ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-3649/2017

г. Красноярск

18 февраля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена «04» февраля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен         «18» февраля 2025 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Радзиховской В.В.,

судей: Петровской О.В., Хабибулиной Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Лизан Т.Е.,

при участии:

от ФИО1 (должника) - ФИО2, представителя по доверенности от 21.09.2021; 

от акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» (кредитора) - Колота М.А.,  представителя по доверенности от 11.11.2020;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» на определение Арбитражного суда Красноярского края от «25» ноября 2025 года по делу № А33-3649/2017,

установил:

публичное акционерное общество «Сбербанк России» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – ПАО «Сбербанк») обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>; далее – должник, ФИО1) банкротом.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 15.05.2017 заявление ПАО «Сбербанк» о признании банкротом должника – индивидуального предпринимателя ФИО1 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3 (далее - ФИО3).

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 14.09.2017 ФИО1 признан банкротом, в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 18.10.2018 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника – ФИО1, финансовым управляющим имуществом должника – ФИО1, утвержден ФИО4 (далее - ФИО4).

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 28.09.2023 ФИО4 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего. Определением Арбитражного суда Красноярского края от 29.01.2024 по делу № А33-3649-42/2017 финансовым управляющим имуществом должника – ФИО1, утверждена арбитражный управляющий ФИО5 (далее - ФИО5).

07.08.2024 финансовым управляющим представлено ходатайство о завершении процедуры реализации имущества в отношении должника.

От уполномоченного органа поступило ходатайство о неприменении правил об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств. Акционерным обществом «Российский Сельскохозяйственный банк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее - АО «Россельхозбанк») также было представлено ходатайство о неприменении правил об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 25.11.2025 завершена процедура реализации имущества ФИО1 Должник освобожден  от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных в процедуре реализации имущества должника, за исключением обязательств, поименованных в пунктах 5, 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также обязательств перед уполномоченным органом, установленных определением Арбитражного суда Красноярского края от 09.02.2018 по делу № А33-3649-13/2017.

При вынесении определения суд первой инстанции исходил из того, что заключение кредитных договоров и договоров поручительства до возбуждения дела о банкротстве не свидетельствует о недобросовестном, умышленном поведении должника с целью причинить вред кредиторам, поскольку принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. Факты злонамеренного поведения гражданина при получении заемных денежных средств, обеспечения обязательств другой стороны путем предоставления личного поручительства, предоставления заведомо ложных сведений или подложных документов не представлены. Совершенными ФИО1 недействительными сделками какого-либо негативного влияния на формирование конкурсной массы и ее размер не было оказано, как и на размер выплат, причитавшихся уполномоченному органу, Банку.

Не согласившись с данным судебным актом, АО «Россельхозбанк» обратилось в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит опредление Арбитражного суда Красноярского края от 25.11.2024 по делу № А33-3649/2017 изменить, указав на неприменение в отношении ФИО1 правил об освобождении от исполнения обязательств.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, обжалуемое определение вынесено с нарушением норм материального права, при неполном выяснении фактических обстоятельств дела.

В частности, суд первой инстанции не учел, что в обоснование поданного ходатайства о неприменении в отношении ФИО1 правил об освобождении от исполнения обязательств был положен факт совершения должником ряда сделок по отчуждению имущества в предверии процедуры банкротства - договоры дарения от 30.03.2016, 18.04.2016, 18.04.2016, заключенные с ФИО1 (сын должника), признанных в дальнейшем судом недействительными. При этом, несмотря на то, что ответчиком в конкурсную массу в качестве последствия недействительности сделки возвращены денежные средства, вывод суда о том, что указанными сделками не причинено негативное влияние формированию конкурсной массы не обоснован, так как рыночная стоимость имущества была определена на дату совершения оспариваемых сделок, при этом, с учетом роста цен на рынке недвижимости, очевидно следует, что ликвидные активы были бы реализованы по более высокой стоимости в рамках процедуры банкротства.

