Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А24-4537/2016

г. Владивосток

14 августа 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 августа 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 14 августа 2019 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего А.В. Ветошкевич,

судей А.В. Гончаровой, Н.А. Скрипки,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ПО Камагро» ФИО2, акционерного коммерческого банка «Муниципальный Камчатпрофитбанк»

апелляционные производства № 05АП-4701/2019, № 05АП-4702/2019

на определение от 07.06.2019 

судьи К.Ю. Иванушкиной

по заявлению Конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ПО Камагро» ФИО2 о признании недействительной сделки по перечислению должником в пользу ответчика – ФИО3 денежных средств в виде дивидендов в размере 6 700 000 рублей и применении последствий недействительности сделки,

по делу № А24-4537/2016 Арбитражного суда Камчатского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Амурская нефтебаза»

о признании несостоятельным (банкротом) Общества с ограниченной ответственностью «ПО Камагро»,

при участии:

лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Амурская нефтебаза» (далее – ООО «Амурская нефтебаза», заявитель по делу) 08.11.2016 обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ПО Камагро» (далее – должник, ООО «ПО Камагро»).

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 11.11.2016 заявление о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПО Камагро» принято к производству.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 20.04.2017 (дата объявления резолютивной части определения) в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден ФИО4.

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 29.04.2017 № 76.

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 30.11.2017 (дата объявления резолютивной части решения) должник признан несостоятельным (банкротом) с открытием процедуры конкурсного производства сроком на шесть месяцев. На период до утверждения конкурсного управляющего исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО4

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 06.12.2017 (дата объявления резолютивной части определения) конкурсным управляющим ООО «ПО Камагро» утвержден ФИО2.

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 16.12.2017 № 235. 

В рамках дела о банкротстве 12.11.2018 в Арбитражный суд Камчатского края поступило заявление конкурсного управляющего ООО «ПО Камагро» ФИО2 о признании недействительной сделки по перечислению должником в пользу ответчика – ФИО3 (далее – ФИО3) денежных средств в виде дивидендов в размере 6 700 000 рублей и применении последствий ее недействительности в виде возврата в конкурсную массу 6 700 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 01.03.2019 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО5 (далее – ФИО5, третье лицо).

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 07.06.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ООО «ПО Камагро» ФИО2, АКБ «Муниципальный Камчатпрофитбанк» (АО) обжаловали его в апелляционном порядке.

Конкурсный управляющий ООО «ПО Камагро» Петровский М.В. в своей апелляционной жалобе просит определение суда первой инстанции отменить, как незаконное и необоснованное, и принять по делу новый судебный акт. В обоснование своей позиции заявитель указывает, что спорные платежи перечислялись в пользу Козака В.А. на основании решения № 57 об утверждении размера части чистой прибыли прошлых лет, в том числе за 2014 год, подлежащей распределению (выплате) единственному участнику общества – 12 430 000 рублей. Поскольку единственным участником ООО «ПО Камагро» являлся Козак В.А., то в силу статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»). В подтверждение признаков неплатежеспособности должника на дату совершения Козаком В.А. оспариваемых платежей ссылается на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2016 по делу № А40-141051/2015, которым утверждено мировое соглашение между ООО «ПО Камагро» и ООО «Травертино» по неисполненным обязательствам должника, возникшим 17.11.2014. Указанное мировое соглашение должником не исполнено. При этом, во вторую очередь реестра требований кредиторов должника включены требования уполномоченного органа об уплате недоимки по страховым взносам, пеням, штрафам за 2015, 2016 годы. В бухгалтерском балансе за 2015 год отсутствуют сведения о распределении прибыли за 2014 год в размере 12 430 000 рублей, подлежащих к распределению в соответствии с решением № 57 от 31.03.2015. С учетом изложенного, полагает, что выплата спорных дивидендов в пользу Козака В.А. привела к необоснованному выводу денежных средств должника в пользу заинтересованного лица и, как следствие, к уменьшению активов должника в размере выплаченных в пользу Козака В.А. дивидендов, которые могли быть направлены на погашение кредиторской задолженности, имел цель причинения вреда кредиторам должника, чем причинен имущественный вред кредиторам должника, что свидетельствует о доказанности всей совокупности условий для признания оспариваемых платежей недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». 

