ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-2886/2019к64

г. Красноярск

27 января 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 января 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 января 2022 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Яковенко И.В.,

судей: Дамбарова С.Д., Радзиховской В.В.,

секретаря судебного заседания ФИО1,   

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Акрополь»

на определение Арбитражного суда Красноярского края

от «13» сентября 2021 года по делу № А33-2886/2019к64,

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Акрополь»: ФИО2, представителя по доверенности от 01.01.2022, паспорт;

от публичного акционерного общества «Сбербанк России» в лице Красноярского отделения № 8646 Сибирского банка: ФИО3, представителя по доверенности от 03.06.2019 № 219-Д, паспорт;

от ФИО4: ФИО5, представитель по доверенности от 10.01.2020, паспорт,

установил:

в рамках дела о банкротстве открытого акционерного общества «Стройкомплекс научно-производственное объединение прикладной механики» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, г. Железногорск Красноярского края, далее - должник), определение Арбитражного суда Красноярского края от 13 сентября 2021 года в удовлетворении заявленных ПАО «Сбербанк России» и ООО «Акрополь» требований к ФИО4, ФИО6, акционерному обществу «Красноярское конструкторское бюро «Искра» (АО КБ «Искра») о привлечении к субсидиарной ответственности отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Акрополь» (далее – заявитель, апеллянт) обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить оспариваемое определение в полном объеме, принять новый судебный акт, удовлетворив заявление о привлечении к субсидиарной ответственности.

В апелляционной жалобе заявитель указывает, что суд первой инстанции не оценил доводы конкурсных кредиторов о том, что АО КБ «Искра», как единственный акционер, не контролировал деятельность должника (АО «Стройкомплекс НПО ПМ») и его генерального директора. Полагает, что действуя добросовестно и разумно, исходя из обычной практики, единственный акционер (АО КБ «Искра»), если генеральный директор длительное время игнорировал требования о предоставлении отчетов, имел полное право прекратить полномочия генерального директора. Апеллянт указывает, что суд первой инстанции не оценил доводы конкурсных кредиторов о том, что АО КБ «Искра», как единственный акционер, не предпринимал никаких мер по устранению нарушений действующего законодательства в деятельности должника (АО «Стройкомплекс НПО ПМ») и его генерального директора, которые выразились в отсутствии информации о проведении обязательного аудита предприятия и отсутствии соответствующих публикаций на сайте «Федресурс». Полагает, что в данном случае все сделки необходимо рассматривать в совокупности, что привело бы к верному выводу о невозможности их исполнения. Суд первой инстанции не принял и не оценил доводы конкурсных кредиторов о множественности сомнительных операций по расчетным счетам, не имеющих экономического смысла, а также о направленных на изменение целевого назначения денежных средств. Кроме того, по мнению кредитора, суд первой инстанции необоснованно возложил бремя доказывания по фактам расходования денежных средств на конкурсных кредиторов, т.к. они объективно не имеют доступа к внутренним документам организации. Полагает, что анализ движения денежных средств по расчетным счетам АО «Стройкомплекс НПО ПМ» позволяет сделать вывод о согласованности и скоординированности действий всей лиц корпоративной группы.

Конкурный управляющий ФИО7 в отзыве на апелляционную жалобу поддерживает ее доводы, а также указывает о возможности проведения судебной экспертизы для определения возможности исполнения должником обозначенных в жалобе сделок. 

ПАО Сбербанк в отзыве на апелляционную жалобу указывает на необоснованность обжалуемого определения и необходимость его безусловной отмены с переходом к рассмотрению апелляционным судом настоящего дела по правилам первой инстанции. ПАО Сбербанк ссылается на следующие обстоятельства:

- судом первой инстанции протоколы совета директоров (решения единственного акционера) в материалы дела не истребованы, что не позволило суду первой инстанции определить круг лиц участвующих в деле, поскольку иные члены совета директоров должника, помимо ФИО4, могут быть привлечены к субсидиарной ответственности или освобождены от нее по итогам рассмотрения настоящего спора;

- суд первой инстанции не привлек к участию в настоящем деле генерального директора должника ФИО8, непосредственно исполнявшего/игнорировавшего указания контролирующих должника лиц и не выяснил его роль в возникновении неплатежеспособности должника и ее взаимосвязь с действиями иных контролирующих должника лиц;

