ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-37214/2024

Дело № А40-150159/23

г. Москва

01 августа 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 01 августа 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный  суд в составе:

председательствующего судьи Головкиной О.Г.,

судей Савенкова О.В., Левченко Н.И., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Воргулевой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Департамента городского имущества города Москвы на решение Арбитражного суда г. Москвы от 27.04.2024 г. по делу № А40-150159/23 по иску Общества с ограниченной ответственностью "Сервиснедвижимость Русгидро" к Департаменту городского имущества города Москвы, с участием третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве, о признании движимым имущества, о признании права собственности об обязании аннулировать сведения 

при участии в судебном заседании: от истца - не явился, извещен;  от ответчика ФИО1 (по доверенности от 25.12.2023 г.); от третьего лица - не явилось, извещено 

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «СервисНедвижимость РусГидро» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к Департаменту городского имущества города Москвы с требованиями: признать нежилое здание с кадастровым номером 77:08:0005006:1005, расположенное по адресу: г. Москва, Южное Тушино, проезд Строительный, д. 7а, корп. 46 движимым имуществом, признать право собственности ООО «СервисНедвижимость РусГидро» на объект некапитального строительства (движимое имущество), площадью 118 кв.м., расположенный по адресу: г. Москва, Южное Тушино, проезд. Строительный, д. 7а, корп. 46 и об обязании Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве аннулировать сведения из ЕГРН в отношении спорного здания.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 27.04.2024 г. исковые требования удовлетворены частично, нежилое здание с кадастровым номером 77:08:0005006:1005, расположенное по адресу: г. Москва, Южное Тушино, проезд. Строительный, д. 7а, корп. 46 признано движимым имуществом; признано право собственности                         ООО «СервисНедвижимость РусГидро» на объект некапитального строительства (движимое имущество), площадью 118 кв.м., расположенный по адресу: г. Москва, Южное Тушино, проезд. Строительный, д. 7а, корп. 46, в остальной части иска отказано.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции решением, ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе истцу в иске, ссылаясь на избрание истцом ненадлежащего способа защиты права; а также на то, что истец не мог не знать, что в отношении спорной недвижимости право собственности возникнуть не может, не представлены план приватизации и приложенный к нему акт оценки стоимости зданий и сооружений, не содержится описания недвижимого имущества передаваемого в собственность общества, объект недвижимости не вошел в план приватизации. Каких-либо иных доказательств передачи спорной недвижимости истцу в дело не приведено.

Истец и третье лицо, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, в связи с чем, жалоба рассмотрена в их отсутствие по представленным в материалы дела документам.

Вместе с тем, истец против удовлетворения жалобы возражал по доводам, изложенным в отзыве, указав на отсутствие правовых оснований для отмены решения суда первой инстанции.

Заслушав объяснения представителя ответчика, исследовав представленные в материалы дела документы в их совокупности, с учетом положений ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверив выводы суда первой инстанции, апелляционным судом не усматривается правовых оснований для отмены решения суда первой инстанции.

При этом апелляционный суд исходит из следующего.

Как указывает истец в обоснование исковых требований, он добросовестно, открыто и непрерывно владеет, как своим собственным, объектом некапитального строительства, расположенном по адресу: город Москва, Южное Тушино, проезд Строительный, д. 7А, корп. 46 (объект), на протяжении более 9 (девяти) лет.

Объект был выявлен истцом в результате инвентаризации, проводимой на основании приказа от 17.06.2013 г. № 14-/2-ОД, указан в инвентарной описи от 19.06.2013 г. № 1 и поставлен на балансовый учет, что подтверждается приказом от 18.06.2013 г. № 15-од.

В рамках реализации программы по переезду Группы РусГидро в г. Красноярск, при подготовке документов к заседанию правления ПАО «РусГидро» по вопросу об одобрении сделки, связанной с заключением договоров купли-продажи недвижимого и движимого имущества ООО «СНРГ», расположенного по адресу: 

<

...>, Обществом выявлено, что объект принят на учет как бесхозяйное имущество (нежилое здание с кадастровым номером 77:08:0005006:1076, год ввода в эксплуатацию 1973, о чем в Едином государственном реестре недвижимости (далее - ЕГРН) 06.08.2019 г. сделана регистрационная запись № 77:08:0005006:1076-77/007/2019-1, что подтверждается выпиской из                         ЕГРН от 05.09.2022 г.

