Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-22845/2019

28 июля 2020 г.

г. Челябинск

Решение в полном объеме изготовлено 28 июля 2020 года.

Резолютивная часть решения оглашена 24 июля 2020 года 

Судья Арбитражного суда Челябинской области Мухлынина Л.Д. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «Крановые технологии», г. Челябинск, ОГРН 

<

***> 

к обществу с ограниченной ответственностью «Промстройтехно - Инвест», г. Москва, ОГРН 

<

***>

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Рольф», г. Химки, ОГРН 

<

***>, акционерного общества Челябинское специализированное предприятие «СВЭЧЕЛ», г. Челябинск, ОГРН 

<

***>, общество с ограниченной ответственностью «СтройКомплект», г. Москва, ОГРН 

<

***>

о взыскании 9 209 000 руб.,

а также встречное исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Промстройтехно - Инвест», г. Москва

к обществу с ограниченной ответственностью «Крановые технологии», г. Челябинск

о взыскании 800 000 руб. пени,

и заявление третьего лица с самостоятельными требованиями ФИО2 о признании соглашения от 19.074.2018 недействительным в части пунктов 2, 4.3.2, 4.4

с участием представителя истца (по первоначальному иску) ФИО3, доверенность от 27.12.2019,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Крановые технологии» (далее – истец, общество «Крановые технологии») 28.06.2019 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Промстройтехно - Инвест» (далее – ответчик, общество «ПСТ- Инвест») о взыскании с солидарного должника задолженности по соглашению от 19.07.2018 о порядке взаиморасчетов в размере 2 000 000 руб. с июля по октябрь 2018 г., процентов в связи с предоставлением рассрочки погашения долга в размере 764 515 руб. с 01.01.2018 по 31.10.2018, а также неустойки в связи с просрочкой исполнения обязательства по уплате долга в размере 452 500 руб. с 01.08.2018 по 31.10.2018.

В дальнейшем истец неоднократно изменял размер требований (в части долга до 3 200 000 руб.- окончательный размер, взыскание процентов до 31.07.2019 и неустойки до 25.02.2019 в размере 1 807 500 руб.), в конечном итоге заявлением от 29.05.2020 ходатайствовал о принятии отказа от иска в части требований о взыскании долга и процентов за предоставление рассрочки платежа в связи с их уплатой ФИО2 полностью.      

В соответствии с ч. 2 ст. 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Определением от 23.07.2020 (резолютивная часть определения оглашена 22.07.2020) суд принял частичный отказ истца от исковых требований.  

В обоснование первоначального иска со ссылкой на статьи 310, 361-367 Гражданского кодекса РФ истец указал, что 19.07.2018 подписано многостороннее соглашение о порядке взаиморасчетов, по условиям которого ответчик обязался уплатить истцу денежные средства, уступленные истцу третьим лицом. ФИО2 является поручителем ответчика перед истцом по исполнению указанного соглашения. Решениями Советского районного суда г. Челябинска от 26.03.2019 по делу №2-643/2019 и №2-27365820109 от 05.09.2019 с поручителя в пользу истца была взыскана существующая на дату принятия решений задолженность с начисленными на нее пени и процентами. Решения вступили в законную силу и исполнены ФИО2 полностью. Однако в части неустойки суд общей юрисдикции снизил размер неустойки, при заявленной 9 859 000 руб., к тому же ФИО2 уплатил 400 000 руб. За период с 01.08.2019 по 31.01.2020 неустойка не оплачена. Истец считает, что оставшаяся часть неустойки в размере 9 209 000 руб. подлежит взысканию с ответчика как солидарного должника. 

От ответчика 06.08.2019 поступил отзыв на иск (том 1 л.д. 70-72), в котором общество «ПСТ- Инвест» считает спорное соглашение недействительной сделкой по причине отсутствия одобрения сделки общим собранием участников, лиц подписавших соглашение; не представлено доказательств возмездности договора уступки прав между истцом и АО «СВЭЧЕЛ», по которому к истцу перешло право требования долга; истец не представил доказательств наличия долга ответчика в истребуемом размере; размер процентов, установленный соглашением чрезмерен, поэтому считает возможным снизить их размер в порядке ст. 333 Гражданского кодекса РФ. 

