АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А71- 8567/2020

г. Ижевск

04 декабря 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 27 ноября 2020 года

Полный текст решения изготовлен 04 декабря 2020 года

 

Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи Т.С.Коковихиной, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Акционерного общества «Газпром газораспределение Ижевск» г.Ижевск о признании недействительным предупреждения Управления Федеральной антимонопольной службы по Удмуртской Республике г.Ижевск от 23.06.2020 №АА01-17-06/4176, при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – индивидуального предпринимателя ФИО2 г. Сарапул

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО3 по доверенности от 01.01.2020;

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 03.03.2020;

от третьего лица: не явился, уведомлен надлежащим образом,

установил:

Акционерное общество «Газпром газораспределение Ижевск» (далее АО «Газпром газораспределение Ижевск», общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании незаконным предупреждения Управления Федеральной антимонопольной службы по Удмуртской Республике (далее Удмуртское УФАС, антимонопольный орган, ответчик) от 23.06.2020 №АА01-17-06/4176 о прекращении действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства.

Определением суда от 02.09.2020 на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель ФИО2 г. Сарапул (далее ИП ФИО2, третье лицо).

Заявитель требования поддержал по основаниям, изложенным в заявлении, возражениях на отзыв (л.д. 5-6, 84-87).

Ответчик требования заявителя не признал по основаниям, изложенным в отзыве на заявление и дополнительных письменных пояснениях (л.д. 53-55, 91-92).

Дело в порядке ст.ст. 123, 156 АПК РФ рассмотрено в отсутствие третьего лица, неявка которого не является препятствием для рассмотрения дела.

Из представленных по делу доказательств следует, что 24.03.2020 в Удмуртское УФАС поступило заявление ИП ФИО2 (вх. №2353э) о необоснованном отказе АО «Газпром газораспределение Ижевск» ИП ФИО2 в заключение соглашения об аварийно-диспетчерском обеспечении.

По результатам рассмотрения заявления и поступивших в Удмуртское УФАС России документов, сведений, установлено следующее.

В адрес филиала АО «Газпром газораспределение Ижевск» в г.Сарапуле 03.08.2018 поступил запрос ИП ФИО2 о заключении соглашения об аварийно- диспетчерском обслуживании.

06.09.2018 ФИО2 от филиала АО «Газпром газораспределение Ижевск» в г.Сарапуле поступило письмо о необходимости представить дополнительные документы и сведения для заключения соглашения.

11.03.2019 в адрес филиала в г.Сарапуле ИП ФИО2 были направлены запрашиваемые документы.

19.04.2019 филиал в г.Сарапуле запросил у ФИО2 копии заключенных договоров с абонентами на проведение технического обслуживания и ремонт ВДГО (ВКГО).

29.01.2020 ИП ФИО2 в адрес филиала в г.Сарапуле  направил заявление о заключении соглашения об аварийно-диспетчерском  обеспечении с приложением копий заключенных им договоров с абонентами на проведение работ по техническому обслуживанию газового оборудования.

28.02.2020 филиал в г.Сарапуле направил в адрес ИП ФИО2 письмо, в соответствии с которым указал, что перечень работ в договорах соответствует сервисному обслуживанию, а не техническому. Стоимость услуг по договорам установлена также только в отношении сервисного обслуживания, а не технического.

По результатам анализа представленных копий договоров, Удмуртским УФАС России установлено, что предметом договоров является услуга по техническому обслуживанию газового оборудования, кроме того, ИП ФИО2 включен в реестр специализированных организаций, осуществляющих деятельность по техническому обслуживанию газового оборудования, техническому диагностированию газового оборудования.

В действиях (бездействии)  АО «Газпром газораспределение Ижевск», по мнению Удмуртского УФАС России, имеются признаки нарушения п.5 ч.1 ст. 10 Закона о защите конкуренции, что выразилось в злоупотреблении доминирующим положением путем необоснованного отказа (уклонения) от заключения соглашения об аварийно-диспетчерском обеспечении с ИП ФИО2

23.06.2020 Удмуртское УФАС выдало АО «Газпром газораспределение Ижевск» предупреждение №АА01-17-06/4176 о прекращении действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, путем направления в адрес ИП ФИО2 проекта соглашения об аварийно-диспетчерском обеспечении в ответ на заявление ИП ФИО2 от 29.01.2020. Срок исполнения предупреждения установлен один месяц  с момента получения данного предупреждения.

