Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-113614/19-33-1044

г. Москва

14 августа 2019 г.

Резолютивная часть решения объявлена 07 августа 2019 года

Полный текст решения изготовлен 14 августа 2019 года

Арбитражный суд г.Москвы в составе: 

Судьи Ласкиной С.О.

Протокол ведет секретарь судебного заседания Дегтярева Е.А., 

Рассматривает в открытом судебном заседании дело по заявлению 

АО «РЖД-ЗДОРОВЬЕ» в лице санатория «Мыс Видный» - филиала АО «РЖД-ЗДОРОВЬЕ»к ответчику: УФАС по г. Москве

третье лицо: ООО «Сервис-Курорт»о признании незаконными решения № 1-00-413/77-19 от 04.03.2019г. и предписания № 1-00-413/77-19  от 04.03.2019г., 

при участии в судебном заседании: 

от заявителя: ФИО1, паспорт, дов. № 248/18 от 28.12.2018г.,

от ответчика: ФИО2, служ.уд., дов. № 03-36 от 28.05.2019г.,

от третьего лица: извещен, не явился,

УСТАНОВИЛ:

АО «РЖД-ЗДОРОВЬЕ» в лице санатория «Мыс Видный» - филиала АО «РЖД-ЗДОРОВЬЕ»  обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к УФАС г. Москвы о признании незаконными решения № 1-00-413/77-19 от 04.03.2019г. и предписания № 1-00-413/77-19  от 04.03.2019г.

В судебное заседание не явилось третье лицо, извещенное надлежащим образом. Дело рассмотрено в порядке ст. 123, 156 АПК РФ в его отсутствии.

Заявитель поддержал заявленные требования.

Ответчик возражал против удовлетворения заявленных требований.

Исследовав материалы дела, заслушав явившихся представителей, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд признал заявленные требования не подлежащими удовлетворению в связи со следующим.

Суд установил, что срок на обжалование ненормативных актов, установленный п. 4 ст. 198 АПК РФ заявителем не пропущен.

Согласно ст.198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, процессуальный закон устанавливает наличие одновременно двух обстоятельств, а именно, не соответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение оспариваемым актом прав и законных интересов организаций в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц.

Согласно ст.13 ГК РФ ненормативный акт, не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина, может быть признан судом недействительным. 

Согласно п.1 Постановления Пленума ВС РФ от 01.07.1996 г. № 6 и Пленума ВАС РФ № 8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» если суд установит, что оспариваемый акт не соответствует закону или иным правовым актам и ограничивает гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, то в соответствии со статьей 13 ГК он может признать такой акт недействительным.

Таким образом, из существа приведенных норм следует, что для признания недействительным обжалуемых заявителем решения и предписания УФАС России  по г. Москве необходимо наличие двух обязательных условий, а именно, несоответствие их закону и наличие нарушения прав и охраняемых законом интересов юридического лица.

Из материалов дела следует, что основанием для принятия оспариваемых актов послужила поступившая в Московское УФАС России жалоба общества с ограниченной ответственностью «Сервис-Курорт» (далее — третье лицо) на действия заявителя при проведении аукциона в электронной форме № 659/ОАЭ-РЖДЗД/МВ/19 на оказание услуг питания для нужд санатория «Мыс Видный» филиала заявителя.

В поданной жалобе третье лицо выражало несогласие с положениями аукционной документации, требования которой ограничивали конкуренцию.

Решением от 04.03.2019 антимонопольный орган признал жалобу обоснованной, установив в действиях заявителя нарушение п. п. 1 и 2 ч. 1 ст. 3, п. 1 ч. 10 ст. 4 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее — Закон о закупках).

Предписанием от 04.03.2019 по делу № 1-00-413/77-19 антимонопольный орган возложил на заявителя обязанность по приведению положений документации в соответствии с требованиями законодательства о закупках с учетом выводов решения по тому же делу и повторному проведению процедуры закупки.

Полагая, что решение и предписание незаконны, нарушают права и законные интересы заявителя, последний обратился с настоящим заявлением в суд.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходит из следующего.

