Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-6752/2024

12 февраля 2025 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2025 года.

Полный текст  постановления изготовлен 12 февраля 2025 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего                  Гричановской Е.В.

судей                                                  Козловой Т.Д., Воробьевой Ю.А

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Егожа А.К., при участии в заседании конкурсного управляющего ФИО1 (лично), представителя ФИО2 Темченко Е.В. по доверенности от 02.09.2022, представителя ФИО3 Темченко Е.В. по доверенности от 29.05.2023, представителя ФИО4      ФИО5 по доверенности от 20.03.2023, представителя ФИО6                 ФИО5 по доверенности от 06.03.2023, рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и конкурного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 05.11.2024 по делу № А73-15006/2021 по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Барс» – ФИО1 (вх. № 153219) о привлечении ФИО7, ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – общества с ограниченной ответственностью «Барс»,

установил:

ФИО8 обратился в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Барс» несостоятельным (банкротом) как ликвидируемого должника. Решением от 24.12.2021 ООО «Барс» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Конкурсный управляющий ООО «Барс» – ФИО1 27.09.2022 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ликвидатора должника – ФИО7 по обязательствам общества и взыскании с нее в конкурсную массу должника 14 041 548,78 руб.

Определением от 17.05.2023 к участию в обособленном спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО4 и ФИО6.

Определением от 17.05.2023 судом на основании заявления конкурсного управляющего приняты обеспечительные меры, наложен арест на принадлежащее ФИО7, ФИО6, ФИО4 имущество и денежные средства в пределах 14 041 548,78 руб., за исключением денежных средств в размере ежемесячного прожиточного минимума, установленного в регионе Российской Федерации, в котором преимущественно проживают указанные лица и каждое из находящихся на их иждивении лиц.

Определением от 26.06.2023 к участию в обособленном спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО3.

В ходе рассмотрения обособленного спора Экспертом Автономной некоммерческой организации «Институт экспертных исследований» ФИО9 проведены экспертизы (первичная, повторная, повторная дополнительная) на предмет разрешения вопросов: о принадлежности выполненной в договоре № 1 от 01.12.2017 на поставку железнодорожных вагонов и в акте приема-передачи № 1 от 01.12.2017 подписей ФИО3, о выполнении подписи от имени Бондаря М.В. и ФИО4 одним лицом. Согласно поступившему в суд заключению, категоричные выводы по поставленным перед экспертом вопросам сделать не представилось возможным; указано, что на основании представленных объектов исследования и образцов представляется возможным сделать выводы о выполнении подписи от имени Бондаря М.В., вероятно, не ФИО4, а другим лицом. Установить факт выполнения подписей от имени Бондаря М.В. и ФИО4 одним или разными лицами эксперту также не представилось возможным.

Определением суда от 05.11.2024 заявление конкурсного управляющего ООО «Барс» - ФИО1  оставлено без удовлетворения. 

Не согласившись с принятым с определением суда от 05.11.2024, конкурный управляющий ФИО1 и ФИО2 обратились в Шестой арбитражный апелляционный суд с жалобами.

ФИО1 в жалобе просит определение суда от 05.11.2024 отменить и признать  доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Барс» ФИО7, ФИО4, ФИО6, взыскать с них в конкурсную массу ООО «Барс» 14 041 548,78 руб. солидарно.

Полагает, что вывод суда о недоказанности причинно-следственной связи между отсутствием документации по дебиторской задолженности и существенным затруднением проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве. Дебиторская задолженность в период ликвидации постоянно увеличивалась, при этом доказательств того, что денежные средства от данного актива поступали на банковский счет должника, в материалы дела не представлены. Считает, что ФИО7 располагает сведениями о количестве и наименовании дебиторов и первичными учетными бухгалтерскими документами должника (договоры с контрагентами, акты выполненных работ, счета фактуры, универсальные передаточные акты, товарные накладные, приходные и расходные кассовые ордера и т.д.). Непредставление подобных сведений и документов указывает на их сокрытие. Считает, что действия (бездействия) контролирующих должника лиц привели к невозможности сформировать конкурсную массу должника для целей расчетов с конкурсными кредиторами. При этом судом безосновательно не приняты во внимание доводы о наличии оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности  в порядке п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, ФИО4, ФИО7 в порядке п. 1 п. 2   ст. 61.11 Закона о банкротстве. При этом, контролирующими должника лицами избрана такая модель ведения бизнеса, при которой все активы аккумулированы на аффилированных к должнику ООО «Рейл Экспресс», ООО «Рустранс Д.В» - конечный выгодоприобретатель (в результате перевода финансово-хозяйственной деятельности с ООО «ЖДВ» на ООО «Рустранс ДВ». В результате такой организации хозяйственной деятельности какую-либо прибыль должник не получал, и соответственно выступал в роли центра убытков.

Подробно мотивы жалобы приведены в  ее тексте. 

