ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-57147/2021

11 апреля 2022 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     07 апреля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  11 апреля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Третьяковой Н.О.

судей  Згурской М.Л., Трощенко Е.И.

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1 (до перерыва), ФИО2 (после перерыва) 

при участии:  

от истца (заявителя): ФИО3 по доверенности от 19.01.2022 (до и после перерыва)

от ответчика (должника): ФИО4 – руководитель (до перерыва), ФИО4, ФИО5 по доверенности от 06.04.2022 (после перерыва)

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-44274/2021) ООО "Рент Ивент" на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.11.2021 по делу № А56-57147/2021 (судья Виноградова Л.В.), принятое 

по иску ООО "Рент Ивент"

к  ООО "Персона"

о взыскании,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Рент  Ивент", адрес:198188, 

<

...>, лит. А, офис 264, ОГРН 

<

***> (далее – истец)  обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, об обязании общества с ограниченной ответственностью «Персона», адрес: 192019, 

<

...>, лит. М, пом. 1-Н, офис 1, ОГРН 

<

***> (далее – ответчик) изъять из оборота контрафактные товары, этикетки, упаковки товаров, рекламные материалы, на которых размешено обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком «Воvеr»;  прекратить неправомерное использование товарного знака «Воvеr» в сети Интернет и любых других источниках информации, а также о взыскании с ответчика 1 000 000 руб. компенсации и  50 000 руб. в возмещение расходов на оплату юридических услуг.

        Решением суда от 18.11.2021 в удовлетворении иска отказано.

        В апелляционной жалобе истец, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя жалобы, материалами дела подтвержден факт использования ответчиком обозначения «бовер», сходного до степени смешения с товарным знаком истца «Bover» при осуществлении аналогичных услуг.

        В судебном заседании, состоявшемся 31.03.2022, представитель истца поддержал доводы, приведенные в апелляционной жалобе, а представитель ответчика доводы жалобы отклонил и просит оставить без изменения решение суда первой инстанции.

        В судебном заседании объявлен перерыв до 09 час.50 мин. 07 апреля 2022. После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда с участием представителей сторон, которые поддержали ранее  изложенные ими доводы и возражения.

        Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец является правообладателем исключительного права на словесный товарный знак "Bover" по свидетельству Российской Федерации N 670393, имеющий дату приоритета 11.12.2017 и зарегистрированный в отношении товаров 19 и 43 классов Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, в том числе: для строительных материалов и сборных конструкций, а также услуг по прокату мебели.

Истцу стало известно, что ответчик на веб-сайте арендадлятебя.рф https://xn-- 80aadkbddlco2a2a9md.xn--р1ai/  сети Интернет использует обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца, при реализации и дачи в аренду рекламных киосков и стоек, что подтверждается протоколом осмотра сайта от 02.10.2020.

Полагая, что данные действия образуют состав нарушения исключительного права на товарный знак, истец обратилось в арбитражный суд с иском по настоящему делу.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что истец не представил доказательств незаконного использования ответчиком товарного знака, либо сходных с ним обозначений, поскольку из представленных им доказательств не усматривается, что ООО «Персона» использует спорное обозначение на продукции и в предложениях к продаже, рекламе. Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии в действиях ответчика состава нарушения исключительного права истца на товарный знак.

Апелляционная инстанция, выслушав мнение представителей сторон, изучив материалы дела и оценив доводы жалобы, пришла к следующему

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Согласно пункту 4 этой же статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как отмечено в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных ГК РФ, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 59 - 62, 154, 162 Постановления N 10, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ.

        Факт принадлежности истцу исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 670393 установлен судом первой инстанции, подтверждается материалами дела и ответчиком не оспаривается.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлении от 18.07.2006 N 2979/06 по делу N А40-63533/2004 и постановлении от 17.04.2012 N 16577/11 по делу N А40-2569/2011, в пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Аналогичная правовая позиция выражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2017 N 309-ЭС16-15153.

При оценке сравниваемых обозначений на предмет тождества или сходства до степени смешения следует руководствоваться Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482) и пунктом 162 Постановления N 10.

В соответствии с пунктом 41 Правил N 482 обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах; сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком) - если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В силу пункта 42 тех же Правил N 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

Звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

Графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

Смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Как указывалось выше, в пункте 162 Постановления N 10 разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиками обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

При определении сходства обозначений исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

Таким образом, на основании приведенных положений Правил N 482 и правовых подходов, сформированных в пункте 162 Постановления N 10, в первую очередь подлежит разрешению вопрос о наличии или отсутствии сходства сравниваемых обозначений. Для его установления производится анализ обозначений на основании вышеприведенных критериев. В случае установления отсутствия сходства дальнейший анализ не производится.

Сравнивая противопоставленные обозначения «бовер», «Bover» суд апелляционной инстанции, исходя из методологии, предусмотренной Правилами, установил, что обозначение "бовер", используемое ответчиком, является транслитерацией на русский язык английского слова "Bover", которое полностью повторяет товарный знак истца, в связи с чем, сходно с ним до степени смешения по звуковому (фонетическому) и графическому критериям.

При написании товарного знака истца использован английский алфавит, вместе с тем между обозначениями имеется смысловое тождество: сравниваемое обозначение переводится с английского языка на русский язык как "бовер", что имеет значение при определении сходства и степени смешения.

При установлении однородности товаров, услуг определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров, услуг одному изготовителю, продавцу. При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

В данном случае судом апелляционной инстанции по вопросу однородности товаров, услуг установлено, что товары, в отношении которых зарегистрирован товарный знак истца, и предлагаемые ответчиком к реализации и сдаче в аренду товары,  относятся к одному роду товаров по потребительским свойствам, по функциональному назначению и по кругу потребителей (реализация, сдача в аренду киосков для торговли, стоек).