В обоснование заявленных требований ссылается на нарушение антимонопольным органом порядка направления в адрес заявителя копий решения и предписания. Как указывает заявитель, он не располагал сведениями о принятых антимонопольным органом актах, поскольку названный орган не исполнил обязанность по их размещению в сети «Интернет», а организатор торгов не располагал сведениями о результатах рассмотрения жалобы и был лишен возможности заключить договор на организацию питания для нужд отдыхающих.

В этой связи заявитель просит о признании оспариваемых актов недействительными в судебном порядке.

Кроме того, как указал в судебном заседании представитель заявителя, он не был извещен о рассмотрении жалобы общества, а возражения на жалобу, представленные заказчиком в антимонопольный орган, подписаны руководителем филиала, выступающим по общей доверенности.

Из материалов дела усматривается, что жалоба третьего лица была посвящена несогласию с положениями документации.

Одним из процессуальных поводов для обращения с жалобой в антимонопольный орган является осуществление заказчиком закупки с нарушением требований Закона о закупках и (или) порядка подготовки и (или) осуществления закупки, содержащегося в утвержденном и размещенном в единой информационной системе положении о закупке такого заказчика (п. 1ч. 10 ст. 3 Закона о закупках).

К числу основных принципов закупочной деятельности Закон относит информационную открытость закупки, равноправие, справедливость, отсутствие дискриминации и необоснованных ограничений конкуренции по отношению к участникам закупки, целевое и экономически эффективное расходование денежных средств на приобретение товаров, работ, услуг (с учетом при необходимости стоимости жизненного цикла закупаемой продукции) и реализацию мер. направленных на сокращение издержек заказчика, отсутствие ограничения допуска к участию в закупке путем установления неизмеряемых требований к участникам закупки (ч. 1 ст. 3 Закона о закупках).

Соблюдение заказчиком основных принципов Закона о закупках предполагает неукоснительное соблюдение прав участников в любой сфере правоотношений, в том числе при формировании документации, при допуске заявок, при их оценке, при заключении договора.

В этой связи предметом обжалования в антимонопольном органе, помимо случаев, предусмотренных п. п. 3-6 ч. 10 ст. 3 Закона о закупках, могут являться любые отступления заказчика (организатора торгов) от установленных названным законом принципов закупочной деятельности, то есть, по существу такие действия, которые осуществлены вразрез с целями и положениями Закона о закупках и нарушают права участника.

Соответственно, антимонопольный орган вправе установить в действиях заказчика любые нарушения, связанные с отступлением от упомянутых принципов.

В настоящем случае третье лицо ставило вопрос о нарушении заявителем при утверждении документации запретов на ограничение конкуренции при проведении торгов.

Информационная открытость закупки, равноправие, справедливость, отсутствие дискриминации и необоснованных ограничений конкуренции по отношению к участникам закупки отнесены к основным принципам проведения торгов заказчиками со специальной правосубъектностью, к коим отнесен заявитель (п. п. 1 и 2 ч. 1 ст. 3 Закона о закупках).

За пределы доводов жалобы антимонопольный орган не вышел.

Таким образом, оспариваемые акты вынесены уполномоченным государственным органом.

Как указывало третье лицо в своей жалобе, заказчик неправомерно объединил в одну закупку услуги по питанию и работы по косметическому ремонту, так как участник, занимающийся оказанием услуг питания не сможет самостоятельно выполнить работы по ремонту помещений виду того, что данные услуги и работы относятся к разным товарным рынкам.

Как указано выше, предметом торгов является заключение договора на организацию питания, то есть на оказание услуг, связанных с доставкой продуктов и приготовлением пищи.

В то же время, в Техническом задании указаны требования к содержанию помещений, переданных в безвозмездное пользование на период оказания услуг: «исполнитель в течении пяти календарных дней после заключения договора, а также по завершении всего срока действия договора должен произвести косметический ремонт (побелка и покраска помещений) зала питания и подсобных помещений столовых корпуса «Салют», корпуса «Арена», корпуса «Олимп» (общая площадь подсобных помещений - 1408,0 кв.м., общая площадь залов питания - 1010,1 кв.м.). Все материалы для проведения косметического ремонта должны быть согласованы с заказчиком».

