ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Москва

26.05.2020                                                                             Дело № А40-180748/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19.05.2020

Постановление в полном объеме изготовлено 26.05.2020

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Петровой Е.А.

судей Зеньковой Е.Л. и Холодковой Ю.Е.

при участии в заседании:

от ФИО1 – адвокат Бабанская Е.Г. по дов. от 12.08.2019;

от ФИО2 – адвокат Бабанская Е.Г. по дов. от 19.09.2019;

от Алчиниди Р.Ю. – не явился, извещен; 

от к/у Ассоциации проектировщиков – ФИО3 по дов. от 20.03.2019;

рассмотрев в онлайн судебном заседании  19.05.2020 кассационную жалобу ФИО1 и ФИО2

на определение от 24.10.2019 Арбитражного суда города Москвы,

постановление от 21.01.2020 Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятые по заявлению конкурсного управляющего должника о взыскании с ФИО1 убытков в размере 45 800 000 рублей, с ФИО2 и Алчиниди Р.Ю. солидарно в размере 49 610 000 рублей. 

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) Ассоциации проектировщиков «Региональный альянс проектировщиков», 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.03.2019 Ассоциация проектировщиков «Региональный альянс проектировщиков» (далее – АП «Региональный альянс проектировщиков», должник) была признана несостоятельным (банкротом), в отношении должника было открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о взыскании с ФИО1 (далее - ФИО1) убытков в размере 45 800 000 рублей, с ФИО2 (далее - ФИО2) и ФИО5 (далее - Алчиниди Р.Ю.) убытков солидарно в размере 49 610 000 рублей.

Заявление конкурсного управляющего должника было мотивировано тем, что в период с 2014 года по 2017 год с расчетного счета должника были перечислены денежные средства в общем размере 49 610 000 рублей с наименованием платежа «Оплата по договору купли-продажи ценных бумаг», однако какой-либо прибыли (дивидендов) от купленных ценных бумаг не поступало, при этом должником попытки по взысканию дивидендов не предпринимались, информация о том, что контрагенты по указанным сделкам являлись управляющими компаниями или профессиональными участниками рынка ценных бумаг, а также о наличии у них лицензии на соответствующий вид деятельности, отсутствует, конкурсному управляющему документы по сделкам не передавались, а контрагенты по указанным сделкам в настоящее время исключены из ЕГРЮЛ как недействующие юридические лица.

Данные обстоятельства, по мнению конкурсного управляющего, свидетельствовали о том, что заключение указанных сделок по купле-продаже ценных бумаг не соответствовало признакам добросовестности и разумности, поскольку отсутствуют доказательства, подтверждающие реальность и законность их совершения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.10.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020, заявление конкурсного управляющего должника о взыскании убытков было удовлетворено частично; с ФИО1 и ФИО2 в пользу должника были взысканы убытки в размере 45 800 000 рублей; с ФИО2 в пользу должника были взысканы убытки в размере 3 810 000 рублей. В удовлетворении остальной части заявления было отказано.

Удовлетворяя заявленные требования в части взыскания убытков с ФИО1 и ФИО2, суды исходили из доказанности конкурсным управляющим всей совокупности необходимых условий для применения мер гражданско-правовой ответственности по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в виде солидарного взыскания убытков с бывших руководителей должника ФИО1 и ФИО2

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в части взыскания убытков с Алчиниди Р.Ю., суды пришли к выводу, что вина Алчиниди Р.Ю. в совершении действий, повлекших за собой убытки должника, не установлена.

При рассмотрении настоящего обособленного спора в деле о банкротстве должника судами первой и апелляционной инстанций было установлено, что  в период с 20.09.2012 по 29.05.2017 ассоциация проектировщиков «Региональный альянс проектировщиков» относилась к саморегулируемым организациям в области инженерных изысканий, архитектурно-строительного проектирования, строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов капитального строительства и осуществляла деятельность, как саморегулируемая организация, основанная на членстве лиц, осуществляющих подготовку проектной документации объектов капитального строительства.

Суды установили, что согласно выписке из ЕГРЮЛ должника в период с 22.11.2013 по 31.05.2016 руководителем (президентом) должника являлся ФИО1, в период с 31.05.2016 по 06.04.2017 ФИО2, с 04.07.2017 Алчиниди Р.Ю.

В период с 01.12.2014 по 17.06.2016 с расчетных счетов должника в адрес контрагентов были перечислены денежные средства в общем размере 49 610 000,00 рублей с наименованием платежа «Оплата по договору купли-продажи ценных бумаг».

Суды указали, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие реальность и законность совершения сделок по купле-продаже ценных бумаг, в том числе первичная документация, подтверждающая существование договорных отношений между должником и контрагентами по сделкам, ценные бумаги, являющиеся предметом договоров купли-продажи.