Финансовым управляющим не оспорены сделки гражданской супруги должника -  ФИО6

Кроме того, определением  суда от 23.10.2019 по делу № А33- 3649-24/2017 признано недействительной сделкой получение ПАО «Сбербанк России» от реализации предмета залога по договору купли-продажи недвижимого имущества от 12.07.2016 в части предпочтительного удовлетворения своих требований, суммы 4 571 934 рубля 48 копеек; определением от 04.10.2021 по делу № А33-3649-18/2017 признан недействительным договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «ТД «Филимоновский» от 25.11.2016, заключенный с ФИО7; проведены внесудебные мероприятия по возврату в конкурсную массу рублевого эквивалента денежных средств в размере 4 тыс. евро, перечисленных ФИО8

В результате действий ФИО1, в конкурсную массу не поступило имущество рыночной стоимостью 16 614 000 рублей (экспертное заключение ООО «Альянс Оценка» №15175 от 27.02.2020), чем был причинен вред имущественным правам кредиторов.

При этом  в определении от 14.03.2021 по делу №А33-3649-26/2017 судом установлено искусственное создание исполнительского иммунитета для объекта недвижимого имущества - жилого дома площадью 872,3 кв.м., кадастровый номер 24:11:0340506:656, расположенного по адресу 663011, Красноярский край, Емельяновский район, МО Мининский сельсовет, п. Овинный, снт. Вега, ул. Заветная, д.3, поскольку фактически сложилась ситуация, когда должник по договоренности с финансовым управляющим определил для себя место проживания.

Определением Третьего апелляционного суда от 27.12.2024 апелляционная жалоба АО «Россельхозбанк» принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 04.02.2025.

В судебном заседании представитель АО «Россельхозбанк» поддержал доводы апелляционной жалобы. Полагает, что судом первой инстанции неверно установлены фактические обстоятельства дела. Пояснил, что обжалует определение в части освобождения должника от исполнения обязательств. Банк не оспаривал сделку, поскольку указанное являлось обязанностью финансового управляющего, а не кредитора.

Представитель ФИО1 отклонил доводы апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в возражениях на апелляционную жалобу. Полагает определение суда первой инстанции законным и обоснованным. Отказ в применении к гражданину правил об освобождении от долгов является исключительной мерой, направленной либо на защиту других социально значимых ценностей, либо на недопущение поощрения злоупотреблений. Само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности.

При рассмотрении жалобы Федерального налоговой службы на финансового управляющего ФИО4, суд апелляционной инстанции не соглашается с выводом суда первой инстанции об искусственном создании исполнительского иммунитета в отношении жилого дома по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, Муниципальное образование Мининский сельсовет, район платформы Овинный СНТ «Вега», ул. Заветная 3; выводы, изложенные в постановлении от 10.04.2023 по делу № А33-3649-37/2017 подтверждены как постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 16.08.2023 по тому же делу, так и определением Верховного Суда Российской Федерации от 07.12.2023 №302-ЭС23-23375. Несмотря на общую площадь жилого дома в 872,3 кв.м., жилая площадь составляет 233кв.м., то с учетом проживания в нем семи человек (включая четырех несовершеннолетних детей), площадь дома не является избыточной и значительно не превышает разумные пределы. Иные жилые помещения на дату вынесения судебного акта по делу А33-3649-26/2017, пригодные для постоянного проживания, у должника отсутствовали, не имелось такого жилья и в собственности матери детей должника ФИО6, а также у самих детей. Всё иное имущество, включая все другие жилые помещения, ранее принадлежащие ФИО1, вошли в конкурную массу и реализованы в порядке, установленном Законом о банкротстве, поскольку указанные жилые помещения были обременены ипотекой, на них исполнительский иммунитет не распространялся, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2024 № 304-ЭС23-25261 сформулирована позиция о том, что наличие у гражданина фактической возможности проживать по иному адресу не означает допустимость безусловного неприменения к находящемуся в его собственности единственному жилью исполнительского иммунитета, право собственности на объект, обременённый ипотекой, является экономически неустойчивым и не гарантирует  сохранение права на проживание в нём. Наличие регистрационного учёта должника по ул. Стасовой 24, кв. 44 до  22.03.2017 не означало создание им искусственного исполнительского иммунитета, поскольку данный объект недвижимости никогда должнику не принадлежал и находился в собственности бывшей супруги - ФИО9, брак с которой расторгнут с 04.03.2003.

