором;  однако кредитор не требовал от управляющего проведения финансового анализа должника, направления запросов в органы с целью установления активов должника, а занимал достаточно пассивную позицию в рамках настоящего дела и только после обращения управляющего в суд, присоединился к нему в рамках настоящего спора об оспаривании сделки. Кредитор имел возможность узнать об оспариваемых сделках в более ранние сроки, в процедуре внешнего управления, в случае надлежащего исполнения управляющим обязанности по направлению запросов в государственные органы по установлению активов должника. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для признания совершенных сделок недействительными, в связи с пропуском финансовым управляющим срока исковой давности для предъявления требования в суд.

Таким образом, судебный акт вынесен при несоответствии выводов суда обстоятельствам дела, что в силу пункта 3, 4 части 1 статьи 270 АПК РФ является основанием для его отмены.

Апелляционная жалоба признается судебной коллегией обоснованной.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Судебные расходы распределены судом в соответствии с требованиями ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Руководствуясь статьями 176, 268, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Курганской области от 29.05.2025 по делу № А34-8844/2016 отменить, апелляционную жалобу арбитражного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Косулинское» ФИО1 - удовлетворить. 

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 должника ИП КФХ ФИО2, ФИО5 о признании сделок недействительными отказать. 

Взыскать за счет конкурсной массы ИП КФХ ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 18 000 руб. за рассмотрение заявления и 30 000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья                                            М.В. Ковалева 

Судьи                                                                          Л.В. Забутырина 

 О.В. Рогожина