АКБ «Муниципальный Камчатпрофитбанк» (АО) в своей апелляционной жалобе просит определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование своей позиции заявитель указывает, что при вынесении обжалуемого определения судом не учтена правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, приведенная в Определении от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), согласно которой сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. Полагает, что, поскольку дивиденды выплачены в сумме, превышающей чистую прибыль ООО «ПО Камагро»; совершая спорные платежи, ответчик имел цель причинения вреда кредиторам должника; то вся совокупности условий для признания оспариваемых платежей недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» является доказанной.

Отзывы на апелляционные жалобы в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в суд апелляционной инстанции не поступили.

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствует суду в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 31.03.2015 единственным участником ООО «ПО Камагро» ФИО3 принято решение № 57 об утверждении размера части чистой прибыли прошлых лет, в том числе за 2014 год, подлежащей распределению (выплате) единственному участнику общества – 12 430 000 рублей. Решено выплатить (распределить) указанную сумму единственному участнику общества – ФИО3 Согласно таблице, приведенной в решении, сумма налога по ставке 13 %, подлежащая удержанию и перечислению в бюджет составляет 1 430 000 рублей, а сумма, подлежащая выплате участнику, составила 11 000 000 рублей. 

В период с 02.04.2015 по 11.02.2016 с расчетного счета ООО «ПО Камагро» на расчетный счет ФИО3 перечислены денежные средства в сумме 6 700 000 рублей в качестве выплаты дивидендов, а именно:

№ п/п

Банк

№ п/п

Дата списания

Сумма, руб.

Назначение платежа

1

Банк АТБ

823

02.04.2015

2 000 000 

Перевод дивидендов на л/с № 

<

***> на имя ФИО3 согласно решению № 57 от 31.03.15г. Сумма 2000000-00 Без налога

2

Банк АТБ

1049

22.04.2015

2 900 000 

Перевод дивидендов на л/с № 

<

***> на имя ФИО3 согласно решению № 57 от 31.03.15г. Сумма 2900000-00 Без налога

3

Банк АТБ

1066

24.04.2015

200 000 

Перевод дивиденды решение 57 от 31.03.2015 на лицевой счет № 40817810800009970127 на имя ФИО3 Сумма 200000- 00 Без налога (НДС)

4

Банк АТБ

564

24.02.2016

800 000 

Перевод денежных средств (дивиденды) на лицевой счет № 40817810800009970127 на имя ФИО3 Сумма 800000-00

5

Банк АТБ

434

11.02.2016

800 000 

Перевод денежных средств (дивиденды) на лицевой счет № 40817810800009970127 на имя ФИО3 Сумма 800000-00

Всего:

6 700 000 

Полагая, что указанная выше сделка (действия) по выплате дивидендов совершена с целью причинения вреда имущественным интересам должника и его кредиторов, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением о признании ее недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании пункта 3 статьи 129 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» конкурсный управляющий вправе, в частности, подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

При этом, в силу пункта 1 статьи 61.9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (статья 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

На основании статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пунктам 1, 3 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе.

Для целей настоящего Федерального закона сделка, совершаемая под условием, считается совершенной в момент наступления соответствующего условия (пункт 2 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Из материалов дела следует, что оспариваемые сделки по перечислению должником на счет ответчика денежных средств осуществлялись в период с 02.04.2015 по 24.02.2016. Соответственно, указанные платежи совершены в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (11.11.2016), то есть в пределах периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно пункту 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

В силу статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность должника - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Статья 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» определяет круг заинтересованных лиц по отношению к должнику. В целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц (пункт 2 статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

По смыслу статьи 4 Закон РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 (ред. от 26.07.2006) «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

Аффилированными лицами юридического лица являются: член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа; лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо; лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы.