ФИО2 в жалобе просит отменить определение суда от 05.11.2024, требования конкурсного управляющего ООО «Барс» – ФИО1 удовлетворить. Учесть обстоятельства вывода активов 12 вагонов, принадлежащих должнику – на подконтрольных лиц в период формирования задолженности перед кредитором. При этом подпись от имени директора ООО «Барс» в договоре на продажу вагонов в ООО «Рустранс» считает подделанной (это подтверждено внесудебной экспертизой и пояснениями самого Бондаря М.В.).  Финансовый анализ документов  ООО «Рустранс» не содержит сведений о поступлении в адрес ООО «Рустранс» денежных средств от продажи вагонов либо от предоставления их в аренду третьим лицам. ФИО7, будучи ликвидатором ООО «Барс» и оформляя вагоны, ранее принадлежащие ООО «Барс», на себя, не могла не знать о факте выбытия их из собственности ООО «Барс». Однако, не предпринимала каких-либо попыток получить оплату за данные вагоны с ООО «Рустранс» и расплатиться с кредитором. Так же не учтены доказательства, свидетельствующие о том, что между ООО «Рейл» Экспресс и ООО «Барс» заключен договор 1/06-2017 от 01/06-2017 на куплю-продажу 4 полувагонов (56710866, 56710957, 5671013, 56717309) на сумму 2 400 000 руб. в отсутствие встречного исполнения, аванс в сумме 1 330 000 руб. не истребован. Конечным выгодоприобретателем при отчуждении имущества ООО «Барс» считает ФИО4, подробно излагая доводы в жалобе. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела,               о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом                               на официальном сайте Шестого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет                  по адресу: www.6aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным в ст. 121 АПК РФ.

В письменном отзыве ФИО7 приводит возражения на доводы жалоб, просит определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании 29.01.2025 представители лиц, участвующих в деле, настаивали на своих позициях, изложенных в письменном виде.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав взыскателя, проверив соблюдение судом первой инстанции норм процессуального права, и соответствие выводов суда обстоятельствам дела, суд пришел к выводу, что определение суда первой инстанции является законным и обоснованным, не подлежит отмене по следующим основаниям.

Судом первой инстанции установлено, что в рамках рассмотрения дела № А73-21868/2022 установлены  обстоятельства взаимодействия лиц, входящих в одну группу компаний с должником по настоящему делу о банкротстве.

Так, в Единый государственный реестр юридических лиц внесены сведения о следующих организациях: общество с ограниченной ответственностью «Рейл Экспресс» (зарегистрировано 28.04.2014, основной вид деятельности: деятельность вспомогательная прочая, связанная с перевозками (52.29); руководитель: до 25.10.2022 ФИО7; с 25.10.2022 – ФИО4, учредители: ФИО3 с 11.06.2014 по 11.06.2021; ФИО7 с 11.06.2014 по 03.10.2022, с 03.10.2022 - ФИО4 с 03.10.2022); общество «ЖДВ» (зарегистрировано 21.10.2013, основной вид деятельности – деятельность железнодорожного транспорта: грузовые перевозки (код м  ОКВЭД 49.20); руководители до 08.06.2018 – ФИО2, 08.06.2018 должность изменена с директора на управляющий – индивидуальный предприниматель; с 02.03.2020 по 22.03.2021 ФИО10, с 23.03.2021 – ФИО2; учредители: с 25.06.2015 – ФИО3 и ФИО2 с долей участия в настоящее время  равной 30% эквивалентным  15 000 руб., с 13.01.2020 – ФИО6, владеющая 40% доли эквивалентным 20 000 руб.); общество с ограниченной ответственностью «Барс» (зарегистрировано 28.02.2021; руководитель до 31.08.2015 ФИО7, с 31.08.2015 по 21.03.2018 ФИО3, с 22.03.2018 – ФИО7, с 25.12.2021 – конкурсный управляющий ФИО1; учредителями являются: с 08.05.2014 ФИО7 и ФИО3, в настоящее время владеющие по 45% доли (эквивалент: 13 500 руб.), ФИО2, являющийся участником с 31.08.2015 и в настоящее в время владеющий 10 % доли участия в уставном капитале (эквивалент 3 000 руб.); общество с ограниченной ответственностью «Рустранс ДВ» (зарегистрировано 14.03.2019; руководитель с 14.03.2019 – ФИО11 (брат ФИО4), учредитель: ФИО11 (доля участия в обществе 90% в настоящее время)); общество с ограниченной ответственностью «Грузовой контингент» (зарегистрировано 19.10.2021, руководитель до 20.12.2021 ФИО12, с 20.12.2021 – ФИО13; учредитель с 19.10.2021 по 31.03.2022  ФИО12, с 31.03.2022 – ФИО13 (100% доли участия); основной вид деятельности: деятельность железнодорожного транспорта: грузовые перевозки (49.20); общество с ограниченной ответственностью «МГК-Транс» (зарегистрирована 27.12.2019; основной вид деятельность: деятельность железнодорожного транспорта: грузовые перевозки (49.20); учредителем в период с 27.12.2019 по 29.04.2022 являлась ФИО6); общество с ограниченной ответственностью «МГК-Экоэнерджи» (зарегистрировано 26.11.2020, руководителем до 03.08.2022 являлся ФИО4, в настоящее время одним из учредителей выступает ФИО11 (участник с 26.11.2020, доля участия 50 000 руб. (50%)); общество с ограниченной ответственностью «Международная грузовая компания» (зарегистрировано 25.07.2014, Основной вид деятельности: Деятельность железнодорожного транспорта: грузовые перевозки (49.20), учредителем в период с 27.11.2014 по 16.11.2023 являлся ФИО4).

