Дело № А43-5930/2018

город Владимир

28 апреля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 апреля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 апреля 2021 года.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Белякова Е.Н., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Энергопромресурс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2                    

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 27.01.2021           по делу № А43-5930/2018, принятое по заявлению конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Энергопромресурс»                           ФИО2 о признании сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности,

 

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, 

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Энергопромресурс» (далее – Общество) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) с заявлением              о признании договора поставки от 20.10.2017 № ДП-201709256 и сублицензионного договора  от 20.10.2017 № СЛ-20170925, заключенных между должником и акционерным обществом «Админора» (далее –                       АО «Админора»), ничтожными сделками и применении последствий их недействительности.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 27.01.2021 в удовлетворении заявления о признании договора поставки                              от 20.10.2017 № ДП-201709256, сублицензионного договора от 20.10.2017              № СЛ-20170925, заключенных между Обществом и АО «Админора», и применении последствий их недействительности, конкурсному управляющему отказал; взыскал с закрытого акционерного общества «Энергопромресурс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 6000 руб. расходов по государственной пошлине.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, оспариваемые сделки являются мнимыми, совершенными лишь для вида без намерения создать правовые последствия, в целях причинения вреда кредиторам должника, АО «Админора» было осведомлено о наличии такой цели. 

Заявитель считает, что реальной целью сделок являлось формальное подтверждение искусственно созданной задолженности в целях погашения задолженности  АО «Админора» по рамочному договору от 10.12.2015                  № ЗДР-019972. Свою позицию заявитель мотивирует тем, что в материалах дела отсутствуют доказательства реального исполнения своих обязательств перед должником по оспариваемым договорам, результат работ не был использован Обществом в своей хозяйственной деятельности, программа не устанавливалась, ключ к программе и технический паспорт по использованию и работе данной программы заказчик не получал, а представители АО «Админора» не выезжали к должнику для установки данной программы и обучения. Заявитель полагает, что у должника отсутствовала экономическая необходимость приобретения права на использование результата интеллектуальной деятельности, предусмотренного сублицензионным договором от 20.10.2017                                      № СЛ-20170925. При этом, оспариваемые договоры не связаны с предпринимательской деятельностью должника, в результате совершения спорных сделок должник не получил какой-либо выгоды.

Конкурсный управляющий также ссылается на невозможность включения указанной программы в конкурсную массу должника ввиду отсутствия таковой.

С точки зрения конкурсного управляющего, АО «Админора» не может продавать не принадлежащие ей права на материальные активы, оказывать услуги по расширенной технической поддержке и удаленному сопровождению внедрения программного обеспечения предоставленных услуг телефонии и мультипротокольного маршрутизатора, которые фактически не производились.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе и дополнении к ней.

АО «Админора» в отзыве указало на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просило определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Нижегородской области                            от 06.02.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом),                                в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО2, о чем в газете «Коммерсантъ» от 02.02.2019 №19 опубликовано сообщение. 

Между Обществом (исполнителем) и ЗАО «Админора» (заказчиком) заключен рамочный договор от 10.12.2015 № ЗДР-019972  на выполнение работ по пуско-наладке на узлах связи заказчика в соответствии с приложением № 1 к договору. 

Согласно пунктам 3.1 и 3.4 договора стоимость работ по договору определяется стоимостью заказов на выполнение работ. Оплата работ производится путем безналичного перечисления денежных средств на счет исполнителя. 

Общая стоимость заказов составила 75 665 643 руб. 14 коп., из которых заказ  от 11.12.2015 № 1 на сумму 17 729 260 руб. 80 коп.; заказ                                от 20.02.2016 № 2 на сумму 30 091 741 руб. 22 коп.; заказ  от 01.03.2016  №  3 на сумму 16 071 835 руб. 60 коп.; заказ  от 14.04.2016 № 4 на сумму                           11 772 805 руб. 52 коп. 

Согласно карточке счета 62.01 «Расчеты с покупателями и заказчиками за период с января 2016 по декабрь 2018 годы на расчетный счет «исполнителя» оплачено всего 47 666 643 руб. 94 коп., из них 21.12.2016  –1 610 739 руб.; 22.12.2016 – 1 610 739 руб.; 19.01.2017 – 5 010 112 руб.; 02.02.2017 – 3 541 215 руб. 52 коп.; 02.02.2017 – 348 984 руб. 48 коп.; 28.02.2017 – 6 004 853 руб.; 15.03.2017 – 7 100 000 руб.; 28.03.2017 –                        7 030 000 руб.; 10.04.2017 – 620 000 руб.; 20.04.2017 – 198 903 руб. 60 коп.; 20.04.2017 – 5 802 096 руб. 40 коп. 

По завершению работ сторонами были составлены и подписаны протоколы выполненных работ в АО «Админора» и утверждены директором АО «Админора».

Задолженность АО «Админора» по рамочному договору составила на 21.04.2017 – 27 999 000 руб. и не оплачивалась.