Несогласие заявителя с предупреждением послужило основанием для обращения в суд с настоящим заявлением.

В обоснование требований заявитель указал, что из сопоставления представленных ИП ФИО2 договоров с договорами АО «Газпром газораспределение Ижевск», их предмет не совпадает. В договорах ИП ФИО2 отсутствует газопровод, проложенный от места его присоединения к сети газораспределения до бытового газоиспользующего оборудования, газовые плиты, приборы учета газа. Договоры заключены только в отношении газового котла. Однако, газопровод, газовые плиты и приборы учета газа входят в состав внутридомового газового оборудования согласно п.2 Правил №410 и подлежат обслуживанию в обязательном порядке. На газопроводы, газовые плиты и приборы учета газа договоры с иными специализированными организациями не заключены. Их техническое обслуживание осуществляется АО «Газпром газораспределение Ижевск» в рамках заключенных и на настоящий момент не расторгнутых договоров. По мнению заявителя, в рамках заключенных с АО «Газпром газораспределение Ижевск» договоров уже осуществляется аварийно-диспетчерское обеспечение, соответственно, основания для направления отдельного соглашения на аварийно-диспетчерское обеспечение отсутствуют. Таким образом, законодатель закрепил единое, неделимое понятие внутридомового газового оборудования в домовладении и не предусмотрел его деление.

Кроме того, заявитель ссылается на то, что представленные ИП ФИО2 договоры являются договорами на сервисное обслуживание, а не техническое, и не содержат минимального перечня работ, выполняемых в обязательном порядке в ходе технического обслуживания. 

Договоры сервисного обслуживания и договоры технического обслуживания не являются взаимозаменяемыми, регулируются различными нормативно-правовыми актами и направлены на достижение  разных целей при их заключении. В пункте 3.1 всех представленных ИП ФИО2 договоров установлена стоимость сервисного обслуживания, стоимость технического обслуживания ни одним договором не определена. Все договоры заключены на один год, что противоречит требованиям п. 37 Правил №410. 

Также заявитель указал, что из представленных ИП ФИО2 договоров видно наличие собственной аварийно-диспетчерской службы.

 Таким образом, исходя из положений Правил №410, у ИП ФИО2 отсутствует исключительное право требовать заключения АО «Газпром газораспределение Ижевск» соглашения об аварийно-диспетчерском обслуживании.  

Кроме того, в АО «Газпром газораспределение Ижевск» имеется типовая форма договора на аварийно-диспетчерское обеспечение, утвержденная приказом генерального директора от 21.05.2018 №325.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, Удмуртское УФАС России указало, что в действиях (бездействии) АО «Газпром газораспределение Ижевск» содержатся признаки нарушения антимонопольного законодательства, предусмотренного п.5 ч.1 ст.10 Закона о защите конкуренции, в связи с чем, обществу правомерно выдано предупреждение. 

Кроме того, ответчик указал со ссылкой на аналитический отчет, что АО «Газпром газораспределение Ижевск» занимает на указанном рынке доминирующее положение с долей 100%, следовательно, на указанное Общество распространяются запреты и ограничения, установленные статьей 10 Закона о защите конкуренции. 

Оценив представленные по делу доказательства, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд пришел к следующему выводу.

Согласно ч.1 ст.198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно ч.4 ст.200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Таким образом, для признания недействительным ненормативного правового акта необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение данным актом прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской деятельности и иной экономической деятельности. 

В силу прямого указания ч.5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта возложена на принявший его орган; согласно положениям ст.65 Кодекса доказывание иных обстоятельств является обязанностью лиц, которые ссылаются на данные обстоятельства.

Федеральный закон от 27.06.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции) определяет организационные и правовые основы защиты конкуренции, в том числе предупреждения и пресечения монополистической деятельности. Одной из целей данного Закона является создание условий для эффективного функционирования товарных рынков (статья 2 Закона).

