Арбитражный суд Восточно-Сибирского округаул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ruтел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А58-6158/2015

16 февраля 2022 года

г.Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 16 февраля 2022 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Уманя И.Н.,

судей Кушнаревой Н.П., Яцкевич Ю.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Самцовым А.В.,

при участии в судебном заседании с применением систем видеоконференц-связи Арбитражного суда Республики Саха (Якутия):

представителя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 18.02.2020, удостоверение адвоката), 

ФИО3 (паспорт) и его представителя ФИО4 (доверенность от 16.11.2020, паспорт),

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и конкурсного управляющего сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «Якутское республиканское кредитное общество» ФИО5 на определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 25 марта 2021 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 15 октября 2021 года по делу № А58-6158/2015,

установил:

производство по делу № А58-6158/2015 о признании несостоятельным   (банкротом) сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «Якутское республиканское кредитное общество» (ОГРН 

<

***>, г.Якутск, далее -              СКПК «ЯРКО», кооператив, должник) возбуждено на основании заявления ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10, принятого определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 18 ноября 2015 года.

С 22.01.2016 в отношении СКПК «ЯРКО» осуществлялись мероприятия процедуры наблюдения, а с 03.10.2016 – конкурсного производства, открытого на 6 месяцев, срок которого неоднократно продлевался Арбитражным судом Республики Саха (Якутия), последний раз до 18.02.2022 определением от 18 августа 2021 года.

ФИО11, осуществлявший полномочия конкурсного управляющего СКПК «ЯРКО» с 11.07.2017 по 20.10.2020 (далее – ФИО11), обратился 30.08.2019 в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника ФИО12 (далее – ФИО12) и ФИО1 (далее – ФИО1), о взыскании с них в конкурсную массу 635.254.694 рублей       96 копеек.

04.08.2020 от ФИО11 поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника ФИО13 (далее – ФИО13), ФИО14 (далее – ФИО14) и ФИО15 (далее – ФИО15).

04.09.2020 представители комитета кредиторов СКПК «ЯРКО» ФИО16, ФИО17 и ФИО18 (далее – представители комитета кредиторов) обратились в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника ФИО19 (ФИО19) Саргыланы Александровны  (далее – ФИО19 /ФИО19/ С.А.), ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО15, ФИО13 и ФИО14, о взыскании с них в конкурсную массу 635.254.694 рублей 96 копеек.

Определением от 10 сентября 2020 года заявление представителей комитета кредиторов принято к совместному рассмотрению с заявлениями, поступившими от ФИО11

Определением от 25 марта 2021 года, оставленным без изменения    постановлением  Четвертого арбитражного апелляционного суда от 15 октября 2021 года, в удовлетворении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности         ФИО14, ФИО20, ФИО3, ФИО15 отказано; производство по заявлению о взыскании с ФИО12, ФИО1, ФИО13 в порядке субсидиарной ответственности 635.254.694 рублей 96 копеек приостановлено в связи с невозможностью определения размера субсидиарной ответственности до завершения расчетов с кредиторами.

В кассационных жалобах ФИО1 и ФИО5, утвержденная конкурсным управляющим СКПК «ЯРКО» определением от 20 октября 2020 года (далее – конкурсный управляющий), просят отменить определение от 25 марта 2021 года и постановление от 15 октября 2021 года.

ФИО1, обращаясь с просьбой об отмене обжалуемых судебных актов в части приостановления производства по заявлению конкурсного управляющего о взыскании в порядке субсидиарной ответственности 635.254.694 рублей 96 копеек, указывает в кассационной жалобе на не установление судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств, которые бы подтвердили ее вину, причинно-следственную связь между совершенными ею действиями (бездействием) и наступившими последствиями в виде объективного банкротства СКПК «ЯРКО»; на то, что в обжалуемых судебных актах не названы конкретные договоры займа, заключенные ФИО1 в отсутствие решения правления кооператива; на то, что все сделки займа, которые были ею совершены, одобрены коллегиальным органом управления, в связи с чем она не могла не исполнить принятые правлением решения; на отсутствие оснований для ее привлечения к субсидиарной ответственности за не обращение в суд с заявлением о признании должника банкротом с учетом вывода, содержащегося в обжалуемых судебных актах о том, что обязанность по обращению в суд с заявлением должника возникла не позднее 21.05.2015, тогда как уже в декабре 2014 года ФИО1 была освобождена от должности руководителя СКПК «ЯРКО».

