﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-37384/2019

22 июля 2021 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена     14 июля 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  22 июля 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Бурденкова Д.В.

судей  Аносовой Н.В., Рычаговой О.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем   Санджиевой  А.В.

при участии:   согласно   протоколу   судебного   заседания 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  (регистрационный номер  13АП-18323/2021, 13АП-18325/2021, 13АП-18748/2021)  конкурсного управляющего ООО «Русская Торговая Организация» Сыромятникова Вадима Евгеньевича,  Рахмана  И.,   Кондратюк  Е.В.  на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.04.2021 по делу № А56-37384/2019/суб1 (судья  Новоселова В.Л.), принятое 

по заявлению конкурсного управляющего ООО «Русская Торговая Организация» Сыромятникова Вадима Евгеньевича

к 1) Рахману Имрануру 2) Кондратюк Елене Викторовне 3) Чернышову Дмитрию Анатольевичу 4) Тиик Лиис Александровне 5) ООО «РТО Трейд энд Логистик» 6) АО «Русская Торговая Организация» 7) ООО «Русское Зерно» 

о привлечении к субсидиарной ответственности 

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Русская Торговая Организация», 

 

установил:

Временный управляющий ООО «Русская Торговая Организация» Сыромятников Вадим Евгеньевич 04.12.2019 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением к Рахману Имрануру, Кондратюк Елене Викторовне, Чернышову Дмитрию Анатольевичу, Тиик Лиис Александровне, ООО «РТО Трейд энд Логистик», АО «Русская Торговая Организация», ООО «Русское Зерно» (далее – ответчики 1-7) о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Русская Торговая Организация» (далее – должник) и взыскании с них 167 640 518,23 руб. 

От конкурсного управляющего поступили письменные возражения на отзыв ответчиков 3 и 7, в котором просил привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно.

Позиция   конкурсного   управляющего,   изложенная   им  в   письменных   возражениях,  была   принята  судом   первой   инстанции   в   порядке   статьи 49   Арбитражного   процессуального   кодекса   Российской   Федерации.

Определением   от 28.04.2021   арбитражный   суд  в  удовлетворении ходатайств Рахмана И. об истребовании доказательств по делу отказал. Заявление конкурсного управляющего ООО «Русская Торговая Организация»     Сыромятникова В.Е.  о привлечении единственного участника  и учредителя ООО «Русская Торговая Организация»  Рахмана И., бывшего руководителя ООО «Русская Торговая Организация» Кондратюк Е.В.  к субсидиарной ответственности признал  обоснованным. Установил  наличие оснований для привлечения Рахмана И. к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Русская Торговая Организация» по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона Российской Федерации от 29.07.2017 № 266-ФЗ. Установил  наличие оснований для привлечения      Кондратюк Е.В.  к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Русская Торговая Организация» по подпунктам 1  и 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона Российской Федерации от 29.07.2017 № 266-ФЗ. Приостановил  производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ООО «Русская Торговая Организация» Сыромятникова В.Е.  о привлечении единственного участника  и учредителя ООО «Русская Торговая Организация»  Рахмана И., бывшего руководителя ООО «Русская Торговая Организация» Кондратюк Е.В.  до окончания расчетов с кредиторами ООО «Русская Торговая Организация». В удовлетворении заявления в остальной части отказал. 

Конкурсный   управляющий  ООО «Русская   Торговая   Организация» Сыромятников  В.Е.  обратился  с   апелляционной   жалобой,   в  которой   просит   определение   от 28.04.2021   отменить,   принять  по делу  новый   судебный  акт,  которым   удовлетворить   заявленные   требования  в   полном   объеме.  В  обоснование   апелляционной   жалобы ее   податель  ссылается   на  доказанность   совокупности   обстоятельств,  которые   необходимы   для  удовлетворения   заявления   в  полном объеме.

