ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

01.12.2022

Дело № А40-180726/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена  24.11.2022 

Полный текст постановления изготовлен  01.12.2022

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе председательствующего судьи Коротковой Е.Н.,

судей  Зверевой Е.А., Перуновой В.Л.

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – лично, паспорт, ФИО2, доверенность от 21.01.2022,

от конкурсного управляющего – ФИО3, доверенность от 01.09.2022,

рассмотрев 24.11.2022 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 08.06.2022,постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2022по заявлению конкурсного управляющего должником о привлеченииФИО1 к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ЗАО«Трансмаш-К»

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.09.2019 ЗАО«Трансмаш-К» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющимутвержден ФИО4.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.06.2021, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2021, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должником  о привлечении ФИО5, ФИО1 к субсидиарной ответственности отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21.12.2021 определение Арбитражного суда города Москвы от 29.06.2021, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2021 отменены  в части отказа в привлечении ФИО1  к субсидиарной ответственности, в отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы  В остальной части судебные акты  по спору оставлены без изменения.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда города Москвы от 08.06.2022, оставленным без изменения постановлением  Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2022, ФИО1  привлечен к субсидиарной ответственности, производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с судебными актами по спору, ФИО1 (далее- также ответчик) обратился с Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит  определение и постановление судов отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь в обоснование доводов кассационной жалобы на неправильное применение судами норм материального права и несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Судом в порядке ст. 279 АПК РФ приобщен отзыв конкурсного управляющего должником на кассационную жалобу.

В судебном заседании представитель ответчика  на доводах кассационной жалобы настаивал.

Представитель конкурсного управляющего должником возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, арбитражный суд округа пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судами, в  период с 29.04.2010 по 09.09.2018 ФИО1 являлся руководителем должника.

В качестве основания привлечения ответчика к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался на заключение ответчиком договора купли-продажи от 02.08.2017 между ООО «СТР» (продавец) и ЗАО «Трансмаш-К» (покупатель) акций №2, по условиям которогопродавец передает покупателю в собственность бездокументарные ценные бумаги, эмитированные ОАО «Калугатрансмаш», в количестве 411 054 штуки по цене 187 500 000 руб. + 853 115 долларов США (т.1 л.д. 7-8, т.3 л.д.6- 9).

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 05.08.2020 признан недействительной сделкой договор купли-продажи акций №2 от 02.08.2017, заключенный между должником и ООО «СТР». Применены  последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Энергостройкомплект» в конкурсную массу должника 6 624 000 руб. Отказано ООО «Энергостройкомплект» во включении требования на сумму 279651 217 руб. 91 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Привлекая ответчика к субсидиарной ответственности за совершение указанной сделки, суды сослались на то, что  заключение договора  осуществлено на крайне невыгодных условиях в ущерб интересов кредиторов и должника.

Вместе с тем, судами не учтено следующее.

В силу п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно позиции, изложенной в Определении  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации №305-ЭС19-10079  от 30.09.2019 по делу  № А41-87043/2015, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

В силу разъяснений, изложенных в пунктах 16 и 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление №53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В настоящем случае дело о банкротстве должника  возбуждено определением Арбитражного суда города Москвы от 07.08.2018 по заявлению ПАО «Сбербанк России», основанному на договоре поручительства №00760417/30011110-П1 от 12.09.2017, ненадлежащем исполнении основным заемщиком, а также должником как поручителем обязательств на общую сумму 697 551 222 руб. основного долга и процентов, 18 531 842 руб. 09 коп. неустойки, требования банка по которым включен в реестр требований кредиторов определением Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2019.

При этом, ответчик в судебных заседаниях приводил доводы о том, что финансово-хозяйственная деятельность должника прекратилась в связи с банкротством основного заемщика  и последующим предъявлением требований ПАО «Сбербанк России» на сумму более 700 млн. руб., что в два раза превышало стоимость всех активов должника.

Конкурсным управляющим в своей письменной позиции в суде первой инстанции указанные доводы ответчика не опровергались.

Кроме того, в судебных актах о признании недействительной сделкой договора купли-продажи акций №2 от 02.08.2017, заключенного между должником и ООО «СТР», установлено, что у должника отсутствовал экономический смысл в обратном выкупе акций, эмитрированных аффилированным лицом ОАО «Калугатрансмаш», по явно завышенной, нерыночной цене.

При этом, применяя последствия недействительности указанной сделки в виде в виде взыскания с ООО «Энергостройкомплект» в конкурсную массу должника 6 624 000 руб., суды исходили из того, что в результате совершения недействительной сделки из конкурсной массы должника выбыли денежные средства, то есть сделка исполнена, на указанную сумму, в свою очередь во включении требований ООО «Энергостройкомплект» (на остальную сумму недействительной сделки) отказано.

В силу разъяснений, изложенных  в пункте 20 Постановления №53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Таким образом, суд округа считает, что в настоящем случае у судов  отсутствовали основания полагать о наличии причинно-следственной связи между заключением недействительного договора купли-продажи акций  и наступившим банкротством должника, существенном ухудшении финансового состояния должника совершением сделки в соотношении размера неисполненных обязательств перед основным кредитором должника и суммой исполненного по сделке, требования конкурсного управляющего на основании пункта 20 Постановления №53 подлежали переквалификации с учетом доказанности противоправного поведения ответчика при совершении вышеуказанной сделки на ответственность в виде убытков.

Таким образом, выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для привлечения ответчика именно к субсидиарной ответственности, а не ответственности в виде убытков, следует признать основанными на неправильном применении норм материального права, что в силу части 1, пункта 3 части 2 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Так как обстоятельства, необходимые для принятия решения по существу настоящего обособленного спора, установлены судами первой и апелляционной инстанций, суд кассационной инстанции считает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, в порядке пункта 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принять новый судебный акт о привлечении ФИО1 к ответственности в виде убытков, взыскании с него  в конкурсную массу должника убытков в размере 6 624 000 руб., отказе в удовлетворении остальной части требований.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 08.06.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2022по делу № А40-180726/2018 изменить.

Привлечь ФИО1 к ответственности в виде убытков, взыскать с  ФИО1 в конкурсную массу должника убытки в размере 6 624 000 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                    Е.Н. Короткова

 

Судьи                                                                                                 Е.А. Зверева

 

В.Л. Перунова