10.07.2018 закрытое акционерное общество «РТХ-Логистик» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением r ООО «Барс» о взыскании 12 112 200 руб. неустойки. Определением от 30.08.2018 по делу № А40-157986/2018 указанное заявление возвращено ввиду не устранения в установленный срок обстоятельств, послуживших основанием для его оставления без движения.

Обществу «Барс» поступала претензия от общества «РТХ-Логистик» с требованием о включении требования в размере 6 280 177,27 руб. в перечень требований, предъявленный кредиторами ликвидированного должника.

ФИО4 в материалы дела представлена переписка, из анализа которой следует, что предполагалась передача долга перед «РТХ-Логистик» обществу «ЖДВ», в связи с чем ФИО10 подготавливался проект договора о передаче долга.

Имеющейся в материалах дела доверенностью, выданной 10.10.2019 от имени  ООО «Барс» за подписью ликвидатора ФИО7, подтверждено, что ФИО10 уполномочивалась представлять интересы общества в государственных и муниципальных органах, в отношениях с физическими и юридическими лицами по всем вопросам хозяйственной и коммерческой деятельности общества «Барс», совершать иные юридически-значимые действия, в том числе от имени общества «Барс» вести переговоры, предъявлять претензии и давать ответы на заявленные претензии, подавать заявления, ходатайства, предоставлять и получать информацию и документы.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.11.2019 по делу № А40-262933/2019 удовлетворено исковое заявление ЗАО «РТХ-Логистик» о взыскании с ООО «Барс» 10 425 094,26 руб., составляющих 6 280 177,27 руб. долг по оплате оказанных услуг и 4 144 916,99 руб. пени, на основании неисполнения должником услуг по договору от 01.06.2014 № 359-ПС на предоставление обществом «РТХ-Логистик» собственного (арендованного) подвижного состава.

Решение вступило в законную силу.

В рамках рассмотрения указанного дела установлено, что за период с 31.07.2014 по 10.04.2018 ЗАО «РТХ-Логистик» предоставило услуг на общую сумму 116 715 114,43 руб., из которых 110 434 937,16 руб. были погашены должником.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 31.08.2020 по делу А40-33772/2020 солидарно с ООО «Рейл Экспресс», ООО «ЖДВ» в пользу ООО «Транспортные технологии» взыскано 5 323 205 руб. задолженности, образовавшуюся  в связи с ненадлежащим исполнением ООО «Рейл Экспресс» договора № 050218-ТТ/ТЭО на оказание услуг по организации перевозок и транспортно-экспедиционному обслуживанию от 05.02.2018.

Решение вступило в законную силу.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 01.03.2021 по делу № А40-174114/2020 солидарно с ООО «Рейл Экспресс», ООО «ЖДВ» в пользу ООО «Транспортные технологии» взыскано 13 415 830 руб. основного долга, а также взыскать 90 079 руб. расходов по оплате госпошлины, в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком своих обязанностей по своевременной оплате оказанных услуг в феврале и марте 2020 года, образовалась задолженность за оказанные услуги.

Решение вступило в законную силу.

Между ПАО «Сбербанк России» и ООО «Рейл Экспресс» (заемщик в лице генерального директора ФИО7) 31.07.2019  заключен кредитный договор № 90702ZZ61PBU1Q0QE0QZ1R. По условиям данного договора банк обязался предоставить заемщику кредит для целей развития бизнеса в размере 10 655 000  руб.  под процентную ставку в размере 17,31% годовых со сроком возврата – по истечении 36 месяцев с даты фактического предоставления кредита (п. 1-3, 6 кредитного договора).

Из п. 9.1, 9.2 кредитного договора усматривается, что исполнение обязательств общества «Рейл Экспресс» перед банком обеспечено поручительством и залогом имущества.

В силу п. 9.1 кредитного договора в редакции дополнительного соглашения № 2 от 08.04.2021 поручителями заемщика являются: ФИО7, ФИО4, ФИО3, общество «ЖДВ».

В соответствии с договором ипотеки №90702ZZ61PBU1Q0QE0QZ1RЗ01 от 31.07.2019 исполнение обязательств общества «Рейл Экспресс» по указанному выше кредитному договору обеспечивается принадлежащим обществу «ЖДВ» (залогодатель) имуществом (предмет залога): нежилое помещение площадью 1 777,5 кв. м., расположенное по адресу: 

<

...>, пом. I (2-8), с кадастровым номером 27:23:0051026:350; право аренды части земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...>, сроком на 49 лет, на котором находится закладываемый объект недвижимости, площадью 3 396,12 кв. м. из общей площади 10 920+/- 37 кв. м., с кадастровым номером 27:23:0051026:86.