- в оспариваемом судебном акте суд первой инстанции не исследовал и не дал оценку обоснованности (то есть наличия финансовой, технической и технологической возможностей исполнения, наличия персонала) заключения должником договоров подряда с ООО ВО «Технопромэкспорт» при наличии уже заключенных договоров с АО «ИСС», АО «Красмаш», а также не дал оценку действиям контролирующих должника лицам в связи с этим;

- суд первой инстанции не исследовал и не дал оценки тем обстоятельствам, что контролирующие должника лица игнорировали обязательные требования законодательства о необходимости проведения обязательного ежегодного аудита;

- суд первой инстанции проигнорировал доводы кредиторов должника и не дал им никакой оценки о наличии значительного количества финансовых операций между должником и его единственным акционером, фактически не имеющих экономического смысла, но создающих видимость активной хозяйственной деятельности должника;

- суд первой инстанции проигнорировал и не дал оценки доводам кредиторов, о создании для кредиторов со стороны контролирующих должника лиц видимости финансового благополучия у должника путем его внутрикорпоративного финансирования.

Согласно отзыву ФИО4 обжалуемое определение подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба – без удовлетворения. 

В дополнениях к отзыву к апелляционной жалобе ФИО4 указал на необоснованность доводов ПАО «Сбербанк России» о наличии оснований для безусловной отмены оспариваемого определения с переходов к рассмотрению апелляционным судом настоящего дела по правилам первой инстанции. 

В соответствии с отзывом конкурсного управляющего АО «КБ «Искра» ФИО9, с учетом уточнения, вопрос об удовлетворении апелляционной жалобы оставлен на усмотрение суда.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 15.10.2021, после устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения,  апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 08.11.2021.

В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание откладывалось.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 20.12.2021 в составе суда произведена замена судьи Бутиной И.Н. на судью Дамбарова С.Д. и судьи Хабибулиной Ю.В. на судью Радзиховскую В.В. Учитывая замены в составе судей, на основании части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение апелляционной жалобы осуществлялось с самого начала.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 N 220-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти" предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы                              от 15.10.2021, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) 18.10.2021 17:36:27 МСК.

При изложенных обстоятельствах в силу статей 121 - 123, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции признает лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, что не препятствует рассмотрению жалобы в их отсутствие (статья 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании председательствующим объявлено, что в материалы дела 15.12.2021 от общества с ограниченной ответственностью «Акрополь» поступили дополнительные документы в копиях: протокол № СТ-18пр от 01.09.2016; протокол № 49 от 29.06.2017; протокол № 79 от 27.09.2017; протокол № 3 от 06.10.2017; протокол № 88 от 19.10.2017; протокол № 18 от 01.03.2018; протокол № 21 от 28-30 марта 2018 г.; протокол № 22 от 05-06 апреля 2018 г.; протокол № 24 от 04.05.2018 г.; протокол № 25 от 16-17 мая 2018 г.; протокол № 26 от 30-31 мая 2018 г.; протокол №28 от 07-08 июня 2018 г.; протокол № 28 от 21.06.2018 г.; письмо ООО «ВО «Тезнопромэкспорт» от 11.08.2018 « О ненадлежащем исполнении договора».

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отказал в приобщении к материалам дела новых доказательств, так как указанные доказательства не являются по существу новыми, об их существовании могло стать известно при рассмотрении дела в судеб первой инстанции и поэтому такие доказательства могли быть истребованы до принятия судебного акта судом первой инстанции.

Фактически документы не будут возвращены обществу с ограниченной ответственностью «Акрополь», поскольку поступили в Третий арбитражный апелляционный суд в электронном виде.

Представитель публичного акционерного общества «Сбербанк России» в лице Красноярского отделения № 8646 Сибирского банка поддержал ранее заявленное ходатайство о переходе к рассмотрению настоящего дела по правилам первой инстанции.

Представитель ООО «Акрополь» поддержал ходатайство о переходе к рассмотрению настоящего дела по правилам первой инстанции.

Представитель ФИО4 возражал против удовлетворения ходатайства о переходе к рассмотрению настоящего дела по правилам первой инстанции.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд апелляционной инстанции определил в удовлетворении ходатайства о переходе к рассмотрению дела по правилам первой инстанции отказать, поскольку судом не установлено оснований для перехода, предусмотренных пунктом 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При привлечении к субсидиарной ответственности судебный акт затрагивает права и обязанности конкретных лиц, действия которых проверяются на добросовестность и разумность с позиции банкротных правил.