Частью 1 статьи 2, частью 1 статьи 3 Закона о защите конкуренции установлено, что антимонопольное законодательство Российской Федерации основывается на Конституции Российской Федерации, Гражданском кодексе Российской Федерации и состоит из названного Федерального закона, иных федеральных законов, регулирующих отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции.

Статьей 10 Закона о защите конкуренции закреплен запрет на осуществление действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей.

В силу пункта 5 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц, в том числе, экономически или технологически не обоснованные отказ либо уклонение от заключения договора с отдельными покупателями (заказчиками) в случае наличия возможности производства или поставок соответствующего товара, а также в случае, если такой отказ или такое уклонение прямо не предусмотрены федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами.

На основании части 1 статьи 5 Закона о защите конкуренции доминирующим положением признается положение хозяйствующего субъекта (группы лиц) или нескольких хозяйствующих субъектов (групп лиц) на рынке определенного товара, дающее такому хозяйствующему субъекту (группе лиц) или таким хозяйствующим субъектам (группам лиц) возможность оказывать решающее влияние на общие условия обращения товара на соответствующем товарном рынке, и (или) устранять с этого товарного рынка других хозяйствующих субъектов, и (или) затруднять доступ на этот товарный рынок другим хозяйствующим субъектам.

Федеральный закон от 31.03.1999 № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» относит к полномочиям Правительства Российской Федерации в области газоснабжения утверждение правил поставок газа, правил пользования газом и предоставления услуг по газоснабжению, положения об охранных зонах трубопроводов, положения о зонах минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов, порядка доступа независимых организаций к газотранспортным и газораспределительным сетям, порядка использования газа в качестве топлива, правил ограничения подачи (поставки) и отбора газа, перечня потребителей, в том числе организаций, которые имеют преимущественное право пользования газом в качестве топлива и поставки газа которым не подлежат ограничению или прекращению.

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 31.03.1999 № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» постановлением Правительства Российской Федерации от 14.05.2013 № 410 утверждены Правила пользования газом в части обеспечения безопасного использования и содержания внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги по газоснабжению, в том числе порядок заключения и исполнения договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования; предусматривают оказание комплекса работ (услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования; аварийно-диспетчерскому обеспечению; техническому диагностированию внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования; замене оборудования (далее - Правила пользования газом).

Согласно пункту 2 Правил пользования газом аварийно-диспетчерское обеспечение - комплекс мер по предупреждению и локализации аварий, возникающих в процессе использования внутридомового и внутриквартирного газового оборудования, направленных на устранение непосредственной угрозы жизни или здоровью граждан, причинения вреда имуществу физических или юридических лиц, государственному или муниципальному имуществу, окружающей среде, жизни или здоровью животных и растений. Специализированная организация - организация, осуществляющая деятельность по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, в том числе газораспределительная организация, соответствующая требованиям, установленным разделом IX названных Правил, направившая в уполномоченный орган государственного контроля (надзора) уведомление о начале осуществления деятельности по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования в соответствии с пунктом 40 части 2 статьи 8 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля».

Процесс газоснабжения характеризуется связью между внутридомовым газовым оборудованием и газораспределительными сетями.

В соответствии с Правилами пользования газом под «внутридомовым газовым оборудованием» (ВДГО) понимается являющиеся общим имуществом собственников помещений газопроводы, проложенные от места присоединения указанных газопроводов к сети газораспределения до запорной арматуры (крана) включительно, расположенной на ответвлениях (опусках) к внутриквартирному газовому оборудованию, газоиспользующее оборудование (за исключением бытового газоиспользующего оборудования, входящего в состав внутриквартирного газового оборудования), технические устройства на газопроводах, в том числе регулирующая и предохранительная арматура, системы контроля загазованности помещений, коллективные (общедомовые) приборы учета газа, а также приборы учета газа, фиксирующие объем газа, используемого при производстве коммунальной услуги по отоплению и (или) горячему водоснабжению; «внутриквартирное газовое оборудование» (ВКГО) - газопроводы многоквартирного дома, проложенные после запорной арматуры (крана), расположенной на ответвлениях (опусках) к внутриквартирному газовому оборудованию, до бытового газоиспользующего оборудования, размещенного внутри помещения, бытовое газоиспользующее оборудование и технические устройства на газопроводах, в том числе регулирующая и предохранительная арматура, системы контроля загазованности помещений, индивидуальный или общий (квартирный) прибор учета газа; «аварийно-диспетчерское обеспечение» - комплекс мер по предупреждению и локализации аварий, возникающих в процессе использования внутридомового и внутриквартирного газового оборудования, направленных на устранение непосредственной угрозы жизни или здоровью граждан, причинения вреда имуществу физических или юридических лиц, государственному или муниципальному имуществу, окружающей среде, жизни или здоровью животных и растений.

