ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-15346/2022

16 июня 2023 года

г. Санкт-Петербург

 

Постановление изготовлено в полном объеме  16 июня 2023 года

 

Судья Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  Титова М.Г.,

 

рассмотрев без вызова сторон апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-12472/2023) Rоvio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) на решение Арбитражного суда  Калининградской области от 14.03.2023 по делу № А21-15346/2022, принятое по иску Rоvio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) к ИП ФИО1 о взыскании, рассмотренному в порядке упрощенного производства, 

 

установил:

Rovio Entertainment Corporation (далее – Компания, истец) обратилась в Арбитражный суд Калининградской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, предприниматель, ИП ФИО1) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак 551 476 в размере 20 000 руб., на товарный знак 1 086 866 в размере 40 000 руб., на товарный знак 1 153 107 в размере 20 000 руб., на товарный знак 1 152 685 в размере 40 000 руб., судебных издержек в размере стоимости вещественных доказательств – товаров, приобретенных у ответчика в сумме 1 165 руб., стоимости почтовых отправлений в виде претензии и искового заявления в размере 312,64 руб., суммы оплаченной государственной пошлины в размере 4 600 руб.

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства в соответствии с главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Решением суда первой инстанции в виде резолютивной части от 27.02.2023  исковые требования удовлетворены частично, суд взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак 551 476 в размере 10 000 руб., на товарный знак 1 086 866 в размере 10 000 руб., на товарный знак 1 153 107 в размере 10 000 руб., на товарный знак 1 152 685 в размере 10 000 руб., судебных издержек в размере стоимости вещественных доказательств – товаров, приобретенных у Ответчика в сумме 387,95 руб., стоимости почтовых отправлений в виде претензии и искового заявления в размере 104,11 руб., суммы оплаченной государственной пошлины в размере 1 531,80 руб. В остальной части в удовлетворении иска отказано. Мотивированное решение изготовлено 14.03.2023.

В апелляционной жалобе Rоvio Entertainment Corporation, ссылаясь на необоснованное снижение судом суммы компенсации и пропорциональное распределение судебных расходов, просит решение суда отменить, удовлетворить исковые требования в полном объеме. 

В силу части 1 статьи 272.1 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции без вызова сторон, по имеющимся в деле доказательствам.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции:

1. В ходе закупки, произведенной 19.09.2022 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (шапка) (далее - товар № 1). 

В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП ФИО1. Дата продажи: 19.09.2022. ИНН продавца: 391200018901. 

2. В ходе закупки, произведенной 21.09.2022 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (шапка) (далее - товар № 2). 

В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП ФИО1. Дата продажи: 21.09.2022. ИНН продавца: 391200018901. 

3. В ходе закупки, произведенной 28.09.2022 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (шапка) (далее - товар № 3). 

В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП ФИО1. Дата продажи: 28.09.2022. ИНН продавца: 391200018901. 

4. В ходе закупки, произведенной 02.10.2022 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (шапка) (далее - товар № 4). 

В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП ФИО1. Дата продажи: 02.10.2022. ИНН продавца: 391200018901.

Исключительные права на данные объекты интеллектуальной собственности принадлежат компании и ответчику не передавались.

Компания является действующим юридическим лицом, которое учреждено 24.11.2003 в качестве публичного акционерного общества, код предприятия 1863026-2.

Согласно выписке из торгового реестра компании допустимым является наименование компании как на финском языке "Rovio Entertainment Oyj" ("Ровио Энтертейнмент Оюй"), так и на иностранных языках "Rovio Entertainment Corporation" ("Ровио Энтертейнмент Корпорэйшн").

Истец является правообладателем вышеуказанных товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему, указанное подтверждено сведениями с официального сайта Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС) (http://www.wipo.int/madrid/monitor/en/index.jsp) с нотариально удостоверенным переводом на русский язык.

Товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с его согласия.