С ФИО6 у должника не было и не могло быть совместного имущества, поскольку в брачные отношения с ней должник никогда не вступал. Финансовым управляющим не могла истребоваться информация о её имуществе или сделках и не могли оспариваться соответствующие самостоятельные договоры.

Никаких реальных доказательств того, что на момент реализации жилого дома по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, Муниципальное образование Мининский сельсовет, район платформыОвинный СНТ «Вега», ул. Заветная, д.8, с торгов в условиях банкротства должника его цена превысила бы 2 992 000 рублей кредитором не представлено, довод носит предположительный характер.

Заключение сделок должником впоследствии признанных недействительными, само по себе не является основанием для не освобождения от долгов. Это подтверждается сложившейся судебной практикой. При признании недействительными сделок должника, злоупотреблений со стороны ФИО1 не установлено. Имущество и денежные средства были возвращены в конкурсную массу. Доля в ООО «ТД «Филимоновский» продана на торгах по рыночной цене. Ущерб кредиторам не причинен. Что же касается единственного жилья должника - дома по ул. Заветная 3, то сделки с данным имуществом недействительными не признаны.

Представитель должника пояснил суду, что у него отсутствует информация о том, был ли обременен ипотекой подаренный должником дом по ул. Заветная, однако данный дом не был пригодным к проживанию (не достроен, отсутствовала отделка), стоимость дома определена оценщиком, следовательно, фактически, с учетом возврата денежных средств в конкурсную массу, он был реализован по рыночной цене.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не прибыли. Отзывы на апелляционную жалобу и ходатайства от указанных лиц суду апелляционной инстанции не поступали.

Учитывая, что лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти»), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку доводы жалобы сводятся к оспариванию определения суда в части освобождения должника от исполнения обязательств, возражений относительно проверки судебного акта в обжалуемой части не поступило, суд апелляционной инстанции в силу положений статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции в обжалуемой части.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

По общему правилу обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013).

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее по тексту - Закон о банкротстве), после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий представляет в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением документов, подтверждающих продажу имущества гражданина, реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении названной процедуры банкротства (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, по общему правилу разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве) и зависит, как уже отмечалось, от добросовестности должника.

Как разъяснено в абзацах 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение стороны может быть признано недобросовестным по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлен перечень признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства.

В пунктах 5 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрен перечень обязательств, от которых гражданин, признанный банкротом, не может быть освобожден в любом случае, в том числе при наличии оснований для освобождения его от иных обязательств.

Данные положения законодательства направлены, в том числе на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.05.2019 № 1360-О).

Согласно пункту 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в деле о несостоятельности (банкротстве) граждан», соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Наличие у должника имущества, за счет которого могут быть погашены неудовлетворенные требования кредиторов, материалами дела не подтверждается. Доказательства обратного суду апелляционной инстанции не представлены.

Завершение расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства или завершение процедуры внесудебного банкротства гражданина влекут освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов («списание долгов») и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28, пункт  1 статьи 223.6 Закона о банкротстве).