В пункте 131 постановления Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354 «О предоставлении коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов» предусмотрено, что газоснабжение потребителя производится при условии организованных исполнителем и осуществляемых специализированной организацией аварийно-диспетчерского обеспечения, надлежащего технического обслуживания и ремонта внутридомового газового оборудования и внутриквартирного газового оборудования, а также при условии технического диагностирования внутридомового газового оборудования и внутриквартирного газового оборудования, которые осуществляются по соответствующим договорам, заключенным в многоквартирном доме: в отношении внутридомового газового оборудования в многоквартирном доме; с товариществом или кооперативом, управляющей организацией, а при непосредственном управлении многоквартирным домом - с собственниками помещений в многоквартирном доме; в отношении внутриквартирного газового оборудования - с собственником жилого или нежилого помещения, а в отношении внутриквартирного газового оборудования, установленного в жилом помещении государственного или муниципального жилищного фонда: с нанимателем такого жилого помещения - в части технического обслуживания и текущего ремонта такого оборудования, а с собственником такого жилого помещения - в части капитального ремонта такого оборудования.

Согласно пункта 4 Правил пользования газом безопасное использование и содержание внутридомового и внутриквартирного газового оборудования обеспечиваются путем осуществления следующего комплекса работ (услуг): а) техническое обслуживание и ремонт внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования; б) аварийно-диспетчерское обеспечение; в) техническое диагностирование внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования; г) замена оборудования.

Раздел II Правил пользования газом регулирует вопросы организации безопасного использования и содержания внутридомового и внутриквартирного газового оборудования, в пункте 7 которого определен порядок организации аварийно-диспетчерского обеспечения. Аварийно-диспетчерское обеспечение осуществляется газораспределительной организацией в соответствии с законодательством Российской Федерации и указанными Правилами (абзац 3 пункта 7 Правил пользования газом).

Специализированная организация, не являющаяся газораспределительной организацией, заключает с газораспределительной организацией, имеющей обязанность по транспортировке газа до многоквартирного дома (жилого дома, домовладения), в котором установлено внутридомовое и (или) внутриквартирное газовое оборудование, а также имеющей в своем составе аварийно-диспетчерскую службу, соглашение об осуществлении аварийно-диспетчерского обеспечения внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования (абзац 4 пункта 7 названных Правил). Газораспределительная организация не вправе отказать специализированной организации, не являющейся газораспределительной организацией, заключившей договор (договоры) о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования с заказчиком (заказчиками), в заключении соглашения (абзац 6 пункта 7 Правил пользования газом).

Регулируя отношения в сфере деятельности естественных монополий, Закон о естественных монополиях устанавливает сферы деятельности субъектов естественных монополий, к которым аварийно-диспетчерское обеспечение не относится.

Соглашение об осуществлении аварийно-диспетчерского обеспечения с газораспределительной организацией является обязательным требованием для лиц, выполняющих работы по техническому обслуживанию газового оборудования.