При этом судебная коллегия исходит из того, что утверждение ПАО Сбербанк об отсутствии в материалах дела протоколов совета директоров (решения единственного акционера) не соответствуют действительности, поскольку такие доказательства представлены ФИО4 в материалы дела 25 мая 2020 года, приобщены судом первой инстанции к материалам дела.

Вопреки доводам ПАО Сбербанк, к участию в судебном разбирательстве привлечены все заинтересованные лица, права и обязанности которых затрагиваются обжалуемым судебным актом.

Заявляя о не привлечении иных членов совета директоров должника к участию в деле, ПАО Сбербанк не указывает их имена и не обосновывает, каким образом обжалуемое определение может повлиять на их права и обязанности.

Судебная коллегия соглашается с доводами ФИО4 о том, что обжалуемый судебный акт не затрагивает права и обязанности и не препятствует привлечению к субсидиарной ответственности иных лиц, в том числе, членов совета директоров и генерального директора должника.

Доводы ПАО Сбербанк о неполном выяснении судом первой инстанции всех существенных для правильного рассмотрения настоящего дела обстоятельств не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. В частности, доводы заявителей о заведомой неисполнимости принятых должником обязательств и о множестве сомнительных операций должника отклонены судом первой инстанции на стр. 11-12 обжалуемого судебного акта. 

Иные заявленные ПАО Сбербанк доводы не являются основаниями для перехода к рассмотрению дела по правилам первой инстанции, предусмотренными пунктом 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

Акционерное общество «Стройкомплекс научно-производственное объединение прикладной механики» создано путем реорганизации, зарегистрировано 30.06.20013 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 23 по Красноярскому краю с присвоением основного государственного регистрационного номера 

<

***>.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц основным видом экономической деятельности должника является строительство жилых и нежилых зданий (ОКВЭД 41.20).

Единственным участником должника является АО «Красноярское конструкторское бюро «Искра» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении АО «Красноярское конструкторское бюро «Искра» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО4 являлся единоличным исполнительным органом (генеральным директором) АО КБ «Искра» в период с 05.05.2009 до 29.06.2018.

ФИО4 также являлся членом Совета директоров АО КБ «Искра», а с 29.06.2018 - председателем Совета директоров АО КБ «Искра».

ФИО4 является членом Совета директоров акционерного общества «Стройкомплекс научно-производственное объединение прикладной механики».

ФИО4 является акционером АО КБ «Искра», которому принадлежит 46 392 обыкновенных акций, что составляет 9,07192% уставного капитала АО КБ «Искра».

ФИО6 принадлежит 38 756 обыкновенных акции, что составляет 7,57871% уставного капитала АО КБ «Искра».

ФИО6 также является единоличным исполнительным органом - генеральным директором ООО «Стриж», которое в свою очередь является владельцем 79 895 обыкновенных акций, что составляет 15,62341 % уставного капитала АО КБ «Искра».

Обращаясь в суд с заявлениями о привлечении вышеуказанных лиц к субсидиарной ответственности, кредиторами должника указано на невозможность полного погашения требований кредиторов и принятия заведомо неисполнимых обязательств при заключении сделок.

Так, по мнению кредиторов, должником были заключены ряд крупных невыгодных для должника сделок, а именно: между АО «Стройкомплекс НПО ПМ» (генподрядчик) и Акционерным обществом «Информационные спутниковые системы» имени академика М.Ф. Решетнева» (заказчик) был заключен договор подряда № 47/Ы-Ф от 22 октября 2014 года на осуществление единого комплекса неразрывно связанных между собой работ по объекту капитального строительства «Реконструкция и техническое перевооружение экспериментально-стендовой базы наземной отработки элементов космических аппаратов системы ГЛОНАСС в целях повышения их надежности и качества». Этап реконструкции 2015-2018 год (далее Договор). Пунктом 3.1. договора определена его цена - 304 677 511 руб. Срок выполнения работ по договору определен пунктом 4.1. договора с 12.01.2015 по 15.11.2018.