Кроме того, ответчик 06.08.2019 (том 1 л.д. 74-75) заявил ходатайство о процессуальном правопреемстве истца на ответчика, так как поручитель погасил задолженность в полном объеме. 

16 октября 2019 г. от ответчика поступило дополнение к отзыву о необходимости при принятии решения по настоящему делу учесть удовлетворенные поручителем суммы долга, пени и процентов (том 1 л.д. 135—136), а также об оставлении иска без рассмотрения по причине несоблюдения досудебного порядка урегулирования спора (том 1 л.д. 138-139). 

Также от ответчика поступило ходатайство о приостановлении производства по делу до вступления в законную силу решения Арбитражного суда г. Москвы по делу №А40-270057/2019 по иску общества «ПСТ-Инвест» о признании соглашения от 19.07.2018 ничтожной сделкой.

Между тем, решением Арбитражного суда г. Москвы по делу №А40-270057/2019 в удовлетворении требования отказано, постановлением апелляционной инстанции от 26.02.2020 решение суда оставлено без изменения. При указанных обстоятельствах оснований для приостановления производству по делу не имеется. 

Также суд считает необоснованным довод ответчика о переводе прав взыскателя на ФИО4 в связи с его уплатой долга и процентов, так как во- первых, ФИО4 таких требований не заявлял, во-вторых, в рамках настоящего дела, иск заявлен не к ФИО4, а именно к ответчику, поэтому, по результатам выплат в рамках дел, рассмотренных судом общей юрисдикции, разрешение вопроса о правопреемстве подлежит рассмотрению в рамках этих дел.  

Определениями суда от 01.08.2019 и от 17.03.2020 (том 1 л.д. 58, том 2 л.д. 155-156) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке ст. 51 АПК РФ привлечены общество с ограниченной ответственностью «Рольф», г. Химки, акционерного общества Челябинское специализированное предприятия «СВЭЧЕЛ», г. Челябинск, общество с ограниченной ответственностью «СтройКомплект», г. Москва и ФИО2 

От АО ЧСП «СВЭЧЕЛ» 15.10.2019 поступило мнение, согласно которого третье лицо полностью поддерживает позицию истца (том 1 л.д. 130). 

Третьи лица о судебном разбирательстве извещены надлежащим образом, что подтверждается уведомлением от ООО «Рольф» и конвертом возврата с адреса регистрации ООО «СтройКомплект» (том 3 л.д. 7,12).

06 декабря 2019 г. в адрес суда от ответчика поступило встречное исковое заявление о взыскании неустойки в размере 800 000 руб. за некачественно выполненные работы по договору подряда (том 2 л.д. 62-65), определением суда от 27.12.2019 принятое к рассмотрению с первоначальным иском (том 2 л.д. 61). 

Заявлением от 21.07.2020 общество «ПСТ-Инвест» ходатайствовало об уточнении встречных исковых требований, которое фактически содержит в себе новое требование об уменьшении договором подряда от 28.10.2016 №2810 цены работ.

Рассмотрев данное ходатайство, суд его отклонил в силу следующего:

В силу части 1 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Под увеличением размера исковых требований следует понимать увеличение суммы иска по тому же требованию, которое было заявлено истцом в исковом заявлении. Увеличение размера исковых требований не может быть связано с предъявлением дополнительных исковых требований, которые не были истцом заявлены в исковом заявлении. Так, например, требование о применении имущественных санкций не может расцениваться как увеличение размера требований по иску о взыскании основной задолженности. Такое требование может быть заявлено самостоятельно.

В данном случае имеет место заявление истцом дополнительного самостоятельного требования, что противоречит требованиям ст. 49 АПК РФ. 