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Вместе с тем, предъявляя настоящее требование, конкурсный управляющий не подтвердил наличия совокупности установленных законом обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной применительно к пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». 

Так, конкурсный управляющий не доказал наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника при совершении сделок по перечислению денежных средств на счет ответчика; из материалов дела не следует, что на момент их совершения должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

Представленное в обоснование признаков наличия у должника неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых сделок (апрель 2015 года) постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2016 по делу № А40-141051/2015 таким доказательством не является. Данным постановлением утверждено мировое соглашение между ООО «ПО Камагро» и ООО «Травертино» по неисполненным должником обязательствам по договору поставки от 05.10.2011 № 275/2011, заключенному между ООО «МАГНАТЭК» и должником. Впоследствии между ООО «МАГНАТЭК» (цедент) и ООО «БИТОЛА» (цессионарий) заключен договор цессии от 13.03.2015, согласно которому цедент передал цессионарию права требования к ООО «ПО Камагро» по договору поставки от 05.10.2011 № 275/2011. В последующем указанные права требования задолженности переданы ООО «Травертино» по договору цессии от 23.03.2015, заключенному между ООО «БИТОЛА» и ООО «Травертино».

Также согласно указанному постановлению по делу № А40-141051/2015 решение Арбитражного суда г. Москвы от 25.09.2015 о взыскании с ООО «ПО Камагро» долга и неустойки отменено, производство по делу прекращено, утверждено мировое соглашение, по условиям которого ответчик обязуется оплатить истцу в счет предъявленных истцом по делу требований денежные средства в сумме 62 360 000 рублей, из них 61 360 000 рублей основного долга и 1 000 000 рублей неустойки, в срок до 10 июля 2016 года включительно с условием о рассрочке выплаты в порядке, предусмотренном графиком платежей.

При этом, из картотеки арбитражных дел не следует, что ООО «Травертино» обращалось впоследствии за выдачей исполнительного листа в связи с неисполнением ООО «ПО Камагро» условий мирового соглашения, требования ООО «Травертино» в реестр требований кредиторов не включены, с соответствующим заявлением указанное лицо в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Камагро» не обращалось. 

Вопреки доводам конкурсного управляющего, с учетом приведенных правовых норм, специфики дел о банкротстве, недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неуплатой конкретного долга отдельному кредитору.

В то же время, согласно сведениям представленного в материалы дела бухгалтерского баланса за 31.12.2015 следует, что должник в спорный период вел хозяйственную деятельность, на его счета производились зачисления, с его счета производились списания. Так, стоимость активов должника по состоянию на 31.12.2014 составляла 1 040 419 000 рублей (в том числе, основные средств 98 848 000 рублей, запасы – 407 900 000 рублей, дебиторская задолженность – 476 379 000 рублей, финансовые вложения – 54 939 000 рублей), размер обязательств 1 021 140 000 рублей; стоимость активов по состоянию на 31.12.2015 составляла 1 338 660 000 рублей (в том числе, основные средства – 95 254 000 рублей, запасы – 631 100 000 рублей, дебиторская задолженность – 487 298 000 рублей, финансовые вложения – 25 716 000 рублей), размер обязательств – 1 318 723 000 рублей.

Таким образом, с учетом отсутствия у должника на момент совершения оспариваемых платежей признаков неплатежеспособности, конкурсным управляющим не доказана цель причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Поскольку цель причинения вреда имущественным правам кредиторов не усматривается, то не подтверждается осведомленность ответчика о соответствующей цели. Финансовое состояние должника и его платежеспособность в период осуществления платежей не ухудшилась.

Кроме того, возможность распределения прибыли между участниками общества предусмотрена положениями статьи 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», соответствующие ограничения установлены в статье 29 названного закона. 

