ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-16506/2019

05 апреля 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  30 марта 2022 года

Постановление изготовлено в полном объёме  05 апреля 2022 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Аристовой Е. В.,

судей  Брежневой О. Ю., Дубок О. В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством системы веб-конференции апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-886/2022) конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Альтаир» (далее – ООО «Альтаир», должник) ФИО2 (далее – ФИО2) на определение от 27.12.2021 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-16506/2019 (судья Горобец Н. А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ООО «Альтаир» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 

<

...>) ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Позитив» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 

<

...>, далее – ООО «Позитив») о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности, при привлечении к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 (далее – ФИО3), общества с ограниченной ответственностью «Энерготелеком» (далее – ООО «ЭТ»), общества с ограниченной ответственностью «ПСФ «Кедр-плюс» (далее – ООО ПСФ «Кедр-плюс»), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Альтаир», 

при участии в судебном заседании представителей:  

от общества с ограниченной ответственностью «КВАРЦ Групп» (далее – ООО «Кварц Групп» – ФИО4 (по доверенности от 24.12.2021 № 190/2021),

от ООО «Позитив» – директора ФИО5 (по паспорту),

установил:

Федеральная налоговая службы обратилась в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании ООО «Альтаир» несостоятельным (банкротом), принятым к производству определением от 04.10.2019.

Определением от 31.12.2019 вышеуказанное заявление признано обоснованным; в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО2 (далее – управляющий).

Решением от 25.06.2020 (резолютивная часть от 17.06.2020) ООО «Альтаир» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства; исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на ФИО2 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника его управляющий обратился 26.05.2011 в арбитражный суд с заявлением к ООО «Позитив» о признании недействительными сделками платежей, осуществлённых ООО «ЭТ» (третьим лицом за истца по письму) в пользу ООО «Позитив» на общую сумму 1 624 500 руб., в том числе по платёжным поручениям от 11.04.2019 № 462 на сумму 124 500 руб., от 11.04.2019 № 464 на сумму 500 000 руб., от 12.04.2019 № 466 на сумму 1 000 000 руб. В качестве применения последствий недействительности сделок просил взыскать с ООО «Позитив» указанную сумму в пользу ООО «Альтаир», а также сумму процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением от 27.12.2021 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-16506/2019 заявление оставлено без удовлетворения.

В апелляционной жалобе управляющим ставится вопрос об отмене судебного акта, удовлетворении заявления. По мнению подателя жалобы, определение принято с нарушением норм процессуального и материального права.

От управляющего 16.03.2022 поступили письменные пояснения по жалобе, в которых указывает на следующее. Судом не принят во внимание довод о том, что ООО «Позитив» не могло выполнить работы по ремонту АКЗ фильтров ХЦ СП ТЭЦ-4 по договору от 01.11.2018 № 012/11/18, поскольку у общества отсутствовали ресурсы для выполнения работ. ООО «Позитив» не могло выполнять работы на объектах ТГК-11, поскольку необходимо иметь членство в СРО и специальный код ОКВЭД. Выручка ООО «Позитив» за 2018 год – 6,8 тыс. руб., прибыль – 1.2 тыс. руб., средняя списочная численность – 2 работника; выручка за 2019 год – 6,8 тыс. руб., прибыль – 0,7 тыс. руб. По счёту ООО «Альтаир» осуществлены платежи в период 01.10.2018 – 31.12.2018, подтверждающие наличие материалов, оборудования и средств индивидуальной защиты, необходимых для выполнения работ по АКЗ на объекте ТЭЦ-4 без необходимости привлечения сторонних организаций. Средняя списочная численность сотрудников ООО «Альтаир» на 01.01.2018 – 20 чел., на 01.10.2019 – 17 чел. Таким образом, ООО «Позитив» не могло выполнить работы, поскольку субподрядчиком ООО «Кварц Групп» было только ООО «Альтаир». Полагает, что договор подряда № 011/10/18 между ООО «Альтаир» и ООО ПСФ «Кедр-плюс» является мнимым. В ЛСР № 41 от 2018 года к договору субподряда от 20.10.2018 № 011/10/18 указано, что сметная трудоёмкость составляет 5 405,6 чел. ч., что составляет 675,7 рабочих смен, а с учётом сроков выполнения работ (22.10.2018 (понедельник) – 31.12.2018 (нерабочий день)), количества рабочих дней с 22.10.2018 по 29.12.2018 (октябрь – 8, ноябрь – 21, декабрь – 21), необходимое минимальное число рабочих для выполнения работ составит 14 человек. По итогам 2020 года у ООО ПСФ «Кедр-плюс» среднесписочная численность работников составляет 1 чел. ООО ПСФ «Кедр-плюс» не имело возможности выполнить указанный в договоре объём работ. Кроме того, суд необоснованно признал, что рабочим выдавалась заработная плата. Не подтверждена уплата НДФЛ за полученные средства по договорам. Платёжные поручения не содержат ссылки на письмо о перечислении в пользу третьего лица. Судом нарушен порядок рассмотрения заявления о фальсификации (статьи 68, 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ). Суд неверно определил, что отсутствует основание для признания сделки недействительной по правилам пункта 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Отмечает, что само по себе отсутствие признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путём, в том числе на общих основаниях. ООО «Позитив» знало или должно было знать об ущемлении интересов кредиторов должника.

