ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

10.08.2022Дело № А40-217490/15

Резолютивная часть постановления оглашена 3 августа 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 августа 2022 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Тарасова Н.Н.,

судей Зеньковой Е.Л., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего Коммерческого банка «Инвестрастбанк» (акционерное общество) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО1 по доверенности от 07.12.2020;

от ФИО2 – явился лично, предъявил паспорт;

от ФИО2 - ФИО3 по доверенности от 01.11.2018;

от ФИО4 - ФИО5 по доверенности от 11.06.2020;

от ФИО6 – явилась лично, предъявила паспорт; а также ФИО3 по доверенности от 04.11.2021;

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы

конкурсного управляющего Коммерческого банка «Инвестрастбанк» (акционерное общество) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» и ФИО4

на определение Арбитражного суда города Москвы от 22.06.2022,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.05.2022

по заявлению о взыскании убытков

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) Коммерческого банка «Инвестрастбанк» (акционерное общество),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2016 Коммерческий банк «Инвестрастбанк» (акционерное общество) (далее – должник, банк) был признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО4, ФИО7, ФИО2, ФИО6 и ФИО8, которое определением Арбитражного суда города Москвы от 22.06.2021 было удовлетворено частично, с ФИО7 в банка были взысканы убытки в размере 2 777 564 989,95 руб., в удовлетворении остальной части заявленных требований было отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.05.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 22.06.2021 было отменено в части, с ФИО4 в пользу банка были взысканы убытки в размере 1 156 292 990 руб., суд постановил производить взыскание производить солидарно с ФИО7

Также суд взыскал солидарно с ФИО4 и ФИО8, в пользу банка убытки в размере 154 487 307,40 руб.

В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 22.06.2021 было оставлено без изменения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий должника и и ФИО4 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просят удовлетворить кассационные жалобы, обжалуемые  определение и постановление отменить.

Конкурсный управляющий должника просит отменить судебные акты в части отказа во взыскании убытков с ФИО2 и ФИО6, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в указанной части, а ФИО4, в свою очередь, просит суд отменить постановление суда апелляционной инстанции в части взыскания с него убытков и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В судебном заседании представители заявителей кассационных жалоб их доводы  поддержали, возражали против удовлетворения кассационных жалоб процессуальных оппонентов, а представители ФИО2 и ФИО6 просили суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений относительно них, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационных жалоб.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела, было установлено судом первой инстанции, ФИО4 являлся председателем правления банка в период с 28.09.2005 по 30.11.2015, ФИО7, в свою очередь,  заместителем председателя правления банка в период с 03.08.2015 по 30.11.2015, а с 17.08.2015 – председателем кредитного комитета банка и с 21.09.2015 временно исполнял обязанности председателя правления банка, ФИО2 являлась членом правления банка, ФИО6 являлась главным бухгалтером банка, ФИО8 являлся заместителем управляющего дополнительным офисом банка «Очаковский» в период с 19.04.2013 по 21.01.2016.

Обращаясь за судебной защитой с настоящим заявлением, конкурсный управляющий должника указывав, что все перечисленные физические лица, занимая руководящие посты в банке, совершали действия по выдаче заведомо невозвратных кредитов заемщикам, а также на ненадлежащую организацию ФИО4 системы управления и поддержание такой системы управления остальными ответчиками, а также не предотвращение ими причинение банку убытков.

Так, указывал конкурный управляющий, в период с 13.08.2015 по 01.10.2015 банком была предоставлена основная часть ссудных средств (84 %) и заключены кредитные договоры с 21 заемщиками - юридическими лицами и 124 договора с физическими лицами.

Погашение основного долга с даты выдачи кредита этими заемщиками не осуществлялось.

Кредиты были выданы организациям, которые имели признаки отсутствия ведения реальной хозяйственной деятельности и, в последующем, большинство из которых были исключены из Единого государственного реестра юридических лиц, как недействующие юридические лица.

У всех заемщиков отсутствуют денежные средства на расчетных счетах, а также какое-либо недвижимое или движимое имущество.

Помимо прочего, у большинства заемщиков наблюдается связанность между собой и руководством банка.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Истец, требующий возмещения убытков, должен доказать наличие противоправных действий (бездействия) лица, привлекаемого к ответственности, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между действием причинителя вреда и убытками, предъявленными к взысканию.

Пункт 3 статьи 53 ГК РФ (в редакции, действовавших в спорный период) налагает обязанность на лицо, которое в силу закона, учредительных документов юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В силу части 1 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закона об акционерных обществах) (в редакции, действовавшей в спорный период), члены совета директоров общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Согласно части 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах, члены совета директоров общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления) несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

В силу части 4 статьи 71 Закона об акционерных обществах, в случае, если в соответствии с положениями настоящей статьи ответственность несут несколько лиц, их ответственность перед обществом является солидарной.

Противоправное поведение контролирующих лиц заключается в нарушении ими предусмотренной статьями 53 ГК РФ и пунктом 1 статьи 71 Закона об акционерных обществах обязанности осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении банка добросовестно и разумно.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановления от 30.07.2013 № 62), добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее – Закона о банках), основной целью деятельности кредитной организации является получение прибыли.

Размещение денежных средств кредитной организацией (в том числе выдачах ссуд) осуществляется на основе принципов возвратности и платности.

Таким образом, заинтересованные лица обязаны обеспечивать исполнение банком положений, закрепленных в нормативных актах, принимать меры для достижения целей, для которых создан банк (получение прибыли), избегать причинения ущерба кредиторам банка.