Конкурсный управляющий, обращаясь с просьбой об отмене обжалуемых судебных актов в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО20, ФИО3, ФИО15, ФИО14, в кассационной жалобе указывает на то, что вывод о пропуске срока исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности вышеперечисленных лиц противоречат обстоятельствам спора; на неправильное определение момента начала течения срока исковой давности, не выяснение когда стала известной вся совокупность обстоятельств для обращения в суд; на то, что оставлен без внимания довод о передаче в не полном объеме арбитражным управляющим ФИО21 (осуществлявшим полномочия конкурсного управляющего СКПК «ЯРКО» с 24.03.2017 по 11.07.2017,   далее – ФИО21) последующему арбитражному управляющему, утвержденному в деле о банкротстве должника, документации, потребности в определенном времени для их анализа; на то, что основания для привлечения к субсидиарной ответственности стали известными из приговоров суда, вынесенных в 2021 году.

Отзыв на кассационную жалобу конкурсного управляющего, в котором   ФИО3 выражает несогласие содержащимся в ней доводам, не отвечает требованиям части 1 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определение от 1 февраля 2022 года о назначении на 08.02.2022 судебного заседания для рассмотрения кассационных жалоб ФИО1 и конкурсного управляющего на определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 25 марта 2021 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 15 октября 2021 года по делу № А58-6158/2015 размещено 02.02.2022 на официальном общедоступном сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации в сети «Интернет».

Определением от 7 февраля 2022 года произведена замена председательствующего Зуевой М.В. в составе судей, рассматривающих кассационные жалобы ФИО1 и конкурсного управляющего, на председательствующего Уманя И.Н.

Для участия в заседании суда округа в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) явились представитель ФИО1 – ФИО2, ФИО3 и его представитель ФИО4

В судебном заседании на основании частей 1, 2 статьи 163 и части 1 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв с 08.02.2022 до 14 часов 30 минут 15.02.2022, о чем сделано публичное извещение, размещенное 09.02.2022 на сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

В судебное заседание после окончания в нем перерыва явились в Арбитражный  суд Республики Саха (Якутия) представитель ФИО1 – ФИО2, ФИО3 и его представитель ФИО4

Конкурсный управляющий в судебное заседание не явилась, в связи с чем кассационные жалобы рассмотрены на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в ее отсутствие, в порядке, установленном главой 35 этого же Кодекса.

Представитель ФИО1 – ФИО2 поддержал в судебном заседании доводы кассационной жалобы.

ФИО3 и его представитель ФИО4 возразили доводам кассационных жалоб.

Выслушав участников обособленного спора, явившихся в судебное заседание, проверив соответствие выводов Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) и Четвертого арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам, правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении заявлений конкурсного управляющего и представителей комитета кредиторов СКПК «ЯРКО», принятии обжалуемых судебных актов, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа находит кассационную жалобу ФИО1 подлежащей удовлетворению.

Предметом обжалования в суде округа являются судебные акты, принятые по результатам рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, с которыми конкурсный управляющий и представители комитета кредиторов обратились в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) после 01.07.2017, указывая на обстоятельства, имевшие место до 30.07.2017, в связи с чем согласно статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Информационном письме от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», при  рассмотрении спора подлежат применению нормы процессуального права о  субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве) " и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» и нормы материального права о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакциях Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» и Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ, действовавших на момент возникновения обстоятельств, указанных в качестве основания для привлечения к таковой, с учетом общих положений глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Как предусмотрено частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при проверке судом округа законности решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливается правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

ФИО1 полагает отсутствующими основания для ее привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам СКПК «ЯРКО», а конкурсный управляющий возражает выводу о пропуске срока исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО14, ФИО20, ФИО3 и ФИО15, содержащимся в обжалуемых судебных актах.