Рахман   И.   в  апелляционной   жалобе   просит   определение   от 28.04.2021   в  части   установления   наличия   оснований   для   привлечения  Рахмана   И.  к  субсидиарной   ответственности   по   обязательствам   должника   отметить.  В обоснование   апелляционной   жалобы ее   податель   указывает,  что  ООО «Русская  Торговая   Организация»   имеет  непогашенную   задолженность   перед  Рахманом   И.,   в  связи  с  чем   доводы   о  том,  что  Рахман   И.   получил  какую-либо   выгоду  со   стороны   должника  являются   необоснованными, должник  до   настоящего   времени   не   произвел  расчеты с Рахманом И.

Кондратюк  Е.В.   в   апелляционной   жалобе   просит   определение   от 28.04.2021   в  части  установления  оснований  для   привлечения  Кондратюк   Е.В. к   субсидиарной   ответственности   по   обязательствам   должника   отменить.  В  обоснование   апелляционной  жалобы ее   податель   ссылается   на   то,  что   конкурсный   управляющий  не   доказал,  что  между   событием   непередачи  ему   документов  и  невозможностью   удовлетворения  требований   кредиторов  имеется   причинно-следственная   связь.  Причинно- следственная   связь   между   непредоставлением   ответчиком  документов   конкурсному   управляющему   и  невозможностью   удовлетворения   требований   кредиторов   отсутствует. 

Представитель конкурсного управляющего ООО «Русская Торговая Организация» Сыромятникова  В.Е.  доводы  своей   апелляционной   жалобы   поддержал.

Представитель   Рахмана  И. в  судебном   заседании   доводы   своей   апелляционной   жалобы   поддержал. 

Остальные   участвующие  в  деле   лица  против   удовлетворения  апелляционных   жалоб   возражали. 

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных   жалоб, проверив в порядке статей 266 - 272 Арбитражного   процессуального   кодекса Российской   Федерации  правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционных   жалоб    по следующим основаниям.

Исходя из системного толкования статьи 223 Арбитражного   процессуального   кодекса   Российской   Федерации  и статьи 32 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

AI Qairawan General Trading LLC обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Русская Торговая Организация» несостоятельным (банкротом).

Определением суда  от 26.09.2019, резолютивная часть которого объявлена 25.09.2019, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден Сыромятников В.Е., судебное заседание по рассмотрению дела о признании должника банкротом назначено на 22.01.2020. 

Решением суда  от 23.01.2020, резолютивная часть которого объявлена 22.01.2020 (с учетом определения суда от 17.03.2020 об исправлении опечатки) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное сроком на шесть месяцев до 22.07.2020, конкурсным управляющим утвержден Сыромятников В.Е., судебное заседание по рассмотрению отчета конкурсного управляющего о его деятельности и о результатах конкурсного производства должника назначено на 22.07.2020, которое было отложено на 07.10.2020.

Срок конкурсного производства в отношении должника продлевался, последним определением суда  от 01.04.2021 процедура реализации имущества гражданина в отношении должника продлена на шесть месяцев, судебное заседание по рассмотрению отчета финансового управляющего о его деятельности и о результатах процедуры реализации имущества гражданина назначено на 06.10.2021.

Из материалов дела следует, что Рахман И.  является единственным участником должника с даты его создания, то есть с 22.05.2015, по настоящее время и его учредителем; генеральным директором должника с даты его создания до открытия конкурсного производства являлась Кондратюк Елена Викторовна; Чернышов  Дмитрий Анатольевич является генеральным директором ООО «РТО Трейд энд Догистик»; Тиик Лиис Александровна является учредителем АО «Русская Торговая Организация». При этом сведений об участии ООО «РТО Трейд энд Догистик», АО «Русская Торговая Организация» и ООО «Русское Зерно» в уставном капитале и управлении должника не имеется. 

Предметом настоящего заявления явилось требование конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в связи с совершением ими действий, повлекших для должника и его кредиторов вред;  на основании подпункта 2 пункта 2 статьи Закона о банкротстве в связи с непередачей документации должника временному управляющему и на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве в связи с необращением в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы, как это установлено пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве.