В подпункте 5 пункта 2 постановления от 30.07.2013 № 62 разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Согласно пункту 3 постановления от 30.07.2013 № 62, неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В соответствии с разъяснениями высшей судебной инстанции, приведенными в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

В пункте 5 постановления от 30.07.2013 № 62 разъяснено, что, в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Стандарт доказывания по искам о взыскании убытков с лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, предполагает предоставление ясных и убедительных доказательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС 16-18600(5-8)).

Согласно статье 24 Закона о банках, кредитная организация обязана организовывать внутренний контроль, обеспечивающий надлежащий уровень надежности, соответствующей характеру и масштабам проводимых операций.

Из пункта 1.2.1 положения Банка России 16.12.2003 № 242-П «Об организации внутреннего контроля в кредитных организациях и банковских группах» (далее – положения № 242-П), усматривается, что внутренний контроль осуществляется в целях обеспечения эффективности и результативности финансово-хозяйственной деятельности при совершении банковских операций и других сделок, эффективности управления активами и пассивами, включая обеспечение сохранности активов, управления банковскими рисками, под которым понимается выявление, измерение и определение приемлемого уровня банковских рисков, присущих банковской деятельности типичных возможностей понесения кредитной организацией потерь и (или) ухудшения ликвидности вследствие наступления связанных с внутренними и (или) внешними факторами деятельности кредитной организации неблагоприятных событий.

Оценка кредитного риска по ссуде и портфелям однородных ссуд осуществляется на постоянной основе.

Оценка ссуды и определение размера расчетного резерва и резерва осуществляется кредитными организациями самостоятельно на основе профессионального суждения (пункты 2.1-2.2 положения № 242-П).

В силу пункта 3.1 положения № 242-П, система внутреннего контроля кредитной организации, в частности, должна включать такие направления как контроль со стороны органов управления за организацией деятельности кредитной организации и контроль за функционированием системы управления банковскими рисками и оценка банковских рисков.

Рекомендации по осуществлению контроля со стороны органов управления за организацией деятельности кредитной организации приведены в приложении 1 к положению № 242-П, согласно пункту 3 которых, органам управления кредитной организации рекомендуется: оценивать риски, влияющие на достижение поставленных целей, и принимать меры, обеспечивающие реагирование на меняющиеся обстоятельства и условия в целях обеспечения эффективности оценки банковских рисков; обеспечить участие во внутреннем контроле всех служащих кредитной организации в соответствии с их должностными обязанностями.

В соответствии с требованиями положения Банка России от 26.03.2004 № 254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности» (действовавшего в спорный период) (далее - положения № 254-П), кредитная организация обязана комплексно и объективно оценивать финансовое положение заемщика (контрагента), риски по выданным ссудам, заключенным сделкам и формировать резервы на возможные потери по ссудам и сделкам, влекущим риски возникновения финансовых потерь.

Руководство банка перед заключением сделок, влекущих возникновение у банка рисков финансовых потерь, обязано обеспечивать выполнение требований закона о банках и положения № 254-П, организовать работу банка в целях получения полных и достоверных сведений о заемщике банка, осуществления на их основе комплексного и объективного финансового анализа заемщика.

В этой связи, руководство банка не должно допускать совершение банком сделок, влекущих для банка возникновение финансовых потерь.

В частности, согласно пункту 3.1 положения № 254-П, банк должен проводить оценку риска по каждой выданной ссуде на основании комплексного и объективного анализа деятельности заемщика, с учетом его финансового положения, качества обслуживания заемщиком долга по ссуде, а также всей имеющейся в распоряжении кредитной организации информации о любых рисках заемщика, включая сведения о внешних обязательствах заемщика, о функционировании рынка (рынков), на котором (которых) работает заемщик.

В соответствии с пунктом 3.1.2 положения № 254-П, источниками получения информации о рисках заемщика являются правоустанавливающие документы заемщика, его бухгалтерская, налоговая, статистическая и иная отчетность, дополнительно предоставляемые заемщиком сведения, средства массовой информации и другие источники, определяемые кредитной организацией самостоятельно.

Кредитная организация должна обеспечить получение информации, необходимой и достаточной для формирования профессионального суждения о размере расчетного резерва.

В соответствии с пунктом 3.1.3 положения № 254-П, вся информация о заемщике или контрагенте, включая сведения о рисках заемщика (контрагента), фиксируется в его досье.

В силу пункта 3.1.5 положения № 254-П, кредитная организация в порядке, установленном уполномоченным органом кредитной организации, документально оформляет и включает в досье заемщика профессиональное суждение, составленное в соответствии с требованиями подпункта 3.1.1 положения № 254-П.

Профессиональное суждение формируется и документально оформляется на момент выдачи ссуды и в дальнейшем составляется по ссудам, предоставленным физическим лицам не реже одного раза в квартал по состоянию на отчетную дату.

При этом, пунктом 3.5 положения № 254-П установлено, что на всех этапах оценки финансового положения заемщика кредитная организация учитывает вероятность наличия неполной и (или) неактуальной и (или) недостоверной информации о заемщике (о его финансовом положении, состоянии его производственной и финансово-хозяйственной деятельности, цели, на которую ссуда предоставлена заемщику и использована им, о планируемых источниках исполнения заемщиком обязательств по ссуде) и об обеспечении по ссуде, а также вероятность наличия отчетности и (или) сведений, недостоверных и (или) отличных от отчетности, и (или) сведений, представленных заемщиком в органы государственной власти, Банку России и (или) опубликованных заемщиком и (или) находящихся в бюро кредитных историй.

В силу должностной инструкции и пунктов 15.4, 15.4.2 устава банка, председатель правления банка осуществляет руководство деятельностью банка, председательствование на заседаниях правления банка и руководство его работой; заключение договоров, совершение сделок, предусмотренных законодательством Российской Федерации, банковскими правилами, общепринятыми принципами и т.д.; осуществление общего руководства деятельностью представительств, филиалов и внутренних структурных подразделений, утверждение перечня предоставляемых ими услуг и пр.