За указанный период АО «Стройкомплекс НПО ПМ» выполнило работы по контракту на сумму 200 091 949,01 руб., что следует, в том числе, из содержания справки о стоимости выполненных работ (по форме КС-3) от 08.03.2019 № 00000000730170080002/1.

При этом, АО «Стройкомплекс НПО ПМ» значительно нарушало все графики выполнения работ по контракту на 2015, на 2017 и 2018 г.г., что послужило основанием для начисления неустойки в размере 124 633 413,83 руб.

В связи с ненадлежащим исполнением обязательств по контракту, заказчик данный контракт расторгнул с должником.

Вышеуказанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Красноярского края по делу № А33-12837/2019.

Последствием ненадлежащего исполнения указанного контракта явилась выплата ПАО Сбербанк (как гаранта по независимой (банковской) гарантии) в пользу АО «ИСС» платежа в размере 102 126 540 руб. (в настоящее время требование Банка в сумме 106 273 157,32 руб. 32 коп. основного долга включено в реестр требований должника (определение по делу №А33-2886-17/2019 от 04.12.2019).

Между акционерным обществом «Красноярский машиностроительный завод (АО «Красмаш», заказчик) и ОАО «Стройкомплекс НПО ПМ» (генподрядчик) были заключены следующие контракты:

- контракт №2.150.1069 от 11.09.2015 на выполнение работ по объекту «Реконструкция и техническое перевооружение механо-сборочного и корпусного производства. Этап 3. Корпус №34», цена контракта - 771 850 000 руб., срок окончания работ 25 ноября 2019 г., контракт действует до полного исполнения сторонами своих обязательств;

- контракт №2.150.1335 от 28.12.2015 на выполнение работ по объекту «Реконструкция и техническое перевооружение двигательного производства и стендовой испытательной базы. Корпус №34», цена контракта - 858 700 000 руб., срок окончания работ 31 августа 2018 г., контракт действует до полного исполнения сторонами своих обязательств.

Как следует из материалов дела по состоянию на 21.10.2019 по вышеуказанным контрактам АО «Стройкомплекс НПО ПМ» не исполнены обязательства на сумму 489 751 201,55 руб., произведено авансирование на общую сумму 55 730 617,77 руб., размер неотработанных авансов составляет 55 730 617,77 руб. (контракт № 2.150.1069 от 11.09.2015), не исполнены обязательства на сумму 608 461 723,49 руб., произведено авансирование на общую сумму 261 709 289.97 руб., размер неотработанных авансов составляет 153 315 782,53 руб. (контракт № 2.150.1335 от 28.12.2015).

По указанным контрактам ПАО Сбербанк предъявлены требования о выплатах по банковским гарантиям: требование № 126/2656 от 12.12.2019 об уплате денежных средств по банковской гарантии в размере 56 448 332,76 руб. в связи с нарушением АО «Стройкомплекс НПО ПМ» (принципал) своих обязательств по контракту № 2.150.1069 от 11.09.2015; требование № 126/2655 от 12.12.2019 об уплате денежных средств по банковской гарантии в размере 201 303 289,52 руб. в связи с нарушением АО «Стройкомплекс НПО ПМ» (принципал) своих обязательств по контракту № 2.150.1335 от 28.12.2015.

Как следует из заявления, для выполнения указанных работ должником были привлечены кредитные средства ПАО Сбербанк, в том числе: по договору № 8646.01-16/145 об открытии невозобновляемой кредитной линии от 18.04.2016, на сумму кредита 250 000 000 руб. Срок возврата кредита: 17.04.2019. Процентная ставка (процентов годовых) переменная от 13 до 14% годовых. Целевое назначение кредита: для финансирования затрат по контрактам: № 2.150.1069 от 11.09.2015, № 2.150.1335 от 28.12.2015.; по договору № 8646.02-1 7/282 об открытии невозобновляемой кредитной линии от 29.06.2017 на сумму кредита 440 313 000 руб. Срок возврата кредита (окончательного погашения): 27.02.2019. Процентная ставка (процентов годовых) переменная от 11,2 % годовых, изменяющаяся по оговоренной в договоре формуле. Целевое назначение кредита: для финансирования и возмещения затрат по контракту № 2.150.1335 от 28.12.2015; по договору № 8646.02-17/283 от 29.06.2017 на сумму кредита 394 780 000 руб. Срок возврата кредита (окончательного погашения): 27.05.2020. Процентная ставка (процентов годовых) переменная от 11,2 % годовых, изменяющаяся по оговоренной в договоре формуле. Целевое назначение кредита: для финансирования и возмещения затрат по контракту № 2.150.1069 от 11.09.2015.