Таким образом, временный управляющий, процессуальным правопреемником которого является конкурсный управляющий на основании пункта 6 статьи  20.3 Закона о банкротстве, обратился с настоящим заявлением в суд правомерно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Как указано в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии ряда обстоятельств, к числу которых отнесено, в том числе, причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Понятие контролирующего должника лица дано в статье 61.10 Закона о банкротстве, согласно которой если иное не предусмотрено Законом о банкротстве, в целях настоящего Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1), возможность чего может достигаться в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения (подпункт 1 пункта 2); в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии (подпункт 2 пункта 2); в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника) (подпункт 3 пункта 2); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (подпункт 4 пункта 2).

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (подпункт 1); имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника (подпункт 2); извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (подпункт 3). 

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (пункт 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 6 статьи 61.10 Закона о банкротстве к контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление  № 53), предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Конкурсный управляющий в обоснование заявления указал, что со счета должника в пользу ответчика 1 перечислено  28.08.2019 более 17 млн. руб. менее чем за месяц до введения процедуры наблюдения, что отвечает признакам недействительности сделок;  в пользу ответчика 2  в период с 02.10.2017 по 22.02.2019 перечислено 3 660 000 руб., в период с 15.08.2018 по 17.08.2018 перечислено  450 000 руб. подотчетных денежных средств, доказательств расходования которых на нужды должника не имеется; в пользу ответчика 3 в период с 17.05.2018 по 22.05.2018 безосновательно перечислено 1 500 000 руб.; в пользу ответчика 4  в период с 18.08.2017 по 12.12.2018 безосновательно перечислено 4 925 000 руб., 08.06.2017 перечислено 500 000 руб. с назначением «оплата по договору займа №Л03 от 07.06.2017», в то время как такой договор отсутствует, денежные средства возвращены не были и имеют признаки «обналичивания»; в пользу ответчика 5 22.05.2018 перечислено 500 000 руб. с назначением платежа: «Оплата по договору займа №Р05 от 01.04.2018»; в пользу ответчика 6 в период с 31.05.2019 по 26.06.2019 перечислено 17 550 000 руб.  с назначениями платежей: «погашение задолженность по договору №№А1020», при том, что ответчик 6 является аффилированным по отношению к должнику лицом, имеет созвучное наименование, одинаковый вид деятельности, располагается в помещении, принадлежащем ответчику 1, сайт должника используется им для собственных продаж, и ответчик 6 создан в сентябре 2018 года, то есть сразу после взыскания с должника в судебном порядке задолженности в пользу  AI Qairawan General Trading LLC, его учредитель ответчик 4 получил от должника 4 925 000 руб. в виде невозвращенных займов, его руководителем является ответчик 7, генеральным директором и учредителем которого является ответчик 2, и фактически осуществлен перенос бизнеса должника на ответчика 6, в результате чего ответчики извлекли имущественную выгоду в ущерб кредиторам должника, непогашенная задолженность к тому времени у должника уже имелась, в частности, с 01.08.2017 образовалась задолженность перед AI Qairawan General Trading LLC, которая оплачена не была.

По результатам оценки позиций сторон, материалов дела и представленных доказательств на основании статей 65, 71 Арбитражного   процессуального   кодекса   Российской   Федерации, судом установлено следующее.

Так, из материалов дела следует, что должником и ответчиком 1 были заключены следующие договоры:

- трудовой договор с иностранным работником от 23.05.2015, которым ответчик 1 принят на должность директора департамента на период полномочий с 23.05.2015 по 22.06.2020 с окладом в размере 30 000 руб. 

Дополнительным соглашением к договору от 23.05.2015 ответчику 1 установлена ежемесячная премия в размере 370 000 руб.;

- трудовой договор с иностранным работником от 15.09.2016, которым ответчик  1 принят на должность директора департамента на период полномочий с 15.09.2016 по 14.09.2016 с окладом в размере 30 000 руб.;

- трудовой договор с иностранным работником от 19.09.2017, которым ответчик  1 принят на должность директора департамента на период полномочий с 19.09.2017 по 18.09.2020 с окладом в размере 30 000 руб. 