04 февраля 2020 г. от ФИО2 поступило ходатайство о привлечении его к участию в деле третьим лицом с самостоятельными требованиями (том 2 л.д. 136-137) и заявление о признании соглашения от 19.07.2018 недействительным в части пунктов 2, 4.3.2, 4.4 (том 2 л.д. 131-134). 

Определением суда от 06.02.2020 ФИО2 привлечен к участию в деле в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями, заявление принято к производству (том 2 л.д. 139). 

Заявлением от 14.05.2020 ФИО2 дополнил основания своих требований, ссылаясь на кабальность оспариваемой сделки в порядке ст. 179 Гражданского кодекса РФ (том 3 л.д. 19). 

Суд в порядке ст. 49 АПК РФ принял уточнение основания требований. 

Рассмотрев довод ответчика о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора, суд считает данный довод несостоятельным.

Согласно пункту 7 части 1 статьи 126 АПК РФ к исковому заявлению, среди прочего, прилагаются документы, подтверждающие соблюдение истцом претензионного или иного досудебного порядка, за исключением случаев, если его соблюдение не предусмотрено Федеральным законом.

Согласно части 5 статьи 4 АПК РФ спор, возникающий из гражданских правоотношений, может быть передан на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом либо договором, за исключением дел об установлении фактов, имеющих юридическое значение, дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, дел о несостоятельности (банкротстве), дел по корпоративным спорам, дел о защите прав и законных интересов группы лиц, дел о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования, дел об оспаривании решений третейских судов. Экономические споры, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после соблюдения досудебного порядка урегулирования спора, если он установлен Федеральным законом.

Претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора является обязательным в случаях, предусмотренных законом или договором (часть 5 статьи 4 АПК РФ).

В материалах дела имеется претензия от 23.10.2018 (том 1 л.д. 6-8) с доказательством ее направления в адрес ответчика и поручителя.

В то же время исковое заявление датировано 28.06.2019, в связи с чем, суд не может согласиться с доводом ответчика о направлении иска в суд по истечении трех дней с момента направления претензии, в связи с чем, досудебный порядок истцом соблюден. 

Представители ответчика и третьих лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились. Участники спора извещены о времени и месте судебного заседания надлежащим образом в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о чем свидетельствует подпись представителя в почтовом извещении и конверты с отметкой органа связи «об истечении срока хранения» том 1 л.д. 66-67, 80-82, том 3 л.д. 7-9, 11-12, 16).

От ФИО2 13.05.2020 поступили дополнения к отзыву с документами, подтверждающими факт оплату долга и процентов (том 3 л.д. 17). 

От общества «Рольф» 19.06.2020 поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие его представителя, представило пояснения по встречному иску (том 3 л.д. 76-77), из которого следует, что у заказчика отсутствуют какого- либо рода претензии к лицам, осуществлявшим работы на объекте по договору генерального строительного подряда от 04.04.2016, в частности обществу «ПСТ-И». 

От общества «ПСТ- Инвест» 19.06.2020 поступило ходатайство о назначении по встречному иску строительной экспертизы для определения стоим ости работ по договору подряда №2810 от 28.10.2016. 

На основании части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при неявке в судебное заседание арбитражного суда лиц участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав все материалы дела, арбитражный суд пришел к выводу об удовлетворении первоначально заявленных требований в части по следующим основаниям.

Решением арбитражного суда г. Москвы от 30.12.2019 по делу №А40-270057/2019 установлены следующие обстоятельства, 19.07.2018 года между ООО «Крановые технологии» (далее - Цессионарий) и ООО «СтройКомплект» (далее - должник-2) был заключен Договор №49 поставки продукции производственно-технического Назначения (далее -Договор №49). 

Поручителями надлежащего исполнения Должником-2 своих обязанностей по Договору №49 выступили: Акционерное общество «Промстройтехно-Инвест» (далее - поручитель-1) и ФИО2 (далее – поручитель 2). 