По состоянию на 22.08.2019 задолженность должника перед кредитором по указанным кредитным договорам составила 868 494 481,15 руб., которая включена в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Красноярского края от 21.11.2019 по делу № А33-2886-23/2019.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, а также на тот факт, что АО «Стройкомплекс НПО ПМ» с согласия контролирующих органов должника изначально приняло заведомо неисполнимые  обязательства по вышеуказанным контрактам, без должного экономического расчета и осмотрительности, на заведомо невыгодных и неисполнимых условиях, конкурсные кредиторы обратились в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств, позволяющих установить наличие всех условий в совокупности, влекущих возложение на ответчиков субсидиарной ответственности.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав  и оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве, Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)") дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены статьей 10 Закона о банкротстве, в которую Федеральными законами от 28.04.2009 N 73-ФЗ, от 28.06.2013 N 134-ФЗ, от 22.12.2014 N 432-ФЗ, от 29.06.2015 N 154-ФЗ, N 186-ФЗ, от 23.06.2016 N 222-ФЗ, от 28.12.2016 N 488-ФЗ были внесены изменения.

На дату рассмотрения заявлений ПАО «Сбербанк России» и ООО «Акрополь» статья 10 Закона о банкротстве утратила силу согласно Федеральному закону N 266-ФЗ, вступившему в действие 30.07.2017.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд определяет, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Аналогичный подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности закреплен в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу N А22-941/2006.

Применение предусмотренных Законом о банкротстве материально-правовых норм, по вопросам привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в той или иной редакции зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Таким образом, нормы об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017 в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ), поскольку Закон N 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Кредиторы должника обратились с настоящими заявлениями 21.01.2020 и 20.07.2020, соответственно подлежат применению нормы процессуального права, предусмотренные положениями главы III.2 Закона о банкротстве, введенной Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ.

Поскольку вменяемые ответчикам действия (бездействия) имели место ранее 01.07.2017, т.е. преимущественно в период действия Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ от 28.06.2013, при разрешении вопроса о привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанным основаниям в соответствии с вышеизложенным и приведенными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 разъяснениями, судом первой инстанции должны были быть применена положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ.

Требования конкурсных кредиторов должника подлежат рассмотрению применительно к нормам материального права, закрепленным в статье 10 Закона о банкротстве, а именно, пункт 4 в редакции Закона N 134-ФЗ, действовавшей на момент совершения ответчиком вменяемых противоправных действий (бездействия).

Достаточным основанием для привлечения лица как контролирующего к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ от 28.06.2013 является фактический контроль, внешним проявлением которого (синхронности действий, противоречия экономическим интересам должника и одновременно выгоды контролирующего лица, заключения сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота) является, как правило, совершение сделок, изменивших экономическую и (или) юридическую судьбу должника, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, в противоречии экономическим интересам должника и одновременно в существенной выгоде контролирующего лица, возникшей из недобросовестного поведения директора должника.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) предусмотрено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Таким образом, применение норм права о привлечении к субсидиарной ответственности допустимо при доказанности следующих обстоятельств:

- надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, либо иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия;

- факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявления должника о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей;

- наличия причинно-следственной связи между обязательными указаниями, действиями вышеперечисленных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями, при этом следует учитывать, что возложение на них ответственности за бездействие исключается;

- вины контролирующего лица должника в несостоятельности (банкротстве) данного предприятия.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, обязано доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Обращаясь в суд с заявлениями о привлечении ФИО4, ФИО6, АО «Красноярское конструкторское бюро «Искра» (АО КБ «Искра») к субсидиарной ответственности, кредиторами должника указано на принятие АО «Стройкомплекс НПО ПМ» с согласия контролирующих органов должника заведомо неисполнимых обязательств по контрактам № 2.150.1069 от 11.09.2015, № 2.150.1335 от 28.12.2015, а также договору подряда № 47/Ы-Ф от 22.10.2014.