Как указывал в своих письменных возражениях заказчик при рассмотрении дела в антимонопольном органе, объединение в один лот не связанных между собой услуг было обусловлено соблюдением требований п. 5.15 СанПиН 2.3.6.1079-01, согласно которого в организациях общественного питания должен проводиться косметический ремонт (побелка и покраска помещений, профилактический ремонт санитарно-технического и технологического оборудования) по мере необходимости и его покраска. По мнению заказчика, необходимость проведения косметического ремонта не является предметом закупки, а служит одной из необходимых характеристик для оказания услуг по предмету закупки. Кроме того, документация не содержит запрета на привлечение соисполнителей.

Формулируя вывод о несоблюдении заявителем основных принципов закупочной деятельности, антимонопольный орган правильно исходил из того, что требование о производстве ремонтных работ установлено в Техническом задании, являющимся неотъемлемой частью аукционной документации, в соответствии с которой в дальнейшем заключается договор с победителем закупочной процедуры.

Таким образом, утверждение заказчика о том, что проведение косметического ремонта является лишь одной из характеристик предмета аукциона не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Согласно п. 81 Положения о закупках заявителя при формировании лота не допускается ограничение конкуренции между участниками путем включения в один лот товаров, работ, услуг, технологически и функционально не связанных с товарами, работами, услугами, поставки, выполнение, оказание которых являются предметом конкурентной закупки, за исключением случаев, когда такое включение обусловлено необходимостью выполнения комплекса работ, оказания комплекса услуг, комплексной поставки товаров, и/или случаев, когда включение таких товаров, работ, услуг позволит сократить издержки заказчика, эффективно расходовать денежные средства.

Таким образом, как верно указал антимонопольный орган, действия заказчика, выразившиеся в объединении в один лот услуг по организации питания и выполнению работ по косметическому ремонту, противоречат принципам равноправия, справедливости, отсутствия дискриминации и необоснованных ограничений конкуренции по отношению к участникам закупки, закрепленным в п. 2 ч. 1 ст. 3 Закона о закупках.

Также податель жалобы указывал, что аукционная документация не содержала данных об объеме работ, которые необходимо осуществить исполнителю в рамках проведения косметического ремонта, а также на то, что отсутствуют данные о состоянии помещения (в котором планируется оказание услуг по питанию) и его техническом оснащении.

В свою очередь, заказчик указывал, что в качестве информации об объеме работ по проведению косметического ремонта в Техническом задании приведены сведения о площади подсобных помещений и залов питания. В связи с тем, что проведение косметического ремонта не является предметом закупки, указание спорных объемов не требуется. При этом Техническим заданием не предусмотрена передача оборудования и иного инвентаря для оказания услуг по питанию, то есть исполнитель самостоятельно оснащает помещения необходимым оборудованием. Кроме того, передача помещений происходит на основании акта приема-передачи, в котором указывается состояние помещения, что позволит исполнителю самостоятельно определить объем расходных материалов для выполнения ремонтных работ.

Между тем, как верно указал антимонопольный орган, заказчиком должны быть предусмотрены все необходимые данные, так как на этапе подачи заявки на участие в закупочной процедуре потенциальные участники должны обладать полными и достоверными сведениями о потребностях заказчика и на основании таких сведений принимать решение об участии в конкретной процедуре.

Отсутствие всей необходимой информации на этапе объявления процедуры не отвечает положениям п. 1 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках и нарушает принцип информационной открытости закупок (п. 1 ч. 1 ст. 3 Закона о закупках).

Избранный антимонопольным органом правовой подход наиболее полно обеспечивает баланс частных и публичных интересов, на необходимость соблюдения которого указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 29.03.2011 № 2-П, поскольку направлен на повышенную защиту участников торгов как более слабой стороны в рассматриваемых правоотношениях.

Выводы антимонопольного органа соответствуют обстоятельствам и материалам дела, а заявителем не оспариваются, в связи с чем в силу ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ, считаются признанными им.