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № АКПИ13-826 пункты 2, 6, 7, 10, 24 - 30, 32, 34 - 36, 80 Правил пользования газом признаны недействующими в части, наделяющей исключительным правом осуществлять деятельность по техническому обслуживанию, ремонту и замене внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования только газораспределительную организацию, осуществляющую транспортировку газа по договору с поставщиком газа. В указанном решении Верховный Суд Российской Федерации пришел к выводу о том, что хозяйствующие субъекты, не являющиеся газораспределительными организациями, лишены права выполнять работы (оказывать услуги) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и внутриквартирного газового оборудования. Установление к хозяйствующим субъектам требований, не предусмотренных федеральным законом и необоснованно препятствующих осуществлению их деятельности, привело к ограничению гражданских прав этих хозяйствующих субъектов, устранению конкуренции в соответствующей сфере товарного рынка, лишило потребителей коммунальной услуги по газоснабжению свободного выбора контрагента по договору о техническом обслуживании и ремонте указанного газового оборудования.

Таким образом, обязанность иметь в своем составе аварийно-диспетчерскую службу лежит на газораспределительной организации имеющей обязанность по транспортировке газа до многоквартирного дома (жилого дома, домовладения), в котором установлено внутридомовое и (или) внутриквартирное газовое оборудование.

Специализированная организация, не являющаяся газораспределительной организацией, не обязана и не вправе иметь в своем составе аварийно-диспетчерскую службу.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что в рассматриваемом случае АО «Газпром газораспределение Ижевск» отказало в заключении соглашения об осуществлении аварийно-диспетчерского обеспечения внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, за заключением которого обратился ИП ФИО2, входящий в реестр специализированных организаций, осуществляющих деятельность по техническому обслуживанию газового оборудования, техническому диагностированию газового оборудования,  к АО «Газпром газораспределение Ижевск» как к газораспределительной организации, которая осуществляет деятельность как субъект естественной монополии, и у которой, как у газораспределительной организации имеется обязанность заключить с обратившейся к ней специализированной организацией по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования соглашение об осуществлении аварийно-диспетчерского обеспечения.

При этом, судом установлено, что обращаясь с заявлением о заключении соглашения об аварийно-диспетчерском обеспечении при ремонте и техническом обслуживании внутридомового газового оборудования, ИП ФИО2 в филиал АО «Газпром газораспределение Ижевск» в г.Сарапуле представлены копии договоров на техническое обслуживание, заключенные ИП ФИО2 с абонентами, копия удостоверения допуска на газоопасные работы, сертификаты от фирмы производителей котельного оборудования, номенклатура и количество запасных частей на газовое оборудование, имеющихся в наличии, копия уведомления в государственную жилищную инспекцию по Удмуртской Республике о начале предпринимательской деятельности, в связи с чем, ИП ФИО2 включен в реестр специализированных организаций, осуществляющих деятельность по техническому обслуживанию газового оборудования, техническому диагностированию газового оборудования (л.д. 13, 18-32).

Оценив по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании фактические обстоятельства, доказательства, представленные в материалы дела, доводы и возражения сторон в их совокупности и взаимосвязи в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд установил, что ИП ФИО2 является специализированной организацией, которая вправе осуществлять деятельность по техническому обслуживанию и ремонту ВДГО и ВКГО на договорной основе, отвечает установленным в совокупности требованиям к исполнителю рассматриваемого вида услуг, следовательно, в силу абзаца 4 пункта 7 Правил пользования газом, где газораспределительная организация не вправе отказать специализированной организации по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования в заключении соглашения об осуществлении аварийно-диспетчерского обеспечения, в связи с чем, в действиях (бездействии) АО «Газпром газораспределение Ижевск» по отказу ИП ФИО2 в заключении спорного соглашения содержатся признаки нарушения антимонопольного законодательства, предусмотренного пунктом 5 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.

Доводы заявителя о том, что договоры, представленные ИП ФИО2, являются договорами сервисного обслуживания, а не технического подлежит отклонению, на основании следующего.

Из представленных в материалы дела договоров, заключенных ИП ФИО2 и его контрагентами, следует, что предметом договоров является услуга по техническому обслуживанию газового (котельного) оборудования. При этом,  ИП ФИО2 включен в реестр специализированных организаций, осуществляющих деятельность по техническому обслуживанию газового оборудования, техническому диагностированию газового оборудования.