Неисполнение обязательств по кредитному договору послужило основанием для обращения ПАО «Сбербанк» в Индустриальный районный суд г. Хабаровска с иском к ООО «Рейл Экспресс», ООО «ЖДВ», ФИО7, ФИО4, Бондарю М.В. о досрочном взыскании задолженности (дело № 2-4221/2021). 

В рамках рассматриваемого районным судом, определением Индустриального районного суда г. Хабаровска от 06.10.2021 утверждено мировое соглашение и прекращено производство по названному делу.

ФИО4 отмечал, что задолженность у ООО «Рейл Экспресс» перед ООО «Транспортные технологии» сформировалась на основании сфальсифицированных актов; в обоснование причин возникновения корпоративного конфликта указал на то, что в сентябре 2021 года между ним и ФИО2 состоялся разговор, в котором последним озвучено предложение по созданию новой компании с распределением долей в размере по 50% каждому, без предоставления прав участия Бондарю ФИО14 А.В. отказался от реализации такого перевода бизнеса. При этом сторонам удалось достичь договоренности по утверждению мирового соглашения в части погашения задолженности общества «Рейл Экспресс» перед банком, обязательства по которому обеспечивались поручительством общества «ЖДВ», ФИО7, ФИО4, Бондаря М.В.  (Определением Индустриального районного суда г. Хабаровска от 06.10.2021 утверждено мировое соглашение и прекращено производство по о делу № 2-4221/2021).

В рамках дела № А40-262933/2019 определением Арбитражным судом города Москвы от 23.07.2020 к производству принято заявление ФИО15 о процессуальном правопреемстве. Из материалов электронного дела № А40-262933/2019 усматривается, что ФИО15, заключая договор уступки прав требования № 3 от 22.06.2020, приобретал у общества «РТХ-Логистик» не только права требования к должнику, но и права требования к иным лицам в части 41 требования).Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.09.2020 заявление удовлетворено, произведена замена взыскателя – общества «РТХ-Логистик» на ФИО15 Из содержания судебного акта следует, что права требования к должнику приобретены ФИО15 по договору от 22.06.2020.

ФИО15 обратился в Арбитражный суд города Москвы19.01.2021 с заявлением о признании общества «Барс» банкротом. Определением от 11.03.2021 дело № А40-7022/2021 дело передано по подсудности на рассмотрение Арбитражного суда Хабаровского края.

22.03.2021 возбуждено производство по делу № А73-3740/2021 о банкротстве общества «Барс» на основании заявления уполномоченного органа. Определением от 13.05.2021 производство по указанному делу о банкротстве прекращено.

19.05.2021 Федеральной налоговой службой в лице Инспекции Федеральной налоговой службы по Индустриальному району г. Хабаровска подано заявление о привлечении ФИО3 к ответственности в виде взыскания убытков (дело № А73-7577/2021).

Определением от 07.05.2021 Арбитражным судом Хабаровского края возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО15 № А73-6830/2021.

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 16.07.2021 производство по делу о банкротстве «Барс» прекращено ввиду поступления отказа заявителя от заявленных требований, мотивированного устной договоренностью с должником о погашении задолженности.

ФИО8 обратился в Арбитражный суд города Москвы 21.06.2021  в рамках дела № А40-262933/19 с заявлением о процессуальном правопреемстве, указав в обоснование на обстоятельства заключения 06.06.2021 договора уступки прав требования № 1. По результатам рассмотрения заявления ФИО8 Арбитражным судом города Москвы произведена замена взыскателя по делу № А40-262933/19.

30.08.2021 ФИО8 опубликовал сообщение № 09524372 о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества «Барс» банкротом, а 20.09.2021 его заявление поступило в Арбитражный суд Хабаровского края.

В обжалуемом судебном акте с учетом  пояснений сторон судом установлены обстоятельства рассматриваемого спора.

Судом первой инстанции установлено, что  решением Арбитражного суда Хабаровского края от 07.07.2022 по делу № А73-8514/2022 удовлетворены исковые требования общества «ЖДВ» к ООО «Рустранс ДВ» о взыскании 840 000 руб. задолженности, расторжении договора аренды.

Как следует из установленных названным судебным актом обстоятельств, 01.02.2021 между обществом «ЖДВ» (арендодатель) и обществом «Рустранс ДВ» (арендатор) заключен договор аренды № 111/02/2021, по условиям которого арендодатель передает арендатору в аренду следующее недвижимое имущество: 1/2 в праве общей долевой собственности на недвижимое имущество – функциональное нежилое здание – склад готовой продукции №3, общей площадью 7131,8 кв. м., расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер 27:23:0051026:155 (п. 1.1.1 договора в редакции дополнительного соглашения №1); нежилые функциональные помещения общей площадью 1777,5 кв.м., расположенные по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер 27:23:0051026:350 (п. 1.1.2 договора в редакции дополнительного соглашения №1).  