На период временного отсутствия председателя правления банка его полномочия, предусмотренные возлагаются на заместителя председателя правления банка, в установленном законодательством порядке.

В соответствии с разделом 3 «Кредитной политики банка», утвержденной решением совета директоров банка 03.10.2013 и пункту 3.1 «Положения о кредитном комитете банка», утвержденного решением правления банка 03.08.2015, принятие решений о выдаче кредитов относится к компетенции кредитного комитета.

Вместе с тем, отказывая в удовлетворении требований к ФИО4, ФИО2, ФИО6 и ФИО8, суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что ФИО2, ФИО6 и ФИО8 входили в состав кредитного комитета и голосовали за одобрение выдачи кредитов в отношении вышеназванных заемщиков.

Также, суд первой инстанции указал на то, что в рассматриваемых действиях ответчиков отсутствуют доказательства противоправности, недобросовестности, а также доказательства причинно-следственной связи между действиями (бездействием) и наступившими неблагоприятными последствиями для банка.

Относимых и допустимых доказательств тому, что ФИО2, ФИО6, ФИО8 являлись членами кредитного комитета, материалы дела не содержат.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда об отсутствии оснований для привлечения к ответственности ФИО8 и ФИО4 в силу следующего.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что в части привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника судебные акты не обжалуются, как следствие, правовых оснований для их проверки в указанной части у суда округа не имеется.

Вместе с тем,  конкурсный управляющий должника указывал, что доверенность ФИО8, являвшемуся заместителем управляющего дополнительным офисом от 15.05.2008, на основании доверенности от 02.08.2012 № 462/Д, выданной на его имя ФИО4. с полномочиями заключать и расторгать от имени банка соглашения о кредитовании по программам банка, предусмотренным для офиса, подписывать со стороны банка анкеты, заявления, акты приема – передачи документов, иных ценностей, подписывать иные акты и документы, необходимые для заключения и исполнения указанных соглашений, по действующим в банке формам; совершать от имени банка действия при заключении договоров залога автотранспортных средств в рамках программ банка по кредитованию физических лиц «Автозалог» и «Автозалог-стоянка» (получать на руки ПТС и СТС, ключи, подписывать акты приема- передачи, производить осмотр тех. состояния передаваемого АТС, подписывать акты осмотра и оценки и пр.); подписывать документы по вопросам, связанным с деятельностью офиса, было выдано 124 ссуд в период с 27.08.2014 по 23.06.2015 по программе «Автозалог» в сумме 164 220 000 руб. физическим лицам (заемщикам), 121 из которых с отсутствующим обеспечением.

Указанные договоры по выдаче кредитов физическим лицам в дополнительном офисе банка «Очаковский» подписывались от имени банка именно ФИО8 в силу изложенного являвшимся лицом, принимающем решения о выдаче таких ссуд и подписывающим соответствующие кредитные договоры.

Из материалов дела усматривается, что документация банка отсутствует, согласно ответу Банка России от 29.04.2019 №14-5-12/4947 у него также отсутствуют положения о кредитном комитете банка и кредитной политики банка.

Однако, отметили суды, в данном случае, отсутствие у конкурсного управляющего положения о кредитном комитете, иных внутренних локальных документов банка само по себе не может являться основанием для отказа в удовлетворении требований, поскольку статус контролирующих лиц и обстоятельства совершения виновных действий (бездействий) устанавливаются по совокупности фактов и документов, представленных в материалы дела.

Так, из кредитных досье следует, что отсутствовали оригиналы ПТС по договорам относительно всех заемщиков, наличие предмета залога по базе ГИБДД не проверялось, отсутствовали в отношении заемщиков справки 2-НДФЛ и справки о доходах от работодателя.

Согласно анкетам – заявкам 124 клиентов, сведения о доходах в кредитных досье 115 заемщиков отсутствуют, в 9 - размер ежемесячного дохода за вычетом оценочных среднемесячных расходов являлся недостаточным для уплаты среднего ежемесячного платежа по кредитам.

Также, из кредитных досье следует, что отсутствуют копии трудовых книжек заемщиков, что исключает установление достоверности указанных в анкетах данных о трудовой занятости заемщиков.

Конкурсным управляющим должника в материалы дела представлены сведения о результатах проверки о правах собственности на автомобили, представленные в качестве залога, согласно которым под номерами данных паспортов технических средств зарегистрированы иные автомобили, а согласно онлайн-сервиса ГИБДД в отношении 121 автотранспортного средства с указанными в паспортах транспортных средств VIN-номерами, автомобили отсутствуют.

Также, отметили суды, материалами дела подтверждено, что ссудная задолженность всех заемщиков обеспечивалась поручительством общества с ограниченной ответственностью «НИЦ», которое, в свою очередь, по заключенным с банком договорам хранения должно было обеспечить хранение ключей и свидетельств о регистрации передаваемых в залог банку транспортных средств.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.03.2020 по делу №А40-237934/15 в отношении ООО «ПИЦ» введена процедура наблюдения, и определением от 09.08.2021 прекращено производство по делу в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов, расходов на оплату услуг лиц, привлекаемых арбитражным управляющим для обеспечения исполнения своей деятельности.

Данным определением установлено, что, согласно ответам регистрирующих органов, имущество, в том числе переданное должнику в аренду отсутствует, транспортных средств, принадлежащих должнику не зарегистрировано, информации о земельно-правовых документах не содержится, самоходной техники и прицепов к ней не зарегистрировано.

