﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3410/19 

Екатеринбург

25 июня 2019 г.

Дело № А60-55945/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июня 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 июня 2019 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Краснобаевой И.А.,

судей Сушковой С.А., Шавейниковой О.Э.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Гринкевича Олега Станиславовича на решение Арбитражного суда Свердловской области от 30.01.2019 по делу № А60-55945/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие Гринкевич О.С. и его представитель Окулова Ю.А. (доверенность от 27.06.2018).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.05.2018 общество с ограниченной ответственностью «Атлантик Лада» (ИНН 6673169509, ОГРН 1076673020214; далее – общество «Атлантик Лада», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена Шполянская Елена Сергеевна.

Гринкевич О.С. обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 5 136 052 руб. 40 коп. (с учётом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Атлантик Сити» (далее – общество «Атлантик Сити»).

Определением суда от 30.01.2019 (судья Абдрахманова Е.Ю.) в удовлетворении заявления кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2019 (судьи Мармазова С.И., Макарова Т.В., Нилогова Т.С.) определение суда от 30.01.2019 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Гринкевич О.С. просит обжалуемые судебные акты отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам спора. По мнению заявителя, в материалы дела представлены доказательства выдачи займа; вывод суда о недоказанности внесения денежных средств в общество противоречит материалам дела; займы, привлекаемые кредитором от третьих лиц, передавались должнику по «себестоимости»; в материалы дела представлены доказательства отражения спорного займа в бухгалтерской отчётности должника; отсутствуют доказательства недобросовестности кредитора, который реализовывал пункты плана санации предприятия путём привлечения займов от населения, а также получение потребительских кредитов в банках для себя лично с последующей передачей обществу; кредитор действовал добросовестно, привлекал средства исключительно из внешних источников, выступая в роли заёмщика; денежные средства, внесённые в общество, имеют внешнее происхождение (заёмную правовую природу) и являлись активом третьих лиц, а не должника или участников общества. Заявитель считает необоснованными вывод судов о том, что корпоративный характер спорных правоотношений по передаче должнику заёмных денежных средств исключает возможность включения данных требований в реестр требований кредиторов должника является необоснованным, поскольку кредитор давал денежные средства должнику с целью пополнения оборотных средств для приобретения товарных автомобилей, на момент заключения спорного договора займа признаков неплатёжеспособности у должника не было.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов, 19.01.2015 Гринкевич О.С. (займодавец) и должник (заёмщик) подписали договор займа, по условиям которого займодавец предоставляет заёмщику займы (денежные средства) в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим договором, размер единовременной задолженности по которым в любой день действия настоящего соглашения не может превышать 6 000 000 руб., а заёмщик обязуется использовать заём по целевому назначению и возвратить займодавцу денежные средства в полном объёме на определённых договором условиях.

В соответствии с пунктом 1.2 договора цель предоставления займа – пополнение оборотных средств заёмщика для торговли автомобилями LADA.

Согласно пункту 2.1 договора заем предоставляется на срок по 31.12.2015 и подлежит возврату в полной сумме по истечении указанного срока. Факт выдачи займа подтверждается следующими документами: квитанциями к приходным кассовым ордерам, отчётами, выпиской по счёту должника.

Согласно актам сверки взаимных расчётов, задолженность должника на момент подачи заявления составляла 5 136 052 руб. 40 коп. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.05.2018 общество «Атлантик Лада» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена Шполянская Е.С. 

Ссылаясь на то, что у должника имеется задолженность перед кредитором по договору займа, денежные средства привлекались должником для закупа товарных автомобилей, должник не исполнил обязанность по возврату суммы займа, Гринкевич О.С. обратился в суд с соответствующим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления Гринкевич О.С. о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 5 136 052 руб. 40 коп., суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Согласно положениям абзаца первого пункта 6 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве)  требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено данным пунктом. Предъявленные к должнику требования рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 указанного Закона. 

Реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства. 

Согласно статьям 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). 

Пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

При установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований. Также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. 

Таким образом, при рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статьи 71, 100, 142, 201.1 Закона о банкротстве судом проверяется обоснованность заявленных требований, определяется их характер, размер и обязательства, не исполненные должником. При этом судом может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессу её исполнения, подтвердить реальность правоотношений с целью недопущения включения в реестр необоснованных требований созданных формально для искусственного формирования задолженности, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования. 

В силу статьи 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 по делу № 308-ЭС17-1556(2), от 12.02.2018 по делу № 305-ЭС15-5734 (4,5), от 15.02.2018 по делу № 305ЭС17- 17208, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства. 

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. По смыслу данной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника). 

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.). 

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов. 

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и займодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определённых обстоятельствах свидетельствовать о намерении займодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника. 

При таких условиях с учётом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заёмные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа (пункт 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Договор займа может предусматривать штрафные санкции для должника, нарушившего его условия (статья 811 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с пунктом 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей. 

В силу статья 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить сумму займа в порядке и сроки, определенные договором займа. 

Согласно пункту 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. 

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что в обоснование заявленных требований Гринкевич О.С. сослался на неисполнение должником обязательств по договору займа от 19.01.2015 в размере 5 136 052 руб. 40 коп.

В подтверждение факта предоставления должнику займа в материалы дела представлены: приходные кассовые ордера; чеки из банковского терминала; пояснения о механизме зачисления средств на расчётные счета предприятия; заверенные банковские выписки с расчётных счетов предприятия; акты сверок взаиморасчётов; цепочки движения займов; расшифровки.