Дополнительным соглашением к договору от 19.09.2017 ответчику 1 установлена ежемесячная премия в размере 370 000 руб.;

- трудовой договор с иностранным работником от 26.03.2018, которым ответчик 1 принят на должность директора департамента на период полномочий с 26.03.2018 по 26.03.2021 с окладом в размере 30 000 руб. 

Дополнительным соглашением к договору от 26.03.2018 ответчику 1 установлена ежемесячная премия в размере 370 000 руб.

Также следует, что со счета должника №№40702810855070005062, открытого в ПАО Сбербанк, на счет ответчика  1 №40820810155860892517 28.08.2019 перечислены 11 004,56 руб. с назначением платежа «задолженность по заработной плате», 300 000 руб. с назначением платежа «задолженность по заработной плате», 17 390 000 руб. с назначением платежа «задолженность по заработной плате», всего 17 701 004,56 руб.

Указанные договоры с дополнительными соглашениями к нему были оспорены конкурсным управляющим в судебном порядке как недействительные сделки, по результатам чего вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.12.2020 по делу №А56-37384/2019/сд2 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, так как установлено, что ответчик 1, являясь учредителем должника, имеет право на распределение прибыли должника, и неоднократное заключение им с должником трудовых договоров на указанных в них условиях с учетом дополнительных соглашений, при отсутствии сведений об исполнении в пользу должника трудовых функций, соразмерных установленным суммам премий, направлены на вывод денежных средств из конкурсной массы должника, которые фактически были ответчику 1 перечислены, для создания видимости правомерности которых такие договоры были заключены, то есть  договоры являются мнимыми сделками.

Таким образом, как   верно   указал   суд   первой   инстанции,  факт причинения вреда должнику и его кредиторам действиями ответчика 1 является подтвержденным, в связи с чем заявление конкурсного управляющего в данной части правомерно   удовлетворено   судом   первой   инстанции. 

Также, как   правильно   указал   суд   первой  инстанции,  обосновано требование конкурсного управляющего в части расходования ответчиком 2 денежных средств должника на собственные нужды, поскольку, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного   процессуального   кодекса   Российской   Федерации, ответчиком 2 надлежащих и достоверных доказательств расходования подотчетных денежных средств, полученных директором общества, на нужды должника, а также доказательств, подтверждающих оприходование должником товарно-материальных ценностей в установленном порядке, не предоставлены, а ссылки ответчика 2 на направление данных денежных средств на ведение нормальной деятельности должника и получение им прибыли, к числу которых им отнесены поездки на транспортном средстве по нуждам должника, которое должнику им предоставлялось в аренду, а также в отношении которого неслись затраты на топливо, на хозяйственные нужды должника, на билеты и прочие расходы, на выплату заработной платы, компенсацию затрат, понесенных участником должника, а также на передачу из данных денежных средств суммы в размере 293 553,28 руб., 445 803,28 руб. наличными в счет погашения задолженности по договору займа от 15.01.2018, ввиду отсутствия таковых были   оценены   судом   первой   инстанции   как   предположительные.

В отношении иных лиц, как   верно  указал   суд   первой   инстанции,  правовых оснований для удовлетворения заявления в указанной части не имеется, учитывая, что ответчиками 3-6 представлены соответствующие пояснения и документы, подтверждающие получение ими денежных средств от должника в рамках договорных отношений по заключенным ими договорам займа от 25.04.2017 №Д05 (с ответчиком 3), от 07.06.2017 №Л03, по договору аренды автомобиля от 07.12.216 №АТ/16 (с ответчиком 4), по договору займа от 01.04.2018 №Р05 (с ответчиком 5), по договору займа от 01.11.2018 №А1020 (с ответчиком 6), а сведений как о перечислении должником в адрес ответчика 7 денежных средств, так и о наличии каких-либо договорных отношений с ним не представлено, при том, что размер предоставленных ответчиком заемных средств, равно как и размер возвращаемых им должником денежных средств являлись незначительными для должника относительно размера его оборотных средств, по состоянию на 01.01.2019 составлявших 325 729 000 руб., что исключает правомерность вывода об извлечении ответчиками существенной  (относительно масштабов деятельности должника) выгоды за счет конкурсной массы должника.