Вместе с тем, как верно установлено судом первой инстанции, вышеуказанные сделки были совершены до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве), контракты и договор подряда заключены в соответствии с требованиями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о контрактной системе, Закон № 44-ФЗ), АО «Стройкомплекс» НПО ПМ» в период рассмотрения заявок на участие и впоследствии при заключении спорных контрактов соответствовало критериям оценки, установленным Законом № 44-ФЗ, при заключении должником вышеуказанных сделок гарантом по независимой (банковской) гарантии выступал ПАО «Сбербанк».

Доказательства того, что вышеуказанные сделки заключались с нарушением действующего законодательства, на заведомо невыгодных для должника условиях или были заведомо неисполнимыми, а действия контролирующих должника лиц были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в материалах дела отсутствуют, факт причинения вреда в связи с заключением указанных сделок документально не подтвержден.

Судом первой инстанции приняты во внимание пояснения ответчиков об отсутствии в их действиях противоправного поведения в отношении должника и его кредиторов, отклонены доводы заявителей о допущенных должником при производстве работ по спорным контрактам нарушений сроков выполнения работ, их выполнение не в полном объеме, с ненадлежащим качеством, а также доводы о неправомерном произведении между должником и АО «КБ «Искра» расходных и приходных операции, что подтверждается выпискам по расчетным счетам.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии в материалах дела доказательств того, что совершение указанных выше сделок явилось причиной несостоятельности (банкротства) должника.

Доводы заявителя апелляционной жалобы подлежат отклонению судебной коллегией на основании следующего. 

Из содержания абзацев 1 и 2 пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 следует, что применение установленных Законом о банкротстве опровержимых презумпций и возложение бремени доказывания на привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо, возможно лишь после того, как заявителем будет доказано наличие негативных последствий (существенного вреда) от действий и (или) бездействия контролирующего должника лица и причинно-следственной связи между действиями и (или) бездействием контролирующего должника лица и наступившими негативными последствиями.

Принимая во внимание отсутствие в материалах дела указанных доказательств, судом первой инстанции обосновано бремя доказывания возложено на заявителей. 

Вопреки мнению апеллянта, условия заключения должником сделок - контрактов и договоров подряда проанализированы судом первой инстанции в своей совокупности, при этом приняты доводы ответчиков о совершении сделок в рамках обычной хозяйственной деятельности должника, о несоразмерности суммы первоначального требования заявителя по делу о банкротстве в сумме 331 434 897,07 руб. с общей суммой совершенных сделок. 

По каждой совершенной операции ответчиками приведены экономически обоснованные причины ее совершения.

Кроме того, в процедуре банкротства должника сделки, на которые ссылаются заявители, не оспорены, недействительными не признаны.

Суд апелляционной инстанции  отмечает, что содержание заключенных контрактов по предмету и цене соответствует профилю деятельности должника, доказательства обратного не представлены.

Также не представлены доказательства того, что исполнение подобных контрактов было заведомо невозможным для должника в силу объективных факторов (непрофильная деятельность, отсутствие персонала и материальных и финансовых ресурсов, как своих, так и привлеченных, невозможность привлечения субподрядчиков и пр.).

Между тем, объем работ по представленным контрактам и согласованная с должником их стоимость вполне отвечают критерию выгодности для подрядчика, то есть при выполнении такого объема работ (исходя из предмета договоров) при прочих равных условиях должник мог получить значительную прибыль и заплатить как взятые кредиты, так и получить возможность исполнять последующие договоры.

Существенная убыточность сделки является оценочной категорией, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела, размер сделки применительно к масштабам деятельности должника и в этой связи определяет, является ли убыточность существенной с учетом представленных доказательств.

Указанные заявителем обстоятельства существенной убыточности сделок, по существу, связаны не с заключением или одобрением сделок, а недополучением должником доходов в процессе исполнения заключенных с контрагентами договоров и контрактов. 

Также следует понимать, что ненадлежащее и неэффективное исполнение заключенных договоров должно свидетельствовать о таких явных неразумных, небрежных или умышленно недобросовестных действиях контролирующих должника лиц, которые очевидно лежат за пределами обычного хозяйственного риска и находятся в безусловной причинно-следственной связи с несостоятельностью должника.