От управляющего поступило ходатайство о проведении онлайн-заседания, которое удовлетворено апелляционным судом. Судебное заседание 16.03.2022 проведено посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел». Между тем управляющий не обеспечил участие в судебном заседании.

Определением от 16.03.2022 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 30.03.2022; в порядке статьи 81 АПК РФ участвующим в споре лицам предложено представить объяснения со ссылкой на надлежащие доказательства относительно:

- предмета договора подряда между АО «ТГК № 11» и ООО «КГ» (виды и объёмы порученных работ, применительно к спорным работам (локально-сметный расчёт); согласование привлечения субподрядчиков; выдача пропусков конкретным работникам; принятие спорного объёма работ (акты по форме № КС-2, исполнительная документация (конкретные акты освидетельствования скрытых работ);

- предмета договора подряда между ООО «КГ» и ООО «Альтаир» (виды и объёмы порученных работ, применительно к спорным работам (локально-сметный расчёт); согласование привлечения субсубподрядчиков; принятие спорного объёма работ (акты по форме № КС-2, исполнительная документация (конкретные акты освидетельствования скрытых работ);

- необходимости привлечения ООО «Альтаир» по договорам от 20.10.2018 (ООО ПСФ «Кедр-плюс») и от 01.11.2018 (ООО «Позитив»);

- наличия фактической возможности выполнения ООО ПСФ «Кедр-плюс» и ООО «Позитив» порученного объёма работ (штатная численность, наличие техники, оборудования, приобретение материалов);

- учёта (налогового, бухгалтерского) ООО ПСФ «Кедр-плюс», ООО «Позитив», ООО «Альтаир» обязательств по договорам от 20.10.2018 и от 01.11.2018;

- принятие работ по договорам от 20.10.2018 (ООО ПСФ «Кедр-плюс») и от 01.11.2018 (ООО «Позитив») (акты по форме № КС-2, подготовка и передача исполнительной документации (конкретные акты освидетельствования скрытых работ);

- действительности правоотношений между ООО ПСФ «Кедр-плюс» и ООО «Позитив», наличия задолженности, о погашении которой путём оплаты ООО «Альтаир» уведомлено письмом от 08.04.2019;

- фактического выгодоприобретателя по оспариваемым перечислениям, применительно к правоотношениям между должником и ООО ПСФ «Кедр-плюс» и доводам управляющего;

- признаков неплатёжеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок;

- наличия аффилированности (фактической, юридической) ООО «КГ», ООО «Альтаир», ООО ПСФ «Кедр-плюс», ООО «Позитив»;

- правовых оснований для оспаривания сделок. 