Финансовым управляющим проведен весь комплекс мероприятий, направленных на завершение процедуры реализации имущества гражданина, признаки фиктивного или преднамеренного банкротства должника не установлены, сделки, подлежащие оспариванию, не выявлены.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Красноярского края от 18.08.2020 по делу А33-3649-5/2017 включено требование АО «Россельхозбанк» в третью очередь реестра требований кредиторов должника – ФИО1 в размере рублей 697 657 829 рублей 64 копейки основного долга, 88 468 308 рублей 72 копейки пени. Требование кредитора было основано на факте предоставления кредитных средств должнику и третьим лицам, по обязательствам которых должником предоставлено поручительство, до возбуждения дела о банкротстве ФИО1

Суд первой инстанции обоснованно указал, что заключение кредитных договоров и договоров поручительства до возбуждения дела о банкротстве само по себе не свидетельствует о недобросовестном, умышленном поведении должника с целью причинить вред кредиторам.

Принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств, неполное погашение требований кредиторов сами по себе не влекут квалификацию его поведения как недобросовестного и не могут служить основанием для безусловного вывода о неосвобождении должника от исполнения обязательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2021 № 303-ЭС21-20567).

В рассматриваемой ситуации имущественные интересы кредитной организации были обеспечены в том числе договорами залога, иными штрафными обеспечительными механизмами, право на реализацию которых возникает у заимодавца автоматически при отсутствии иного обеспечения (залога). Такое условие кредитования является в полной мере волеизъявлением кредитной организации, допускающей возможность выдачи потребительского кредита при наличии, отсутствии заключенного договора залога.

Между тем, недальновидность самого кредитора, выбор им рисковых способов и условий кредитования не могут образовывать неправомерность действий должника и влечь за собой неприменение к такому должнику правил об освобождении должника от исполнения обязательств.

Кредитная организация является профессиональным участником потребительского кредитования, при решении вопроса о предоставлении конкретному физическому лицу денежных средств заимодавец располагает всем необходимым инструментарием для проверки платежеспособности должника. В ходе такой проверки банк оценивает личные характеристики заемщика, в том числе кредитоспособность, финансовое положение, возможность предоставления обеспечения по кредиту, наличие или отсутствие ранее предоставленных кредитов, степень их погашения и т.д. Проводимая банками комплексная проверка заемщика предполагается, является всесторонней для минимизации рисков выдачи кредитных средств неблагонадежным лицам.

Заключение кредитного договора по существу является полным и исключительным усмотрением заимодавца, где он вправе при наличии сомнений как отказать в выдаче кредита, так и установить приемлемые в целях обеспечения возврата кредита условия кредитования.

Принимая решение о кредитовании конкретного заемщика, в частности при условии обеспечения обязательств основного заемщика поручительством, просчитывая и устанавливая условия кредитования, банк принимает на себя предполагаемые коммерческие риски неисполнения кредитных обязательств заемщиком, не исполнения обязательств, принятых на себя по договору поручения.

В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, представленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо представления заведомо недостоверной информации.

Данная правовая  позиция отражена в пункте 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019.

В материалы дела не представлены достоверные доказательства недобросовестности ФИО1 при принятии на себя обязательств перед кредитором, выразившейся в предоставлении им недостоверных сведений об имеющихся у него иных обязательствах либо доходах, либо иных заведомо ложных сведений, повлиявших на факт выдачи ему кредита и принятии банком его поручительства.

Доказательства того, что при возникновении или исполнении обязательства ФИО1 совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, также не представлено.

Учитывая условия кредитного обязательства должника перед ПАО «Сбербанк», условий поручительства перед АО «Россельхозбанк», суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что допущенное должником как заемщиком нарушение укладывается в ординарное неисполнение кредитного обязательства, которое допускает возможность освобождения должника от дальнейшего исполнения такого обязательства при завершении процедуры реализации.

Факты злонамеренного поведения гражданина при получении заемных денежных средств, обеспечения обязательств другой стороны путем предоставления личного поручительства, предоставления заведомо ложных сведений или подложных документов не представлены. Доказательства обратного суду апелляционной инстанции не представлены.

Доказательства умышленного наращивания должником кредитных обязательств для последующего обращения с заявлением о признании его банкротом в материалы дела не представлено.