28 октября 2016 года между Акционерным обществом «Промстройтехно-Инвест» (далее - должник-1) и Акционерным обществом Челябинское специализированное предприятие «СВЭЧЕЛ» (далее - цедент) был заключен договор подряда №2810 (далее - Договор №2810). 

19 июля 2018 года между ООО Крановые технологии» (далее - сторона 1), АО «СВЭЧЕЛ» (далее - сторона 2), ООО «СтройКомплект» (далее - сторона 3) и АО «Промстройтехно-Инвест» (далее - сторона 4) заключено Соглашение о порядке взаиморасчетов (далее - Соглашение). 

Согласно п. 4.1. указанного Соглашения «Сторона 2 в полном объеме уступает Стороне 1 свое указанное в п.1 настоящего соглашения право требования к Стороне 4 в сумме 7 700 000 руб. с НДС, а также предусмотренных указанным в п.2 настоящего соглашения договоре неустоек, штрафов, процентов за пользование чужими денежными средствами. 

Сторона 4 (ответчик по настоящему делу) с такой уступкой согласна. 

Уступка требования осуществляется непосредственно на основании настоящего соглашения и не требует дополнительного согласования/оформления. Право требования считается перешедшим от Стороны 2 к Стороне 1 непосредственно с момента подписания настоящего соглашения. 

За уступленное требование Сторона 1 рассчитывается со Стороной 2 в порядке и на условиях, дополнительно согласованных между ними - недостижение такого согласования, а равно отсутствие расчета за уступленное требование будет приниматься Сторонами 1 и 2 исключительно на свой счет и никак не будет влиять на правомочия Стороны 1 по уступленному требованию в отношении Стороны 3. 

АО "Промстройтехно-Инвест", полагая, что Соглашение о порядке взаиморасчетов от 19.07.2018 г. является притворной сделкой, прикрывает договор дарения, что влечет его недействительность (ничтожность), обратилось в суд с исковым заявлением о признании соглашения ничтожным. 

Отказывая в удовлетворении заявленного иска, суд пришел к выводу о соответствии заключенного соглашения положениям действующего законодательства. 

Таким образом, довод ответчика о безвозмездности договора уступки между истцом и АО ЧСП «СВЭЧЕЛ», на основании которого истец обратился в суд с настоящим иском, был предметом рассмотрения в арбитражном суде, по указанному доводу принято решение не в пользу ответчика.

В силу ч. 2 ст. 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Соглашением от 19.07.2018 (п. 4.1) к обществу «Крановые технологии» перешло также право требования с общества «ПСТ-И» штрафов и неустоек за нарушение сроков выплаты задолженности в размере 7 700 000 руб. 

По условиям п. 4.3.2 соглашения ответчик обязался погасить задолженность ежемесячными платежами по 500 000 руб. в срок до 30 числа каждого месяца начиная с июля 2018 по январь 2019 и по 1 000 000 руб. с января 2019 до полного погашения долга.  

Пунктом 4.5 соглашения от 19.07.2018 предусмотрена ответственность должника за нарушение сроков внесения долга в виде неустойки в размере 0,5% за каждый день просрочки исполнения обязательства. 

Обосновывая размер неустойки как 9 209 000 руб., истец в заявлении от 29.05.2020 (том 3 л.д. 27-28) указывает, что за период с 01.08.2018 по 31.01.2020 (дата уплаты поручителем ФИО2 долга в полном объеме) размер неустойки составил 9 859 000 руб.

Решениями суда общей юрисдикции с ФИО2 взысканы пени в размере 650 000 руб., следовательно, неустойка в размере 9 209 000 руб. (9 859 000 руб. – 650 000 руб.) подлежит взысканию с ответчика в пользу истца. 

Согласно ст. 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно ч.1 ст.330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Статьей 323 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников, так и от любого из них в отдельности, при том как полностью, так и в части долга.

Так как доказательств внесения своевременного и полного внесения должником/поручителем задолженности суду не представлено, требование о взыскании пени с должника обоснованно.   