Согласно сведениям СПАРК-Интерфакс, исполнительные производства в отношении ООО «ПИЦ» окончены ввиду невозможности установить местонахождение должника, его имущества.

Всего в отношении ООО «ПИЦ» завершено без исполнения 96 исполнительных производств по кредитам на общую сумму 906 904 125 руб., текущих исполнительных производств – 109 на сумму 93 026 579 руб.

При этом, регистрирующим органом неоднократно принимались решения о предстоящем исключении указанного юридического лица из ЕГРЮЛ.

Судами также учтено, что по результатам управляющим проверочных мероприятий установлено, что по месту регистрации и по указанному в договорах хранения месту хранения данное общество не располагается, а сведения о нахождении ООО «ПИЦ» и находящихся у него на хранении ключей и документов на транспортные средства отсутствуют.

Как следует из кредитных досье, в них отсутствуют договоры по передаче транспортных средств заемщиков в залог банку, тогда как условия кредитования физических лиц по программе «Автозалог» предполагают предоставление физическим лицом в качестве обеспечения по кредиту приобретаемого транспортного средства.

Вместо необходимых договоров залогов, в кредитных досье имеются договоры поручения (с отлагательным условием) и соглашения с отлагательным условием об отступном, заключенные с ООО «ПИЦ» (поручитель по кредитному договору).

Материалами дела подтверждается, что направленные в адрес заемщиков уведомления о погашении просроченной задолженности возвратились без вручения, либо оставлены получателями без ответа.

При таких обстоятельствах, с выводом суда первой инстанции о «ординарности» сделок для банка, суд апелляционной инстанции обоснованно не согласился, приняв во внимание установленные выше нарушения при кредитовании физических лиц, а также учтя факты невозврата кредитов.

В данном случае, по мнению суда апелляционной инстанции, материалами дела подтверждено, что кредитование происходило без надлежащей проверки, с физическими лицами, не имеющими доход, с обеспечением под не принадлежащие им в реальности автомобили и без возврата ссудных средств в будущем.

При этом, как отмечено судом апелляционной инстанции, совладельцем и бывшим генеральным директором ООО «ПИЦ» являлся ФИО9, занимавший в период с 04.07.2012 по 14.11.2013 должность начальника отдела правового обеспечения специальных кредитных программ юридического департамента банка.

Кроме того, проанализировав открытые источники, суд апелляционной инстанции установил, что ам, по состоянию на 2012 год, ФИО9 являлся членом совета директоров организации РНКО «ИРЦ» АО наряду с ФИО10, ФИО10, ФИО8, а приблизительно в тот же период (с 25.06.2012 по 31.10.2013) ФИО10 являлся вице-президентом банка, ФИО10 (с 25.06.2012 по 29.05.2015) занимала руководящие должности в дирекции специальных кредитных программ банка, ФИО8, в свою очередь, (с 02.08.2012 по 21.01.2016) являлся заместителем управляющего дополнительного офиса банка «Очаковский».

При этом, банк являлся одним из совладельцев РНКО «ИРЦ» АО с момента регистрации последнего 19.01.2010.

Таким образом, указал суд апелляционной инстанции, ФИО8, при подписании спорных кредитных договоров должен был осознавать характер предоставляемого по кредитам обеспечения в виде поручительства ООО «ПИЦ».

При таких обстоятельствах, действия ФИО8 по подписанию кредитных договоров нельзя признать добросовестными.

Принимая во внимание наличие в спорный период времени у ФИО4 статуса председателя правления банка, последний обязан был надлежащим образом организовать систему управления банком, и исключить подобные негативные для банка последствия как предоставление технических ссуд физическим лицам.

Доказательств того, что данным ответчиком принимались в достаточном объеме мероприятия по контролю деятельности дополнительного офиса и его должного лица ФИО8, материалы спора не содержат.

Таким образом, как указал суд апелляционной инстанции, судебный акт суда первой инстанции подлежит отмене в указанной части, с принятием решения о взыскании солидарно с ФИО4 и ФИО8 убытков в размере 154 487 307,40 руб.

С выводами суда первой инстанции об отказе в удовлетворении требования к ФИО4 суд апелляционной инстанции не согласился в силу следующего.

Материалами дела также подтверждено, что в преддверии отзыва лицензии (02.10.2015) банку были переданы от АКБ «Балтика» (ПАО) обыкновенные акции ОАО «Энергия СХ» в общем количестве 450 003 шт. в обмен на закладные, удостоверяющие права залогодержателя по ипотеке в силу закона и по обеспеченному данной ипотекой обязательству, и права требования по 1 692 кредитным договорам физических лиц - заемщиков банка общей стоимостью 450 498 000 руб. в рамках договоров мены № 3, № 4, № 5 от 30.09.2015, которые определением Арбитражного суда города Москвы от 17.11.2020 по настоящему делу были признаны недействительными, и применены последствия недействительности в виде восстановления права требования банка к заемщикам.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2021 определение от 17.11.2020 было отменено в части применения последствий недействительности сделок, с ПАО АКБ «Балтика» в пользу банка была взыскана действительная стоимость отчужденного кредитного портфеля в размере 450 497 764,67 руб.

Доказательств исполнения постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2021 материалы дела не содержат.

В связи с тем, что 24.02.2016 ПАО АКБ «Балтика» признано банкротом, 23.11.2021 требования банка были включены за реестр требований кредиторов.

В силу статьи 53 ГК РФ и статьи 71 Закона об акционерных обществах, председатель правления банка должен совершать требующиеся от него добросовестные и разумные действия, проявлять должную осмотрительность по предотвращению выбытия из собственности банка ликвидных активов.