Во исполнение вышеуказанного определения от ООО «Кварц Групп» и ООО «Позитив» поступили письменные отзывы. К отзыву ООО «Кварц Групп» приложены дополнительные документы: копии страниц договора от 26.02.2018, дополнительного соглашения № 2, локальных сметных расчётов № 41, 43, актов по форме № КС-2 к ним, страниц договора от 17.04.2018, письма от 16.02.2018 № 25-09/571.

От управляющего поступило ходатайство о проведении онлайн-заседания, которое удовлетворено апелляционным судом (определение от 21.03.2022). Между тем заявитель к онлайн-заседанию посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» не присоединился, о наличии технических неполадок при подключении, об отложении судебного заседания суду апелляционной инстанции не заявил. Апелляционный суд посчитал возможным провести судебное заседание в отсутствие неявившегося участника процесса.

Представители ООО «Позитив», ООО «Кварц Групп» в заседании суда апелляционной инстанции высказались согласно отзывам на апелляционную жалобу.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, о времени и месте проведения судебного заседания, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями статей 123, 156, 266 АПК РФ.

Дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными (часть 2 статьи 268 АПК РФ). 

В соответствии с пунктом 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 30.06.2020 № 12 «О применении АПК РФ при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам. К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; наличие в материалах дела протокола, аудиозаписи судебного заседания, оспариваемых лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в них сведений о ходатайствах или об иных заявлениях, касающихся оценки доказательств. Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия арбитражным судом апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции считает, что представленные документы должны быть приобщены к материалам дела, поскольку являются, в том числе восполнением полного текста договоров, и имеют существенное значение для правильного, полного и всестороннего разрешения настоящего спора, вынесения законного и обоснованного судебного акта. при этом суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для повторного приобщения ЛРС и актов по форме № КС-2 к материалам дела. Вышеуказанные документы подлежат возврату ООО «Кварц Групп». Учитывая, что отзыв и приложенные к нему документы поступили в арбитражный суд в электронном виде, дополнительные документы не подлежат возврату их подателю на бумажном носителе.

Рассмотрев апелляционную жалобу, отзывы на неё, материалы дела, заслушав представителей, явившихся в судебное заседание, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов дела, ООО «Кварц Групп» являлось подрядчиком по договору от 26.02.2018 № 01.102.241.18, заключённому с акционерным обществом «Территориальная генерирующая компания № 11» (АО «ТГК-11»), предмет которого заключался в выполнении текущего ремонта оборудования вспомогательных цехов, в том числе ТЭЦ-4.

Во исполнение указанного договора ООО «Кварц Групп» заключило с ООО «Альтаир» договоры субподряда от 17.04.2018 № РП-О208/18, от 24.12.2018 № РП-О729/18, от 26.12.2018 № РП-О740/18.

В соответствии с пунктом 1.1 договоров ООО «Альтаир» приняло на себя обязательство выполнять по заданию ООО «Кварц Групп» определённые в данном пункте работы (услуги). 

В разделе 3 договоров определена цена работ и порядок расчётов (подпункты 3.1 – 3.3 договоров). 

Цена по договорам составила 8 484 481 руб. 74 коп., 2 649 304 руб. 98 коп. и 98 193 руб. 06 коп. соответственно. 

ООО «Альтаир» исполнило обязательства по договорам субподряда от 17.04.2018 № РП-О208/18, от 24.12.2018 № РП-О729/18, от 26.12.2018 № РП-О740/18на общую сумму 5 049 250 руб. 22 коп., по состоянию на 08.04.2019 ООО «Кварц Групп» оплачена часть долга в размере 1 688 304 руб. 70 коп., задолженность составила 3 360 945 руб. 52 коп. 