Минимальный перечень выполняемых работ (оказываемых услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования регламентирован Правилами, относительно газовых котлов в него входят следующие работы:

-        визуальная проверка целостности и соответствия нормативным требованиям (осмотр) внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования;

-        визуальная проверка наличия свободного доступа (осмотр) к внутридомовому и (или) внутриквартирному газовому оборудованию;

-        проверка герметичности соединений и отключающих устройств (приборный метод, обмыливание).

Указанные процедуры подразумевают под собой фактический визуальный осмотр газового оборудования, что в свою очередь входит в договоры, заключенные ИП ФИО2, следовательно, договоры, представленные ИП ФИО2, являются договорами технического обслуживания.

Довод Общества о том, что наличие у ГРО собственной АДС не создает препятствий (барьеров) для специализированных организаций, путем отказа в заключении соглашения об аварийно-диспетчерском обеспечении также подлежит отклонению, поскольку, являясь единственным субъектом на рынке транспортировки газа в силу занимаемого положения на указанном рынке, имеет возможность оказывать на участников смежных рынков решающее воздействие, отказывая им в предусмотренной законом возможности, тем самым создавая барьеры в осуществлении такими субъектами предпринимательской деятельности, в том числе, субъектам, которые допущены на этот рынок, включенным в реестр специализированных организаций.

Судом установлено, что общество является субъектом естественной монополии и согласно ч. 5 ст. 5 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях» транспортировка газа по трубопроводам относятся к сферам деятельности субъектов естественной монополии, следовательно, положение общества как субъекта естественной монополии признается на товарном рынке доминирующим.

Как верно указано антимонопольным  органом, в рассматриваемой ситуации ИП ФИО2, имеющий абонентов, которые в силу закона обязаны заключить АДО и ТО ВДГО из-за отсутствия предусмотренного законодательством соглашения об АДО с ИП ФИО2 и желающими заключить с ним договоры технического обслуживания котла имеют такую возможность только в случае заключения такого соглашения, в противном случае, потребители будут вынуждены оплатить услугу за ТО ВДГО дважды.

Довод заявителя о том, что договоры ИП ФИО2 с абонентами заключены только на обслуживание газовых котлов, а техническое обслуживание газопроводов, газовых плит и приборов учета осуществляется АО «Газпром газораспределение Ижевск» в рамках заключенных и на настоящий момент не расторгнутых договоров, подлежит отклонению судом.

То обстоятельство, что у АО «Газпром газораспределение Ижевск» имелись заключенные договоры на техническое обслуживание, не является согласно Правилам основанием для отказа ИП ФИО2 в заключении соглашения об аварийно – диспетчерском обеспечении.

Кроме того, согласно положениям Правил, у заказчика имеется право заключить договор не только с газораспределительной организацией, но и со специализированной организацией, не являющейся газораспределительной организацией.  

В данном случае, факт заключения договоров с АО «Газпром газораспределение Ижевск» фактически лишает заказчиков возможности самостоятельно выбрать организацию, с которой они хотят заключить соответствующее соглашение.

В то время как, в силу пункта 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключение договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Кроме того, техническое обслуживание газовых котлов и газопровода, газовых плит прибора учета может осуществляться путем разграничения границ балансовой и эксплуатационной ответственности АДО между  газораспределительной организацией и специализированной организацией.

Доводы заявителя о неделимости ВДГО не являются поводом для отсутствия у третьего лица (ИП ФИО2) права (при обращении к нему потребителей) заключения соответствующих договоров на обслуживание.

Довод заявителя на наличие у ИП ФИО2 собственной аварийно-диспетчерской службы, подлежит отклонению судом, как опровергнутый представленными в материалы дела доказательствами и носящий предположительный характер.

В соответствии с ч.1 ст.39.1 Закона о защите конкуренции в целях пресечения действий (бездействия), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции и (или) ущемлению интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо ущемлению интересов неопределенного круга потребителей, антимонопольный орган выдает хозяйствующему субъекту, федеральному органу исполнительной власти, органу государственной власти субъекта Российской Федерации, органу местного самоуправления, иным осуществляющим функции указанных органов органу или организации, организации, участвующей в предоставлении государственных или муниципальных услуг, государственному внебюджетному фонду предупреждение в письменной форме о прекращении действий (бездействия), об отмене или изменении актов, которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, либо об устранении причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, и о принятии мер по устранению последствий такого нарушения.