В последующем 20.10.2017 между Обществом (покупателем) и                  АО «Админора» (продавцом) заключены два договора на общую сумму                       27 999 000 руб.: 

- договор поставки  от 20.10.2017 № ДП-201709256 на принятие сертификатов согласно приложения №1 (спецификация) на оказание услуг по расширенной технической поддержке и удаленному сопровождению внедрения программного обеспечения предоставленных услуг телефонии и мульти-протокольного маршрутизатора, сроком действия сертификата – 12  месяцев, стоимость сертификата составила 2 433 720 руб. включая НДС            (18 процентов) 371 245 руб. 42 коп. Акт № 69 передачи сертификата подписан сторонами 23.10.2017; 

- сублицензионный договор от 20.10.2017 № СЛ-20170925 на права использования программного обеспечения для ЭВМ, указанного в спецификации к настоящему договору (приложение № 1). Акт передачи прав (приложение № 2) подписан сторонами 20.10.2017.

Общая стоимость переданных прав составила 25 565 280 руб., НДС не облагается.

Согласно пункту 2.1. договора поставки от 20.10.20l7                                № ДП-201709256 все платежи осуществляются покупателем в безналичном порядке по реквизитам поставщика.

Между сторонами составлен акт взаимозачета от 23.10.2017 № 12  на общую сумму 27 999 000 руб., из которых задолженность АО «Админора» перед Обществом по договору от 10.02.2015 № ЗДР-О19972 составила в сумме 27 999 000 руб. и задолженность Общества перед АО «Админора» по договорам от 20.10.2017 № ДП-201709256  на сумму 2 433 720 руб. и от 20.10.2017 № СЛ -20170925 на сумму 25 565 280 руб.

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о признании договора поставки от 20.10.2017 № ДП-201709256 и сублицензионного договора  от 20.10.2017 № СЛ-20170925 ничтожными сделками и применении последствий их недействительности.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений и о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (статья 61.9 и пункт 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

Правила главы III.1 Закона о банкротстве об оспаривании сделок должника могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации (пункт 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

По правилам пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо                от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 86 Постановления № 25, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Расхождение волеизъявления с волей устанавливает суд путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Для этого суду необходимо оценить совокупность согласующихся между собой доказательств, которые представляют лица, участвующие в деле (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018                           № 308-ЭС18-9470 по делу № А32-42517/2015).

Правовой целью договора поставки является передача поставщиком-продавцом покупателю в обусловленный срок товара и уплата последним определенной цены за полученный товар (статьи 506 и 516 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, мнимость сделки исключает намерение поставщика-продавца поставить товар в пользу покупателя и получить определенную денежную сумму, с одной стороны, и намерение покупателя принять                        от продавца этот товар и уплатить за него цену – с другой.

Факт исполнения договора поставки от 20.10.2017 № ДП-201709256  со стороны АО «Админора» подтвержден  выпиской из книги продаж за четвертый квартал 2017 года с отражением продажи сертификатов должнику.

Кроме того, между Обществом и АО «Админора» подписан акт взаимозачета от 23.10.2017 № 12, которым  произведен взаимозачет на сумму 27 999 000 руб. по обязательствам АО «Админора» перед Обществом по договору от 10.12.2015 № ЗДР-019972 на сумму 27 999 000 руб. и задолженности Общества перед АО «Админора» по договору от 20.10.2017 № ДП201709256 на сумму 2 433 720 руб., договору от 20.10.2017                                  № СЛ-20170925 на сумму 25 565 280 руб.

При этом, конкурсным управляющим обращался в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании недействительным акта взаимозачета от 23.10.2017  № 12.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области                           от 17.04.2019 по настоящему делу, оставленным без изменения 

постановление

м суда апелляционной инстанции от 29.08.2019, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Указанные обстоятельства конкурсным управляющим не опровергнуты надлежащими и бесспорными доказательствами.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий не представил в материалы дела доказательств, свидетельствующих о том, что воля Общества и АО «Админора» при заключении оспариваемого договора поставки                  от 20.10.2017 № ДП-201709256 не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. 

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации по лицензионному договору одна сторона – обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах. Лицензионный договор заключается в письменной форме, если Кодексом не предусмотрено иное. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность лицензионного договора.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 1238 Гражданского кодекса Российской Федерации под сублицензионным договором понимается договор, по которому лицензиат по письменному согласию лицензиара предоставляет право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации другому лицу (сублицензиату) в пределах тех прав и тех способов использования, которые предусмотрены лицензионным договором для лицензиата.

К сублицензионному договору применяются правила Кодекса о лицензионном договоре (пункт 5 статьи 1238 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, правовой целью сублицензионного соглашения является передача лицензиаром лицензиату право использования исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации в предусмотренных договором пределах и уплата последним определенной цены за указанное право.

Следовательно, мнимость сделки исключает намерение лицензиара лицензиату право использования исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации и получить определенную денежную сумму, с одной стороны, и намерение лицензиата  получить право использования такого результата или средства и уплатить за него цену – с другой.