Как видно из материалов спора, СКПК «ЯРКО» создан 15.01.2005, его учредителями являются 14 физических лиц, в том числе ФИО3

Полномочиями единоличного исполнительного органа СКПК «ЯРКО» обладали:

- ФИО1 в период с 16.04.2010 по 20.12.2014,

- ФИО12 - с 21.12.2014 по 05.10.2016.

Членами правления СКПК «ЯРКО» являлись:

- ФИО15 – председатель правления в период с 22.08.2012 по 18.10.2013,

- ФИО14 – член правления в период с 2012 по 2015 годы,

- ФИО13 – член правления в период с 05.04.2012 по 03.03.2014, осуществляла полномочия председателя правления с 19.10.2013,

- ФИО20 – член правления с полномочиями председателя правления с 03.03.2014.

Общий размер требований кредиторов должника составляет 635.254.694 рубля 96 копеек, а его дебиторская задолженность, подтвержденная вступившими в законную силу судебными актами, принятыми Арбитражным судом Республики Саха (Якутия)  – 888.184.087 рублей 13 копеек.

Основная цель создания кооператива состояла в предоставлении займов.

Принятие решений об одобрении сделок СКПК «ЯРКО», связанных с отчуждением или возможностью отчуждения находящегося в собственности кооператива имущества, отнесено к компетенции правления (орган управления кооперативом) (пункт 7.9.4 Устава от 06.06.2013, пункт 16.1 Устава от 20.12.2014, пункт 2.8 Положения «О порядке предоставления займов членам кредитного потребительского кооператива Якутское республиканское кредитное общество» от 20.12.2014).

Основанием для предоставления денежных средств по договору является положительное решение Правления кооператива о предоставлении займа (пункт 10 Положения «О порядке предоставления займов членам кредитного потребительского кооператива Якутское республиканское кредитное общество» от 20.12.2014)..

Ссылаясь на совершение контролирующими должника лицами сделок по выдаче  займов в отсутствие соответствующего решения правления кооператива, без проверки финансового состояния заемщиков оценки кредитного риска и без обеспечения возврата денежных средств, а также на не принятие мер по своевременному взысканию задолженности, на неисполнение ФИО1, ФИО12, обладавшими полномочиями руководителя кооператива, обязанности по обращению в суд с заявлением о признании СКПК «ЯРКО» несостоятельным (банкротом), конкурсный управляющий и представители комитета кредиторов обратились в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) с заявлениями, по результатам рассмотрения которых приняты обжалуемые судебные акты.

В качестве правового основания для привлечения к субсидиарной ответственности названы статьи 61.11 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего в отношении           ФИО1, суд первой инстанции установил, что основанием для предоставления денежных средств СКПК «ЯРКО» по договору является положительное решение правления, принятие которого отнесено к его компетенции; принятие правлением в период с ноября 2012 года по февраль 2015 года решений о выдаче займов на общую сумму 520.434.185 рублей; подписание руководителем ФИО1 договоров о выдаче займов в отсутствие решений правления, в связи с чем пришел к выводу, который поддержал суд апелляционной инстанции, о непредставлении доказательств, подтверждающих заключение ФИО1 договоров займа на основании решений правления, не обеспечении по ним возможности возвратов денежных средств и не принятии мер по взысканию задолженности.

Между тем, судами первой и апелляционной инстанций не учтено следующее.

Предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) основание для привлечения к субсидиарной ответственности, как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц», по существу, незначительно отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 названного Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от       21.12.2017 № 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (пункт 18 Обзора судебной практики № 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019).

В соответствии с абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуации, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Закона.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том является ли сделка существенно убыточной, следует исходить, что таковой может быть признана, в том числе, сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта первого пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве на заявителе лежит обязанность представления доказательств как значимости сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе, факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

В соответствии с пунктом 1 Обзора судебной практики № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, субсидиарная ответственность контролирующего лица наступает тогда, когда в результате его поведения должник стал банкротом, то есть лицом, не способным удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема активов под влиянием контролирующего лица.