В материалы настоящего обособленного спора представлены: 

- договор субподряда от 20.10.2018 № 011/10/18 (далее – договор от 20.10.2018), подписанный ООО «Альтаир» (генподрядчик) и ООО ПСФ «Кедр-плюс» (субподрядчик), согласно условиям которого субподрядчик принимает на себя обязательства по выполнению текущего ремонта АКЗ фильтров (инв. № 2000ж0025230) ХЦ СП ТЭЦ-4 в срок до 31.12.2018, стоимостью 5 485 472 руб. 60 коп.; 

- договор субподряда от 01.11.2018 № 012/11/18 (далее – договор от 01.11.2018), подписанный ООО «Альтаир» (генподрядчик) и ООО «Позитив» (субподрядчик), согласно условиям которого субподрядчик принимает на себя обязательства по выполнению текущего ремонта футеровки лотков, фундаментов оборудования обессоливающей установки, днища, обечайки бака кислоты № 4 (инв. № 2000ж0025230) ХЦ СП ТЭЦ-4 в срок до 31.12.2018, стоимостью 500 000 руб.

В подтверждение выполнения работ по договору от 20.10.2018 представлены в копиях акт о приёмке выполненных работ по форме № КС-2 от 29.08.2018 № 1, справка о стоимости выполненных работ и затрат по форме № КС-3 от 29.08.2018 № 1 на сумму 1 303 442 руб. 36 коп. (с отсылкой на договор от 17.04.2018 № РП-О208/18) , аналогичные по наименованиям, объёмам и стоимости работам по акту по форме № КС-2 от 29.12.2018 № 1, справке о стоимости выполненных работ и затрат по форме № КС-3 от 29.12.2018 № 1, представленных в материалы дела в подлинниках с  исправлениями в дате документов, отчётном периоде и реквизитах договора. 

Между ООО «Альтаир» (цедент) и ООО «ЭТ» (цессионарий) подписан договор уступки права требования от 10.04.2019 № 01-04/2019 (далее – договор уступки), согласно пункту 1.1 которого цедент передаёт, а цессионарий принимает право требования к ООО «Кварц Групп» в размере 3 360 945 руб. 52 коп. 

Данное право уступлено цессионарию за 3 000 000 руб. 

Пунктом 2.1.2 договора уступки цедент подтверждает своё право на распоряжение правом требования к должнику. 

В пункте 2.1.3 договора уступки указано, что право требования свободно от прав третьих лиц. 

Цедент письмом от 11.04.2019 исх. № 114 уведомил должника (ООО «Кварц Групп») о заключённом договоре уступки права требования от 10.04.2019 № 01-04/2019 и заявил требование об оплате задолженности в сумме 3 360 945 руб. 52 коп. в пользу цессионария.

Действительность названного требования была предметом рассмотрения по делу № А46-11160/2019; исковые требования ООО «ЭТ» удовлетворены в полном объёме.

Письмом от 11.04.2019 № 115 ООО «Альтаир» уведомило ООО «ЭТ» о необходимости оплаты по договору уступки путём перечисления денежных средств в сумме 1 624 500 руб. ООО «Позитив».

Платёжными поручениями от 11.04.2019 № 462, 464, от 12.04.2019 № 466 денежные средства в указанном размере перечислены ООО «Позитив».

Поддерживая заявление в рамках настоящего обособленного спора, управляющий считает, что сделки по спорным перечислениям совершены должником при неравноценном встречном исполнении; спорные суммы получены ответчиком в отсутствие правовых оснований; указанное привело к уменьшению активов должника и утрату возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счёт его имущества. В качестве правового обоснования требования о признании сделок недействительными конкурсный управляющий указывает на статьи 61.1, 61.2 Закона о банкротстве. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришёл к выводу о недоказанности совокупности обстоятельств, необходимой для признания сделки должника недействительной, в связи с чем не усмотрел оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.1 Закона о банкротстве. По результатам рассмотрения заявления о фальсификации доказательств суд оснований для его удовлетворению не усмотрел; указал, что исправления в документах представителем ответчика и третьего лица не отрицались; воспринял пояснения о приведении документов в соответствие, при том, что возможности к их исправлению без допущенных «потёртостей» безусловно имелись, как и печати, и возможность повторно проставить подписи.

