ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-38437/17

14 марта 2019 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена  13 марта 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  14 марта 2019 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Гараевой Н.Я., Катькиной Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ООО «Форвард»: представитель не явился, извещен,

от временного управляющего ООО «Форвард» ФИО2: представитель не явился, извещен,

от ООО «Мособлстрой-17»: представитель не явился, извещен,

от ПАО «Сбербанк России»: ФИО3, по доверенности от 27.07.17,

от временного управляющего должника: ФИО4, по доверенности от 25.02.19,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ООО «Форвард» и временного управляющего ООО «Форвард» Ермаковой О.А. на определение Арбитражного суда Московской области от 11 декабря 2018 года по делу                    №А41-38437/17, принятое судьей Радиным С.В., 

по заявлению ООО «Форвард» о включении требования в размере 24 561 942,94 рублей в реестр требований кредиторов должника,

в рамках дела о признании ООО «Мособлстрой-17» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 18 сентября 2017 года в отношении ООО «Мособлстрой-17» была введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО5 

В рамках дела о признании ООО «Мособлстрой-17» несостоятельным (банкротом) ООО «Форвард» обратилось в Арбитражный суд Московской области  с заявлением о включении требования в размере 24 561 942,94 рублей в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 11 декабря 2018 года в удовлетворении заявленных требований отказано (т.2, л.д. 156-158).

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ООО «Форвард» и временный управляющий ООО «Форвард» обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, указывая на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

В судебном заседании представители ПАО «Сбербанк России» и временного управляющего должника возражали против удовлетворения апелляционных жалоб, просили определение суда оставить без изменения. 

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии со статьями 121-123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей должника, ООО «Форвард» и временного управляющего ООО «Форвард», извещенных надлежащим образом о дате и времени судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции судебного акта проверены арбитражным апелляционным судом в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве, регулирующими порядок установления требований кредиторов кредиторы направляют свои требования к должнику в арбитражный суд с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

Исходя из норм статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве, пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

В обоснование заявленных требований, ООО «Форвард» сослалось на наличие задолженности у должника по договору займа №20/02/13М от 20 февраля 2013 года. Согласно условиям договора займодавец обязался предоставить заемщику заем в размере 60 000 000 рублей, сроком до 31.12.2015 года (п. 1.1., п. 1.3., п. 2.1. договора займа). 

В обоснование заявленных требований, кредитор ссылается на то, что принятые на себя обязательства по договору займа должник не исполнил. 

Как следует из материалов дела, между ООО «Форвард» (займодавец), в лице генерального директора ФИО6 и ООО «Мособлстрой 17» (заемщик), в лице генерального директора ФИО7 20.02.2013 года заключен договор займа № 20/02/13М для пополнения оборотных средств, по условиям которого заимодавец обязался предоставить заемщику заем в размере 60 000 000 руб., сроком до 31.12.2015 года (п. 1.1., п. 1.3., п. 2.1. Договора займа). 

За пользование займом заемщик обязался уплатить займодавцу проценты из расчета 8% (с 01.04.2013г. - 0,5%) годовых со дня получения займа по день окончательного возврата. 

Проценты начисляются ежемесячно на остаток суммы займа, подлежащий возврату за фактическое количество дней пользования (п.3.1, п.3.1.1 Договора займа). 

Перечисление заимодавцем денежных средств в счет предоставления займа подтверждается платежными поручениями.

Определением арбитражного суда от 11.11.2016 по делу № А56-72317/2016 в отношении ООО «Форвард» возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Кредитор, ссылаясь на неисполнение должником своих обязательств, обратился в суд с настоящим заявлением. 

В силу пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Порядок рассмотрения требований кредиторов в процедуре наблюдения определен статьей 71 Закона о банкротстве, согласно которой для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов. 