Что касается ходатайства ответчика о снижении размера неустойки в порядке ст. 333 Гражданского кодекса РФ:

В силу пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить размер неустойки.

В п. 1 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 81) разъяснено, что исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (ст. 1 ГК РФ) неустойка может быть снижена судом на основании ст. 333 ГК РФ только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика, сделанного исключительно при рассмотрении судом дела по правилам суда первой инстанции. При этом ответчик обязан представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности того, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Как отмечено в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.01.2011 N 11680/10, снижение неустойки судом возможно только в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права. Явная несоразмерность неустойки должна быть очевидной.

Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Договорная неустойка устанавливается по взаимному соглашению сторон в соответствии с их волей. При установлении ее размера, порядка исчисления, соотношения с убытками и других условий применения стороны свободны.

Норма ст. 333 ГК РФ, предусматривающая право суда на уменьшение размера неустойки, призвана лишь гарантировать баланс имущественных прав и интересов сторон договора, соблюдение их конституционных прав, но не исключить несение должником бремени негативных последствий вследствие неисполнения денежного обязательства.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - постановление N 7), снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, данным Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, в пункте 73 постановления от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Более того, согласно пункту 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса РФ).

При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела.

Критериям для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае может быть, в том числе, чрезмерно высокий процент неустойки.

Как видно из материалов дела, предъявленная ко взысканию договорная неустойка за ненадлежащее исполнение должником обязательств по оплате долга определена в размере 0,5% от подлежащей к оплате суммы за каждый день просрочки.

При анализе имеющихся в деле доказательств, суд приходит к выводу о том, что согласованный в договоре размер неустойки является чрезмерно высоким (182,5% годовых, превышение суммы пени над суммой долга в 1,5 раза), что служит достаточным основанием для его снижения. Наличие оснований для снижения договорной неустойки суд также связывает с экономической ситуацией и обычаями делового оборота.  

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки, штрафа последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Доказательств причинения истцу имущественного ущерба, возникшего в результате просрочки исполнения договора должником, суду не представлено. Снижение неустойки судом возможно только в одном случае - в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права.

Суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, характера существующих между сторонами правоотношений, учитывая отсутствие в деле сведений о наступивших для кредитора отрицательных последствий неисполнения должником обязательств, периодов просрочки, факт значительного превышения пени размеру долга, полной уплаты долга и процентов поручителем приходит к выводу о том, что сумма неустойки не соответствуют принципу компенсационного характера санкций в гражданском праве, несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

Вышеуказанное влечет возможность снижения размера неустойки, штрафа на основании статьи 333 Гражданского кодекса РФ. С учетом изложенного, суд считает правильным взыскать с ответчика в пользу истца неустойку в размере 3 683 600 руб., применив размер пени 0,2% от суммы задолженности за каждый день просрочки.

Суд полагает, что такой размер ответственности достаточен для обеспечения восстановления нарушенных прав истца, соответствует принципам добросовестности, разумности и справедливости и не приведет к чрезмерному, избыточному ограничению имущественных прав и интересов ответчика.

Как следует из обстоятельств дела объем ответственности поручителя и основного должника по обязательству совпадает. При этом снижение размера неустойки на основании ст. 333 Гражданского Кодекса РФ в отношении основного должника не является снижением объема обязательств. Применение указанной нормы решается в каждом конкретном случае индивидуально с учетом конкретных обстоятельств дела.

В связи с указанным, снижение судом при рассмотрении настоящего дела неустойки до 3 683 600 руб. не является нарушением прав ответчика.

Что касается встречного требования ответчика о взыскании с общества «Крановые технологии» 800 000 руб. неустойки в виде штрафа за некачественно выполненные работы по договору подряда №2810 от 28.10.2018, то суд считает данное требование не подлежащим удовлетворению.      

Способами защиты гражданских прав являются признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки (статья 12 ГК РФ). 