Суды первой и апелляционной инстанций, установив, что выдача СКПК «ЯРКО» займов не противоречила основной цели его создания, не включили вышеперечисленные обстоятельства в предмет исследования при разрешении заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Довод ФИО1 о том, что она не обладала полномочиями, необходимыми для принятия решений по вопросу о выдаче займов, основано на положениях Устава кооператива, согласно которым решения об одобрении сделок, связанных с отчуждением или возможностью отчуждения находящегося в собственности кооператива имущества, в том числе о предоставлении займов, отнесено к компетенции правления кооператива. При этом при рассмотрении спора по существу ФИО1 утверждала, что совершению договоров займа предшествовало принятие правлением кооператива соответствующих решений, предоставление которых для нее не является возможным по причине изъятия документов СКПК «ЯРКО» следственными органами.

Учитывая названные объяснения, Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) пришел к выводу о необходимости дополнительной проверки доводов ФИО1 при предоставлении соответствующих доказательств, изложив его в обжалуемом судебном акте.

Между тем, проверка доводов ФИО1, на необходимость которой указал суд первой инстанции, не последовала, на что обращено внимание в апелляционной жалобе путем заявления соответствующего довода, который не был исследован при повторном рассмотрении спора.

Факт изъятия следственными органами ОВД СЧ по РОПД СУ МВД по Республике Саха (Якутия) бухгалтерских и иных документов должника в рамках уголовных дел         № 20171004240 и № 11701980001000378 подтвердила конкурсный управляющий      (л.д.25 т.16), в связи с чем вывод о совершении ФИО1 сделок в отсутствие решений правления СКПК «ЯРКО», соответственно, о необходимости по этой причине совершать действия, направленные на обеспечение по ним возможности возвратов денежных средств, принятый в основу установления оснований для ее привлечения к субсидиарной ответственности, при непринятии мер к истребованию доказательств, имеющих значение для правильного разрешения спора, которые не могут быть представлены привлеченным к субсидиарной ответственности лицом, является преждевременным.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены    статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых этим Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Аналогичное положение предусмотрено в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

Абзац второй пункта 1 и пункт 3 статьи 9 Закона о банкротстве возлагает на руководителя обязанность обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, в случаях, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, не позднее чем через месяц с даты возникновения вышеперечисленных обстоятельств.

Для привлечения контролирующих должника лиц, а в рассматриваемом случае руководителя должника, к субсидиарной ответственности необходимо установить наличие одновременного ряда следующих условий: возникновения одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, и установление даты возникновения данного обстоятельства; неподачи соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо, указанное в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного Закона.

Устанавливая наличие вышеуказанного основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что по состоянию на 21.04.2015 СКПК «ЯРКО» имел признаки банкротства, в связи с чем не позднее 21.05.2015 его руководитель должен был принять решение об обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Между тем, как следует из материалов дела и установлено при рассмотрении спора по существу, в декабре 2014 года ФИО1 была освобождена от занимаемой должности руководителя СКПК «ЯРКО», следовательно, на указанную судом дату у нее могла при не установлении иного отсутствовать обязанность по обращению в суд с соответствующим заявлением.

Имевшее место не осуществление выплат в отношении отдельного кредитора (ФИО22) в июле 2014 года по смыслу статьи 9 Закона о банкротстве не является, само по себе, основанием для обращения в суд с заявлением должника, так как неисполнение обязательств перед одним из кредиторов не может служить причиной констатации наличия признаков неплатежеспособности.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности имеет значение фактический момент возникновения признаков банкротства, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

При разрешении спора в качестве такой даты принята 21.04.2015, когда    ФИО1 уже не обладала полномочиями руководителя СКПК «ЯРКО».

С учетом изложенного, вывод о возникновении у ФИО1 обязанности по обращению в суд с заявлением должника не позднее 21.05.2015, содержащийся в обжалуемых судебных актах, не основан на установленных обстоятельствах.