Требования кредиторов, по которым поступили возражения, рассматриваются в заседании арбитражного суда. По результатам рассмотрения выносится определение о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении требований в реестр требований кредиторов указываются размер и очередность удовлетворения таких требований (пункт 4 статьи 71 указанного Закона).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В силу ч. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

Согласно п. 1 ст. 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. 

Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа (п. 1 ст. 810 ГК РФ). 

Судом установлено, что согласно платежным документам, перечисление денежных средств от ООО «Форвард», аффилированным должнику и кредитору АО «Группа Прайм», ООО «Прайм Констракшн» за ООО «Форвард» должнику носили систематический характер и вне договора займа (перечисления согласно акта сверки продолжались за сроком договора займа, в период 2015 г., 2016 г. , 2017 г.) представляли собой разовые перечисления подконтрольному юридическому лиц - разовый платеж был в размере – 5 500 000 рублей, в большинстве случаев, платежи перечислялись по два – три платежа в месяц, в размере от минимального – 5 605,75 рублей до 1 000 000, 1 500 000, 3 000 000 рублей.), для дальнейшего направления денежных средств другим юридическим лицам, входящим в группу компаний. 

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ участником должника, владеющим долей в размере 78,25% уставного капитала являлось ООО «Северо-Западная управляющая компания». 

Единственным участником ООО «Северо-Западная управляющая компания» с 18.07.2011 г. является ФИО6 

Единственным участником кредитора ООО «Форвард» является ФИО6 с 22.03.2012 года. 

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об аффилированности сторон рассматриваемых отношений, согласно абзацу 2 пункту 1 статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником, лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой, выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16- 17647 (7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6))

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Если кредитор не подтверждает целесообразность заключения сделки, его действия могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредитором, что недопустимо в силу статьи 10 ГК РФ.

Кредитором и должником не предоставлены доказательства в обоснование гражданско-правовой природы обязательства заявленного договора займа, разумное экономическое обоснование выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица.

Кроме того, согласно позиции Верховного суда РФ изложенной в Определении от 26.05.2017 N 306-ЭС 16-20056(6) при представлении доказательств аффилированное должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Мотивы заключения договора займа с аффилированным лицом не раскрыты представленными в материалы дела письменными доказательствами.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС 16-20056(6), если "дружественный" кредитор не подтверждает целесообразность заключения сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Гражданское законодательство основывается на презумпции разумности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данная презумпция является опровержимой.

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данных требований арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований аффилированных лиц следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

Целью такой проверки является недопущение включения в реестр требований кредиторов должника необоснованных требований, созданных формально с целью искусственного формирования задолженности и контроля над процедурой банкротства, либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Предоставление должнику денежных средств в форме займа займодавцем при фактическом контролировании деятельности этих обществ одним лицом свидетельствует о том, что данная конструкция используется, в том числе в целях наращивания формальной подконтрольной кредиторской задолженности с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

При наличии обоснованных возражений, в том числе об отсутствии реальной задолженности, на такого кредитора возлагается бремя опровержения этих утверждений и он обязан раскрыть экономические цели финансирования должника путем предоставления займов, а также представить надлежащие доказательства существования задолженности.

Экономические цели финансирования должника путем предоставления займов Кредитором не раскрыты.

Следовательно, в действиях кредитора ООО «Форвард» усматривается злоупотребление правом при заключении договора займа с должником.

В нарушение статьи 65 АПК РФ заявителем в материалы дела не представлены доказательства разумного экономического интереса при заключении спорного договора займа.

Кроме того, как  следует из материалов дела, согласно бухгалтерскому балансу ООО «Мособлстрой-17» на 31 марта 2015 года балансовая стоимость его активов составляла 215 344 тыс. руб., на 31 марта 2016 года – 302 417 тыс. руб.

Учитывая изложенное, заключение договора займа повлекло для должника исключительно принятие дополнительной финансовой нагрузки по заведомо неисполнимым обязательствам, что не может свидетельствовать о разумном и добросовестном поведении сторон при заключении сделки займа.

В этой связи подобные факты могут свидетельствовать о подаче кредитором заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 ГК РФ).

