ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-2351/2021

01 октября 2021 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     21 сентября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  01 октября 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Будылевой М.В.

судей  Загараевой Л.П., Згурской М.Л.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем с/з ФИО1

при участии:  

от истца: ФИО2, доверенность от 11.012021от ответчика: Не явился, извещен

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  13АП-24755/2021, 13АП-24898/2021)  (заявление)  ООО "СУШИ МАРКА", ООО "РУСФУД" на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.06.2021 по делу № А56-2351/2021 (судья Виноградова Л.В.), принятое

по иску ООО "СУШИ МАРКА"

к ООО "РУСФУД"

о взыскании 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "СУШИ МАРКА" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  с иском к обществу с ограниченной ответственностью "РУСФУД" (далее – ответчик) о взыскании:

- по договору коммерческой концессии № 135 от 28.03.2017 - 333 378,09 задолженности, 500 000,00 руб. неустойки в соответствии с п.3.4, по состоянию на 14.01.2021, 100 000,00 руб. компенсации в соответствии с п. 10.1, всего 933 378,09 руб. неустойку на сумму основного долга (333 378 рублей 09 коп.), в размере 1%, за каждый день просрочки оплаты, начиная с 15.01.2021 по дату фактического исполнения обязательства, 

- по договору коммерческой концессии № 152 от 18.10.2018 - 379 516,12 руб. задолженности, 500 000,00 руб. неустойки в соответствии с п.12.1 по состоянию на 14.01.2021, 500 000,00 руб. компенсации в соответствии с п. 10.1, всего 1 379 516,12 руб., неустойку, на сумму основного долга (379 516 рублей 12 коп.), в размере 1%, за каждый день просрочки оплаты, начиная с 15.01.2021 по дату фактического исполнения обязательства.

Решением суда от 01.06.2021 исковые требования удовлетворены в части взыскания с ответчика в пользу истца:

- по договору коммерческой концессии № 135 от 28.03.2017 - 333 378,09 руб. задолженности, 100 000,00 руб. неустойки по п. 3.4. договора, 100 000,00 руб. компенсации по п. 10.1 договора, всего 533 378,09 руб., неустойку на сумму 333 378,09 руб. за период с 15.01.2021 по день фактической уплаты задолженности по ставке 0,1% но не свыше 333 378,09 руб.; 

- по договору коммерческой концессии № 152 от 18.10.2018 - 57 000,00 руб. задолженности,  500 000,00 руб. компенсации по п. 10.1 договора, всего 657 000,00 руб.;

- а также 29 744,30 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. В остальной части иска отказано.

Не согласившись с решением суда, стороны направили апелляционные жалобы, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Апелляционная жалоба истца мотивирована тем, что договор коммерческой концессии № 152 от 18.10.2018 является расторгнутым с 03.07.2020 по инициативе истца, в связи с чем размер задолженности правомерно определен в сумме 379 516,12 руб.

Ответчик в обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что договор коммерческой концессии № 135 от 28.03.2017 расторгнут по инициативе ответчика с 01.08.2019 на основании пункта 10.4 указанного договора. Также ответчик полагает, что компенсация по пунктам 10.1 договоров не подлежит взысканию, установлена незаконно. По мнению подателя жалобы, размер неустойки явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства.

От истца поступил отзыв на апелляционную жалобу ответчика, в котором оспариваются доводы ООО "РУСФУД".

От ответчика поступил отзыв на апелляционную жалобу истца, в котором оспариваются доводы ООО "СУШИ МАРКА".

Ответчик, надлежащим образом извещенный о месте и времени рассмотрения дела, своего представителя в судебное заседание не направил. Дело рассмотрено в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы жалобы, считает решение суда подлежащим изменению в оспариваемой части.

Законность и обоснованность решения суда проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, между ООО «Суши марка» (Правообладатель) и ООО «Русфуд» (наименование ответчика на дату заключения договоров - ООО «Росфуд») (Пользователь) были заключены: 

- договор коммерческой концессии № 135 от 28.03.2017 (далее - ДКК 1);

- договор коммерческой концессии № 152 от 18.10.2018 (далее - ДКК 2).