Таким образом, с учетом правового подхода, изложенного в определении Судебной коллегии по экономическим спорами Верховного Суда Российской Федерации от 06.04.2023 № 305-ЭС22-25685, суд первой инстанции обоснованно не нашел правовых оснований для приоритетной защиты имущественных интересов профессионального кредитора в ущерб интересам слабой стороны сферы кредитования - физического лица. В связи с чем, наличие оказавшейся непосильной для ФИО1, долговой нагрузки перед двумя Банками, не является основанием для неосвобождённые последнего от обязательств.

Обстоятельств, объективно указывающих на намеренное  представление должником финансовому управляющему, суду недостоверных, неполных сведений относительно своего финансового положения, имущества, в том числе недостоверных первичных документов; сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества также установлено не было.

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы АО «Россельхозбанк» о недобросовестности ФИО1, повлекших нарушение прав кредиторов на удовлетворение своих требований за счет имущества  должника, как неподтвержденные материалами дела.

В качестве основания для не применения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств, налоговый орган приводит ряд сделок, заключение которых в преддверии банкротства должника привело к выводу активов должника, либо наращиванию кредиторской задолженности, что в свою очередь не позволило удовлетворить требования кредиторов, в частности:

- договор дарения от 18.04.2016, от 27.10.2017 заключенный между ФИО1 (даритель) и ФИО1 (одаряемый) в отношении ? прав общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 24:11:0340506:320 и находящегося на нем жилого дома общей площадью 872,3 кв.м., расположенных по адресу – Красноярский край, Емельяновский район, муниципальное образование Мининский сельсовет, платформы Овинный, СНТ «Вега», ул. Заветная, д. 3 (№А33-3649-26/2017);

- договор купли-продажи от 12.07.2016, заключенный между ФИО1 (продавцом) и ФИО10 (покупателем), заключённого в отношении земельного участка, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешённое использование: для сельскохозяйственного производства, общая площадь 54 582 775 м?, расположенного по адресу (местонахождение): Красноярский край, Назаровский район, ЗАО «Крутоярское», кадастровый номер: 24:27:0000000:2167 (№А33-3649-24/2017);

- договор купли-продажи доли в уставном капитале от 25.11.2016, заключенный между ФИО1 и ФИО7 в отношении доли, составляющей 50% уставного капитала ООО «Торговый Дом «Филимоновский», по цене за 158 250 рублей (№А33-3649-18/2017);

- договор уступки дебиторской задолженности от 20.02.2017, в соответствии с которым права требования СХП ЗАО «Владимировское» переданы ООО «Агросфера» (№А33-3649-10/2017);

- договор поставки от 30.03.2017, заключенный между ФИО1 и ООО «Птицефабрика Преображенская.

Кредитор АО «Россельхозбанк» соглашаясь с вышеуказанными доводами указал в дополнение к вышесказанному следующие основания для не применения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств:

- договор дарения от 30.03.2016, 18.04.2016, заключенных с ФИО1 (№А33-3649-16/2017);

- договор аренды склада, заключенный между ФИО1 и ФИО11;

- обстоятельства перечисления 4 тыс. евро ФИО8

Кредитор указывает, что данные сделки совершены ФИО1 при наличии неисполненных обязательств перед ПАО «Сбербанк», АО «Россельхозбанк» на момент совершения спорных сделок, и уменьшение за счет совершенных сделок конкурсной массы.

Материалами дела подтверждается то обстоятельство, что должником были совершены сделки по отчуждению недвижимого имущества должника, которые в рамках дела о банкротстве признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок в виде возврата полученного по сделке в конкурсную массу.