Доводы апелляционной жалобы о том, что кредитором доказан факт перечисления денежных средств, что говорит о реальности договора займа, поскольку денежные средства по договору займа были фактически перечислены должнику, а должник частично возвратил сумму займа, отклоняются апелляционной коллегией, поскольку не опровергают вывода суда первой инстанции о мнимости договора займа, поскольку в абзаце 2 пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Доводы апелляционной жалобы о том, что аффилированность должника и кредитора имелась на момент заключения договора, однако после 2014 года указанные лица не были аффилированными, так как единственным участником и генеральным директором должника был ФИО8, что свидетельствует об обоснованности заявленных требований, также подлежат отклонению.

Как следует из материалов дела, в ООО «Форвард» ФИО9 - является учредителем общества, ФИО9 является учредителем ООО «Партнер», генеральным директором которого является ФИО10, ФИО11 является генеральным директором и учредителем ООО «Мособлстрой-17»

Таким образом, ссылка подателя жалобы на тот факт, что после 2014 года единственным участником и генеральным директором должника был ФИО8. не опровергает факт аффилированности должника и кредитора.

Довод заявителя жалобы о том, что договор займа заключен почти за 5 лет до введения процедуры банкротства, и что процедура банкротства была введена по заявлению ПАО Сбербанк и основании неисполнения мирового соглашения не имеет правового значения для квалификации заключенного договора как мнимой сделки, а также как требования корпоративного характера.

Указанный довод апелляционной жалобы не опровергает выводы суда о мнимости договора займа, как заключенного между аффилированными лицами при отсутствии доказательств разумных экономических мотивов заключения указанного рода сделки между данными лицами.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, Договор займа имеет признаки сделки, прикрывающей собой корпоративные отношения.

Согласно позиции Верховного суда РФ, изложенной в Определении от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, при рассмотрении требований о включении неминоритарных акционеров (участников) применяется более строгий стандарт доказывания, такие акционеры должны не только представить ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности, но и опровергнуть наличие у такой задолженности корпоративной природы, в частности, подтвердить, что при возникновении долга они не пользовались преимуществами своего корпоративного положения (например, в виде наличия недоступной иным лицам информации о финансовом состоянии должника, возможности осуществлять финансирование в условиях кризиса в обход корпоративных процедур по увеличению уставного капитала и т.д.). Целью судебной проверки таких требований является исключение у суда любых разумных сомнений в наличии и размере долга, а также в его гражданско-правовой характеристике.

Как указал Верховный суд Российской Федерации в Определении от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(2), в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу указанной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско- правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Как следует из материалов дела, договор займа был заключен на льготных условиях с 01.04.2013 в размере 0.5 % (не рыночные условия договора); длительное неисполнение условий по возврату займа и отсутствие требований кредитора о необходимости его возврата; существование заемных отношений на указанных условиях было бы невозможно, если бы заявитель не участвовал в капитале должника; в 1.3 Договора указано, что заем предоставляется для пополнения оборотных средств Заемщика.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что договор займа был заключен формально для создания видимости наличия гражданско-правовых отношений, для прикрытия корпоративных отношений, направленных, возможно, на временную компенсацию негативных результатов воздействия на хозяйственную деятельность должника, вместо использования механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Указанная позиция подтверждается Определением Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС17-2110 от 22.05.2017. Определением от 11.07.2017 по делу N А40- 201077/2015. Определением N 308-ЭС17-1556 (2) от 06.07.2017 по делу N А32-19056/2014. Определением Верховного Суда РФ от 20.12.2017 N 306-ЭС17-18511 по делу N А57- 370/2016.

        Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения Арбитражного суда Московской области.

Учитывая изложенное,  оснований для отмены решения Арбитражного суда Московской области от 11.12 2018 года не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 11 декабря 2018 года по делу №А41-38437/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.А. Мурина

Судьи:

Н.Я. Гараева

Н.Н. Катькина