Недвижимое имущество передано арендатору по акту приема-передачи от 01.02.2021. Срок аренды установлен п. 10.1 договора, и составляет 7 лет с даты подписания акта приема-передачи. Договор зарегистрирован в установленном законом порядке 05.08.2021.

Согласно п. 5.4 договора (в редакции дополнительного соглашения №1), постоянная составляющая арендной платы за помещение, указанное в п. 1.1.1. договора, составляет 30 000 руб. в месяц, в том числе НДС, за помещение, указанное в п. 1.1.2. договора, составляет 30 000 руб. в месяц, в том числе НДС. Арендатор оплачивает постоянную составляющую арендной платы в срок до 10 числа отчетного месяца (п.  5.6.2 договора).

В соответствии с п. 3.2.4 договора, арендодатель имеет право расторгнуть договор в соответствии с действующим законодательством РФ в случае нарушения арендатором обязанностей по договору.

Претензией общество «ЖДВ» уведомило арендатора о наличии задолженности по арендным платежам, а также о расторжении договора в случае неоплаты долга. Задолженность возникла за период с апреля 2021 года по март 2022 года в размере 720 000  руб. (60 000 руб. х 12 мес.), и за апрель и май 2022 года в размере 120 000  руб.

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 24.08.2023 по делу № А73-3631/2023 удовлетворен иск ООО «ЖДВ», ООО «Рустранс ДВ» обязалось передать ООО «ЖДВ» объекты имущества в следующем составе: – оборудование участка сушки 2020 г.в.; – конвейер ленточный Z-образный h 6,0 м; – охладитель-сепаратор ОГ-2; – конвейер ленточный Z-образный h 6,0 м. С ООО «Рустранс ДВ» в пользу ООО «ЖДВ» взыскана судебная неустойка за неисполнение решения Арбитражного суда Хабаровского края по настоящему делу в размере 1 000 руб. за каждый день неисполнения, начиная со дня вступления решения суда в законную силу. 

Из указанного решения следует, что объекты приобретены истцом в порядке исполнения договоров финансовой аренды от 11.11.2019 № 514/206/19, купли-продажи от 06.05.2021 № 514/206/19-В/1, поставки от 15.11.2019 № 151119-ТДКО1. Данное оборудование размещено на производственной базе по адресу: 

<

...> которая находилась во владении и пользовании ответчика по договору аренды от 01.02.2021 № 111/02/2021. Поименованные объекты использовались в коммерческой деятельности общества «Рустранс ДВ». Договоры купли-продажи спорного оборудования, договоры аренды, а равно иные соглашения, определяющие возможность временного использования оборудования, покупателем которого выступало общество «Рустранс ДВ», в материалы дела не представлены.

Применительно к положениям ст. 69 АПК РФ, судпервой иснатнции отклонил довод ФИО4 о том, что общество «Рустранс ДВ» осуществляло третьим лица оплаты за общество «ЖДВ».

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 23.10.2024 по делу  № А73-19404/2022 оказано в удовлетворении требований ООО «Рустранс ДВ» к ООО «ЖДВ» о взыскании денежных средств, перечисленных за ООО «ЖДВ» по обязательствам последнего в пользу его кредиторов в размере 14 200 171,84 руб.

Указанным судебным актом установлено, что первоначально истец просил взыскать денежные средства, перечисленных за общество «ЖДВ» по обязательствам последнего в пользу его кредиторов, заявленное уточнение в части взыскания задолженности по обязательственным отношениям за весь период с 19.06.2019 года по 30.11.2023 (в т.ч. по предоставлению подвижного состава, отношения по возмещению провозных платежей, оплаты «вкладышей мешка Биг Бег», оплата по договору ТЭО, оплаты по договору оказания услуг, оплата за колёсную пару, субаренда помещения, оплата древесных топливных гранул, приобретённые права по договорам цессии) признано изменением и основания, и предмета требований, рассмотрено судом как новое требование, подлежащее самостоятельному предъявлению.

В рамках дела № А73-21868/2022  Арбитражным судом Хабаровского края установлено, что вследствие достигнутых личных договоренностей между ними, посредством юридических лиц – обществ «Рейл Экспресс», «ЖДВ», общества «Барс» осуществлялась деятельность, связанная с перевозками с использованием железнодорожного транспорта. Документальное оформление правоотношений между сторонами осуществлялось не в надлежащей форме.

Установлено, что первоначальным явилась задолженность перед обществом «Рейл Экспресс», вследствие наращивания которой, во избежание утраты права на аренду вагонов, необходимых для осуществления предпринимательской деятельности, будучи осведомленным о признаках недостаточности активов общества «Рейл Экспресс» общество «ЖДВ» предоставило поручительство. 

Между ФИО4 и ФИО2 очевидно существовала договоренность по порядку погашения долга. Деятельность юридических лиц была взаимосвязанной в силу специфики избранной ими модели построения бизнеса в сфере железнодорожных грузовых перевозок. Права на использования вагонов являлись ликвидными для их сохранения, что осознавалось как ФИО2, так и ФИО4

В условиях конфликта интересов между названными физическими лицами возникла ситуация, при которой стороны утратили возможность осуществлять деятельность в рамках через принадлежащие им компании, фактически входящие в одну группу (общества «ЖДВ», «Рустранс ДВ», «Рейл Экспресс»).