Как было указано выше, конкурсным управляющим заявлено требование о привлечении всех ответчиков по основаниям непередачи документации должника временному управляющему.

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 2 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Основание для освобождения от ответственности контролирующего должника лица в этом случае предусмотрено лишь пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в силу которого контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Как разъяснено в пункте 19 Постановления   № 53 при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В пункте 24 Постановления N 53 разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежит обязанность по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Согласно бухгалтерской отчетности должника за 2016 год его активы составляли 48 691 000 руб., в 2017 году – 180 161 000 руб., в 2018 году – 328 691 000 руб., то есть в соответствии со статьей 5 Федерального закона Российской Федерации от 30.12.2008 №307-ФЗ «Об аудиторской деятельности» бухзгалтерская отчетность должника за указанные периоды должнка была быть подтверждена аудитом, как и все факты хозяйственной деятельности должника документально подтверждены, чего также сделано ответчиком 2 не было и по причине чего конкурсный управляющий лишены возможности формирования конкурсной массы ввиду невозможности достоверного установления контрагентов должника, наличия у него обязательств или прав требования.

Из материалов дела следует, что документация должника временному управляющему ответчиком 2, являвшимся его генеральным директором, не предоставлялась, как и в дальнейшем конкурсному управляющему, что ответчиком 2 не оспаривается, но указывается, что таковая у него отсутствовала по причине ее изъятия в рамках возбужденного уголовного дела, а также по причине того, что сотрудники должника работают в других компаниях и часть документации утрачена в связи со структурными изменениями предприятия. 

Между тем указанные ответчиком 2 обстоятельства прямо свидетельствуют об его бездействии как по принятию мер по хранению документации должника, так и по ее восстановлению, о необходимости чего ответчик 2, как следует из его отзыва, знал, но соответствующих мер не предпринял, при том, что довод об изъятии части документации должника в рамках уголовного дела ничем не подтвержден, кроме самого утверждения об этом.

Как следует из Определения Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 по делу N 302-ЭС17-9244, А33-17721/2013 согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование Закона о банкротстве обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Принимая во внимание отсутствие доказательств передачи ответчиком  2 конкурсному управляющему документации   должника, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что на Кондратюк  Е.В.  лежит ответственность за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему указанной документации.

Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В процессе рассмотрения спора Кондратюк  Е.В. не воспользовалась своими процессуальными правами на представление доказательств, подтверждающих факт неведения должником хозяйственной деятельности в спорный период и наличие объективных причин для непередачи документации, обосновывающих отсутствие у должника имущества, и на опровержение презумпции причинно-следственной связи, установленной законодателем, тем самым возложили на себя риск наступления соответствующих неблагоприятных процессуальных последствий.

Оценив представленные в материалы дела документы, суд первой   инстанции   пришел к   правильному   выводу о том, что отсутствие всей необходимой документации должника существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве и формирование конкурсной массы: не позволило достоверно установить состав активов должника и сформировать его конкурсную массу.

Неисполнение данной обязанности, повлекшее невозможность формирования конкурсной массы, и отсутствие доказательств наличия названных документов к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом является основанием для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам последнего (статьи 64 и 126 Закона о банкротстве, разъяснения, содержащиеся в пункте 47 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

В связи с вышесказанным, в отсутствие письменных документов, подтверждающих совершение ответчиком 2 действий по передаче документации и материальных ценностей должника временному и конкурсному управляющему, суд первой   инстанции   правомерно   посчитал  доказанным наличие в действиях Кондратюк   Е.В.  специального состава правонарушения, предусмотренного подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, необходимого для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Учитывая изложенное, имеются правовые основания для удовлетворения заявления в данной части.