Суд первой инстанции,  проанализировав указанные сделки пришел к верному  выводу о том, что совершенными ФИО1 недействительными сделками какого-либо негативного влияния на формирование конкурсной массы и ее размер не было оказано, как и на размер выплат, причитавшихся уполномоченному органу, АО «Россельхозбанк». Судом не установлено сокрытие должником имущества, по совершенным сделкам, имущество возвращено в конкурсную массу, судом не установлено наличие со стороны должника признаков злоупотребления правом при исполнении обязательств перед кредиторами в соответствии с положениями статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В суде апелляционной инстанции АО «Россельхозбанк» оспорил данные выводы суда первой инстанции относительно договоров дарения от 30.03.2016, 18.04.2016, 18.04.2016, заключенные должником с ФИО1 (сын должника), а также указал на недобросовестность должника при определении жилого помещения, обладающего исполнительным иммунитетом в целях соблюдения права должника на жилище.

Материалами дела подтверждается, что определением Арбитражного суда Красноярского края от 12.07.2018 по делу № А33-3649/2017к16 признаны недействительными сделками: договор дарения, заключенный между ФИО1 и ФИО1 от 30.03.2016 в отношении жилого дома по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, муниципальное образование Мининский сельсовет, район платформы Овинный СНТ «Вега», ул. Заветная, д.8; и земельных участков с кадастровыми номерами 24:11:0340506:415; 24:11:0340506:429, 24:11:0340506:418, договор дарения, заключенный между ФИО1 и ФИО1 от 18.04.2016 в отношении земельного участка с кадастровым номером  24:11:0340506:375; договор дарения, заключенный между ФИО1 и ФИО1 от 18.04.2016 в отношении земельного участка с кадастровым номером 24:11:0340506:405. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 действительной (рыночной) стоимости имущества, отчужденного по договорам дарения от 30.03.2016, от 18.04.2016, от 18.04.2016 в сумме 2 992 000 рублей. Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 15.11.2018 определение Арбитражного суда Красноярского края от 12.07.2018 по делу № А33-3649/2017к16 оставлено без изменения.

В ходе рассмотрения указанного дела применение последствий недействительной сделки в виде возврата имущества в натуре, невозможно, в  связи с чем, основываясь на отчете независимого оценщика №1429/18 «Об оценке рыночной стоимости недвижимого имущества», согласно которому действительная стоимость спорных объектов составляла - 2 992 000 рублей, взыскал с ответчика указанную стоимость имущества.

Материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что взысканные определением Арбитражного суда Красноярского края от 12.07.2018 по делу № А33-3649/2017к16 денежные средства поступили в  конкурную массу должника. 

Следовательно, в результате признания в судебном порядке сделок недействительными в конкурсную массу поступили денежные средства в размере, который эквивалентен праву должника в стоимостном выражении, а результате заключения должником недействительных сделок по отчуждению имущества вред конкурсной массе и кредиторам причинен не был, поскольку кредиторы получили пропорциональное удовлетворение своих требований за счет данного имущества.

Таким образом, в результате признания сделок недействительными в конкурсную массу должника поступили денежные средства в размере, эквивалентном стоимости соответствующего имущества должника, в связи с чем вред имущественным правам кредиторов должника причинен не был (аналогичная правовая позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2022 № 307-ЭС20-17018(4)).

Доводы АО «Россельхозбанк» о том, что если бы имущество должника не было отчуждено им по оспоренным договорам дарения, то оно вошло бы в конкурсную массу должника и было реализовано по более высокой цене, отклоняются судом апелляционной инстанции как основанные исключительно на предположении кредитора, а также направленные на пересмотр выводов арбитражного суда о стоимости имущества, изложенные во вступившем в законную силу судебном акте - определении Арбитражного суда Красноярского края от 12.07.2018 по делу № А33-3649/2017к16. 

Согласно статье 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Преюдициальная связь судебных актов обусловлена именно свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот же факт в отношениях между теми же сторонами. Иной подход означает возможность опровержения опосредованного вступившим в законную силу судебным актом вывода суда о фактических обстоятельствах другим судебным актом, что противоречит общеправовому принципу определенности, а также принципам процессуальной экономии и стабильности судебных решений (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 № 2-П).