Лицо, обращающееся с иском статьи, на основании статей 1, 11, 12 ГК РФ, статей 4, 65 АПК РФ, должно доказать нарушение его субъективного права или законного интереса и возможность восстановления этого права избранным способом защиты. 

Целью обращения лица, право которого нарушено, в арбитражный суд является восстановление нарушенного права этого лица. 

В соответствии с положениями главы 24 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона (статья 382 ГК РФ). 

Право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, если иное не предусмотрено законом или договором (статья 384 ГК РФ). Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (статья 388 ГК РФ).

Взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются ГК РФ и договором между ними, на основании которого производится уступка (пункт 1 статьи 389.1 ГК РФ). Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное (пункт 2 статьи 389.1 ГК РФ). 

Договор №2810 от 28.10.2016 заключен между АО «ПТС-Инвест» (генподрядчик) и АО ЧСП «СВЭЧЕЛ» (подрядчик) на выполнение комплекса работ по разработке раздела КМД, изготовлению, доставке и монтажу металлоконструкций (том 2 л.д. 72-78). 

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" (далее - Постановление N 54), по смыслу пункта 1 статьи 382, пункта 1 статьи 389.1, статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования производится на основании договора, заключенного первоначальным кредитором (цедентом) и новым кредитором (цессионарием).

В соответствии с пунктом 23 Постановления N 54 должник вправе выдвигать против требования нового кредитора не только возражения, которые он уже имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору, но и возражения, основания для которых возникли к этому моменту (статья 386 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Так, если должником после получения уведомления о переходе требования об оплате выполненных работ будут выявлены скрытые недостатки этих работ, он вправе выдвинуть против требования нового кредитора соответствующее возражение, поскольку на момент получения уведомления о переходе права основание для возражения, вытекающее из договора подряда, уже возникло. Равным образом, если покупатель выявит недостатки качества товара после получения уведомления об уступке требования об оплате, он вправе выдвигать против требования нового кредитора соответствующее возражение (статьи 469 - 477 ГК РФ).

Как указано в определении Верховного Суда РФ от 25.09.2015 по делу №307-ЭС15-6545, по общему правилу право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (статьи 384 ГК РФ).

В соответствии со статьей 386 ГК РФ должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору.

Из статей 407, 410 ГК РФ следует, что обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

В случае уступки требования должник вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору (статья 412 ГК РФ).

Таким образом, по смыслу указанных правовых норм последствием уступки требования является замена кредитора в конкретном обязательстве (а не стороны в договоре), в содержание которого входит уступленное требование. При этом требование должника, которое предъявляется к зачету, не является встречным по отношению к новому кредитору; новому кредитору может быть неизвестно о наличии у должника права на прекращение обязательства в целом или части зачетом; зачет производится, если требование возникло по основанию, существовавшему к моменту получения должником уведомления об уступке требования и срок требования наступил до его получения либо этот срок не указан или определен моментом востребования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (пункт 1 статьи 384 ГК РФ).

В пункте 6 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что уступка права (требования) по обязательству, в котором уступающий требование кредитор является одновременно и лицом, обязанным перед должником, не влечет перевод на цессионария соответствующих обязанностей цедента.

Согласно статье 386 ГК РФ должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору.

Из статей 407, 410 ГК РФ следует, что обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

В случае уступки требования должник вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору (статья 412 ГК РФ).

Таким образом, по смыслу указанных правовых норм можно сделать следующие выводы.

Уступка права (требования) по обязательству, в котором каждая из сторон является и кредитором и должником, не может привести к переводу соответствующих обязанностей, лежащих на цеденте как стороне договора, на цессионария, поскольку последствием уступки требования является замена кредитора в конкретном обязательстве (а не стороны в договоре), в содержание которого входит уступленное требование.

Из принципов равенства участников гражданских отношений, свободы договора, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав (пункт 1 статьи 1 ГК РФ) следует, что перемена кредитора в обязательстве не должна ухудшать положение должника.