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции установил основания для отмены обжалуемого определения.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве допускает оспаривание в деле о банкротстве в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве, исключительно сделок, совершённых должником или другими лицами за счёт должника.

Как указано в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ) от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63), в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платёж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачёте, соглашение о новации, предоставление отступного и т. п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счёта клиента банка в счёт погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента) (пункт 1 постановления № 63).

Статьёй 61.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществлённого им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определённую с учётом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 постановления № 63 разъяснено, что в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент её заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определённой по данным бухгалтерской отчётности должника на последнюю отчётную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил своё место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после её совершения, либо скрыл своё имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчётности или учётные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчётности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 постановления № 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершённой должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учётом пункта 7 постановления № 63).

Из разъяснений, изложенных в пункте 6 постановления № 63, следует, что согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвёртом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества.

В статье 2 Закона о банкротстве под вредом, причинённым имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершённых должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счёт его имущества. Неплатёжеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Сама по себе недоказанность признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путём, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

В рассматриваемом случае заявление о признании должника банкротом принято к производству 04.10.2019, а спорные платежи совершены в период с 11.04-12.04.2019, соответственно, сделки подпадают под периоды подозрительности, предусмотренные пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По утверждению управляющего, спорные платежи совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов в условиях отсутствия равноценного встречного предоставления со стороны ответчика.

По общему правилу направленность сделки на уменьшение имущества должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должникав преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, спорные перечисления ответчику обусловлены волеизъявлением должника (уведомление от 11.04.2019 № 115), что определяет необходимость проверки наличия фактической задолженности ООО «Альтаир» перед ООО «Позитив».

В обоснование таковой, в частности, представлен договор от 01.11.2018, акт сдачи-приёмки от 21.12.2018 б/н.

Между тем, по результатам совокупной оценки доводов участвующих в споре лиц и представленных доказательств, коллегия суда находит обоснованными сомнения в реальности взаимоотношений сторон названного договора и фактическом выполнении работ силами ООО «Позитив».

Как указано выше, договор от 01.11.2018 содержит поручение ответчику выполнения работ, предусмотренных договором субподряда от 17.04.2018 № РП-О208/18.

В материалы дела представлены акты о приёмке выполненных работ по форме № КС-2 от 29.11.2018 № 14, от 21.12.2018 № 16, акты освидетельствования скрытых работ от 30.11.2018, от 06.12.2018, фиксирующие выполнение и принятие заказчиком (АО «ТГК-11») спорного объёма работ.

С учётом дат составления документов, акт от 21.12.2018 не воспринимается апелляционным судом в качестве единственно должного подтверждения выполнения работ ООО «Позитив», в том числе ввиду отсутствия оформленных актов о приёмке выполненных работ по форме № КС-2, вне составления являющейся обязательной при  выполнении такого рода скрытых работ исполнительной документации (акты освидетельствования скрытых работ) с указанием в качестве субподрядчика ООО «Позитив» как фактического производителя работ.     

В данной связи надлежит отметить противоречащую названному акту позицию представителя ответчика, заключающуюся в окончании работ в феврале 2019 года; имеющиеся в деле оправдательные документы опровергают данный довод.

Согласно неоспоренным доводам управляющего, ООО «Позитив» не могло выполнять работы на объектах АО «ТГК-11», поскольку не являлось членом соответствующих саморегулируемых организаций, не имело специальный код ОКВЭД; выручка ООО «Позитив» за 2018 год составила 6,8 тыс. руб., прибыль – 1.2 тыс. руб., средняя списочная численность – 2 работника; выручка за 2019 год – 6,8 тыс. руб., прибыль – 0,7 тыс. руб. 

При этом ссылки ответчика на привлечение ФИО6, ФИО7, ФИО6 по договорам от 01.10.2018 в целях производства работ не находят своего подтверждения.