Из материалов дела установлено, что на момент совершения оспариваемых действий (апрель 2015 года, февраль 2016 года) отсутствовали условия, исключающие выплату дивидендов участнику на основании решения от 31.03.2015 № 57.

В соответствии с абзацем третьим пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участники общества с ограниченной ответственностью вправе принимать участие в распределении прибыли, в порядке, предусмотренном статьей 28 данного Закона. 

Принятие решения о распределении чистой прибыли общества между участниками общества относится к компетенции общего собрания участников общества (подпункт 7 пункта 2 статьи 33 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»). 

Таким образом, участники общества вправе получать доходы от деятельности общества при условии принятия соответствующего решения общим собранием участников общества. 

Конкурсный управляющий считает неправомерной выплату ответчику дивидендов в спорной сумме со ссылкой на отчет о финансовых результатах (код строки 2400) за январь-декабрь 2014 года, согласно сведениям которого чистая прибыль составила 433 000 рублей. 

Однако, как установлено материалами дела и указывалось ранее, 31.03.2015 единственным участником ООО «ПО Камагро» ФИО3 принято решение № 57 об утверждении размера части чистой прибыли прошлых лет, в том числе за 2014 год. Доказательств того, что чистая прибыль периодов, предшествующих 2014 году, была недостаточна для принятия единственным участником такого решения, материалы спора не содержат. 

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 29 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество не вправе выплачивать участникам прибыль, решение о распределении которой между участниками общества принято, если на момент выплаты общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с Федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате выплаты

Вместе с тем, конкурсный управляющий не доказал, что в период выплаты дивидендов ООО «ПО Камагро» имело признаки несостоятельности. Общество вело нормальную хозяйственную деятельность, осуществляло платежи, что подтверждается имеющимися в материалах дела о банкротстве выписками о движении денежных средств по расчетным счетам должника. 

Конкурсным управляющим не доказано, что оспариваемая сделка привела к несостоятельности (банкротству) должника, и что на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, а также что сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов. 

В этой связи, апелляционный суд, оценив обстоятельства дела и представленные документы по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждый в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к выводу об отсутствии доказательств, свидетельствующих о том, что сделки по перечислению должником денежных средств были направлены на причинение имущественного вреда кредиторам. Рассматриваемые сделки не привели к уменьшению конкурсной массы должника, не нарушили имущественные права кредиторов.

При таких обстоятельствах, у суда апелляционной инстанции отсутствуют правовые основания для признания оспариваемых сделок по перечислению денежных средств на счет ответчика недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с разъяснениями Пленума ВАС РФ, приведенными абзаце 4 пункта 4 Постановления от 23.12.2010 № 63, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей в спорный период) установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

В силу пункта 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Вместе с тем, в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Договор, при заключении которого допущено нарушение положений пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, является ничтожным в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции от 30.07.2013) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

При этом правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Для применения же статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в условиях конкуренции норм о действительности сделки, необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо (Определение Верховного Суда РФ от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886 по делу № А41-20524/2016).

Таким образом, признание сделки недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только в связи с обстоятельствами, не перечисленными в специальных нормах Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Между тем, необходимые для разрешения рассматриваемого спора условия - установление наличия цели причинения вреда кредиторам, в том числе осведомленность сторон о неудовлетворительном финансовом состоянии должника, добросовестность должника и контрагента по сделке, безвозмездность сделки - находят отражение в диспозиции статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», иных обстоятельств, позволяющих оценить сделку по общим основаниям заявителем не приведено.

При этом, исходя из пункта 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, от которого требуются разумность и добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

Как установлено в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора, на момент совершения оспариваемых платежей в период в период с 02.04.2015 по 24.02.2016 ООО «ПО Камагро» должником не являлось, признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества не отвечало, сделки убыточными не были и уменьшение конкурсной массы не повлекли.