Государственный кадастровый учет объекта, являющегося движимым имуществом, как недвижимого имущества, и его принятие на учет в качестве бесхозяйной вещи противоречит законодательству Российской Федерации и нарушает права Общества, за судебной защитой которых оно обратилось в суд по следующим основаниям.

Спорный объект является движимым имуществом, что подтверждается техническим заключением ФГУП «Ростехинвентаризация - Федеральное БТИ» от 14.03.2013 г. № ТЗ-10761 (далее - Заключение БТИ). Заключение БТИ никем не оспаривалось и в установленном законом порядке не отменено.

Таким образом, государственный кадастровый учет, возможный только в отношении объекта недвижимости (п. 1 Обзора судебной практики по делам государственного кадастрового учета, либо для отказа в его осуществлении.

Постановке на кадастровый учет должна предшествовать проверка наличия у объекта признаков недвижимого имущества.

Согласно правовой позиции, сформулированной в п. 1 Обзора, следует, что отказ органа кадастрового учета в постановке на кадастровый учет объекта, не обладающего признаками недвижимой вещи, является правомерным, поскольку законодательство Российской Федерации не предусматривает осуществление кадастрового учета объекта, не являющегося объектом недвижимости.

Как следует из п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019 г., осуществление государственной регистрации прав на вещь не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости (п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). Аналогичным образом следует относиться и к значению кадастрового учета в целях признания объекта недвижимой вещью.

При разрешении вопроса о признании вещи недвижимостью, независимо от осуществления кадастрового учета, следует устанавливать наличие у вещи признаков, способных относить ее к недвижимым вещам в силу природных свойств или на основании закона.

При этом спорный объект не имеет признаков, которые позволяют отнести его к недвижимому имуществу.

Таким образом, правовые основания для нахождения объекта на кадастровом учете в ЕГРН в статусе объекта недвижимости отсутствуют и его кадастровый учет, а также принятие объекта на учет как бесхозяйной недвижимой вещи является незаконным.

Кроме того, имеется совокупность обстоятельств для признания права собственности общества на объект.

Согласно п. 1 ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет, либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество.

Таким образом, приобретательная давность является самостоятельным способом приобретения права собственности.

При этом, на момент вступления во владение давностный владелец не обязан иметь основания для возникновения права собственности. 

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - постановление № 10/22) разъяснено, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении; признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности, а владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору.

Как было указано выше, из заключения БТИ усматрвиается, что объект не обладает признаками недвижимого имущества, определенными п. 1 ст. 130 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 3 ст. 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских    прав    определенному    лицу,    подлежат    государственной    регистрации    в случаях, предусмотренных законом. В свою очередь, п. 1 ст. 131 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о государственной регистрации права собственности и других вещных прав установлено лишь в отношении недвижимых вещей. То есть, в силу п. 3 ст. 8.1 и п. 1 ст. 130 Гражданского кодекса Российской Федерации права на движимое имущество не подлежат государственной регистрации.

Таким образом, исходя из полученных Обществом сведений, содержащихся в заключении БТИ, Общество правомерно владело объектом без внесения соответствующей записи в ЕГРН, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности.

Общество не скрывало факт нахождения объекта в своем владении, так как Объект поставлен на балансовый учет 19.06.2013 г., что подтверждается копией инвентарной карточки от 30.08.2013 г. № 000000033.

С 2013 г. до настоящего времени Общество владеет объектом непрерывно, на протяжении всего этого времени, неся при этом бремя содержания этого имущества, что подтверждается договорами возмездного оказания услуг от 26.08.2015 г. № 1-114/СНРГ; от 27.09.2021 г. № СНРГ-31р/2021.

Таким образом, в силу вышеперечисленных обстоятельств, давностное владение Общества объектом отвечает критериям добросовестности, открытости и непрерывности давностного владения, указанным в п. 15 Постановления № 10/22.

При этом, владение Общества объектом не основано на договорных обязательствах, что позволяет применить ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации к данным отношениям.