При таких обстоятельствах выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам кооператива сделаны преждевременно, без исследования и оценки всех обстоятельств обособленного спора и доказательств, в том числе, на которые указано Арбитражным судом Республики Саха (Якутия) в определении от 25 марта 2021 года, доводов участников спора, что могло привести к принятию в указанной части неправильных судебных актов.

Поэтому судебные акты в обжалуемой ФИО1 части на основании части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене.

Поскольку для установления обстоятельств, имеющих значение для разрешения настоящего обособленного спора в части решения вопроса о наличии (отсутствии) оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, требуется совершение процессуальных действий, в том числе истребование и оценка доказательств, что находится за пределами полномочий суда округа, обособленный спор в указанной части, подлежащей отмене, направляется на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия).

При новом рассмотрении суду первой инстанции следует принять во внимание изложенное, на основании оценки доказательств, которые приобщены и могут быть приобщены к материалам дела, необходимо установить с учетом доводов и возражений сторон обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, сделать вывод о наличии (отсутствии) оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Оценивая доводы, изложенные в кассационной жалобе конкурсного управляющего, суд округа не находит оснований для ее удовлетворения в связи со следующим.

Отказывая в удовлетворении заявления в части привлечении к субсидиарной ответственности ФИО14, ФИО20, ФИО3 и ФИО15, суды первой и апелляционной инстанций исходили из пропуска конкурсным управляющим срока исковой давности.

В силу абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 названного Закона, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника несостоятельным (банкротом). В случае пропуска этого срока по уважительной причине, за исключением предельного объективного 3-летнего срока, исчисляемого со дня признания должника несостоятельным (банкротом), он может быть восстановлен судом.

Из названной нормы права, содержащейся в абзаце четвертом пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), следует необходимость применения двух сроков исковой давности:

- субъективного, продолжительностью в 1 год, подлежащего исчислению со дня, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности,

- объективного, продолжительностью в 3 года, подлежащего исчислению со дня признания должника несостоятельным (банкротом).

С учетом того, что СКПК «ЯРКО» признан несостоятельным (банкротом) 03.10.2016,  объективный срок исковой давности продолжительностью в 3 года на подачу соответствующего заявления истек 03.10.2019.

Поскольку обращение конкурсного управляющего и представителей комитета кредиторов с заявлениями последовали лишь 28.07.2020 и 04.09.2020, то есть после истечения объективного срока исковой давности, выводы судов первой и апелляционной инстанций о пропуске срока исковой давности являются правильными.

Ссылка конкурсного управляющего на то, что арбитражным управляющим ФИО21 не в полном объеме была передана документация должника и требовалось время для анализа документов, не может быть принята в качестве основания для отмены судебных актов в части, обжалуемой конкурсным управляющим, поскольку в силу положений пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве вновь утвержденный управляющий является процессуальным правопреемником первоначально утвержденного конкурсного управляющего, поэтому для него все действия, совершенные в арбитражном процессе до его вступления в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил (пункт 3 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Довод кассационной жалобы о том, что основания для привлечения к субсидиарной ответственности перечисленных лиц стали известными из приговоров суда, вынесенных в 2021 году, противоречат материалам обособленного спора, согласно которым прежний конкурсный управляющий и представители собрания кредиторов обратились с соответствующими заявлениями в 2019-2020 годах.

При проверке законности определения от 25 марта 2021 года и постановления от 15 октября 2021 года в части, которая не обжалуется, суд округа не нашел оснований для их отмены, предусмотренных частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Статья 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусматривает уплаты государственной пошлины за обращение с кассационной жалобой на судебные акты, принимаемые арбитражным судом по результатам рассмотрения заявлений о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по делам о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц.

Руководствуясь статьями 153.1, 274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 25 марта 2021 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 15 октября 2021 года по делу № А58-6158/2015 отменить в части установления оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «Якутское республиканское кредитное общество».

Обособленный спор направить в отмененной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия).

Определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 25 марта 2021 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 15 октября 2021 года по делу № А58-6158/2015 в остальной части оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

 

И.Н.Умань

Н.П.Кушнарева

Ю.С.Яцкевич