Согласно ч.2 ст.39.1 Закона о защите конкуренции предупреждение выдается лицам, указанным в ч.1 настоящей статьи, в случае выявления признаков нарушения, в том числе, пунктов 3, 5, 6 и 8 части 1 статьи 10, настоящего Федерального закона. 

Предупреждение должно содержать: 1) выводы о наличии оснований для его выдачи; 2) нормы антимонопольного законодательства, которые нарушены действиями (бездействием) лица, которому выдается предупреждение; 3) перечень действий, направленных на прекращение нарушения антимонопольного законодательства, устранение причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, устранение последствий такого нарушения, а также разумный срок их выполнения (п.4).

Аналогичные нормы содержатся в пунктах 1.2, 2.2. Порядка выдачи предупреждения о прекращении действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, утвержденного Приказом Федеральной антимонопольной службы от 22.01.2016 № 57/16.

Из материалов дела следует, что предупреждение Удмуртского УФАС от 23.06.2020 №АА01-17-06/4176 о прекращении действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства путем направления в адрес ИП ФИО2 проекта соглашения об аварийно-диспетчерском обеспечении в ответ на заявление ИП ФИО2 от 29.01.2020, выдано АО «Газпром газораспределение Ижевск» в связи с установлением в действиях общества признаков нарушения антимонопольного законодательства, предусмотренного п.5 ч.1 ст.10 Закона о защите конкуренции. 

Доказательств, опровергающих правомерность выводов антимонопольного органа о наличии в действиях АО «Газпром газораспределение Ижевск» признаков нарушения антимонопольного законодательства, суду не представлено.

В силу правовой позиции, содержащейся в п.3 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016, и сохраняющем силу Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.04.2014 № 18403/13, предупреждение выносится при обнаружении лишь признаков правонарушения, а не его факта, судебной проверке подлежит факт наличия таких признаков по поступившим в антимонопольный орган информации и документам, как основаниям вынесения предупреждения.

Суд не устанавливает обстоятельства, подтверждающие факт совершения правонарушения, которые должны быть установлены антимонопольным органом в рамках производства по делу о нарушении антимонопольного законодательства в случае его возбуждения, и не предрешает выводы антимонопольного органа в порядке гл.9 Закона о защите конкуренции.

Суд ограничивается констатацией соответствия либо несоответствия предупреждения, требованиям статьи 39.1 Закона о защите конкуренции и Порядка выдачи предупреждения о прекращении действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, утвержденного Приказом Федеральной антимонопольной службы от 22.01.2016 № 57/16, с учетом того, что предписанные действия должны отвечать целям предупреждения и не могут выходить за пределы мер, необходимых для прекращения действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, устранения причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, а также его последствий.

С учетом изложенного суд полагает, что у Удмуртского УФАС России имелись достаточные правовые основания для выдачи обществу оспариваемого предупреждения; предписанные в оспариваемом предупреждении действия исполнимы, отвечают целям предупреждения, не выходят за пределы мер, необходимых для прекращения действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, устранения причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, а также его последствий.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что предупреждение соответствует положениям Закона о защите конкуренции.

Иного заявителем не доказано.

Доказательств нарушения прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности оспариваемым предупреждением, заявитель в материалы дела не представил (ст.ст. 65, 200 АПК РФ).

В силу ч. 3 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования. 

На основании вышеизложенного, в удовлетворении требований заявителя надлежит отказать полностью.

Согласно ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

С учетом принятого решения согласно ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя.

Руководствуясь ст. ст. 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса РФ,  Арбитражный суд Удмуртской Республики

р е ш и л :

В удовлетворении заявления Акционерного общества «Газпром газораспределение Ижевск» г.Ижевск, как несоответствующего Федеральному закону «О защите конкуренции», о признании недействительным и отмене предупреждения Управления Федеральной антимонопольной службы по Удмуртской Республике о прекращении действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, от 23.06.2020 №АА01-17-06/4176, отказать полностью.

 

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  г. Пермь в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Судья                                                          Т.С. Коковихина