На основании условий указанных договоров Правообладатель передал Пользователю комплекс прав по интеллектуальной собственности, а именно:      

- неисключительное право на использование товарного знака (Свидетельство на товарный знак № 506505, зарегистрированного в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 17.02.2014 (Приложение № 1 к настоящему Договору) – Товарный знак;

- право на использование Системы и конфиденциальной информации, коммерческого опыта, сведений о способах осуществления профессиональной деятельности Правообладателя;

- право на использование слогана «Возьми суши с собой!».

Роспатентом произведена государственная регистрация предоставления права использования Пользователем в предпринимательской деятельности комплекса прав Правообладателя по ДКК 1 и ДКК 2. 

03.06.2020 истец, ссылаясь на нарушение ответчиком условий ДДК 2, заявил о расторжении ДКК 2 с 03.07.2020 на основании пункта 10.1 ДКК 2, предложив ответчику в добровольном порядке произвести оплату обязательных платежей на дату расторжения (03.07.2020) в сумме 379 516,12 руб.; оплатить неустойку в размере 1% от суммы задолженности за каждый день просрочки исполнения обязательства по оплате на основании пункта 12.1 ДДК 2 в сумме 350 516,00 руб. (размер неустойки намеренно уменьшен по сравнению с фактическим, и действителен, при условии удовлетворения ответчиком требований, указанных уведомлении, в полном объеме, на дату расторжения - 03.07.2020); выплатить денежную компенсацию (отступное) согласно пункту 10.1 ДДК 2 в сумме 500 000,00 руб.

Требования, указанные истцом в уведомлении о расторжении ДДК 2, ответчиком не исполнены.

10.12.2020 истец, ссылаясь на нарушение ответчиком условий ДДК 1, заявил о расторжении ДКК 1 с 10.01.2021 на основании пункта 10.1. ДКК 1, предложив ответчику в добровольном порядке произвести оплату задолженности по обязательным платежам по состоянию на 10.12.2020 в сумме 315 000,00 руб.; за период с 01.01.2021 по 10.01.2021 в сумме 18 387,09 руб.; неустойки, исчисленной в соответствии с пунктом 3.4 ДДК 1 по состоянию на 10.12.2020, в сумме 519 550,00 руб.; денежной компенсации согласно пункту 10.1 ДДК 1 в сумме 100 000,00 руб.

Требования, указанные истцом в уведомлении о расторжении ДДК 1, ответчиком не исполнены.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, частично удовлетворяя заявленные требования, пришел к выводу, что задолженность по ДДК 1 составляет 333 378,09 руб., задолженность по ДДК 2 составляет 57 000,00 руб. Размер неустойки снижен судом первой инстанции, в связи с явной несоразмерностью последствиям нарушения обязательства. Требования истца о взыскании компенсаций по пунктам 10.1 договоров признаны судом обоснованными и удовлетворены в заявленном размере.

Апелляционный суд, исследовав материалы дела и доводы жалоб, приходит к выводу о наличии оснований для изменения решения суда в связи со следующим.

Статьями 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренным  законом.

Проанализировав правоотношения сторон, вытекающие из Договора, суд правомерно квалифицировал их как регулируемые положениями главы 54 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1027 ГК РФ по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).

Согласно пункту 2 статьи 1027 ГК РФ договор коммерческой концессии предусматривает использование комплекса исключительных прав, деловой репутации и коммерческого опыта правообладателя в определенном объеме (в частности, с установлением минимального и (или) максимального объема использования), с указанием или без указания территории использования применительно к определенной сфере предпринимательской деятельности (продаже товаров, полученных от правообладателя или произведенных пользователем, осуществлению иной торговой деятельности, выполнению работ, оказанию услуг).

В отношении спора по договору коммерческой концессии № 135 от 28.03.2017 (ДДК 1) апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Пунктом 3.2 ДДК 1 установлено, что сумма Роялти составляет 32 000,00 (Тридцать две тысячи) рублей, НДС не облагается в связи с применением Правообладателем упрощенной системы налогообложения. Сумма ежемесячного маркетингового взноса составляет 25 000,00 (Двадцать пять тысяч) рублей, НДС не облагается в связи с применением Правообладателем упрощенной системы налогообложения. В случае самостоятельного проведения пользователем маркетинговых мероприятий по данному адресу и документального подтверждения на сумму не менее 25 000,00 (Двадцати пяти тысяч) рублей, вышеуказанный маркетинговый взнос дополнительно не оплачивается.