В подтверждение факта исполнения АО «Админора» обязательств по сублизензионному соглашению перед Обществом в материалы дела представлены сублицензионный договор от 29.09.2017 № ССБ-АД0l/17, заключенный между АО «Админора» и обществом с ограниченной ответственностью «Сэнтум Системы безопасности» (далее – ООО «Сэнтум Системы безопасности»), акт передачи прав от 04.10.2017, подписанный между ООО «СэнтумСистемы безопасности» и АО «Админора», а также акт на передачу прав от 23.10.2017 № 68, подписанный АО «Админора» и Обществом без замечаний.

При этом наименование и количество программного обеспечения, права на которые переданы АО «Админора» по акту передачи прав                             от 04.10.2017, совпадают с наименованием и количеством программного обеспечения, права на которые АО «Админора» передало Обществу  по акту на передачу прав от 23.10.2017 № 68.

Заявлений о фальсификации акта на передачу прав от 23.10.2017 № 68 ни в суде первой инстанции ни в суде апелляционной инстанции  не заявлено.

Проанализировав представленные в материалы дела сублицензионный договор от 29.09.2017 № ССБ-АД0l/17, акт передачи прав от 04.10.2017, акт на передачу прав от 23.10.2017 № 68, суд первой инстанции правомерно установил, что АО «Админора» совершило закупку прав на использование программного обеспечения с целью их передачи должнику по сублицензионному договору, что подтверждает волю ответчика на заключение сублицензионного договора и свидетельствует о совершении конкретных действий, направленных на создание правовых последствий.

Переданные по оспариваемому сублицензионному соглашению права на использование программного обеспечения для ЭВМ прошли государственную регистрацию (номер свидетельства 2012619093), что подтверждается информацией с сайта Федерального института промышленной собственности, которое зарегистрировано 08.10.2012.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий не представил в материалы дела доказательств, свидетельствующих о том, что воля Общества и АО «Админора» при заключении оспариваемого сублицензионного договора  от 20.10.2017 № СЛ-20170925  не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. 

Оценив спорные сделки на предмет наличия признаков их недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание доказательства наличия договорных отношений, фактическое исполнение принятых на себя сторонами обязательств, совершение участниками действий, направленных на достижение соответствующего правового результата, наличие судебного акта (определение от 17.04.2019) по отказу в удовлетворении требований по зачету, в рамках которого исследовался вопрос наличия взаимных правоотношений и обязательств, в том числе спорных, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что оспоренные сделки не могут быть признаны недействительными по причине их мнимости или заключенных при злоупотреблении правом сторонами сделки.

Таким образом, упомянутые обстоятельства свидетельствуют об отсутствии оснований для признания судом первой инстанции недействительными договора поставки от 20.10.2017 № ДП-201709256 и сублицензионного договора  от 20.10.2017 № СЛ-20170925  на основании статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанные выводы суда первой инстанции согласуются с представленными в дело доказательствами и приняты при правильном применении норм права.

Вопреки позиции конкурсного управляющего, материалы дела содержат надлежащие доказательства реального исполнения АО «Админора» своих обязательств перед Обществом  по оспариваемым договору поставки от 20.10.2017 № ДП-201709256 и сублицензионному договору  от 20.10.2017 № СЛ-20170925. Отсутствие у конкурсного управляющего документации, подтверждающей наличие реальности совершения должником сделок, не свидетельствует об отсутствии факта совершения данных сделок и не может являться основанием для признания их недействительными.

Утверждение конкурсного управляющего о том, что АО «Админора» не может продавать не принадлежащие ей права на материальные активы, оказывать услуги по расширенной технической поддержке и удаленному сопровождению внедрения программного обеспечения предоставленных услуг телефонии и мультипротокольного маршрутизатора, которые фактически не производились, не принимаются судом апелляционной инстанции, поскольку опровергается представленными в материалы дела доказательствами. В рассматриваемом случае программное обеспечение переданное по сублицензионному договору приобретено АО «Админора» у ООО «Сэнтум Системы безопасности» для целей перепродажи должнику. Из условий сертификатов, переданных должнику по договорам поставки, услуги которые могли быть оказаны АО «Админора» должнику обеспечивали техническую поддержку по использованию программного обеспечения, права на которые ответчик передал должнику по сублицензионному договору. Вопреки доводам конкурсного управляющего в материалы дела не представлено надлежащих и бесспорных доказательств, свидетельствующих о невозможности АО «Админора» оказывать должнику услуги по программному обеспечению.

Суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

Доводы жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются необоснованными по изложенным мотивам. Доводы заявителя жалобы являются аналогичными доводам, указанным в суде первой инстанции, которым судом дана надлежащая правовая оценка. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела. 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с Общества подлежит взысканию в доход федерального бюджета  3000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы, поскольку определением от 15.03.2021 последнему предоставлялась отсрочка в ее уплате на основании статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 27.01.2021           по делу № А43-5930/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Энергопромресурс» ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Энергопромресурс» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго?Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго?Вятского округа.

 

Председательствующий судья

О.А. Волгина

 

Судьи

 

Е.Н. Беляков

 

Д.В. Сарри