Так, письменные пояснения ФИО6 не позволяют соотнести спорные виды работ с работами, к выполнению которых было возможно привлечено указанное лицо; обстоятельства и цели заблаговременного подписания договоров от 01.10.2018 до момента подписания договора от 01.11.2018 суду не раскрыты; заказчик отрицает выдачу пропусков сотрудникам ООО «Позитив» в 2017-2019 гг. (письмо от 06.09.2021 № ТГК/36/160).

Поскольку распорядительным письмом от 11.04.2019 № 115 должник указал на необходимость перечисления ООО «Позитив» денежных средств в сумме, превышающей стоимость договора от 01.11.2018, исследованию в настоящем обособленном споре подлежит обоснованность получения ответчиком остальной суммы.

Оспаривая имущественные притязания управляющего, ответчик ссылается на наличие неисполненных обязательств ООО «Альтаир» перед ООО ПСФ «Кедр-плюс» по договору от 20.10.2018.

Как отмечено выше, в подтверждение выполнения работ по договору от 20.10.2018 представлены в копиях акт о приёмке выполненных работ по форме № КС-2 от 29.08.2018 № 1, справка о стоимости выполненных работ и затрат по форме № КС-3 от 29.08.2018 № 1 на сумму 1 303 442 руб. 36 коп. (при наличии очевидной арифметической ошибки при исчислении общей суммы, при том, что предоставленные суду пояснения от 03.12.2021 о выполнении части работ силами ООО «Альтаир» не основаны на доказательствах).

Названные документы содержат указание на договор от 17.04.2018 № РП-О208/18, который подписан должником и ООО «Кварц Групп». 

При этом в материалы дела представлены в подлинниках акт по форме № КС-2 от 29.12.2018 № 1, справка о стоимости выполненных работ и затрат по форме № КС-3 от 29.12.2018 № 1, содержащие исправления в дате документов, отчётном периоде и реквизитах договора, при этом наименование, объём и стоимость работ совпадают с данными акта о приёмке выполненных работ по форме № КС-2 от 29.08.2018 № 1 и справки о стоимости выполненных работ и затрат по форме № КС-3 от 29.08.2018 № 1.

В силу пункта 7 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учёте» в первичном учётном документе допускаются исправления, если иное не установлено федеральными законами или нормативными правовыми актами органов государственного регулирования бухгалтерского учёта. Исправление в первичном учётном документе должно содержать дату исправления, а также подписи лиц, составивших документ, в котором произведено исправление, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц.

Поскольку исправления в вышеуказанных акте и справке не отвечают данным требованиям, результат рассмотрения судом заявления о недостоверности названных доказательств коллегия суда находит ошибочным; акт по форме № КС-2 от 29.12.2018 № 1, справка о стоимости выполненных работ и затрат по форме № КС-3 от 29.12.2018 № 1 не являются достоверным доказательством выполнения спорного объёма работ. 

В данной связи надлежит отметить, что согласно вышеперечисленным документам, порученный ООО ПСФ «Кедр-плюс» по договору от 20.10.2018 объём работ не выполнен, но при этом сдан должником АО «ТГК-11»; причины указания дат оформления акта по форме № КС-2 и справки по форме № КС-3, предшествующие подписанию договора от 20.10.2018, суду не пояснены; первичные документы составлены аффилированными лицами, о чём указывается далее.

Согласно доводам управляющего ООО ПСФ «Кедр-плюс» не имело возможности выполнить определённый в договоре от 20.10.2018 объём работ: в локальном сметном расчёте № 41 к договору указано, что сметная трудоёмкость составляет 5 405,6 ч/час, что составляет 675,7 рабочих смен, с учётом сроков выполнения работ (22.10.2018 (понедельник) – 31.12.2018 (нерабочий день)), количества рабочих дней с 22.10.2018 по 29.12.2018 (октябрь – 8, ноябрь – 21, декабрь – 21), необходимое минимальное число рабочих для выполнения работ составит 14 человек. Между тем по итогам 2020 года у ООО ПСФ «Кедр-плюс» среднесписочная численность работников составляет 1 чел.