Именно с этой целью в статье 386 ГК РФ и статье 412 ГК РФ предусмотрено, что должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, а также вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору.

Вместе с тем необходимо различать право на заявление возражений, в том числе, право на зачет как досудебный, так и судебный, осуществляемый путем подачи встречного искового заявления, и право на предъявление самостоятельного иска о взыскании неустойки не с должника, а с иного лица.

Последнее возможно только в случае, когда этому иному лицу перешли обязанности в данном случае по договору подряда. 

Поскольку на основании соглашения уступки требования от 19.07.2018 общество "Крановые технологии" приобрело только право на взыскание задолженности за выполненные работы по договору подряда, то законных оснований полагать, что к нему перешли обязанности по договору подряда, в том числе обязанность по уплате неустойки, не имеется. Эта обязанность могла возникнуть в результате сделки по переводу долга, но стороны такую сделку не совершали.

Поскольку оснований полагать, что к обществу "Крановые технологии" перешла обязанность по уплате неустойки за нарушение качества работ по договору подряда от 38.10.2016 N 2810 не имеется, постольку в удовлетворении встречного иска следует отказать, в том числе и как заявленное к ненадлежащему ответчику.  

При предъявлении иска к ненадлежащему ответчику и в связи с отказом суда в принятии дополнительного требования истца по встречному иску суд не усматривает оснований в удовлетворении ходатайства общества «ПСТ- Инвест» о проведении строительной экспертизы. 

Относительно требования ФИО2 о признании соглашения о порядке взаиморасчетов от 19.07.2018 недействительной сделкой в части п. 2, 4.3.2, 4.4, по основаниям, предусмотренным статями 10, 167, 168, 179 Гражданского кодекса РФ (уточнение от 14.05.2020, том 3 л.д. 19), то суд таковых оснований не находит. 

В силу положений ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами и никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.  

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

В силу п. 3 ст. 179 Гражданского кодекса РФ сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Из анализа указанной нормы права следует, что для признания недействительной кабальной сделки необходимо наличие двух взаимосвязанных фактов: нахождение лица, совершающего сделку, в тяжелых обстоятельствах и совершение сделки на крайне невыгодных условиях.

Только при доказанности совокупности указанных обстоятельств сделка может быть признана недействительной по мотиву ее кабальности, самостоятельно каждый из признаков основанием для признания сделки недействительной по указанному мотиву не является. При этом, вина другой стороны заключается в том, что она знала о тяжелых обстоятельствах лица и, воспользовавшись этим, вынудила его совершить сделку на крайне невыгодных для него условиях.

Оценив в соответствии со ст. 71 АПК РФ доводы и доказательства сторон, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что истцом не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии совокупности обстоятельств, необходимых в силу ст. 179 Гражданского кодекса РФ для признания сделки недействительной по указанному основанию.

Основным условием для квалификации сделки, совершенной на крайне невыгодных условиях, является факт того, что сделка совершена вынужденно, то есть в результате намеренных действий контрагента, который знал о наличии тяжелого финансового положения, либо иных тяжелых обстоятельствах, и воспользовался ими.

При оценке названного обстоятельства суд исходит из отсутствия в материалах дела доказательств того, что участники соглашения от 19.07.2018 вынуждали ФИО4 заключить анализируемое соглашение.

В соответствии с п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах", при рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела. Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д.

В силу п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно п. 1 и 4 ст. 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора и определении их условий, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Таким образом, каждый субъект гражданских правоотношений вправе реализовывать те или иные гражданские права, исходя из собственного представления об эффективности и целесообразности такой реализации.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что условие о поручительстве ФИО2 за общество «ПСТ-И» подписано непосредственно ФИО4, что последним не отрицается.

Оценивая приведенные ФИО4 доводы о кабальности сделки и не ознакомлении указанного лица с условиями договора подряда №2810, суд исходит из того, что поручитель, подписывая соответствующее соглашение, действуя разумно и добросовестно, должен был самостоятельно оценить риск финансового бремени, и уж тем более был обязан ознакомиться с условиями договоров, положенных в основу соглашения от 19.07.2018 г.