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.12.2011 № 30-П также указал, что признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения. В качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

При этом преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение.

Из материалов дела также следует, что определением Арбитражного суда Красноярского края от 14.03.2021 по делу № А33-3649/2017к26 отказано в удовлетворении требований о признании недействительной договора дарения от 18.04.2016, заключенного между должником и ФИО1 в отношении недвижимого имущества: жилой дом, площадью 872,3 кв м, кадастровый номер 24:11:0340506:656, расположенный по адресу 663011, Красноярский край, Емельяновский район, МО Мининский сельсовет, п. Овинный, снт Вега, ул. Заветная, д. 3 и соответствующий земельный участок, кадастровый номер 24:11:0340506:320, площадью 1500 кв м земли сельхозназначения.

В рамках рассмотрения указанного дела, арбитражный суд  согласился с наличием оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, одно установил, что согласно поступившим в материалы дела документам, по адресу: Красноярский край, Емельяновский район, Мининский сельсовет, СНТ «Вега», ул. Заветная, д. 3, зарегистрированы ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения с 26.04.2017, ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 16.03.2017, ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ года рождения с 25.03.2017, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения с 08.08.2017, ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Иные жилые помещения на дату рассмотрения дела пригодные для постоянного проживания, у ответчиков и должника, отсутствуют, в связи с чем суд пришел к выводу о том, что наличие в настоящее время у спорного объекта недвижимого имущества исполнительского иммунитета  является препятствием к рассмотрению вопроса о возврате такого имущества в состав конкурсного массы, поскольку возвращением в состав конкурсной массы такого объекта недвижимого имущества права и законные интересы лиц, участвующих в деле, не будут восстановлены.

Следовательно, заключение должником оспоренной в рамках обособленного спора № А33-3649/2017к26 сделки не привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов должника.

Доводы АО «Россельхозбанк»  об искусственном создании исполнительского иммунитета для рассматриваемого объекта недвижимого имущества: жилой дом площадью 872,3 кв.м., кадастровый номер 24:11:0340506:656, расположенный по адресу Красноярский край, Емельяновский район, МО Мининский сельсовет, п. Овинный, СНТ Вега, ул. Заветная, д.3, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Факт проживания должника и членов его семьи по указанному адресу подтверждается представленными в материалы дела документами, лицами, участвующими в деле не оспаривался.

При этом, несмотря на общую площадь жилого помещения 872,3 кв.м., жилая площадь составляет 233 кв.м., что подтверждается техническим паспортом жилого дома от 15.04.2013.

В соответствии с решением Емельяновского районного Совета от 28.09.2005 №6-32Р норма предоставления жилого помещения на территории Емельяновского района Красноярского края составляет 15 кв.м. на человека.

Принимая во внимание вышеуказанные нормы права, учитывая разумной норму замещающего жилья из расчета двойная социальная норма, необходимая площадь дома для вышеуказанных членов семьи составит 210 кв.м.

В качестве условия для обращения взыскания на единственное жилье должника в Постановлении №15-П указано, что за счет стоимости такого жилья должно быть обеспечено погашение требований кредиторов в существенной части.

Отказ от исполнительского иммунитета будет иметь реальный экономический смысл именно как способ и условие удовлетворения требований кредиторов, а не карательная санкция (наказание) за неисполненные долги или средство устрашения должника (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П).

Следовательно, учитывая жилую площадь спорного дома 233 кв.м. и минимальную площадь необходимого замещающего жилья 210 кв.м. усматривается (в отсутствие иных доказательств), дом обладает исполнительским иммунитетом.

Доказательства того, что должник и члены его семьи не проживают по указанному адресу, в материалах дела отсутствуют.

Доказательства наличия у должника принадлежащего ему на праве собственности иного объекта, пригодного для проживания должника и членов  его семьи, в материалы дела не представлены.