Отказывая в удовлетворении требований суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Из содержания п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»  следует, что по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго ст. 2, п. 2 ст. 3, п. 1 и 3 ст. 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Из обстоятельств рассматриваемого дела следует, что в реестр требований кредитов включены два требования: ФИО8 и уполномоченного органа.

Из решения налогового органа, представленного в обоснование требования, предъявленного к включению в реестр, основанием доначисления НДС явилась неполная уплата такого налога в общей сумме 1 792 373 руб. в результате завышения налоговых вычетов по НДС по счетам-фактурам, предъявленным контрагентом – обществом с ограниченной ответственностью «Лотос» в рамках договоров №103/05/2017 от 01.05.2017 и №108/04/2017 от 01.04.2014.

Причинами признания правоотношений с обществом «Лотос» ложными послужили обстоятельства, указывающие на то, что: представленные документы в подтверждение взаимоотношений обществом «БАРС» с обществом «Лотос» (договоры, счета-фактуры, акты выполненных работ и т.д.) содержат недостоверные и противоречивые сведения, в связи с чем, не могут подтверждать финансово-хозяйственные взаимоотношения организаций; общество «Лотос» оказывало для общества «БАРС» услуги по подготовке вагонов к погрузке, услуги диспетчеризации. Аналогичные работы и услуги входили в должностные обязанности работников отдела логистики и начальника отдела логистики общества «БАРС», что исключало необходимость привлечения общества «Лотос»; отсутствие у общества «Лотос» заключенных договоров на открытие единого лицевого счета (ЕЛС) и иных договоров, и соглашений, заключенных с ОАО «РЖД», что является необходимым условием для осуществления услуг, оказываемых обществом «Лотос» обществу «БАРС». При этом в проверяемом периоде у общества «БАРС» имелись договоры и соглашения с ОАО «РЖД», общество являлось пользователем его программных комплексов, что свидетельствует об отсутствии необходимости в привлечении спорного контрагента;  собственники вагонов, передаваемых обществом «БАРС» заказчикам услуг -грузоотправителям, не подтвердили взаимодействие с контрагентом -  обществом «Лотос», а указали, что взаимодействовали с обществом «БАРС» без участия общества «Лотос», через ФИО2 (учредитель общества «БАРС»); заказчики услуг (грузоотправители) не подтверждают взаимоотношения с обществом «Лотос», при этом указывают на взаимодействие с обществом «БАРС» через ФИО2; оказание индивидуальным предпринимателем ФИО2 на основании агентского договора обществу «БАРС» услуг, аналогичных оказываемых обществом «Лотос», что свидетельствует об отсутствии необходимости в привлечении общества «Лотос». Фактически работы выполнены обществом «БАРС» с привлечением ИП ФИО2; отсутствие у общества «Лотос» необходимых условий для оказания услуг обществу «БАРС» - работников, технических возможностей; недобросовестность контрагента: номинальный руководитель, исчисление и уплата налогов в минимальных размерах, транзитный характер движения денежных средств по счетам;  общество «Лотос» исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием записей о недостоверности сведений о нем.

В периоды, охваченные выездной налоговой проверкой (с 01.04.2017 по 30.09.2017), ФИО3 являлся руководителем и учредителем общества «БАРС» с долей участия 45 %. Сумма, присужденная к взысканию с общества «Барс» в пользу общества «РТХ-Логистик» решением от 19.11.2019 по делу № А40-262933/19 идентична сумме долга, указанной в поступившей в адрес должника претензии общества «РТХ-Логистик», датированной 14.06.2018.

Как указывалось ранее руководителем общества «Барс» с 31.08.2015 по 21.03.2018  являлся ФИО3, учредителями являются: с 08.05.2014 ФИО7 и ФИО3, в настоящее время владеющие по 45% доли (эквивалент: 13 500 руб.), ФИО2, являющийся участником с 31.08.2015 и в настоящее время владеющий 10 % доли участия в уставном капитале (эквивалент 3 000 руб.).

В материалы обособленного спора ОО «Барс» предоставлены заверенные ФИО10 (руководитель общества «ЖДВ» в период  с 02.03.2020 по 22.03.2021) с проставлением печати общества «Барс» копии документов: квитанции о приеме налоговой декларации (расчета) электронном виде с приложением  бухгалтерского баланса, со ссылкой на его подписание ФИО7 по состоянию на 31.12.2020, сданного 25.02.2021;  отчета о финансовых результатах за 2020 год, квитанции о приеме налоговой декларации (расчета) в электронном виде  30.03.2021 корректирующего расчета по страховым взносам за 2020 год с его приложением; квитанции о приеме налоговой декларации (расчета) в электронном виде  03.01.2021 (принята налоговым органом 11.01.2021) налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость, первичного за 2020 год с его приложением, квитанции о приеме налоговой декларации (расчета) в электронном виде  09.03.2021 (принята налоговым органом 10.03.2021) налоговой декларации по налогу на прибыль организации, первичного за 2020 год с его приложением   корректирующего расчета по страховым взносам за 2020 год с его приложением.