Целесообразность участия ООО ПСФ «Кедр-плюс» в договоре от 20.10.2018, экономика последнего для данного лица не раскрыта; при оплате арендуемого оборудования (договор от 25.10.2018 № 2) в целях выполнения работ по договору от 20.10.2018 утрачивается возможность получения прибыли.

В данной связи надлежит также учесть отсутствие доказательств согласования с АО «ТГК-11» привлечения ООО «Кварц Групп» (за исключением ООО «Альтаир», в том числе опосредованно через данное общество) субподрядчиков в целях выполнения работ.

При этом ни ООО «Кварц Групп», ни ООО «Позитив» не представили сведения о профессиональной квалификации сотрудников, личные карточки на работников, из которых можно было бы прийти к выводу об обладании необходимым количеством сотрудников тех специальностей, которые могли проводить работы, якобы за выполнение которых была проведена оплата.

Доводы ответчика о недоказанности приобретения материалов должником коллегия суда отклоняет; выписка о движении денежных средств по счёту должника позволяет констатировать приобретение строительных материалов, наличие денежных средств на такое приобретение; участие в производственной деятельности изначально предполагает использование строительных материалов, что с учётом специфики деятельности ООО «Альтаир» обусловливает возможность их наличия (остаток) от результатов выполнения работ на иных объектах.

Товарные накладные свидетельствует о поставке материалов обществом с ограниченной ответственностью «РСУ № 7» (далее – ООО «РСУ № 7»), являющейся аффилированной по отношению ООО «Альтаир» и ООО ПСФ «Кедр-плюс» через ФИО8 (100 % доля участия в ООО «Альтаир», 100 % доля участия в ООО «РСУ № 7», 100 % доля участия в ООО ПСФ «Кедр-плюс»).

При разрешении обособленного спора надлежит учесть по аналогии выработанный сложившейся судебной практикой подход, согласно которому к требованиям кредиторов, аффилированных с должником, предъявляется повышенный стандарт доказывания («за пределами разумных сомнений»), что обусловлено вероятностью представления внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (определения ВС РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 310-ЭС17-4784, от 15.09.2020 № 308-ЭС19-9133(10)).

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 9 названного закона группой лиц признаётся совокупность следующих физических лиц: физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновлённые), полнородные и неполнородные братья и сёстры. Лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 этой части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 признаку, признаются группой лиц (пункт 8 части 1).

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о банкротстве через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

С учётом изложенного, коллегия суда находит разумными сомнения управляющего в реальности договоров от 01.11.2018 и от 20.10.2018.

В данной связи надлежит учесть предъявление настоящих требований к ООО «Позитив», что является соответствующим фактическим обстоятельствам спора.

Из материалов дела следует, что письмом от 08.04.2019 № 011, адресованным должнику, ООО ПСФ «Кедр-плюс» просит перечислить причитающиеся ему денежные средства в сумме 1 303 442 руб. 36 коп. получателю – ООО «Позитив».

Между тем основания возникновения обязательства ООО ПСФ «Кедр-плюс» перед ООО «Позитив» суду не обозначены; таким основанием, с учётом календарной очерёдности действий, суммы задолженности по договору от 20.10.2018, размера перечисленных ООО «ЭТ» денежных средств (наличие задолженности, не испрашиваемой ООО ПСФ «Кедр-плюс» в течение продолжительного временного периода), не признаётся договор займа № 12, подписанный 12.04.2019 и предусматривающий предоставление займа путём перечисления ООО «ЭТ» денежных средств по договору уступки. 

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО «Позитив» пояснил об отсутствии правоотношений с ООО ПСФ «Кедр-плюс», предполагающих денежное обязательство в сторону ответчика.  

В данной связи надлежит учесть, что при рассмотрении обоснованности доводов апеллянта, коллегией суда обеспечена возможность предоставления мотивированных объяснений, в том числе относительно реальности подрядных взаимоотношений (определение от 16.03.2022).