Между тем, заявитель указывает на несоблюдение антимонопольным органом порядка размещения информации о результатах рассмотрения жалобы третьего лица (о несоблюдении срока и порядка размещения актов по жалобе в сети «Интернет»).

Оценивая доводы заявителя, следует признать, что указанные в заявлении обстоятельства не свидетельствуют о незаконности оспариваемых актов и не могут служить самостоятельным основанием для признания их недействительными в судебном порядке.

Так, в качестве нарушения своих прав заявитель ссылается на неинформирование его о результатах рассмотрения жалобы, приведшим к невозможности заключения договора на организацию питания.

Как следует из материалов дела, и самостоятельно указывает заявитель, он был надлежащим образом извещен о рассмотрении жалобы третьего лица в антимонопольном органе.

При этом, как настаивает заявитель, названный орган не поставил его в известность о том, что рассмотрение жалобы было перенесено на 04.03.2019, а возражения на жалобу, представленные заказчиком в антимонопольный орган, подписаны руководителем филиала, выступающим по общей доверенности.

Данные доводы отклоняются как не соответствующие материалам дела и основанные на неверном толковании норм права.

В силу ч. 11 ст. 18.1 Закона о защите конкуренции уведомление о принятии жалобы к рассмотрению направляется посредством почтовой или факсимильной связи либо электронной почты. В случае направления уведомления посредством электронной почты оно направляется организатору торгов, в конкурсную или аукционную комиссию по адресу электронной почты, указанному в извещении о проведении торгов, оператору электронной площадки по адресу электронной почты, указанному на сайте электронной площадки в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», заявителю по адресу электронной почты, указанному в жалобе, по адресам электронной почты, указанным на официальных сайтах уполномоченного органа и (или) организации, осуществляющей эксплуатацию сетей.

В силу ч. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Из материалов дела усматривается, что на официальном сайте в сети «Интернет» www.zakupki.gov.ru по закупке с реестровым номером 31907460512 в разделе «Общая информация» общество самостоятельно указало в закупочной документации адрес электронной почты в качестве способа связи — semenova_ea@rzdz.ru.

Таким образом, общество, являющееся профессиональным участником рассматриваемых правоотношений, обязано обеспечить надлежащее прочтение поступающих на этот адрес сообщений, в том числе те, которые поступают от антимонопольного органа, поскольку общество должно осознавать, что в случае обжалования его действий в административном порядке именно по адресу указанной в составе документации электронной почты названный орган будет извещать организатора торгов о совершении процессуальных действий (принимая во внимание скоротечность процедур, предусмотренных ст. 18.1 Закона о защите конкуренции).

Из материалов дела усматривается, что первоначально на заседание комиссии по рассмотрению жалобы третьего лица на 26.02.2019 все стороны были извещены письмом от 22.02.2019 № ПО/8008/19, подписанным электронной цифровой подписью должностного лица и направленным электронным способом (по электронной почте).

Получение упомянутого письма заявитель не оспаривает.

Из материалов дела усматривается, что в связи с неявкой представителя заказчика заседание комиссии было перенесено на 04.03.2019 (14:40).

О переносе заседания заказчик был извещен 27.02.2019 по электронной почте должностного лица антимонопольного органа. Извещение было направлено на тот же адрес электронный почты заказчика, что и первоначальное письмо, получение которого заявитель не оспаривает (№ ПО/8008/19) — semenova ea@rzdz.ru. Следовательно, заказчик был надлежащим образом извещен о рассмотрении жалобы как на 26.02.2019, так и на 04.03.2019.

Между тем, своим правом на участие в рассмотрении жалобы заявитель дважды не воспользовался. Соответствующие риски несовершения профессиональным субъектом рассматриваемых правоотношений процессуальных действий относятся на последнего.

Тут же следует отметить, что заявитель представил возражения на жалобу и материалы по закупочной процедуре. Документы были направлены ФИО3, выступающим по доверенности от 30.01.2019 № 19/19Х, пунктом 9 которой предусмотрено право названного лица представлять интересы в органах государственной власти, министерствах, службах, агентствах.

Более того, ФИО3 упомянут в качестве контактного лица на официальном сайте в сети «Интернет» www.zakupki.gov.ru по закупке с реестровым номером 31907460512.