В свою очередь, по смыслу абзаца второго части 1 статьи 446 ГПК РФ наличие у гражданина фактической возможности проживать по иному адресу не означает допустимость безусловного неприменения к находящемуся в его собственности единственному жилью исполнительского иммунитета (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2020 N 309-ЭС20-10004).

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что финансовым управляющим не оспорены сделки с имуществом гражданской супруги (сожительницы) должника - ФИО6 также отклоняются судом апелляционной инстанции.

Финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества; проводить анализ финансового состояния гражданина; выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства (пункт 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

Указанным обязанностям корреспондирует право финансового управляющего получать информацию об имуществе гражданина, а также о счетах и вкладах (депозитах) гражданина, в том числе по банковским картам, об остатках электронных денежных средств и о переводах электронных денежных средств от граждан и юридических лиц (включая кредитные организации), от органов государственной власти, органов местного самоуправления (пункт 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

По общему правилу финансовый управляющий в первую очередь исследует финансовое состояние самого должника. Направление запросов относительно родственников и иных аффилированных лиц возможно в случае, если финансовый управляющий установит обстоятельства, указывающие на возможность сокрытия имущества путем их формального переоформления на третьих лиц.

В силу положений статей 33, 34 Семейного кодекса Российской Федерации, статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации режим совместной собственности супругов на имущество возникает только в случае регистрации брака с установленном законом порядке.

В рамках настоящего дела  отсутствуют документы, свидетельствующие о заключении брака между должником и ФИО6, обстоятельства, свидетельствующие о том, что ФИО6 должником было передано имущество, подлежащее включение в конкурсную массу.

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов.

Таким образом, приведенное АО «Россельхозбанк» обстоятельство в рассматриваемом случае не является основанием для неосвобождения должника от имеющихся у него финансовых обязательств по смыслу пункта 4 статьи 213.38 Закона о банкротстве.

Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение недостоверных сведений финансовому управляющему не выявлено. Действий, перечисленных в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, судом первой инстанции также не установлено.

Судом апелляционной инстанции не выявлено доказательств наличия у должника скрытых источников дохода и их использования должником по собственному усмотрению без ведома финансового управляющего и в объеме, превышающем сформированную конкурсную массу.Доказательства сокрытия должником своего дохода, намерения должника об освобождении от исполнения долговых обязательств через процедуру банкротства в материалы дела также не представлены

Таким образом, оснований считать действия должника злонамеренными - не имеется.

Доказательств совершения действий, свидетельствующих о злоупотреблении права со стороны должника в части неправомерных действий в отношении кредиторов ни в материалы дела, ни к апелляционной жалобе не представлено (статья  65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела не следует наличие намерения со стороны должника на целенаправленное затягивание сроков рассмотрения дела путем злоупотребления процессуальными правами, воспрепятствование достижению целей процедуры банкротства, в связи с чем существенным образом нарушила ход такой процедуры, права и законные интересы кредиторов.

Неснятой или непогашенной судимости за совершение умышленного преступления в сфере экономики должник не имеет, к административной ответственности по части 1 статьи 14.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не привлекался.

Доказательств, подтверждающих недобросовестное поведение должника, направленное лишь на формальное использование процедуры банкротства для списания долгов, суду также не представлено.

При изложенных обстоятельствах определение суда первой инстанции в обжалуемой части является законным и обоснованным и не полежит отмене в виду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Поскольку подпунктом 19 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусмотрена уплата государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение, в силу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная государственная пошлина подлежит возврату из доходов федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «25» ноября 2024 года по делу № А33-3649/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу  - без удовлетворения.

Возвратить  акционерному   обществу «Российский  сельскохозяйственный банк»  из  доходов  федерального бюджета 30000  руб.  государственной  пошлины  уплаченной  по платежному  поручению  от 10.12.2024 №1454.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий

В.В. Радзиховская

Судьи:

О.В. Петровская

Ю.В. Хабибулина