Полагая, что фактом предложения к продаже товара без согласия правообладателя нарушены принадлежащие ему исключительные права, истец направил в адрес ответчика претензию №28260, №28336, №28526, №28640 о нарушении исключительных прав с требованием выплаты компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки.

Претензия истца оставлена ответчиком без исполнения, что явилось основанием для обращения компании в суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, признав подтвержденным факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на четыре товарных знака, счел возможным снизить размер компенсации, установив её размер в сумме 10 000 руб. в отношении каждого из нарушений.

Апелляционный суд, исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, приходит  к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются в том числе товарные знаки.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использовать результат интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Принадлежность истцу исключительных прав на товарные знаки товарных знаков №№ 551 476, 1 086 866, 1 153 107 и 1 152 685 подтверждается представленными в материалы дела доказательствами и ответчиком не оспаривается.

Факт продажи предпринимателем товара подтверждается кассовыми чеками, на которых содержится информация о продавце, приобретенном товаре, видеозаписью процесса покупки товара.

Согласно статье 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Поскольку покупка товара оформлена в соответствии с требованиями статьи 493 ГК РФ, кассовый чек является доказательством, подтверждающим факт розничной купли-продажи товара в торговой точке ответчика.

Согласно пункту 2 статьи 433 ГК РФ, если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224 ГК РФ).

Представленный истцом в материалы дела кассовый чек, имеющий индивидуальный налоговый номер ответчика, его фирменное наименование, в соответствии со статьей 68 АПК РФ принят судом в качестве доказательства, подтверждающего факт продажи ответчиком спорного товара.

Кроме того, по ходатайству истца к материалам дела приобщен компакт-диск с видеозаписью процесса покупки контрафактного товара, сам спорный товар.

Сведения о наличии у ответчика прав на использование спорных товарных знаков в материалах дела отсутствуют.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд пришел к правильному выводу о том, что факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав подтвержден.

Однако, разрешая спор, суд первой инстанции не учел то обстоятельство, что истец заявил требование о компенсации за двенадцать фактов нарушений исключительных прав истца - по количеству размещенных на товарах товарных знаков истца - в четырёх точках продаж ответчика, а не за четыре факта нарушения.

Указанное обстоятельство привело к неверным выводам суда первой инстанции о количестве требований, заявленных истцом, и необходимости снижения суммы компенсации до минимальной санкции в размере 10 000 руб. за каждый факт нарушения (всего 40 000 руб.).

Вместе с тем, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены принятого по делу судебного акта, поскольку ошибочность квалификации требований истца не привела к принятию судом неверного итогового вывода.

Согласно пункту 60 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее – постановление №10) требование о взыскании компенсации носит имущественный характер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).

Кроме того, в пункте 63 постановления №10 разъяснено, что, если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение, товарный знак и наименование места происхождения товара, товарный знак и промышленный образец, компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно.

В данном случае истец подтвердил документально двенадцать фактов нарушения ответчиком исключительных прав (кассовые чеки, фотографии спорного товара).

Минимальный размер суммы взыскиваемой компенсации, исходя из пункта 3 статьи 1252, статей 1301, 1515 ГК РФ составляет 10 000 руб. за каждый факт нарушения исключительных прав правообладателя. 

В силу пункта 4 указанной статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации, в том числе в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Компанией при обращении с иском был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, - в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 постановления Пленума N 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае истцом заявлено требование о взыскании с ответчика 120 000 руб. компенсации (12 фактов х 10 000 руб., а именно: 20 000 руб. за два факт нарушения исключительного права истца на товарный знак 551 476; 40 000 руб. за четыре факта нарушения исключительного права истца на товарный знак 1 086 866; 20 000 руб. за два факта нарушения исключительного права истца на товарный знак 1 153107; 40 000 руб. за четыре факта нарушения исключительного права истца на товарный знак 1 152 685).

Как следует из материалов дела, предприниматель, ссылаясь на пункт 3 статьи 1252 ГК РФ и постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края" (далее - постановление N 28-П), заявил ходатайство о снижении заявленной ко взысканию компенсации ниже низшего предела до 5 000 руб.