В пункте 5 постановления от 30.07.2013 № 62 разъяснено, что в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, работников юридического липа, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Таким образом, ФИО4, являясь председателем правления банка, обязан был поддерживать систему управления в степени, исключающей причинение банку убытков.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении иска, неверно исходил из того, что на единоличный исполнительный орган не может быть возложена ответственность за принесшие убыток банку действиями работников.

Между тем, материалами дела подтверждено, что в период с 28.09.2005 по 30.11.2015 ФИО4 являлся единоличным исполнительным органом банка и осуществлял руководство текущей деятельностью (пункт 15.4 устава банка, пункт 2.1 должностной инструкции председателя правления, статья 11.1 Закона о банках).

Так, к компетенции ответчика, как председателя правления банка относилось, в том числе: руководство деятельностью банка, председательствование на заседаниях правления банка и руководство его работой; решение всех вопросов, связанных с текущей хозяйственной деятельностью банка; распоряжение имуществом банка; заключение договоров, в том числе трудовых, совершение сделок, предусмотренных законодательством Российской Федерации, банковскими правилами, общепринятыми принципами.

Международным правом, международными договорами Российской Федерации, законодательством других государств; осуществление общего руководства деятельностью представительств, филиалов и внутренних структурных подразделений банка, определение стратегии их развития, утверждение перечня предоставляемых ими услуг; утверждение положений о структурных подразделениях банка; документов, регламентирующие деятельность банка, в том числе правила, порядки, регламенты, инструкции, в том числе по вопросам, связанным с формированием банком резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности, методике оценки финансового положения заемщиков банка, в том числе должностные, типовые формы документов, применяемых в банке, а также иные локальные нормативные акты; утверждение положений о службе внутреннего контроля банка, планы деятельности службы внутреннего контроля банка, а также назначение и освобождение руководителя службы внутреннего контроля банка; издание приказов и распоряжений по текущим вопросам деятельности банка; распределение обязанностей между своими заместителями; выдача от имени банка доверенностей; организация работы банка по вопросам противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем и финансированию терроризма; формирование системы контроля за устранением выявленных нарушений и недостатков внутреннего контроля и мер, принятых для их устранения.

В период с 28.09.2005 по 30.11.2015 ФИО4 при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен был действовать добросовестно и разумно в интересах представляемого им юридического лица.

В соответствии положением № 254-П, кредитная организация обязана комплексно и объективно оценивать финансовое положение заемщика (контрагента), риски по выданным ссудам, заключенным сделкам и формировать резервы на возможные потери по ссудам и сделкам, влекущим риски возникновения финансовых потерь.

Руководство банка перед заключением сделок, влекущих возникновение у банка рисков финансовых потерь, обязано обеспечивать выполнение требований закона о банках и положения № 254-П. организовать работу банка в целях получения полных и достоверных сведений о заемщике банка, осуществления на их основе комплексного и объективного финансового анализа заемщика.

Пунктом 3.5 положения № 254-п установлено, что на всех этапах оценки финансового положения заемщика кредитная организация учитывает вероятность наличия неполной и (или) неактуальной и (или) недостоверной информации о заемщике (о его финансовом положении, состоянии его производственной и финансово-хозяйственной деятельности, цели, на которую ссуда предоставлена заемщику и использована им, о планируемых источниках исполнения заемщиком обязательств по ссуде) и об обеспечении по ссуде, а также вероятность наличия отчетности и (или) сведений, недостоверных и (или) отличных от отчетности, и (или) сведений, представленных заемщиком в органы государственной власти, Банку России и (или) опубликованных заемщиком и (или) находящихся в бюро кредитных историй.

Согласно пункту 2.1 положения Банка России от 19.08.2004 № 262-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов и выгодоприобретателей в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее - положения № 262-П), банк обязан должным образом осуществлять идентификация заемщиков перед предоставлением им ссудных средств.

В целях обеспечения финансовой надежности кредитная организация обязана создать системы управления рисками и капиталом, соответствующие характеру и масштабу осуществляемых операций, уровню и сочетанию принимаемых рисков, с учетом установленных Банком России требований; осуществлять классификацию активов; создавать резервы, в том числе под обесценение ценных бумаг; соблюдать обязательные нормативы.

Нормативно совершение указанных действий, свидетельствующих о разумности и добросовестности руководителя кредитной организации, закреплено в положении Банка России от 20.03.2006 № 283-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери» (далее - положение № 283-П), в соответствии с пунктом 2.8.5 которого, при вынесении профессионального суждения об уровне риска в отношении эмитента ценных бумаг учитываются факторы (обстоятельства), предусмотренные пунктом 2.1 указанного положения, а именно: финансовое положение эмитента ценных бумаг; степень исполнения эмитентом обязательств по выпущенным ценным бумагам; степень вероятности банкротства или реорганизации эмитента ценных бумаг; состояние биржевых и внебиржевых котировок (падение котировок, отсутствие котировок по ранее котировавшимся ценным бумагам): результат ретроспективного анализа сроков погашения эмитентом задолженности по ранее выпущенным обязательствам, дающий основания полагать, что всю сумму основного долга (номинальную стоимость ценной бумаги для долговых обязательств) взыскать не удается; изменение уровня доходности ценных бумаг; иные факторы (обстоятельства).

Материалами дела также подтверждается, что председатель правления банка ФИО4 выдал доверенности от 05.08.2015 № 165/Д и от 26.08.2015 № 180/Д заместителю председателя правления банка ФИО7, который, пользуясь предоставленными полномочиями, заключил сделки по выдаче заведомо невозвратных кредитов юридическим лицам, а также совершил договоры мены № 3, № 4, № 5 от 30.09.2015 по реализации ликвидных активов (прав требований к физическим лицам, в том числе обеспеченных ипотекой) в обмен на неликвидные ценные бумаги ОАО «Энергия СХ».