Между тем, в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что стороны соглашения от 19.07.2018 воспользовался какими-либо тяжелыми обстоятельствами поручителя при заключении спорного соглашения, или ввели его каким бы то ни было способом в заблуждение относительно условий спорного соглашения. Заключив соглашение 19.07.2018 на определенных условиях, поручитель действовал своей волей, в своем интересе, на свой страх и риск.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 N 162 "Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации", к элементам состава, установленного для признания сделки недействительной как кабальной, относится заключение сделки на крайне невыгодных условиях, о чем может свидетельствовать, в частности, чрезмерное превышение цены договора относительно иных договоров такого вида.

Завышенная цена сделки или менее выгодные иные ее условия по сравнению с иными аналогичными сделками, совершенными в период заключения сделки, сами по себе не могут расцениваться как крайне невыгодные. При этом, третьим лицом не представлено доказательств существенного отличия условий, содержащихся в соглашении от 19.07.2018, от условий аналогичных сделок.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 24.02.2004 N 3-П, Определении от 04.06.2007 N 320- О-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. 

С учетом названного, отсутствие необходимых сведений для оценки экономической целесообразности заключения спорного соглашения, неосмотрительность третьего лица при совершении гражданско-правовой сделки сами по себе не являются основанием для признания недействительной сделки, совершенной участником экономической деятельности, по заявленным ФИО4 основаниям.

Ссылаясь на изменение соглашением от 19.07.2018 условий договора подряда №2810, заявитель не принял во внимание, что такое изменение осуществлено сторонами договора №2810, что не противоречит нормам гражданского законодательства о свободе договора. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии необходимой совокупности обстоятельств, позволяющих квалифицировать оспариваемую сделку как кабальную по ст. 179 Гражданского кодекса РФ, поскольку основания, заявленные в иске, материалами дела не подтверждены.

Довод о ничтожности спорного соглашения по основаниям ст. 10 Гражданского кодекса РФ, судом также отклоняется, так как третьим лицом не указано, в чем выразилось стороны истца и ответчика злоупотребление своими правами, и к каким нарушениям прав третьего лица это привело. 

В соответствии с положениями ст. 110 АПК РФ, при обращении в суд с иском, встречным иском, заявлением в доход федерального бюджета подлежит уплате государственная пошлина.

Первоначальный истец при обращении в суд с иском при цене иска 3 217 0145 руб. платежным поручением от 27.06.2019 №7319773 уплатил государственную пошлину в размере 39 100 руб. 

После увеличения размера исковых требований до 9 209 000 руб. размер государственной пошлины составил 69 045 руб. 

Между тем, суд снизил размер неустойки до 3 683 600 руб. (размер госпошлины 41 418 руб.), и так как истец не доплачивал государственную пошлину, то с ответчика подлежит взысканию в пользу  истца 39 100 руб. и в доход федерального бюджета госпошлина в размере 2 318 руб.  

При подаче встречного иска уплачена государственная пошлина в размере 19 000 руб. платежным поручением №7964 от 06.12.2019 (том 2 л.д. 71), которая относится на ответчика

Руководствуясь ст.ст. 50, 110, 167-170, 175, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и арбитражный суд

РЕШИЛ:

Первоначальный иск удовлетворить частично. 

Взыскать с акционерного общества «ПромСтройТехно-Инвест» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Крановые технологии» 3 683 600 руб. неустойки, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 39 100 руб.

В удовлетворении требований в остальной части отказать. 

В удовлетворении встречного иска отказать.

В удовлетворении заявления третьего лица с самостоятельными требованиями, отказать. 

Взыскать с акционерного общества «ПромСтройТехно-Инвест» в доход федерального бюджета 2 318 руб. государственной пошлины. 

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области. 

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

СудьяЛ.Д. Мухлынина

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить на интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.ru.