Между тем доводы апеллянтов сводятся не к подтверждению существования конкретных фактов безусловно вредных и неординарных по хозяйственному значению действий контролирующих должника лиц, а к указанию на выявленную впоследствии общую совокупную картину неудачной предпринимательской деятельности. При этом неэффективность получения прибыли в данной ситуации складывается из совпадения различных по характеру и времени возникновения факторов, каждый из которых в отдельности и в совокупности могли как привести так и не привести к убыткам должника (в зависимости от рыночной конъюнктуры, решений контрагентов и пр.).

В этом смысле ссылка кредитора ПАО «Сбербанк России» на начисление неустойки в значительном размере показательна, так как размер взыскиваемой неустойки в большинстве случаев вариативен в зависимости от лояльности кредитора, применения ст. 333 ГК РФ и иных факторов, которые должник в полной мере не способен контролировать и предвидеть. Соответственно, ставить в вину начисление  неустойки допустимо в тех случаях, когда очевидно, что по недобросовестным намерениям соответствующего контролирующего лица должник фактически не собирался исполнять обязательство.

В настоящем случае не приведено ни одного достоверного доказательства того,  что привлекаемые к субсидиарной ответственности лица своими действиями вне пределов обычного хозяйственного риска безусловно поспособствовали неисполнению должником заключенных контрактов.

При изложенных обстоятельствах доводы жалобы о том, что руководителями должника поддерживалась противоправная схема по заключению убыточных сделок для должника в целях вывода его ликвидных активов в пользу третьих лиц не нашли своего подтверждения.

Кредиторами не доказано, что между несостоятельностью (банкротством) должника и действиями его единственного акционера по не утверждению финансовой отчетности должника, непринятию решения о проведении аудиторской проверки финансово-хозяйственной деятельности должника, непринятию мер к своевременному увольнению руководителя должника и назначению нового руководителя должника, имеется непосредственная причинно-следственная связь.

Должник не имел права отказать в заключении договора с любым заинтересованным лицом и замена руководителя должника не повлекла бы за собой прекращение данных действий.

Кроме того, суду не представлено доказательств выявления признаков фиктивного или преднамеренного банкротства организации или доказательств того, что должник признан несостоятельным (банкротом) именно в результате совершения виновных действий ответчиков.

Из представленных в материалы дела пояснения бывшего генерального директора АО «Стройкомплекс НПО ПМ» ФИО10 следует, что причины банкротства имеют отношение к текущей хозяйственной деятельности общества, обусловлены обычными предпринимательскими рисками. 

Ответчики не участвовали в управлении текущей хозяйственной деятельностью должника и не могли извлекать из этого каких-либо выгод для себя.

Отсутствие выгоды в действиях ответчиков не отрицается заявителем жалобы.

Указанные обстоятельства какими-либо доказательствами заявителей не опровергнуты. 

Ссылки апеллянта на обстоятельства, свидетельствующие о согласованности и скоординированности действий всей лиц корпоративной группы, сами по себе не свидетельствуют о наличии цели совершения сделок в смысле, имеющем значение для привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку в противном случае совместная деятельность юридических лиц, осуществляемая в целях достижения единой экономической цели, автоматически означала бы возможность привлечения всех хозяйствующих субъектов и иных физических лиц, осуществляющих непосредственное или опосредованное руководство ими, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Необоснованное на протяжении длительного периода времени непрекращение единственным акционером (АО КБ «Искра») полномочий генерального директора не может расцениваться как действия по доведению открытого акционерного общества «Стройкомплекс научно-производственное объединение прикладной механики» до банкротства. За указанное бездействие не предусмотрена субсидиарная ответственность.

В соответствии с положениями абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Ссылки заявителя апелляционной жалобы на судебные акты арбитражного суда не подтверждают его доводов о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. 

Принимая во внимание все изложенное, у суда первой инстанции отсутствовали необходимые правовые основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по приведенным конкурсным управляющим основаниям и представленным доказательствам.

Несогласие заявителя с выводами судов, основанными на установленных фактических обстоятельствах дела и оценке доказательств, не свидетельствует о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм материального права, направлены на иную оценку доказательств и выгодную заявителю интерпретацию обстоятельств дела,  не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены определения Арбитражного суда Красноярского края от 13 сентября 2021 года по делу № А33-2886/2019к64 не имеется.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «13» сентября 2021 года по делу № А33-2886/2019к64 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

 

И.В. Яковенко

Судьи:

 

В.В. Радзиховская

 

С.Д. Дамбаров