АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

 

 

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Иркутск                                                                                               Дело  № А19-2064/2019 

 

18.11.2019 г.

 

Резолютивная часть решения объявлена  в судебном заседании  14.11.2019   года.

Решение  в полном объеме изготовлено   18.11.2019                         года.

 

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Красько Б.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению министерства имущественных отношений Иркутской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664007, 

<

...>)

к Администрации города Иркутска (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664025, 

<

...>)

о признании права собственности на объект недвижимости отсутствующим,

с участием третьего лица – государственное автономное учреждение культуры Иркутский областной театр юного зрителя им. А. Вампилова (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664003, 

<

...>),

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО2 – представитель по доверенности,

от ответчика – ФИО3 – представитель по доверенности,

от третьего лица – ФИО4 - представитель по доверенности,

УСТАНОВИЛ:

министерство имущественных отношений Иркутской области (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  к администрации города Иркутска (далее – ответчик) о признании самовольной постройкой нежилое 1-этажное, кирпичное здание гаража с кадастровым номером 38:36:000034:19898, общей площадью 109,4 кв.м., расположенное со стороны ул. Красноармейская в северной части земельного участка с кадастровым номером 38:36:000034:151, по адресу: 

<

...> обязании Администрацию города Иркутска снести за собственный счет самовольную постройку нежилое 1-этажное, кирпичное здание гаража с кадастровым номером 38:36:000034:19898, общей площадью 109,4 кв.м., расположенное со стороны ул. Красноармейская в северной части земельного участка с кадастровым номером 38:36:000034:151, по адресу: 

<

...>

Основанием исковых требований истец указал фактическое разрушение объекта недвижимости, отсутствие доказательств создания объекта в соответствии с требованиями действующего в соответствующий период законодательства.

            Ответчик в письменном отзыве требование оспорил, указал на отсутствие доказательств  того, что объект находится в разрушенном состоянии, поскольку его состояние не изменилось со дня регистрации права собственности муниципального образования; ответчик также указал на отсутствие у него оснований  для списания объекта в установленном порядке в связи с отсутствием заключения о непригодности объекта к дальнейшей эксплуатации, акта  инвентаризации, акта обследования, подтверждающих прекращение существования объекта. Ответчиком также заявлено о применении срока исковой давности.

            В судебном заседании стороны поддержали доводы, изложенные в исковом заявлении и отзыве. Представитель третьего лица поддержал доводы истца.

Исследовав имеющиеся по делу доказательства, судом установлены следующие обстоятельства.

            Как следует из материалов дела, в собственности Иркутской области находится земельный участок площадью 3 100 кв.м., по адресу: 

<

...> кадастровый номер 38:36:000034:151, право собственности зарегистрировано 09.12.2009.

            Указанный земельный участок  передан на праве постоянного (бессрочного) пользования государственному автономному учреждению культуры Иркутский областной театр юного зрителя им. А. Вампилова, дата регистрации права – 03.03.2000.

Актом осмотра земельного участка от 22.10.2018, составленным  должностным лицом министерства имущественных отношений Иркутской области установлено, что расположенное со стороны ул. Красноармейская в северной части земельного участка с кадастровым номером 38:36:000034:151, по адресу: 

<

...> кирпичное здание гаража с кадастровым номером 38:36:000034:19898, общей площадью 109,4 кв.м длительное время не эксплуатируется и находится в заброшенном состоянии, здание не имеет перекрытий и крыши, периметр здания зарос порослью клена.

Как следует из выписки из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество  от 25.01.2019 муниципальному образованию город Иркутск на праве собственности принадлежит нежилое здание, гараж, общей площадью 109,4 кв.м., с кадастровым номером 38:36:000034:19898, по адресу: 

<

...>.

Согласно  экспертному заключению биолого-почвенного факультете ФНБОУ ВО «ИГУ»  в вышеуказанном здании внутри естественным образом, т.е. не бл посажен специально, произрастает клен, высота многочисленных побегов составляет около 5-6м. С учетом пневой поросли деревья на данной площадке произрастают не менее 15 лет.