Доказательств того, что этот ответчик осуществлял надлежащий контроль за тем, каким образом его доверитель пользуется предоставленными ему правами по доверенности, а равно контроля за системой, обеспечивающей поддержание капитала содержащих нормативы банка и защиту интересов вкладчиков и иных кредиторов банка, в материалы дела не представлено, а имеющиеся к таковым не могут быть отнесены.

В данном случае, действуя добросовестно и разумно, при заключении договоров на приобретение банком акций и заключения мены с АКБ «Балтика» (ПАО), отвечая за положительную динамику деятельности банка, именно председатель правления банка обязан был организовать проведение надлежащей оценки приобретаемых акций и риска их обесценивания, и не допустить совершение сделок в отношении юридических и физических лиц, не имеющих возможности исполнить принимаемые на себя обязательства, а также в отношении акций эмитента, не ведущего реальную деятельность.

Так, указанные конкурсным управляющим заемщики банка на момент предоставления им ссуд не вели реальной финансово-хозяйственной деятельности, не имели имущества и доходов, позволявших им исполнить обязательства по кредитам.

Оценка финансового положения заемщиков носила формальный характер, что противоречит локальным документам банка.

Суд первой инстанции установил факт причинения ущерба интересам банка и его кредиторов в результате заключения сделок мены ликвидных прав требования с АКБ «Балтика» (ПАО) на обыкновенные акции ОАО «Энергия СХ».

Так, замещение ликвидных облигаций федерального займа и прав требования на неликвидные акции произведено в нарушение действующих норм, без учета финансового положения эмитента ОАО «Энергия СХ», не раскрывающего официальную информацию и реальной оценки их текущей рыночной стоимости, ликвидности и рисков их обесценивания, что прямо противоречило интересам банка.

В спорный период причинения банку убытков, именно ФИО4 был обязан организовать и контролировать эффективную и реально работающую систему проверки квалифицированными сотрудниками банка его контрагентов, предшествующую выдаче кредитов и приобретению ценных бумаг.

При этом, в связи с ненадлежащим контролем, ФИО4 допустил заключение сделок по приобретению неликвидных ценных бумаг и по предоставлению кредитов юридическим и физическим лицам, фактически неспособным исполнить обязательства, не имея о них минимально необходимой и достоверной информации.

Вывод суда первой инстанции о том, что в компетенцию правления банка не входило принятие решений о заключении кредитных договоров противоречит компетенции председателя правления коллегиального исполнительного органа акционерного общества, установленного в статьях 69 и 70 Закона об акционерных обществах, как лица осуществляющего руководство текущей деятельностью банка.

Кроме того, ФИО4 на основании протоколов заседания правления банка от 13.08.2015 № 120, от 31.08.2015 № 126, от 08.09.2015 № 131/1 и от 09.09.2015 № 134 одобрил последующую выдачу кредитов юридическим лицам ООО «Элида», ООО «Квест», ООО «Рибейт» и ООО «Нерей», признав их деятельность реальной.

Материалами дела подтверждается, что ООО «Элида» исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности 17.12.2020.

ООО «Нерей» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо 18.02.2019.

В отношении ООО «Рибейт» 28.04.2021 регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности), адрес признан недостоверным (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, ГРН 2177748717530 от 25.08.2017), по состоянию на 18.11.2021 общество не представляет налоговую отчетность более года, имеются решения ФНС о приостановлении операций по счетам.

В отношении ООО «Квест» 24.02.2021 регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (сведения о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности), адрес признан недостоверным, ГРН 2177748717530 от 25.08.2017), по состоянию на 18.11.2021 юридическое лицо не представляет налоговую отчетность более года, и имеются решения ФНС о приостановлении операций по счетам.

При таких обстоятельствах, действия председателя правления банка ФИО4 по ненадлежащей организации работы банка, предоставлению заведомо невозвратных кредитов без должного обеспечения, по приобретению неликвидных активов свидетельствуют о недобросовестности и неразумности его поведения, повлекшего неблагоприятные последствия для кредитного учреждения, в связи с чем, он подлежит привлечению к гражданско-правовой ответственности.

Судом первой инстанции указано на то, что в протоколах заседаний правления банка содержится оценка реальности деятельности потенциальных заемщиков, на основании проведенной соответствующими подразделениями банка проверки.

Однако, решения об одобрении выдачи кредитов к компетенции правления банка не относится.

Протоколы заседаний правления банка содержат подпись только секретаря заседания - ФИО11, и факсимильные подписи председателя правления.

Доказательства уведомления членов правления в установленном порядке не представлены. ФИО4 не принимал участие в голосовании по вопросам повестки дня в качестве члена кредитного комитета и/или голосовал за одобрение спорных кредитов.

Установив вышеуказанные обстоятельства, суд первой инстанции указал на критическую оценку протоколов правления банка.

Однако, обстоятельство факсимильной подписи председателя правления банка не может быть отнесено к числу оснований для освобождения от ответственности последнего, предоставившего такую подпись и не обеспечившего ее должное хранение.

В рассматриваемом случае, имеет место делегирование иному лицу полномочий на подписание документации, в том числе протоколов заседаний правления банка, либо не обеспечение должного хранения факсимиле.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о ненадлежащей организации системы управления банком, при которой неизвестное лицо подписало протоколы заседаний правления банка, аналогом собственноручной подписи ответчика без какого-либо контроля со стороны последнего.

Тогда как, ответчик, действуя добросовестно и разумно при организации работы банка, должен был обеспечить такое хранение аналога собственноручной подписи, которое было исключало к ней доступ третьих лиц.