Упоминание в письме от 22.02.2019 № ПО/8008/19 в качестве заказчика не заявителя, а АО «РЖДстрой» не помешало заявителю верно определить, что жалоба фактически адресована ему, о чем свидетельствуют дальнейшие конклюдентные действия заказчика.

В то же время, вопреки ч. 1 ст. 65 АПК РФ, заявителем не доказано, что непосредственно после рассмотрения жалобы ему чинились препятствия в получении информации о результатах ее рассмотрения.

При этом, о введении запрета на заключение договора в связи с поступлением жалобы (ч. ч. 11 и 19 ст. 18.1 Закона о защите конкуренции) заявитель был уведомлен, на что он самостоятельно указывает в своем заявлении, в связи с чем заказчик был обязан соблюдать status quo до получения сведений об итогах рассмотрения жалобы, то есть воздерживаться от совершения каких-либо действий, которые в дальнейшем сделали бы невозможным исполнение требований предписания антимонопольного органа.

О данном правопорядке заявитель осведомлен, однако надлежащей инициативы для получения сведений о судьбе рассмотрения жалобы не предпринял: в ее рассмотрении, будучи уведомленным, не участвовал, а с ходатайством о предоставлении сведений о принятых актах обратился лишь 10.04.2019, то есть более чем через месяц после рассмотрения жалобы.

Таким образом, само по себе несоблюдение антимонопольным органом требований к срокам и размещению в сети «Интернет» решения и предписания по результатам рассмотрения жалобы не свидетельствует, с безусловностью, о нарушении прав заявителя в сфере экономической деятельности, а тем более не является самостоятельным основанием для признания решения и предписания недействительными.

Заявитель не лишен возможности воспользоваться правом, предусмотренным ч. 5 ст. 51 Закона о защите конкуренции, на продление срока исполнения предписания, а равным образом на разъяснение порядка его исполнения на основании ст. 51.1 названного закона.

Не воспользовавшись упомянутыми возможностями, заявитель оспорил решение и предписание антимонопольного органа исключительно на основании несоблюдения порядка размещения указанных актов в сети «Интернет». При этом, доводов о незаконности спариваемого решения, о порочности содержащихся в нем выводов, заявление общества не содержит. Следовательно, доводы заявителя направлены не на защиту его прав, а исключительно на изыскание всевозможных способов отмены оспариваемых актов и освобождение от обязанности по исполнению адресованных ему требований.

Действия (бездействия) антимонопольного органа предметом настоящего спора не являются.

При таком положении оспариваемое решение соответствует действующему законодательству, в то время как предписание антимонопольного органа способствует восстановлению законности в регулируемой сфере правоотношений и нарушенных прав третьего лица в административном порядке на сновании ст. 11 ГК РФ, ст. 23 Закона о защите конкуренции.

У антимонопольного органа имелись правовые и фактические основания для выдачи заявителю оспариваемого предписания.

В силу ст. 200, ч. 2 ст. 201 АПК РФ законность оспариваемого ненормативного акта проверяется судом на момент его принятия с учетом документов и материалов, которые были положены в основу оспариваемого акта, независимо от дальнейших действий административного органа по приведению этого акта в исполнение, реализации заложенного в нем правового потенциала либо восстановления нарушенных прав лица, в отношении которого он вынесен.

Следует признать, что при таких обстоятельствах оспариваемое решение и предписание соответствуют действующему законодательству и не нарушает права и законные интересы заявителя в сфере экономической деятельности.

Согласно ч.3 ст.201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Согласно ч.1 ст.110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь ст. ст. 4, 8, 29, 64, 65, 66, 68, 71, 150, 167-170, 176, 208, 210, 211 АПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Проверив на соответствие требованиям действующего законодательства, в удовлетворении заявленных АО «РЖД-ЗДОРОВЬЕ» в лице санатория «Мыс Видный» - филиала АО «РЖД-ЗДОРОВЬЕ» требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия (изготовления в полном объеме) в Девятый арбитражный апелляционный суд.

 

Судья:

С.О. Ласкина