С учетом изложенного, оспариваемые сделки должника по перечислению денежных средств не могут быть признаны ничтожными по общим основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также конкурсный управляющий просил признать оспариваемые платежи по перечислению денежных средств недействительными на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, как совершенную с целью вывода активов должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При совершении мнимой сделки стороны не преследуют цели совершения какой-либо сделки вообще, не намереваются совершить какие-либо действия, влекущие соответствующие данной сделке правовые последствия.

В пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение. Таким образом, по смыслу положений пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и с учетом приведенной выше правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 для признания сделки мнимой необходимо доказать наличие у лиц, участвующих в сделке, отсутствие намерений исполнять сделку. Однако исполнение (полное или частичное) договора одной из сторон в условиях, когда конечная цель сделки не была достигнута, может свидетельствовать об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

При совершении притворной сделки у сторон отсутствует намерение по ее исполнению, действия сторон притворной сделки направлены на создание правовых последствий прикрываемой сделки.

Как разъяснено в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, при разрешении настоящего обособленного спора правовые основания для квалификации оспариваемой сделки недействительной по основаниям статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации апелляционным судом не установлены. Доказательств, свидетельствующих о том, что при совершении платежей в период с 02.04.2015 по 24.02.2016 стороны не намеревались их исполнять, что сделка не породила правовых последствий для третьих лиц, что при заключении сделки воля обеих сторон была направлена не на достижение соответствующего сделке правового результата, а на создание иных правовых последствий, соответствующих сделке, которую стороны действительно имели в виду, конкурсным управляющим не представлено.

Как установлено ранее, обстоятельства совершения оспариваемой сделки не свидетельствуют о злоупотреблении правом со стороны ответчика и должника. 

В этой связи документально необоснованно утверждение конкурсного управляющего о том, что целью платежей являлось выведение денежных средств должника. Предъявляя настоящее требований, конкурсный управляющий не подтвердил наличия обстоятельств, указывающих на совершение сделки с намерением причинить имущественный вред должнику и его кредиторам. 

В суде первой инстанции ФИО3 заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для оспаривания сделки должника. Отклоняя указанные доводы ответчика, апелляционный суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В силу пункта 1 статьи 61.9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки. Если же основание недействительности сделки связано с нарушением совершившим ее от имени должника арбитражным управляющим Закона о банкротстве, исковая давность по заявлению о ее оспаривании исчисляется с момента, когда о наличии оснований для ее оспаривания узнал или должен был узнать следующий арбитражный управляющий.

Исковая давность по требованию, заявленному конкурсным управляющим от имени должника по основанию пункта 3 статьи 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», составляет один год, при этом в силу пункта 1 статьи 61.9 Закона срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии предусмотренных Законом оснований для оспаривания сделки.

Апелляционным судом установлено, что ФИО2 утвержден конкурсным управляющим ООО «ПО Камагро» решением Арбитражного суда Камчатского края от 30.11.2017 (дата объявления резолютивной части решения), указанным решением должник признан несостоятельным (банкротом), в связи с чем в отношении него открыто конкурсное производство.

Таким образом, поскольку срок исковой давности начал течь с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии предусмотренных Законом оснований для оспаривания сделки, то есть с даты его утверждения – 30.11.2017, а с рассматриваемым заявлением конкурсный управляющий ООО «ПО Камагро» ФИО2 обратился в арбитражный суд 13.11.2018 (согласно входящему штампу канцелярии суда), годичный срок исковой давности для оспаривания сделки должника им не пропущен. 

Поскольку в признании сделок должника недействительными отказано, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для применения последствий ее недействительности в порядке пунктов 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 61.6 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Таким образом, доводы заявителей апелляционных жалоб не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, по существу направлены на переоценку выводов суда, не опровергая их, сводятся к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу. Иное толкование апеллянтами положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств настоящего обособленного спора не свидетельствуют о неправильном применении судом норм права.

Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В силу пункта 19 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 настоящего Федерального закона оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Камчатского края от 07.06.2019 по делу № А24-4537/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение одного месяца.

Председательствующий

А.В. Ветошкевич

Судьи

А.В. Гончарова

ФИО6