В подтверждение финансовой возможности предоставить денежные средства по договору займа кредитором представлены: расписки в получении денежных средств от 19.01.2015, 26.01.2015, 31.01.2015, 04.02.2015, 08.02.2015, 17.02.2015, 26.02.2015, 26.03.2015, 02.04.2015, 29.04.2015, 06.05.2015, 19.08.2015, 24.08.2015, кредитный договор № 39952-431 от 17.11.2015, индивидуальные условия договора от 24.10.2016 по договору № 625/0002- 0336929, индивидуальные условия договора потребительского кредита от 20.07.2017 № 90/ПК/17/341, уведомление о предоставлении кредита от 15.12.2017.

Согласно пояснениям Гринкевича О.С. заёмные денежные средства были направлены на развитие бизнеса. Гринкевичем О.С. в связи с кризисными явлениями в автомобильном бизнесе был составлен двухлетний план санации предприятия, целью которого являлось восстановление предприятию режима поставок товарных автомобилей «с отсрочкой платежа» со стороны публичного акционерного общества «АВТОВАЗ» (далее – общество «АВТОВАЗ») и, как следствие, стабилизация поставок товара и экономики предприятия, поскольку из-за отсутствия у общества «Атлантик Сити» надлежащим образом оформленных прав на земельный участок и здание, расположенные по адресу г. Екатеринбург, ул. Таганская, 77, понизило должника до рейтинга D на поставку автомобилей, что означает поставку новых автомобилей должнику на условиях 100% предоплаты. Поэтому на период исполнения плана санации необходимо было любыми способами пополнить оборотные средства предприятия для пополнения склада новых автомобилей для удовлетворения текущего спроса покупателей, чтобы не срывать график закупок общества «АВТОВАЗ» и не работать в убыток. 

В подтверждение указанных обстоятельств кредитором были предоставлены в материалы дела доказательства о требованиях общества «АВТОВАЗ» к дилерам, договор с кредитным брокером, переписка с обществом «АВТОВАЗ» по объекту и земельному участку, информация о судебных процессах по узаконению объекта недвижимости и спорах по земельному участку, переписку с действующим дилером обществом «АВТОВАЗ»; статьи из СМИ о дилерской политике общества «АВТОВАЗ» в 2015 году; письмо президенту общества «АВТОВАЗ» Бу Инге Андерссону; статьи из СМИ о кризисе в автобизнесе; справки по продажам автомобилей LAD А в Екатеринбурге дилерами за период 2012 – 2017 года, график изменения доли продаж автомобилей LADA предприятия должника в Екатеринбурге; методика формирования рейтинга дилера, протоколы о намерениях.

Учитывая изложенное суды правильно заключили, что должник действительно находился в условиях падения рынка продаж автомобилей, доли присутствия должника на рынке из-за недостаточности товарных автомобилей в наличии, отсутствия собственных оборотных средств для продолжения деятельности.

Принимая во внимание, изложенное, установив, что согласно сведениям  Единого государственного реестра юридических лиц в отношении общества «Атлантик Лада» Гринкевич О.С. является участником данного общества с 25% доли в уставном капитале и единоличным исполнительным органом должника, то есть Гринкевич О.С. является заинтересованным лицом по отношению к должнику (статья 19 Закона о банкротстве), учитывая, что целью предоставления Гринкевичем О.С. заёмных денежных средств являлось пополнение оборотных средств должника, отметив, что предоставление денежных средств, составляющих размер кредиторского требования, могло быть осуществлено только аффилированным лицом и вытекало исключительно из факта участия Гринкевич О.С. в обществе «Атлантик Лада», то есть при наличии корпоративного интереса, суды правомерно отказали в удовлетворении заявленных Гринкевич О.С. требований о включении в реестр требований кредиторов требования в размере 5 136 052 руб. 27 коп.

Вместе с тем суды правильно отметили, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очерёдность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. При этом сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства. 

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определённые обстоятельства, при наличии которых руководитель обязан обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам. 

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Поскольку невозможность продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжёлого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объёмов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды. Соответствующие вложения могут оформляться как увеличение уставного капитала, предоставление должнику займов и иным образом. 

При этом если участник вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.). 

Когда же участник осуществляет вложение средств с использованием заёмного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе. 

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, подразумевает содействие кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Поэтому в ситуации, когда план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении плана. Единоличный исполнительный орган ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования. 

Изъятие вложенного участником не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) – (указанная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4,5) по делу № А40-140479/2014). 

В рассматриваемом случае кредитор является участником и единоличным исполнительным органом должника, денежные средства по договору займа были предоставлены кредитором для пополнения оборотных средств должника. При этом реализация плана санации не привела к положительным результатам. С заявлением о признании должника банкротом обратился Жлудов М.В., данное заявление было принято к производству арбитражного суда определением от 22.11.2017.

При таких обстоятельствах суды правомерно признали за заявленным требованием Гринкевича О.С. статус корпоративного и обоснованно отказали во включении его требования в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из установленных по делу обстоятельств и из недоказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом указанных требований (статьи 65, 69, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Все доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом апелляционной инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 30.01.2019 по делу № А60-55945/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Гринкевича Олега Станиславовича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий					           	И.А. Краснобаева 

 

Судьи					           	С.А. Сушкова 

 

О.Э. Шавейникова