Постановка объекта на учет в качестве бесхозяйного не повлекла, согласно выписки из ЕГРН от 10.02.2023 г. в отношении земельного участка, на котором расположен спорный объект, внесения изменений в заключенный с Обществом договор аренды земельного участка от 15.03.2019 г. № М-08-053823, что свидетельствует о признании арендодателем факта нахождения Объекта в собственности Общества, являющегося арендатором.

В п. 19 постановления № 10/22 возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из ст. ст. 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

В данном случае, Общество добросовестно, открыто и непрерывно владеет объектом, как свои собственным, более пяти лет, что является основанием для признания права собственности общества на объект в силу приобретательной давности.

Судом первой инстанции, на основании оценки представленных в материалы дела доказательств, исковые требования удовлетворены частично, нежилое здание с кадастровым номером 77:08:0005006:1005, расположенное по адресу: г. Москва, Южное Тушино, проезд Строительный, д. 7а, корп. 46, признано движимым имуществом; признано право собственности Общества на объект некапитального строительства (движимое имущество), расположенный по адресу: г. Москва, Южное Тушино, проезд Строительный, д. 7а, корп. 46. В удовлетворении заявленных требований к Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве (Управление Росреестра по Москве) судом отказано, так как указанное лицо не может отвечать по иску, не являясь ответчиком. Кроме того, как отмечено судом, Управлением Росреестра по Москве не допущено нарушение прав истца, поскольку истец в Управление Росреестра по Москве не обращался, что в силу ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации исключает удовлетворение иска в данной части

Суд апелляционной инстанции соглашается с принятым судом первой инстанции решением, отклоняя доводы жалобы, исходя из следующего.

В обоснование доводов жалобы ответчик указывает на то, что истец не представил доказательства того, что исчерпал предусмотренные законом специальные (классические) способы защиты нарушенного права; истец не представил совокупности доказательств по 234 Гражданского кодекса Российской Федерации; истец не обратился в Управление Росреестра по Москве с заявлением о государственной регистрации права собственности на объект недвижимости; истец не представил план приватизации, акт оценки стоимости зданий и сооружений, действующий на момент приватизации «правопредшественника заявителя».

Однако доводы жалобы признаются необоснованными.

Как правомерно указано судом первой инстанции, иск Общества не является виндикационным, поскольку применение такого способа защиты гражданских прав как истребование имущества из чужого незаконного владения в данном случае невозможно ввиду следующего:

1) объект движимого имущества, расположенный по адресу: г. Москва, пр-д. Строительный, 7А, корп. 46 (далее - имущество), начиная с 2013 г. и по настоящее время из владения Общества не выбывал;

2) никто в течение 10 (десяти) лет добросовестного открытого владения имуществом его у Общества не истребовал;

3) ответчик притязаний на имущество не заявлял, владение истца этим имуществом не оспаривал;

4) в отношении спорного имущества какими-либо лицами требования в порядке ст. ст. 301 и 305 Гражданского кодекса Российской Федерации не заявлялись.

Право муниципальной собственности на имущество не зарегистрировано, что исключает возможность избрания защиты Обществом своих прав путем предъявления иска о признании права муниципальной собственности отсутствующим.

Необходимость в таком способе защиты права как его признание возникла у Общества ввиду того, что наличие у истца права собственности на имущество, являющееся объектом движимого имущества, подвергается сомнению фактическими действиями ответчика, выражающимися в инициировании внесения сведений о принадлежащем Обществе имуществе как о бесхозяйном, что может привести к лишению Общества правомочий собственника на такое имущество.

Кроме прочего, довод ответчика об избрании истцом ненадлежащего способа защиты нарушенного права не обоснован, поскольку как неоднократно указывалось высшей судебной инстанцией (в том числе при разрешении дела № А40-15395/2014), наличие у истца альтернативных способов защиты нарушенного права не является достаточным основанием для отказа в судебной защите.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.11.2020 г. № 48-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО2» (далее - Постановление № 48-П) сформулирован правовой подход относительно различия условий определения добросовестности приобретателя в сделке, влекущей мгновенное приобретение права собственности (ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации), и добросовестности давностного владельца, влекущей возникновение права собственности лишь по истечении значительного давностного срока (ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено Конституционным Судом Российской Федерации, в случае с приобретательной давностью добросовестность владельца выступает лишь в качестве одного из условий, необходимых прежде всего для возвращения вещи в гражданский оборот, преодоления неопределенности ее принадлежности в силу владения вещью на протяжении длительного срока. Для приобретательной давности правообразующее значение имеет, прежде всего, не отдельное событие, состоявшееся однажды (как завладение вещью), а добросовестное длительное открытое владение, когда владелец вещи ведет себя как собственник, при отсутствии возражений со стороны других лиц; при таких условиях определение добросовестности приобретателя в сделке, влекущей мгновенное приобретение права собственности, и добросовестности давностного владельца, влекущей возникновение права собственности лишь по истечении значительного давностного срока, должно предполагаться различным.