Подпунктом f. пункта 10.1 ДДК 1 установлено, что правообладатель имеет право в одностороннем порядке отказаться от исполнения настоящего Договора, а также требовать оплаты денежной суммы в качестве компенсации в размере 100 000 (Сто тысяч) рублей при условии направления Пользователю соответствующего письменного уведомления о расторжении настоящего Договора, если Пользователь не исполнил обязательства, предусмотренные п. 3.2 и/или п. 3.3 и/или п. 3.4 и/или п.п. 7.1 – 7.21 настоящего Договора.

Факт нарушения ответчиком обязательств по уплате роялти по ДДК 1 подтверждается материалами дела и ответчиком не оспаривается.

ДДК 1 расторгнут с 10.01.2021 по инициативе истца (уведомление от 10.12.2020).

Довод ответчика о том, что ДДК 1 расторгнут с 01.08.2019 на основании пункта 10.4 ДДК 1, по инициативе ответчика уведомлением, направленным 02.07.2019, по электронной почте, отклоняется апелляционным судом в связи со следующим.

Согласно пункту 10.4. ДДК 1 Пользователь имеет право в одностороннем порядке расторгнуть договор, уведомив об этом Правообладателя не позднее, чем за тридцать дней до даты расторжения, при условии отрицательного баланса от операционной деятельности магазина (предприятия), открытого по условиям настоящего договора в течение трех месяцев подряд.

Ответчик 02.07.2019 направил по электронной почте на адреса: «t.utkina@sushishop.ru», «o.stepanuk@sushishop.ru» и «l.lugovoy@sushishop.ru» уведомление о расторжении ДДК 1 на основании пункта 10.4. указанного договора с 01.08.2019.

В соответствии с пунктом 13.8 ДДК 1 любое уведомление или извещение, которое должно быть отправлено по условиям настоящего договора одной из сторон другой стороне, может быть отправлено электронной почтой, по адресам указанным в реквизитах сторон. Стороны настоящего договора признают, что полученные с данных адресов документы и отправленные, позволяют достоверно установить, что документ исходит от стороны по настоящему договору, признаются сторонами официальной перепиской в рамках настоящего договора, и служат подтверждением надлежащего уведомления.

В разделе 14 ДДК 1 отсутствует согласование сторонами официального адреса электронной почты истца.

Доказательства наличия у лиц, с которыми велась переписка по указанным адресам электронной почты, полномочий на рассмотрение спорного вопроса ответчиком в материалы дела не представлены. Документы, подтверждающие направление уведомления по почте по юридическому адресу истца, отсутствуют.

Следовательно, направленные ответчиком письма по электронной почте не могут быть признаны апелляционным судом надлежащим уведомлением истца о расторжении ДДК 1 по пункту 10.4 указанного договора. 

Ссылка ответчика на отрицательный баланс от операционной деятельности магазина (предприятия), открытого по условиям ДДК 1, отклоняется апелляционным судом, поскольку не подтверждена относимыми и допустимыми доказательствами. Приложенный к отзыву на иск Баланс по операционной деятельности предприятия (подразделения) ООО "РусФуд", работающего в рамках договора коммерческой концессии №135 от 28.03.2017 с ООО "Суши Марка", не принимается апелляционным судом в качестве надлежащего доказательства по делу, поскольку не является документом бухгалтерской отчетности, не подписан уполномоченным представителем ответчика, не содержит указания на обосновывающие расчет документы.

Также апелляционный суд учитывает, что после даты, указанной ответчиком в качестве момента прекращения действия ДДК 1 (01.08.2019), сторонами подписаны дополнительные соглашения к указанному договору от 31.03.2020 об уменьшении суммы роялти с 32 000 рублей до 16 000 рублей в период с 01.04.2020 по 30.07.2020, а также от 01.08.2020 об освобождении от уплаты маркетингового взноса в период с 01.08.2020 по 30.09.2020. Более того, ответчик производил платежи, тем самым подтверждая действие указанного договора.

На основании изложенного, апелляционная коллегия приходит к выводу, что ДДК 1 прекратил действие с 10.01.2021 по инициативе истца согласно подпункту f. пункта 10.1 указанного договора.