Отклоняя довод конкурсного управляющего о поддержании ФИО4 системы управления, при которой банку были причинены убытки, суд первой инстанции исходил из того, что действия по приобретению акций ОАО «Энергия СХ» были совершены ФИО7 непосредственно накануне отзыва лицензии (06.10.2015) и в период нетрудоспособности ФИО4

При этом, решение о выдвижении ФИО7 на должность заместителя председателя правления банка принято советом директоров, что подтверждается протокол от 03.08.2015 № 03-08-15, а соответствие кандидатуры ФИО7 должности заместителя председателя правления подтверждено заключением Главного управления Банка России по Центральному федеральному округу от 24.08.2015.

ФИО7 25.08.2015 был ознакомлен с должностной инструкцией заместителя председателя правления (курирующего деятельность департамента активно-пассивных операций и департамента развития бизнеса), и, согласно личному делу, имел необходимое образование и опыт работы для замещения названной должности.

Суд первой инстанции, делая вывод о том, что факт выдачи доверенности не подтверждает наличие вины ФИО4, исходил из того, что выданные ФИО7 доверенности от 26.08.2015 соответствовали его функциям, правам и должностным обязанностям заместителя председателя правления (курирующего деятельность департамента активно-пассивных операций и департамента развития бизнеса), предусмотренным должностной инструкцией, и в силу должностной инструкции заместитель управляющего дополнительным офисом действует на основании доверенности, выданной банком.

Однако, наличие или отсутствие подписи ФИО4 в протоколах заседаний кредитного комитета банка, кредитных договорах, протоколах заседаний правления банка не влияет на факт неисполнения председателем правления банка возложенной на него действующим законодательством Российской Федерации обязанности организовать надлежащую систему управления кредитной организацией.

Таким образом, ФИО4 должен отвечать за причиненные банку убытков, в результате одобрения подобных сделок, и в силу занимаемой последним должности, поскольку ответственность за причиненный ущерб подлежит возложению на него независимо от наличия или отсутствия письменного акцепта на предоставление ссуды банком технической компании, на приобретение неликвидных акций.

Доводы ФИО4 со ссылкой на уголовное дело в отношении ФИО7 в связи с неправомерными действиями в спорном периоде, не могут быть отнесены к числу оснований для освобождения ответчика от ответственности, поскольку недостаточная реализации своих прав по управлению делами банка само по себе не может служить основанием, исключающим привлечение его к гражданско-правовой ответственности.

Кроме того, отсутствуют в материалах дела доказательств отзыва впоследствии доверенностей, выданных ФИО7 и ФИО8

В связи с тем, что решением Арбитражного суда города Москвы от 17.11.2020 по делу № А40-28524/18 установлено, что неправомерным отчуждением ОФЗ 26206RMFS в размере 160 000 шт., и ОФЗ 24018RMFS в размере 90 890 шт., банку брокером ООО «ФК «Вестерн Гейт» был причинен ущерб в общем размере 249 998 378,40 руб., и взысканы судом с ООО «ФК «ВЕСТЕРН ГЕЙТ» в пользу банка убытки 249 998 378,40 руб., 188 000 руб. государственной пошлины, 141 200 руб. судебные расходы, связанные с проведением экспертизы, суд первой инстанции пришел к выводу об исключении возможности возложения ответственности  размере 249 998 378,40 руб. на ответчиков в рамках настоящего дела.

Материалами дела подтверждено, что брокер ООО «ФК «Вестерн Гейт» реализовал принадлежащие банку ликвидные облигации Министерства финансов Российской Федерации и приобрел 246 000 акций ОАО «Энергия СХ» стоимостью 249 936 000 руб.

Реализация ликвидных облигаций и приобретение акций ОАО «Энергия СХ» подтверждается выпиской по счету депо банка в депозитарии ОАО «Рай, Ман энд Гор» за период 01.10.2015 -14.10.2015.

Сделки не были отражены и не учитывались в автоматизированной банковской системе.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 17.11.2020 по делу № А40-28524/18 взыскано с ООО «ФК «Вестерн Гейт» в пользу банка 249 998 378,40 руб. убытков, 188 000 руб., 141 200 руб. судебных расходов, связанных с проведением экспертизы.

Доказательств того, что денежные средства во исполнение указанного решения суда поступили в конкурсную массу банка от ООО «ФК «Вестерн Гейт», отсутствуют.

При этом, у ООО «ФК «Вестерн Гейт» 31.03.2016 Банк России аннулировал лицензии профессионального участника рынка ценных бумаг на осуществление брокерской, дилерской деятельности и деятельности по управлению ценными бумагами ввиду отсутствия последнего по адресу, указанному в ЕГРЮЛ; неоднократных нарушений в течение одного года требований законодательства Российской Федерации о ценных бумагах.

ООО «ФК «Вестерн Гейт» исключено из ЕГРЮЛ 30.09.2021 в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем о недостоверности.

В пункте 8 постановления от 30.07.2013 № 62 разъяснено, что удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

Однако, в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Отсутствие завершенного исполнительного производства не является основанием для отказа в удовлетворении заявления Конкурсного управляющего о взыскании убытков.

С учетом пункта 5 постановления от 30.07.2013 № 62, при оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что отсутствие подписей ответчика в сделках по кредитованию и приобретению ценных бумаг, делегирование значительного объема своих полномочий своих подчиненным, не могут свидетельствовать о должном управлении ответчиком делами банка.

При таких обстоятельствах, материалами дела подтверждено, что ФИО4, являясь контролирующим банк лицом, не совершил требующиеся от него добросовестные и разумные действия по предотвращению выбытия из собственности банка ликвидных активов.