            Также судами было отмечено, что до настоящего времени ФИО1 и ФИО2 не исполнена обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей и штампов, материальных и иных ценностей должника конкурсному управляющему должника, что, в том числе, делает невозможным обнаружение имущества должника, оспаривание сделок должника.

Обстоятельства наличия либо отсутствия и утраты указанного имущества ФИО1 и ФИО2 судам не были пояснены, соответствующего отзыва на заявление о взыскании убытков не представлено, в судебное заседание указанные лица не явились.

Учитывая данные обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что перечисление денежных средств в общем размере 49 610 000 рублей с расчетного счета должника является ничем не обоснованным.

В отношении взыскания убытков с Алчиниди Р.Ю. судами было установлено следующее.

Суды указали, что Алчиниди Р.Ю. являлся президентом должника с 04.07.2017.

После вступления в должность президента Алчиниди Р.Ю. не имел доступа в офис, расположенный по адресу 

<

...>, поскольку арендодателем ОАО «АР-Джик-Си» указанного помещения доступ был прекращен ввиду наличия задолженности по арендным платежам. Указанное обстоятельство признано судами подтвержденным представленным в материалы дела ответом ЗАО «АР-Джи-Си» от 15.08.2018.

Суды указали, что все оспариваемые конкурсным управляющим сделки совершены до вступления в должность Алчиниди Р.Ю.

Не согласившись с принятыми по заявлению конкурсного управляющего судебными актами, ФИО1 и ФИО2 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявители ссылаются на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывают, что судами не было учтено, что покупка ценных бумаг была частью финансовой стратегии ассоциации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы была размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

Определением Арбитражного суда Московского округа от 26.03.2020 рассмотрение кассационной жалобы было отложено на 19.05.2020.

В онлайн заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО1 и ФИО2 поддержала доводы кассационной жалобы, просила определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить.

Представитель конкурсного управляющего должника возражала против удовлетворения кассационной жалобы, полагала обжалуемые определение и постановление законными и обоснованными.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав представителей ответчиков и конкурсного управляющего, обсудив доводы кассационной жалобы и устных возражений на неё, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла к выводу об отсутствии у нее достаточных полномочий по отмене судебных актов по заявленным в жалобе доводам, направленным на установление судом кассационной инстанции иных обстоятельств, на иную оценку исследованных судами доказательств, что исключено из полномочий суда кассационной инстанции согласно положениям статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На недопустимость отмен судебных актов судов первой и апелляционной инстанций судом кассационной инстанции в подобных ситуациях неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях, в том числе по делам Арбитражного суда Московского округа №№ А40-161453/2012, А40-68167/2016, А40-184890/2015, А40-111492/2013 (по обособленному спору о признании недействительным договора поручительства от 15.08.2012) и судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что обязана действовать в строгом соответствии со своими полномочиями, предусмотренными статьей 286, частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом того толкования норм процессуального права о полномочиях суда кассационной инстанции, которое дано высшей судебной инстанцией.

В отношении применения судами норм материального права суд кассационной инстанции отмечает следующее.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В пункте 2 указанной статьи предусмотрено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением. Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом.

Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Суды, удовлетворяя заявленные требования в части взыскания убытков с ФИО1 и ФИО2, исходили из доказанности конкурсным управляющим всей совокупности необходимых условий для применении мер гражданско-правовой ответственности по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в виде солидарного взыскания убытков. Отказывая в удовлетворении требований в части взыскания убытков с Алчиниди Р.Ю., суды указали на недоказанность  вины Алчиниди Р.Ю. в совершении действий, повлекших за собой убытки должника.

Доводы кассационной жалобы о том, что покупка ценных бумаг являлась частью финансовой стратегии ассоциации не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанций, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в целом повторяют доводы, которые были предметом исследования в суде апелляционной инстанций и им дана надлежащая правовая оценка с указанием в судебном акте мотивов их отклонения, с которой судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается.

Правом иной оценки исследованных судами доказательств суд кассационной инстанции не обладает, поскольку согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права, но не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Учитывая вышеизложенное и поскольку судами первой и апелляционной инстанций не было допущено таких нарушений норм права  при рассмотрении обособленного спора, которые могут быть положены в основание отмены судебных актов при проверке их законности в порядке кассационного производства, то судебная коллегия суда кассационной инстанции, действующая строго в пределах своих полномочий, считает, что определение и постановление отмене не подлежат.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 24.10.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 по делу № А40-180748/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

 

Председательствующий – судья                                                         Е.А. Петрова 

Судьи:                                                                                                          Е.Л. Зенькова

                                                                                                                       Ю.Е. Холодкова