Согласно расчету истца, проверенному апелляционным судом и не оспоренному ответчиком арифметически, размер задолженности на дату расторжения ДДК 1 (10.01.2021) составил 333 378,09 руб.

В связи с доказанностью расторжения ДДК 1 по пункту 10.1 указанного договора, истцом правомерно заявлено требование о взыскании компенсации в размере 100 000 руб.

Пунктом 1 статьи 330 ГК РФ предусмотрено, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Пунктом 3.4 ДДК 1 установлено, что срок оплаты Роялти и маркетингового взноса - ежемесячно до 10 (десятого) числа текущего месяца. В случае просрочки в оплате Роялти и (или) маркетингового взноса, Пользователь уплачивает Правообладателю неустойку в размере 1 (одного) процента от суммы Роялти и (или) маркетингового взноса за каждый день просрочки, в случае если просрочка оплаты суммы Роялти и (или) маркетингового взноса составит более трех месяцев в течение срока действия Договора, то Правообладатель имеет право расторгнуть настоящий Договор.

В соответствии с расчетом истца, проверенным судами и признанным обоснованным и арифметически правильным, размер неустойки по состоянию на 14.01.2021 составил 630 535,48 руб. Размер неустойки снижен истцом самостоятельно при подаче иска до 500 000 руб. 

В обоснование возражений на иск в указанной части ответчик ссылается на явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

В соответствии со статьей 333 ГК РФ суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

В пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 77 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Конституционным Судом РФ в Определении от 14.10.2004 N 293-О указано, что в части первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Неустойка не должна являться средством обогащения, и ставить кредитора в значительно более выгодные условия в сравнении с обычными условиями деятельности при надлежащем исполнения обязательства должником.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.

Принимая во внимание значительный размер ставки для начисления неустойки, установленной договором, отсутствие доказательств соразмерности возникших у истца убытков начисленной неустойке, оценив пояснения ответчика об  обстоятельствах, связанных с просрочкой выполнения ответчиком условий договора, условия пандемии коронавируса и общеэкономического спада; наличие в договоре условия о дополнительной компенсации причиненных истцу убытков, апелляционный суд усматривает основания для снижения размера подлежащей взысканию неустойки по состоянию на 14.01.2021 до 100 000 руб. по рассматриваемому договору, с начислением неустойки за период с 15.01.2021 по день фактической уплаты задолженности по ставке 0,1%, но не свыше 333 378,09 руб.

На основании изложенного, апелляционный суд приходит к выводу об обоснованности решения суда первой инстанции в части рассмотрения требований истца по договору коммерческой концессии № 135 от 28.03.2017.

В отношении спора по договору коммерческой концессии № 152 от 18.10.2018 (ДДК 2) апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В пункте 3.2 ДДК 2 установлено, что сумма Роялти составляет 32 000,00 (Тридцать две тысячи) рублей, НДС не облагается в связи с применением Правообладателем упрощённой системы налогообложения.

Согласно пункту 3.4 ДДК 2 срок уплаты Роялти и маркетингового взноса - ежемесячно до 10 (десятого) числа текущего месяца. 

В пункте 3.7 ДДК 2 установлено, что периодический (ежемесячный) маркетинговый взнос выплачивается Пользователем в размере 25000,00 (Двадцать пять тысяч) рублей, НДС не облагается в связи с применением Правообладателем упрощённой системы налогообложения.

В подпункте f. пункта 10.1 ДДК 2 установлено, что правообладатель имеет право в одностороннем порядке отказаться от исполнения настоящего Договора, а также требовать оплаты денежной суммы в качестве компенсации в размере 500 000 (Пятьсот тысяч) рублей при условии направления Пользователю соответствующего письменного уведомления о расторжении настоящего Договора, если Пользователь не исполнил обязательства, предусмотренные п. 3.2 и/или п. 3.3 и/или п. 3.4 и/или п.п. 7.1 – 7.29 настоящего Договора».

Факт нарушения ответчиком обязательств по ДДК 2 подтверждается материалами дела и ответчиком не оспаривается.

ДДК 2 расторгнут с 03.07.2020 по инициативе истца (уведомление от 03.06.2020).