Учитывая разъяснения Конституционного Суда Российской Федерации, изложенные в постановлении № 48-П, добросовестность для целей приобретательной давности необходимо определять не в момент приобретения (завладения) вещи, а с учетом оценки длительного открытого владения, когда владелец вещи ведет себя как собственник при отсутствии возражений и правопритязаний со стороны других лиц, принимая во внимание, что добросовестность владельца выступает лишь в качестве одного из условий, необходимых прежде всего для возвращения вещи в гражданский оборот, преодоления неопределенности ее принадлежности в силу владения вещью на протяжении длительного срока. При рассмотрении настоящего спора в силу ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации установление статуса спорного объекта как движимого либо недвижимого имущества имеет принципиальное значение, поскольку от указанного обстоятельства зависит необходимость доказывания срока владения имуществом (недвижимым - в течение пятнадцати лет, движимым - в течение пяти лет).

Суд первой инстанции, оценив представленные доказательства, пришел к обоснованному выводу о том, что объект является некапитальным, а значит, срок давностного владения составляет 5 лет.

Общество добросовестно, открыто и непрерывно владеет, как своим собственным, объектом некапитального строительства, расположенным по адресу: город Москва, Южное Тушино, проезд Строительный, д. 7А, корп. 46, на протяжении более 10 (десяти) лет.

Имущество выявлено Обществом в результате инвентаризации, проводимой на основании приказа от 17.06.2013 г. № 14-/2-ОД, инвентарной описью от 17.06.2013 г. № 1 и поставлено на балансовый учет, что подтверждается приказом от 18.06.2013 г. № 15-од, с 2013 года по настоящее время уплачивает по нему налог.

Объект является движимым имуществом, что подтверждается техническим заключением ФГУП «Ростехинвентаризация - Федеральное БТИ» от 14.03.2013 г. № ТЗ-10761. Заключение не отменено, никем не оспорено. Подтверждение движимости содержится и в заключении кадастрового инженера от 17.01.2023 ФИО3 (квалификационный аттестат 77-11-565).

С 2013 г. до настоящего времени Общество владеет имуществом непрерывно, на протяжении всего этого времени, неся при этом бремя его содержания, что подтверждается договорами возмездного оказания услуг от 26.08.2015 г. № 1-114/СНРГ; от 27.09.2021 г. № СНРГ-31р/2021.

Таким образом, в силу вышеперечисленных обстоятельств давностное владение Общества имуществом подлежит признанию открытым в значении этого понятия, указанного в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 г. № 10/22, и отвечает критериям добросовестности, открытости и непрерывности давностного владения, указанным в п. 15 постановления № 10/22.

При этом, владение Общества имуществом не основано на договорных обязательствах, что позволяет применить ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации к данным отношениям.

Приведенные ответчиком доводы о необходимости обращения Обществом в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве за регистрацией права на движимое имущество, расположенное по адресу: 

<

...>, не имеют правового обоснования и являются ошибочными ввиду следующего.

В соответствии с положениями ст. 130 Гражданского кодекса Российской Федерации к недвижимым вещам (недвижимому имуществу, недвижимости) относятся земельные участки, недра и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно. В силу указанных норм гражданского законодательства для признания объекта недвижимым необходимо наличие его прочной связи с землей, что делает невозможным его перемещение без несоразмерного ущерба назначению такого объекта.

Вещь является недвижимой либо в силу своих природных свойств (абзац первый п. 1 ст. 130 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо в силу прямого указания закона о том, что такой объект подчинен режиму недвижимых вещей (абзац второй п. 1 ст. 130 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений ст. 24 Федерального закона от 13.07.2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости (далее - Закон № 218-ФЗ) и п. 2 ч. 2 ст. 29.1 Федерального закона от 24.07.2007 г. № 221-ФЗ «О кадастровой деятельности», установление характеристики объекта, позволяющих отнести его к недвижимому имуществу, осуществляет кадастровый инженер при проведении кадастровых работ.