Доказательств проявления заботливости и осмотрительности, принятия всех необходимые мер для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа, материалы не содержат и ответчиком таких не представлено.

В силу изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что с ФИО4 подлежат взысканию денежные средства в сумме 1 156 292 990 руб. солидарно с ФИО7

Признавая необоснованными требования к ФИО2 и ФИО6, суд первой инстанции исходил из того, что указанные лица не являются контролирующими Банк лицами, и отсутствуют доказательств неисполнения и (или) ненадлежащего исполнения ответчиками, являющимися рядовыми сотрудниками банка, возложенных на них обязанностей.

Отклоняя доводы управляющего, суд первой инстанции указал на то, что в протоколе заседания правления от 14.09.2015 № 135 указано на участие ФИО6 в его заседании, тогда как в материалах дела имеется приказ о предоставлении отпуска в период с 14.09.2018 по 27.09.2018.

Материалами дела подтверждается ФИО2 занимала должность: с 23.11.2009 - советник председателя правления; с 18.12.2009 - заместитель председателя правления; с 01.09.2012 - заместитель председателя правления; с 01.09.2015 - заместитель председателя правления.

В соответствии с приказами от 17.04.2014 № 63-С и от 31.10.2014 № 68/1-С установлено ФИО2 совмещение должностей.

Так, в связи с производственной необходимостью заместителю председателя правления банка было поручено исполнять обязанности по должности управляющего Санкт-Петербургским филиалом банка в порядке совмещения должностей, на срок с 21.04.2014 по 31.10.2014 и с 01.11.2014 по 31.10.2015 соответственно.

Согласно приказу от 01.09.2015 № 81-С было отменено заместителю председателя правления банка исполнение обязанностей по должности управляющего Санкт-Петербургским филиалом банка с 01.09.2015 в связи с назначением на указанную должность ФИО12

Также в личном деле имеются приказы по банку за период с 29.04.2010 по 21.04.2015 о возложении на ФИО2 обязанностей председателя правления банка на время ежегодно отпуска последнего.

Принимая во внимание установленные обстоятельства, суд апелляционной инстанции признал ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что ФИО2 не является контролирующим банк лицом.

Однако, указанное не может быть отнесено к числу оснований для отмены правильного по существу судебного акта в отношении ФИО2

Так, конкурсный управляющий, в обоснование требования указывал на то, что ФИО2, как лицо, обладающее необходимыми знаниями и полномочиями, не могла не знать о порядке согласования и одобрения сделок.

Из материалов дела усматривается, что ФИО2 занимала в банке должность начальника департамента расчетно-кассового обслуживания и должность заместителя председателя правления, и согласно должностной инструкции и дополнительного соглашения к трудовому договору курировала вопросы расчетно-кассового обслуживания юридических и физических лиц.

В соответствии с уведомлением о согласовании кандидатуры Банка России от 16.12.2009а № 11-28-4-04/100442, ФИО2 согласована на должность заместителя председателя правления по направлению-курирование расчетно-кассового обслуживания.

Таким образом, в функции ФИО2 входило расчетно-кассовое обслуживание (открытие счетов физических и юридических лиц, депозитов, кассовые операции, обслуживание пластиковых карт и т.д.).

Материалами дела подтверждено, что ФИО6 занимала в банке должность главного бухгалтера, в обязанности которой входила организация бухгалтерского учета (должностная инструкция, дополнительное соглашение к трудовому договору).

Согласно уведомлению о согласовании кандидатуры Банка России от 13.10.2009 № 03-28-4-04/81769, ФИО6 согласована на должность главного бухгалтера по направлению – организация бухгалтерского учета.

Доказательств того, что ФИО2 и ФИО6 принимали решения (одобрение) по вопросам заключения сделок и кредитования, руководили процессом заключения вменяемых конкурсным управляющим сделок, материалы дела не содержат.

Особенности деятельности банков предопределяют то, что при рассмотрении вопросов заключения сделок, включая кредитование, необходимо исследовать вопрос соблюдения корпоративных норм и правил, действующих в банке и нормативных актов.

Процедура одобрения и рассмотрения кредитных сделок регламентирована в кредитной политике банка и положении о кредитном комитете, которые судом первой инстанции исследованы и верно применены.

В функции правления входило признание хозяйственной деятельности контрагента реальной на основании докладов начальника кредитующего подразделения банка и его профессиональных суждений, решений кредитного комитета (в состав которого входили все руководители подразделений банка и другие специалисты), с учетом заключений службы безопасности банка.

При этом, как установлено судом первой инстанции, протоколы заседания правления банка за период с 01.01.2015 по 06.10.2015 (до момента отзыва лицензии) подписи членов правления ФИО2 и ФИО6 не содержат.

В соответствии с положениями и инструкциями Банка России, а также локальными нормативными актами банка, одобрение выдачи кредитов относилось к компетенции кредитного комитета, председателем которого являлся ФИО7, а членами - все руководители структурных подразделений банка.

Однако, членами Кредитного комитета ФИО2 и ФИО6 не являлись.

Отсутствуют в материалах дела и доказательства того, что со стороны ФИО6 допущены какие-либо искажения данных бухгалтерского учета и документов, отражающих экономическую деятельность кредитной организации.

Таким образом, конкурсным управляющим не доказано совершение данными ответчиками, занимавшими должности члена правления банка, главного бухгалтера кредитной организации конкретных противоправных действий, которые находились бы в причинно-следственной связи с несостоятельностью кредитной организации.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационные жалобы не содержат указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационных жалобах доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим заявителями кассационных жалоб положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 22.06.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.05.2022 по делу № А40-217490/15 в обжалуемой части – оставить без изменения, кассационные жалобы – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:Е.Л. Зенькова

В.З. Уддина