Из  правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности п. 3.1 т. 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО16» следует, что субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. 

Из п. 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020); определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2020 года № 305-ЭС19-17007(2) следует, что долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (ст. 1064 ГК РФ). 

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности: для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 02.02.2021 № 305-ЭС20-20172 по делу № А40-98623/2019 на то, что ответственность контролирующих юридического лица перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым ими обществом обязательства, а за их виновные действия (решения), не вызванные рыночными и иными объективными факторами и повлекшие нарушение обязательств управляемого ими юридического лица.

В связи с тем, что субсидиарная ответственность представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности юридического лица и экстраординарный механизм защиты нарушенных прав кредиторов, истец по такому иску не должен ограничиваться исключительно доводами или минимальным набором косвенных доказательств виновности контролирующих лиц. Не любое сомнение в намерении причинить вред кредитору (даже подтвержденное косвенными доказательствами) должно толковаться против ответчика. Такие сомнения должны с помощью согласующихся между собой доказательств ясно и убедительно подтверждать противоправность действий (решений) контролирующих лиц во вред кредитору.

Бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении контролирующих юридическое лицо лиц возлагается законом на истца (п. 1 и 2 ст. 53.1 ГК РФ). 

Судом первой инстанции правомерно установлено, что  ответчиками последовательно приводились доводы об ошибочном отражении в балансе должника дебиторской задолженности, состав и размер которой не мог быть раскрыт, поскольку в действительности указанная задолженность не существовала у общества «Барс».

Надлежащее оформление  первичной документации фактов осуществления реальных хозяйственных операций в группе не производилось, поскольку ответчиками считалось допустимым, что внутрикорпоративные обязательства в условиях существующих доверительных отношений могут быть прекращены путем взаимозачетов, проведенных соглашений о переводе долга и иных способов, направленных на прекращение обязательств, без несения финансовых потерь, а отчетность – скорректирована.

Данный вывод подтверждается количеством документации, раскрываемой  участвующими в деле лицами как при рассмотрении данного дела о банкротстве, так и при рассмотрении иных дел с их участием.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы (Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №  53).

Обращаясь с рассматриваемым заявлением конкурсный управляющий вменяет в вину не раскрытие данных о составе дебиторской задолженности, за счет которой предполагалось возможным погасить требования кредиторов, а также неподачу в установленный срок заявления о банкротстве общества «Барс».

Ответственность за действия, следствием которых явилось отражение неверных сведений о показателях финансово-экономической деятельности субъекта, законодательно дифференцирована и рассматривается в рамках уголовного и административного законодательства.

В рамках дела о банкротстве субсидиарная ответственность является особым механизмом замены  ответчика в обязательственных правоотношениях с субъекта этих отношений на лицо, осуществляющее функцию контроля и реализующее правомочия по принятию решений, обязательных для должника.

В силу п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 названного  Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В соответствии с абзацем шестым п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника о собственном банкротстве, в частности, в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

Коллегия соглашается с выводом суда, что в группе компаний предусматривался разработанный механизм компенсационных оплат членов группы друг за друга. Намерений инициировать в отношении должника дела о банкротстве не усматривается. Судом не установлено оснований считать, что должником осуществлялись действия по наращиванию долга перед независимыми кредиторами для целей извлечения личных преимуществ.

Момент возникновения у должника объективного банкротства не доказан, поскольку условия для погашения обязательств избирались контролирующими группу компаний лицами посредством использования механизмов проведения расчетов внутри группы компаний. Наращивание кредиторской задолженности в условиях отражения сведений отчетности должника, не соответствующих действительности, не производилось.

Обязательным условием для признания возможным привлечь лицо к субсидиарной ответственности является доказанность факта наличия возможности и права давать должнику обязательные для исполнения указания), виновность поведения и причинную связь, обусловившую наступление последствий в виде невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

В силу положений пп 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации;  либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно п. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве положения пп 2 п. 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учёта и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчётности должника; 2) ведения бухгалтерского учёта и хранения документов бухгалтерского учёта и (или) бухгалтерской (финансовой) отчётности должника.

Как следует из содержания ст. 1, 2, 3, 7, 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учёте», бухгалтерский учёт – формирование документированной систематизированной информации об объектах, предусмотренных настоящим Федеральным законом, в соответствии с требованиями, установленными настоящим Федеральным законом, и составление на её основе бухгалтерской (финансовой) отчетности Бухгалтерская (финансовая) отчетность – информация о финансовом положении экономического субъекта на отчётную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период.

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учёта организуются экономическим субъектом самостоятельно.

По смыслу п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве, руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Неисполненная руководителем должника обязанность, предусмотренная п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве, является основанием для привлечения указанного руководителя к субсидиарной ответственности. В связи с чем, в отношении требований к руководителю должника заявителю необходимо доказать, что к моменту вынесения решения о признании должника банкротом документы бухгалтерского учета и (или) отчетности отсутствовали или не содержали информации об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрации и обобщении которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Вместе с тем, факт не передачи документации сам по себе не образует состав правонарушения, наличие которого влечет привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленному конкурсным управляющим основанию.