Довод ответчика о том, что ДДК 2 расторгнут с 18.01.2020 на основании пункта 10.3 указанного договора, по инициативе ответчика уведомлением, направленным 18.12.2019, отклоняется апелляционным судом в связи со следующим.

Согласно пункту 2 статьи 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных названным Кодексом, другими законами или договором.

Согласно пункту 1 статьи 1037 ГК РФ каждая из сторон договора коммерческой концессии, заключенного на определенный срок или без указания срока его действия, во всякое время вправе отказаться от договора, уведомив об этом другую сторону не позднее чем за тридцать дней, если договором предусмотрена возможность его прекращения уплатой денежной суммы, установленной в качестве отступного.

В пункте 10.3. ДДК 2 указано, что пользователь имеет право в одностороннем порядке расторгнуть настоящий Договор уведомив об этом Правообладателя не позднее, чем за тридцать дней до даты расторжения, при условии выплаты Правообладателю денежной суммы (отступного) в размере 500 000.00 (пятьсот тысяч) рублей.

В силу пункта 1 статьи 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Прекращение обязательства по требованию одной из сторон допускается только в случаях, предусмотренных законом или договором (пункт 2 статьи 407 ГК РФ).

Согласно статье 409 ГК РФ по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного - уплатой денежных средств или передачей иного имущества.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 N 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств", обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, перечень оснований прекращения обязательств не является закрытым, поэтому стороны могут в своем соглашении предусмотреть не упомянутое в законе или ином правовом акте основание прекращения обязательства и прекратить как договорное, так и внедоговорное обязательство, а также определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства (пункт 3 статьи 407 ГК РФ).

В рассматриваемом случае ДДК 2 определено условие прекращения обязательств по договору в одностороннем порядке, а именно - выплата ответчиком отступного.

Доказательства выплаты отступного при заявлении о расторжении ДДК 2 на основании пункта 10.3 указанного договора ответчиком в материалы дела не представлены.

18.12.2019 ответчик сообщил истцу, что вынужден расторгнуть ДДК 2 с 01.01.2020 в соответствии с п.10.3 указанного договора, в связи с расторжением арендодателем договора аренды в отношении помещения, используемого ответчиком в рамках ДКК 2, в том числе сославшись на существенное изменение обстоятельств (ст.451 ГК РФ). При этом ответчик просил не взыскивать с него денежную компенсацию (отступное), ввиду того, что расторжение ДКК 2 вызвано обстоятельствами, не зависящими от ответчика.

Истец 19.12.2019 направил ответчику досудебную претензию по ДКК 2, в которой также указал, что вопрос выплаты/невыплаты денежной компенсации (отступного) при расторжении не может быть связан с ненадлежащим исполнением третьим лицом своих обязательств по отношению к ответчику, договор аренды заключен ответчиком и третьим лицом, соответственно трехсторонних правоотношений не образовывалось, все риски и негативные последствия ответчик должен урегулировать без участия истца. Ответчик мог сменить локацию, на другой адрес/помещение, однако предпочел заявить о расторжении ДКК 2, что, безусловно, являлось его правом, но и последствия реализации этого права ответчику известны с момента заключения ДКК 2.

Согласно пункту 8.5. ДДК 2 пользователь осознает и самостоятельно несет риски ведения предпринимательской (коммерческой) деятельности в рамках настоящего Договора. Все финансовые показатели, управление предприятием (магазином) зависят лишь от Пользователя. Правообладатель ни при каких условиях не несет ответственность за возможный отрицательный, негативный экономический, финансовый результат Пользователя. 

В письме от 18.12.2019 ответчик указывает, что причина расторжения — арендодатель помещения по адресу: 

<

...> создал условия, при которых коммерческая деятельность по указанному адресу ответчиком стала убыточной и создала предпосылки для банкротства ответчика, то есть, имело место существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора аренды по данному адресу. 

Приведенные ответчиком в уведомлении от 18.12.2019 основания расторжения ДДК 2 не могут быть квалифицированы апелляционным судом в качестве существенного изменения обстоятельств в соответствии со статьей 451 ГК РФ.Какие-либо соглашения стороны не подписывали, в суд ответчик с требованием об изменении или о расторжении ДКК 2 не обращался.