Довод ответчика о том, что предлагаемый им товар имеет отличную от товаров истца конструкцию и размеры отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об отсутствии однородности для среднего потребителя: сравнению подлежат товары, для индивидуализации которых зарегистрирован защищаемый товарный знак, и товары, для которых фактически используется спорное обозначение. В данном случае и в одном и в другом случае такими товарами являются – сборные конструкции для торговли.

При этом суд  апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что в соответствии с пунктом 162 Постановления N 10 для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

С учетом, установленных по делу обстоятельств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о совершении ответчиком нарушений исключительного права истца на товарный знак.

В силу подпункта 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 57 Постановления N 10, требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права. Так, не подлежит удовлетворению требование о запрете предложения к продаже или о запрете продажи контрафактного товара, если такой принадлежавший ответчику товар им уже продан.

Как усматривается из материалов дела, истцом в качестве доказательства нарушения ответчиком исключительных прав представлены доказательства, в том числе нотариально удостоверенный протокол осмотра письменных доказательств, то есть в подтверждение правонарушения приведены конкретные факты использования ответчиком, в том числе на сайте в сети Интернет обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца.

Ответчиком в ходе рассмотрения дела в судах первой и апелляционной инстанций не представлены доказательства удаления интернет-страницы, содержащих товарный знак истца. Таким образом, ответчик добровольно не выполнил требования об удалении спорного обозначения с тех ресурсов, в отношении которых истцом доказан факт незаконного использования, в связи с чем, подлежит удовлетворению требование истца об обязании прекратить неправомерное использование товарного знака «Воvеr» в сети Интернет и любых других источниках информации.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. Правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Как закреплено в подпункте 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В настоящем деле истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав истца в размере 1 000 000 руб.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ (пункт 43.3 постановления N 5/29).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

При определении размера компенсации суд апелляционной инстанции, приняв во внимание деятельность ответчика, в ходе которой допущено правонарушение, место совершения правонарушения (Санкт-Петербург со значительным количеством населения), способ предложения  спорного товара к продаже, сдаче в аренду (через сеть Интернет), что значительно увеличивает размер потенциальных потребителей, а также тот факт, что ответчиком не было заявлено ходатайство об уменьшении размера компенсации, не представлено в материалы дела каких-либо доказательств, свидетельствующих о несоразмерности заявленной истцом к взысканию компенсации последствиям нарушения обязательства, в том числе сведений о доходах ответчика с использованием обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, а также доказательств незамедлительного прекращения нарушения прав истца при получении соответствующей претензии, пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения требования о взыскании компенсации в полном объеме.

При этом суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения требования истца об изъятии из оборота контрафактной продукции, этикеток, упаковок товаров, рекламных материалов, на которых размещено спорное обозначение, сходное до степени  смешения с товарным знаком истца.

Согласно положениям пункта 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены указанным Кодексом.

При этом решение об изъятии из оборота и уничтожении принимается судом в случае, если установлено наличие у ответчика контрафактных материальных носителей.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать изъятия из оборота и уничтожения за счет нарушителя контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров, на которых размещены незаконно используемый товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение.

Однако в данном случае, при рассмотрении настоящего дела  истцом  не было представлено каких-либо доказательств о наличии у ответчиков продукции, товаров с незаконно нанесенным товарным знаком, месте ее хранения и количестве.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика 50 000 руб. расходов на оплату услуг представителя.

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 110 названного Кодекса судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. Расходы на оплату услуг представителя взыскиваются арбитражным судом в разумных пределах (часть 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Статьей 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

В соответствии с разъяснениями Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащимися в пункте 3 информационного письма от 05.12.2007 N 121 "Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвоката и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах", лицо, требующее возмещения расходов на оплату услуг представителя, доказывает их размер и факт выплаты, другая сторона вправе доказывать их чрезмерность.

По смыслу приведенных норм право на возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя возникает при условии фактического несения стороной затрат.

В подтверждение факта несения судебных расходов истец представил в материалы дела договор оказания юридических услуг № 17 от 10.06.2021, заключенный с ФИО3, расходный кассовый ордер № 1 от 10.06.2021 на сумму 50 000 руб.

Указанная сумма судебных расходов, по мнению апелляционного суда, соответствует принципу разумности, а также объему оказанных услуг, а именно: составление и подача иска, ходатайства об уточнении исковых требований, письменных пояснений по делу, составление и подача апелляционной жалобы,   принятие участия представителя истца в судебных заседаниях суда первой инстанции 19.10.2021, 09.11.2021, суда апелляционной инстанции 31.03.2022, 07.04.2022..

При этом ответчик каких-либо доказательств того, что размер указанных расходов является завышенным, чрезмерным  не представил.

На основании изложенного решение суда первой инстанции подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.11.2021 по делу №А56-57147/2021 отменить.

Обязать ООО «Персона» прекратить использование обозначения «Воvеr», сходного до степени смешения с товарным знаком истца № 670393 в сети Интернет

Взыскать с ООО «Персона» в пользу ООО «Рент Ивент» 1 000 000 руб. компенсации, 50 000 руб. в возмещение расходов на оплату юридических услуг и 11 000 руб. расходов по госпошлине по иску и апелляционной жалобе.

В остальной части иска отказать.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Н.О. Третьякова

 

Судьи

М.Л. Згурская

 Е.И. Трощенко