            Согласно заключению ООО «Предприятие  Иркут-Инвест» по результатам визуального обследование строительных конструкций объекта незавершенного строительства с кадастровым номером 38:36:000034:19898, расположенного в северо-восточной части земельного участка с кадастровым номером 38:36:000034:151 по адресу: 

<

...>  обследуемое здание является объектом незавершенного строительства, строительные ремонты на объекте не ведутся, как минимум, с 2002 года, мероприятия по консервации объекта не выполнялись. перекрытие и крыша отсутствуют. В ходе визуального осмотра  выявлены сквозные трещины в стенах шириной раскрытия до 15 мм., локальные разрушения монолитного железобетонного пояса стен из-за механического воздействия; увлажнение поверхности и деструкция штукатурного слоя стен; значительные повреждения внутренней деревянной обшивки стальных ворот вследствие огневого воздействия. 

            Согласно выводам, изложенным в указанном заключении  обследуемое здание, как объект незавершенного строительства, длительное время находится в неэксплуатационном состоянии без принятия каких-либо мер по его консервации. Техническое состояние обследуемого объекта классифицировано как недопустимое (согласно Сп-13-102-2003), т.е. представляющее собой опасность для пребывания людей и сохранности оборудования. Восстановление  объекта, согласно заключению, считается  технически и экономически нецелесообразным, поскольку затраты на восстановление и усиление  подземных и надземных конструкций, а также завершение строительства сопоставимы  с возведением аналогичного  объекта или могут превысить их. Ввиду невозможности использования рассматриваемого объекта по назначению рекомендовано произвести полный демонтаж существующих строительных конструкций обследуемого здания.

Согласно заключению МУП «БТИ г. Иркутска» от 20.05.2019 при визуальном обследовании 14.05.2019 нежилого здания с кадастровым номером 38:36:000034:19898, находящемся по адресу: 

<

...>, выявлено, что данный объект является капитальным одноэтажным кирпичным нежилым зданием – гараж. ФИО5 объекта используемся в качестве гаража. Во второй половине отсутствует крыша и полы, в связи  с чем в помещении имеются деревья. для возможности использования всего объекта по назначению необходимо в неэксплуатируемой части здания  ликвидировать растения, установить пол, крышу и окна. Эксплуатация конструктивных элементов возможная лишь при условии значительного капитального ремонта.

            С учетом указанных обстоятельств истец первоначально обратился с требование о признании отсутствующим права собственности на спорный объект, в ходе судебного разбирательства требования уточнил, просил признать объект самовольной постройкой.

Оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом.

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права, зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Как разъяснено в пункте 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практики при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - Постановление № 10/22) в случаях, когда запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

В соответствии с пунктом 1 статьи 133 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Одним из оснований прекращения права собственности на вещь, в том числе и недвижимую, в силу пункта 1 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации является гибель или уничтожение этого имущества.

Из системного толкования приведенных положений законодательства следует, что в случае утраты недвижимостью свойств объекта гражданских прав, исключающей возможность его использования в соответствии с первоначальным назначением, запись о праве собственности на это имущество не может быть сохранена в реестре по причине ее недостоверности. Противоречия между правами на недвижимость и сведениями о них, содержащимися в реестре, в случае гибели или уничтожения такого объекта могут быть устранены как самим правообладателем, так и судом по иску лица, чьи права и законные интересы нарушаются сохранением записи о праве собственности на это недвижимое имущество при условии отсутствия у последнего иных законных способов защиты своих прав.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 20.10.2010 N 4372/10 указал на недопустимость сохранения в реестре записи по причине ее недостоверности о праве собственности на имущество в случае утраты последним свойств объекта гражданских прав, исключающей возможность его использования в соответствии с первоначальным назначением. Противоречия между правами на недвижимость и сведениями о них, содержащимися в реестре, могут быть устранены судом по иску лица, чьи права и законные интересы нарушаются сохранением записи о праве собственности на это недвижимое имущество только при условии отсутствия у последнего иных законных способов защиты своих прав, что соответствует разъяснению, содержащемуся в пункте 52 Постановления N 10/22.