Разрешая вопрос о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) контролировавших должника лиц и несостоятельностью последнего необходимо учитывать положения пп 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, а также разъяснения, приведенные в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, согласно которым такая причинно-следственная связь предполагается в случае не передачи, сокрытия, утраты или искажения документации руководителем должника, а также другими лицами, у которых документация фактически находится. Управляющий должен представить суду объяснения о том, как отсутствие документов повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации.

Вопреки доводах апелляционных жалоб, оснований считать, что в отсутствие хозяйственных операций, у должника возникала необходимость составления  какого-либо акта, подтверждающего соответствующее бездействие, отсутствует.

В действиях ФИО7 судом также не усмотрено признаков недобросовестного поведения при осуществлении действий по обеспечению сохранности документации должника и выполнению им требований ст. 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и ст. 50 Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ « Об обществах с ограниченной ответственностью».

Доказательств обратного материалы дела не представлено.

Возложение субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо является экстраординарной мерой ответственности, которая не может быть применена без достаточных и веских оснований. В рассматриваемом случае конкурсный управляющий не обосновал и не подтвердил документально наличие причинно-следственной связи между отсутствием документации (с учетом факта передачи документов) и существенным затруднением проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, в связи с чем, суд заключил об отсутствии оснований для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности на основании п. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.02.2018 № 308-ЭС17-12100, конкурсному кредитору в споре с лицом, аффилированным с должником, достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга (обстоятельства). При этом другой стороне, более того, контролирующему должника лицу, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (ст. 53.1 ГК РФ, ст. 61.10 Закона о банкротстве).

ФИО6 в силу занимаемой ею должности не признана лицом, который являлся правомочным давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. В отношении ФИО4 и ФИО7 суд не признал доказанным формирование кредиторской задолженности вследствие управленческих решений названных ответчиков. 

Неправомерное сокрытие активов, либо их недостоверное отражение в бухгалтерской отчетности (искажение) может являться условием для привлечение к субсидиарной ответственности в том случае, когда имеются основания считать такой актив ликвидным.

Кроме того,  заявителем не доказан размер ответственности привлекаемых к ней лиц, поскольку из содержания решения Арбитражного суда г. Москвы  от 19.11.2019 по делу № А40-262933/2019 не представляется возможным установить, конкретный период возникновения задолженности по оплате услуг общества «РТХ-Логистик», поскольку общий размер обязательств за период с 31.07.2014 по 10.04.2018 с учетом сведений о произведенном гашении долга не предопределяет вывод о том, что в 2018 году должником осуществлялась в действительности хозяйственная деятельность.

В силу положений ст. 61.12 Закона о банкротстве данное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в привлечении ответчика к субсидиарной ответственности.

Сведения, отраженные в балансе о наличии у должника значительных активов, противоречат фактам отсутствия средств для погашения судебных расходов по делу о банкротстве и безрезультатности принудительного взыскания в рамках исполнительных производств, которые имели место быть возбужденными в отношении должника ранее.

Доводы о причинении со стороны ФИО7, ФИО4 убытков обществу «Барс» подлежат отклонению по мотиву недоказанности соответствующих обстоятельств, в том числе с учетом результатов проведенной судебной экспертизы, выводы которой в категоричной форме не позволяют презюмировать наличие в действиях ФИО4 вины в изъятии вагонов и, тем самым причинении вреда обществу.

Коллегия также не усматривает оснований для самостоятельной переквалификации требования о привлечении к субсидиарной ответственности в иск о возмещении убытков, в отсутствие доказанности осуществления ответчиками действий по инициированию совершенных сделок по выводу имущества должника.

Пунктом 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020, закреплена правовая позиция о том, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам и не может служить средством разрешения корпоративного конфликта.

Оценка законности действий арбитражного управляющего может осуществляться исключительно в рамках дела о банкротстве. В настоящем деле у суда не имелось оснований для оценки действий ликвидатора ООО «Рустранс», конкурсного управляющего ООО «Рустранс» при проведении процедуры банкротства ООО «Рустранс», в связи с чем для существа рассматриваемого заявления данные обстоятельства не имеют значения.

Совокупность доказательств, имеющихся в материалах дела, подтверждает погашение долга перед кредитором путем выкупа права требования на аффилированное лицо (ФИО8) и использования в дальнейшем с целью давления и решения корпоративного конфликта.

В связи с указанным, доводы апелляционных жалоб подлежат отклоеннию, поскольку  основаны на субъективных суждениях апеллянтов, и свидетельствуют о несогласии с выводами суда первой инстанции и не могут являться основанием для отмены судебного акта, принятого с правильным применением норм материального права.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционные жалоба - без удовлетворения.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются безусловным основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 05.11.2024 по делу                                     № А73-15006/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Е.В. Гричановская

Судьи

Т.Д. Козлова

Ю.А. Воробьева