Кадастровым инженером ФИО3 (квалификационный аттестат 77-11-565) 17.01.2023 г. проведено обследование имущества на местности, в результате которого выявлено, что имущество представляет собой сборно-разборную конструкцию, фундамента и прочной связи с землей не имеет, его перемещение возможно без несоразмерного ущерба целевому назначению (склад). Функциональное назначение объекта позволяет квалифицировать его в качестве строения вспомогательного использования.

В результате проведенного обследования кадастровым инженером сделан вывод о том, что имущество не является недвижимым имуществом, государственному кадастровому учету не подлежит.

Вывод кадастрового инженера, изложенный в заключении от 17.01.2023 г., сообразуется с выводом в заключении от 14.03.2013 г. ФГУП «Ростехинвентаризация -Федеральное БТИ».

Согласно ч. 7 ст. 1 Закона № 218-ФЗ государственный кадастровый учет - внесение в ЕГРН сведений об объекте недвижимости, которые подтверждают существование такого объекта недвижимости с характеристиками, позволяющими определить его в качестве индивидуально-определенной вещи, или подтверждают прекращение его существования, а также иных предусмотренных Законом № 218-ФЗ сведений об объекте недвижимости.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 29 Закона № 218-ФЗ, государственный кадастровый учет включает в себя проведение правовой экспертизы документов, представленных для осуществления государственного кадастрового учета, на предмет наличия или отсутствия установленных Законом № 218-ФЗ оснований приостановления государственного кадастрового учета, либо для отказа в его осуществлении.

Таким образом, постановке на кадастровый учет должна предшествовать проверка наличия у объекта признаков недвижимого имущества.

Согласно правовой позиции, сформулированной в п. 1 Обзора, следует, что отказ органа кадастрового учета в постановке на кадастровый учет объекта, не обладающего признаками недвижимой вещи, является правомерным, поскольку законодательство Российской Федерации не предусматривает осуществление кадастрового учета объекта, не являющегося объектом недвижимости.

Как следует из п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019 г., осуществление государственной регистрации прав на вещь не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости (п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). Аналогичным образом следует относиться и к значению кадастрового учета в целях признания объекта недвижимой вещью.

Соответственно, при разрешении вопроса о признании вещи недвижимостью, независимо от осуществления кадастрового учета, следует устанавливать наличие у вещи признаков, способных относить ее к недвижимым вещам в силу природных свойств или на основании закона.

При этом, имущество не имеет признаков, которые позволяют отнести его к недвижимому имуществу.

Таким образом, правовые основания для нахождения имущества на кадастровом учете в ЕГРН в статусе объекта недвижимости, равно как и необходимость обращения за регистрацией права собственности отсутствуют. 

Судом первой инстанции на основании совокупности доказательств, в том числе на основании результатов заключения кадастрового инженера, установлено, что спорный объект соответствует критериям объектов движимого имущества, установленных законодательством. Относимых и допустимых доказательств обратного Департаментом в материалы дела не представлено.

Департамент ссылается на представленный в суд первой инстанции план приватизации от акционерного общества (истца), и акту оценки стоимости зданий и сооружений «правопредшественника заявителя». 

Вместе с тем, доводы жалобы в указанной части не подтверждаются письменными доказательствами, в связи с чем, не могут быть приняты во внимание апелляционным судом.

Отсутствие разрешительной документации на спорное здание не имеет правового значения, поскольку данное обстоятельство не входит в предмет доказывания по делу о признании права собственности в силу приобретательной давности исходя из смысла и содержания ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, апелляционный суд полагает, что разрешая спор, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам и постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было.

На основании изложенного, у суда апелляционной инстанции отсутствуют правовые основания, предусмотренные ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда первой инстанции.

Судебные расходы между сторонами распределяются в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 266 - 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 27.04.2024 г. по делу                              № А40-150159/23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.  

 

Председательствующий судья:                                                                 О.Г. Головкина 

 

Судьи:                                                                                                          О.В. Савенков 

 

                                                                                                                      Н.И. Левченко