При обращении с исковым заявлением истец указал на разрушение нежилого здания с кадастровым номером 38:36:000034:19898, находящемся по адресу: 

<

...>, неиспользование объекта по назначению длительный период. мотивируя нарушение своих прав нахождением разрушенного здания на земельном участке, принадлежащем на праве собственности истцу и на праве постоянного (бессрочного) пользования Государственному автономному учреждению культуры Иркутский областной театр юного зрителя им. А. Вампилова и невозможность использования  земельного участка для целей ремонта и реконструкции учреждения культуры.

Истец также указывает, что спорный объект является самовольной постройкой, поскольку сведения о создании объекта, введении объекта в эксплуатацию в установленном законом порядке отсутствуют, в связи с чем объект не мог быть включен в реестр муниципальной собственности.

Согласно сведениям карты реестра муниципального имущества города Иркутска, выписки из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество  от 19.03.2019 право собственности муниципального образования город Иркутск на спорный объект зарегистрировано 16.10.2007.

В техническом паспорте  на здание, составленном ОГУП «ОЦТИ» по состоянию на 11.07.2007 год постройки объекта указан – 1996, также указано, что здание не используется; фундамент и стены имеют трещины, металлические двери ржавые, внутренняя отделка  - штукатурка указана как отпадение, при этом процент износа указан 30%.

Доказательства создания нежилого здания с кадастровым номером 38:36:000034:19898, находящемся по адресу: 

<

...> в установленном законом порядке ответчиком не представлено. 

Как указывает ответчик, Администрация города Иркутска не создавала, не возводила спорный объект, а приняла его в собственность муниципального  образования на основании постановления Верховного совета РФ от 27.12.1991 № 3020-1 "О разграничении государственной собственности в РФ на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе РФ, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность" (далее - постановление № 3020-1).

В соответствии с пунктом 1 Приложения 3 к постановлению № 3020-1 объекты государственной собственности, расположенные на территориях, находящихся в ведении соответствующего городского (за исключением городов районного подчинения), районного (за исключением районов в городах) Совета народных депутатов: жилищный и нежилой фонд, находящийся в управлении исполнительных органов местных Советов народных депутатов (местной администрации), в том числе здания и строения, ранее переданные ими в ведение (на баланс) другим юридическим лицам, а также встроенно-пристроенные нежилые помещения, построенные за счет 5- и 7-процентных отчислений на строительство объектов социально-культурного и бытового назначения; другие объекты, находящиеся в оперативном управлении исполнительных органов городских и районных (в городах) Советов народных депутатов (местной администрации) относятся к муниципальной собственности.

Из разъяснений Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 5 Информационного письма от 11.06.1997 N 15 "Обзор практики разрешения споров, связанных с приватизацией государственных и муниципальных предприятий", следует, что объекты, указанные в приложении N 3 к постановлению N 3020-1, являются объектами муниципальной собственности непосредственно в силу прямого указания закона и должны рассматриваться как объекты муниципальной собственности независимо от того, оформлено ли это в установленном порядке.

Вместе с тем, как указано в определение Конституционного Суда Российской Федерации от 12 февраля 2019 года N 266-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общероссийской общественной организации писателей "Общероссийское Литературное сообщество" на нарушение конституционных прав и свобод абзацем первым пункта 1 Постановления Верховного Совета Российской Федерации "О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность", а также на пункт 3 раздела I и пунктом 2 раздела II Приложения 1 к данному Постановлению, издание названного нормативного акта было направлено на формирование правового механизма разграничения единой государственной собственности на собственность Российской Федерации и собственность субъектов Российской Федерации (а затем и собственность муниципальных образований), предпринятого в процессе становления России как федеративного государства и развития экономических основ конституционного строя (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 30 июня 2006 года N 8-П). Постановление Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 3020-I, как следует из его преамбулы, было принято с целью ускорения процессов приватизации государственного и муниципального имущества и во исполнение требований Закона РСФСР от 24 декабря 1990 года N 443-I "О собственности в РСФСР" (утратил силу в связи с принятием Федерального закона от 30 ноября 1994 года N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"), которым был определен имущественный состав государственной и муниципальной собственности (статьи 20 - 23), а также Закона Российской Федерации от 3 июля 1991 года N 1531-I "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации" (утратил силу в связи с принятием Федерального закона от 21 июля 1997 года N 123-ФЗ "О приватизации государственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества в Российской Федерации"), установившего организационно-правовые основы преобразования отношений собственности на средства производства в Российской Федерации путем приватизации государственных и муниципальных предприятий. Таким образом, Постановление Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 3020-I, исходя из конкретно-исторического контекста и целей его принятия, было призвано лишь разграничить публичную собственность и упорядочить возникающие в связи с таким разграничением отношения между публично-правовыми образованиями, а отнюдь не определить юридическую судьбу созданного до вступления в силу данного нормативного правового акта имущества субъектов, не относящихся к категории публично-правовых образований (в частности, общественных организаций), и не исключает рассмотрения судами вопросов о принадлежности этого имущества в случае спора.