На основании изложенного, апелляционная коллегия приходит к выводу, что ДДК 2 прекратил действие с 03.07.2020 по инициативе истца согласно подпункту f. пункта 10.1 указанного договора.

В пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по смыслу пункта 5 статьи 1235 ГК РФ в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 ГК РФ вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. В связи с этим лицензиару не может быть отказано в удовлетворении требования о взыскании вознаграждения по мотиву неиспользования лицензиатом соответствующего результата или средства.

Согласно расчету истца, проверенному апелляционным судом и не оспоренному ответчиком арифметически, размер задолженности на дату расторжения ДДК 2 (03.07.2020) составил 379 516,12 руб.

В связи с доказанностью расторжения ДДК 2 по пункту 10.1 указанного договора, истцом правомерно заявлено требование о взыскании компенсации в размере 500 000 руб.

В пункте 12.1 ДДК 2 установлено, что в случае просрочки в оплате Роялти и (или) маркетингового взноса, Пользователь уплачивает Правообладателю неустойку в размере 1% от суммы Роялти и (или) маркетингового взноса за каждый день просрочки. Если просрочка оплаты суммы Роялти и (или) маркетингового взноса составит более 15 (пятнадцати) рабочих дней в течение срока действия настоящего Договора, то Правообладатель имеет право расторгнуть настоящий Договор в одностороннем порядке.

В соответствии с расчетом истца, проверенным апелляционным судом и признанным обоснованным и арифметически правильным, размер неустойки по состоянию на 14.01.2021 составил 1 222 341,60 руб. Размер неустойки снижен истцом самостоятельно при подаче иска до 500 000 руб. 

В обоснование возражений на иск в указанной части ответчик ссылается на явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

Принимая во внимание значительный размер ставки для начисления неустойки, установленной договором, отсутствие доказательств соразмерности возникших у истца убытков начисленной неустойке, оценив пояснения ответчика об  обстоятельствах, связанных с просрочкой выполнения ответчиком условий договора, условия пандемии коронавируса и общеэкономического спада; наличие в договоре условия о дополнительной компенсации причиненных истцу убытков, апелляционный суд усматривает основания для снижения размера подлежащей взысканию неустойки по состоянию на 14.01.2021 до 100 000 руб. по рассматриваемому договору, с начислением неустойки за период с 15.01.2021 по день фактической уплаты задолженности по ставке 0,1%, но не свыше 379 516,12 руб.

На основании изложенного, апелляционный суд приходит к выводу об обоснованности требований истца по договору коммерческой концессии № 152 от 18.10.2018 в указанной части, в связи с чем решение суда первой инстанции подлежит изменению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы истца по уплате государственной пошлины относятся на ответчика. 

В силу части 1 статьи 177 АПК РФ решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия. Копии решения на бумажном носителе могут быть направлены лицам, участвующим в деле, в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 01.06.2021 по делу №  А56-2351/2021  изменить, изложив резолютивную часть в следующей редакции.

Взыскать с ООО "РУСФУД" (ОГРН 

<

***>) в пользу ООО «Суши марка» (ОГРН 

<

***>) 333 378,09 руб. задолженности по договору коммерческой концессии № 135 от 28.03.2017, 100 000,00 руб. компенсации по п.10.1 договора коммерческой концессии № 135 от 28.03.2017, 100 000,00 руб. неустойки по п.3.4. договора коммерческой концессии № 135 от 28.03.2017; неустойку на сумму 333 378,09 руб. за период с 15.01.2021 по день фактической уплаты задолженности по ставке 0,1%, но не свыше 333 378,09 руб.; 

379 516,12 руб. задолженности по договору коммерческой концессии № 152 от 18.10.2018, 500 000,00 руб. компенсации по п.10.1.договора коммерческой концессии № 152 от 18.10.2018, 100 000,00 руб. неустойки по п.3.4. договора коммерческой концессии №152 от 18.10.2018; неустойку на сумму 379 516,12 руб. за период с 15.01.2021 по день фактической уплаты задолженности по ставке 0,1%, но не свыше 379 516,12 руб.; 32 744,30 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. 

В остальной части иска отказать. 

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

М.В. Будылева

Судьи

Л.П. Загараева

 М.Л. Згурская