Согласно пункту 64 Постановления N 10 положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на: несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец; несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 N 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В данном случае истец заявил ко взысканию компенсацию в минимальном размере – 10 000 руб. за каждое нарушение.

Из материалов дела усматривается, что спорный товар был введен в гражданский оборот и реализован конечному потребителю, что подтверждает вероятность причинения убытков правообладателю, связанных с неполучением средств от реализации аналогичной продукции, а равно, связанных с невозможностью обеспечить компенсацию материальных и интеллектуальных затрат, вложенных в лицензионную продукцию. В данном случае, действия по предложению к продаже и реализации товара предоставляли ответчику возможность привлекать потенциальных потребителей оригинальной продукции истца и обеспечивать повышенный спрос на нелицензионную продукцию, вводимую в гражданский оборот без получения разрешения правообладателя.

Предпринимателем не предоставлено доказательств того, что им предпринимались меры по проверке сведений в том, что товар не является контрафактным, кроме того не представлены доказательства, что он приобретал лицензионную продукцию.

Ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку закупаемой продукции на предмет незаконного размещения интеллектуальной собственности и принимать меры по недопущению к реализации такой продукции. Доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца на объекты интеллектуальной собственности, предприниматель в материалы дела не представил.

Как разъяснено в пункте 62 Постановления N 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 65 Постановления N 10, компенсация является мерой ответственности за факт нарушения, охватываемого единством намерений правонарушителя.

Распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок.

 При доказанном единстве намерений правонарушителя количество контрафактных экземпляров, товаров (размер партии, тиража, серии и так далее) может свидетельствовать о характере правонарушения в целом и подлежит учету судом при определении конкретного размера компенсации.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 07.12.2015 по делу № А03-14243/2014, в случае, если закупки товаров производились в течение короткого промежутка времени, по всем фактам после осуществления первой закупки ответчик не предупреждался истцом о нарушении исключительных прав на товарные знаки, требований о прекращении нарушения прав истца ответчику не поступало, реализацию ответчиком такого товара можно рассматривать как один случай незаконного использования товарных знаков истца.

В данном случае, при оценке количества совершенных ответчиком нарушений суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что сделки купли-продажи контрафактного товара, совершенные с 19.09.2022 по 02.10.2022, составляют одно правонарушение, поскольку охватываются единством намерений ответчика (предметом сделки являлся одинаковый товар – детский ассортимент одежды, реализованный в торговых точках одного предпринимателя, в одном населенном пункте, в короткий промежуток времени).

С учётом позиции Суда по интеллектуальным правам, изложенным в постановлении от 05.04.2023 N С01-179/2023 по делу N А43-40107/2021, суждения апеллянта о том, что в отсутствие довода о единстве намерений со стороны ответчика суд не может самостоятельно прийти к соответствующему выводу, отклонён апелляционным судом. Как разъяснено в названном постановлении, такой вывод может быть сделан судом исходя из установленных определенных фактических обстоятельств на основе имеющихся в деле доказательств.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об определении размера компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №551 476, №1 086 866, № 1 153 107, №1 152 685 по 10 000 руб. за каждый спорный товарный знак, а всего 40 000 руб. компенсации, признав единство намерений правонарушителя, и находит требования в остальной части необоснованными. 

Суд апелляционной инстанции полагает, что названный размер компенсации  соразмерен последствиям нарушения и соответствует принципу разумности и справедливости с учетом характера допущенного нарушения и иных установленных по делу обстоятельств.

Выводы суда первой инстанции в части распределения судебных расходов сторонами не оспариваются.

На основании изложенного, апелляционный суд полагает, что оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции не имеется, ошибочные выводы суда первой инстанции не привели к принятию неверного судебного акта по существу.

Руководствуясь статьями 269-271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

решение Арбитражного суда  Калининградской области  от 14.03.2023  по делу №А21-15346/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Судья

 

М.Г. Титова