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Частью 1 статьи 65 АПК РФ установлена обязанность сторон доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений.

При этом нежелание второй стороны представить доказательства, подтверждающие ее возражения и опровергающие доводы первой стороны, представившей доказательства, должно быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано, со ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент (постановления Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 № 12505/11, от 08.10.2013 № 12857/12, от 13.05.2014 № 1446/14, определения ВС РФ от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 09.10.2015 № 305-КГ15-5805).

Поскольку участвующими в споре лицами не представлены мотивированные пояснения, к коим пояснения ответчика, содержащие общие фразы, не относятся, не заявлено о соответствующих доводах со ссылкой на надлежащие доказательства, негативные последствия несовершения процессуальных действий относятся на заявителя (статья 9 АПК РФ). 

С учётом вышеизложенного, апелляционный суд приходит к выводу о том, что вышеперечисленные обстоятельства и условия, в которых совершались оспариваемые сделки, свидетельствуют о безвозмездности предоставления, намерении сторон совершить совокупность юридически значимых действий в целях умаления имущественной сферы должника во вред кредиторам, имеющим обоснованные требования к должнику.

Пунктом 2 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Всё, что было передано должником или иным лицом за счёт должника или в счёт исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу (пункт 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

В пункте 29 постановления № 63 разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт I статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Основной целью применения последствий недействительности сделки является восстановление первоначального статуса её сторон, т. е. возвращение участников гражданского оборота в наиболее справедливое положение, в том числе в имущественном плане.

С учётом изложенного в конкурсную массу должника ответчику надлежит возвратить денежные средства в испрашиваемой сумме, квалифицируемые в качестве неосновательного обогащения ООО «Позитив» (пункт 1 статьи 1103 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 29.1 постановления № 63, при признании на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания её недействительной – в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом.

С учётом установленных по спору обстоятельств коллегия суда исходит из осведомлённости ответчика об отсутствии оснований для получения от должника денежных средств на соответствующий момент (отсутствие реальности выполнения работ, равно как и встречного по отношению к ООО «Позитив» обязательства ООО ПСФ «Кедр-плюс»).  

Пунктом 1 статьи 395 ГК РФ определено, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (пункт 3 статьи 395 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 48 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление № 7), сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчёта процентов.

Согласно произведённому апелляционным судом расчёту за период с 11.04.2019 (с учётом увеличения суммы неосновательного обогащения на 12.04.2019) по 30.03.2022 (дата оглашения резолютивной части настоящего постановления) размер названных процентов составит 309 824 руб. 76 коп.

На основании вышеизложенного, оспариваемое определение предлежит отмене, с принятием по настоящему обособленному спору нового судебного акта об удовлетворении заявленных управляющим должником требований.

В данной связи коллегия суда отмечает, что нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену оспариваемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269, статьёй 271 АПК РФ, Восьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 27.12.2021 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-16506/2019 отменить, принять по спору новый судебный акт.

Признать недействительными сделками платежи, совершённые по платёжным поручениям от 11.04.2019 № 462, 464, от 12.04.2019 № 466.

Применить последствия недействительности сделок, взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Позитив» (ИНН 

<

***>) в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» (ИНН 

<

***>) денежные средства в сумме 1 624 000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Позитив» (ИНН 

<

***>) в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» (ИНН 

<

***>) 309 824 руб. 76 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами. 

Производить начисление процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму задолженности – 1 624 000 руб., начиная с 31.03.2022 по день фактического исполнения денежного обязательства, исходя из ключевых ставок Банка России, действующих в соответствующий период.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Позитив» (ИНН 

<

***>) в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» (ИНН 

<

***>) 9 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины по заявлению и апелляционной жалобе.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путём подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления.

Председательствующий

Е. В. Аристова

 

Судьи

О. Ю. Брежнева

О. В. Дубок