В отношении иных ответчиков оно не подлежит удовлетворению ввиду недоказанности наличия у ответчиков 1, 3-7 прав на распоряжение документацией должника в силу отсутствия у них статуса его руководителя.

В остальной части заявление конкурсного управляющего правомерно   оставлено  судом   первой инстанции без   удовлетворения   в  связи  со   следующим. 

Согласно положениям статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно (пункт 1).

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом) (пункт 2).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах) (пункт 2). При этом в размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника (пункт 3).

Необходимо принимать во внимание, что руководитель хозяйственного общества в соответствии с положениями статьи 61.12 Гражданского   кодекса   Российской   Федерации  обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц, как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. В таком же положении находятся физические лица – кредиторы, работающие по трудовым договорам.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

При этом из содержания пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве следует, что предусмотренная этой нормой субсидиарная ответственность руководителя распространяется в равной мере как на денежные обязательства, возникающие из гражданских правоотношений, так и на фискальные обязанности. 

Существенное значение имеет момент подачи заявления о банкротстве должника, который связан с моментом возникновения у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества.

От момента подачи заявления о банкротстве должника, в свою очередь, зависит очередность удовлетворения обязательств должника. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве, вновь возникшие обязательства общества погашаются приоритетно в режиме текущих платежей по правилам пункта 3 статьи 5 Закона о банкротстве.

При нарушении срока обращения с заявлением о признании должника банкротом,  те же самые обязательства будут погашаться в общем режиме удовлетворения реестровых требований (пункт 1 статьи 5, статья 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских, правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между использованием учредителем, участником или иными лицами, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство)  (то есть их вины).

Данная позиция отражена в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», указывающем на возможность привлечения данных лиц к субсидиарной ответственности  лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. 

Также презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Такое толкование положений пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве соответствует смыслу разъяснений, данных в абзаце втором пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно которому, если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Из вышесказанного следует, что в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Под неплатежеспособностью, в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве, понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, то есть превышением размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Конкурсным управляющим вменяется в вину ответчикам бездействие по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) без приведения каких-либо доводов в обоснование данной позиции. При этом конкурсным управляющим  дата, по истечении месяца с наступления которой ответчик 2, как руководитель должника,  обязан был подать такое заявление, не указана, как и основания, которые могли быть положены для определения наличия у должника признаков неплатежеспособности, а также размер обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве.

Следует отметить, что иные ответчики таким правом не обладали в силу отсутствия у них соответствующего статуса для этого.

В связи с этим заявление обоснованно   не   удовлетворено  судом   первой   инстанции  ввиду недоказанности совокупности обстоятельств данного состава субсидиарной ответственности. 

Также судом первой   инстанции  учтено, что возникновение у должника задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве. Наличие неисполненных перед кредиторами обязательств не влечет безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании банкротом.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве (субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов), невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

В соответствии с пунктом 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами арбитражный управляющий одновременно с отчетом о результатах проведения процедуры, примененной в деле о банкротстве, направляет в арбитражный суд ходатайство о возобновлении производства по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, указав размер требований каждого кредитора, которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника, а также отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности. Вопрос об определении размера субсидиарной ответственности и отчет арбитражного управляющего о результатах проведения процедуры, примененной в деле о банкротстве, рассматриваются в одном судебном заседании.

 Доводы подателей   жалоб, изложенные в апелляционных   жалобах, не содержат фактов, которые бы влияли на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в силу чего отсутствуют основания для его отмены и удовлетворения апелляционной жалобы.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 28.04.2021 по делу №  А56-37384/2019/суб.1   оставить  без   изменения,   апелляционные   жалобы -  без   удовлетворения.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Д.В. Бурденков

 

Судьи

Н.В. Аносова

 О.А. Рычагова