Следуя указанной логике, постановление № 3020-1 не может распространяться на имущество, созданное после издания данного постановления.

Кроме того, из приложения № 3 к постановлению № 3020-1 следует, что под объектами, указанными в нем подразумеваются нежилые помещения, здания, созданные в установленном законом порядке, находящиеся в управлении исполнительных органов местных Советов народных депутатов (местной администрации),  в оперативном управлении исполнительных органов городских и районных (в городах) Советов народных депутатов (местной администрации), в ведении органов государственной власти и управления республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области и автономных округов, а не любые объекты обнаруженные на территории муниципального образования.

Доказательства создания спорного объекта в установленном законом порядке на дату издания постановления № 3020-1 в материалах дела отсутствуют.

Представленный ответчиком технический паспорт содержит сведения о создании объекта в 1996 году.

В соответствии с пунктом 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.2010 № 143 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам применения арбитражными судами статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - информационное письмо от 09.12.2010 N 143) наличие государственной регистрации права собственности на объект недвижимого имущества само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении иска о сносе этого объекта как самовольной постройки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в упомянутом пункте информационного письма от 09.12.2010 N 143, судебный акт, удовлетворяющий иск о сносе самовольной постройки, устанавливает отсутствие права собственности на спорный объект и является основанием для внесения соответствующей записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее - реестр).

Как разъяснено в пункте 23 Постановления № 10/22 в случае, когда недвижимое имущество, право на которое зарегистрировано, имеет признаки самовольной постройки, наличие такой регистрации не исключает возможности предъявления требования о его сносе. В мотивировочной части решения суда об удовлетворении такого иска должны быть указаны основания, по которым суд признал имущество самовольной постройкой.

Решение суда об удовлетворении иска о сносе самовольной постройки в данном случае служит основанием для внесения записи в ЕГРП о прекращении права собственности ответчика на самовольную постройку.

Из приведенных разъяснений следует, что удовлетворение иска о сносе самовольной постройки обеспечивает не только освобождение земельного участка от неправомерно возведенного на нем строения, но и позволяет тем самым разрешить вопрос о судьбе самого объекта недвижимого имущества и о государственной регистрации права собственности на данное имущество в тех случаях, когда запись об этом праве уже была внесена в реестр. Следовательно, при возникновении спора по поводу сноса самовольной постройки предъявление отдельного требования, имеющего цель исправление сведений, содержащихся в реестре, не требуется.

Иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующим по смыслу пункта 52 постановления № 10/22 является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством.

Таким образом, в настоящем деле зарегистрированное право собственности ответчика на объект в зависимости от характера возникшего спора, наличия или отсутствия у этого имущества признаков недвижимости может быть оспорено либо по результатам рассмотрения иска, основанного на положениях статьи 222 Гражданского кодекса, одновременно с разрешением вопроса о судьбе этого объекта, либо по итогам рассмотрения требования о признании отсутствующим зарегистрированного права при наличии условий, предусмотренных пунктом 52 постановления от 29.04.2010 № 10/22.

При этом, иск о сносе самовольной постройки применительно к установленным им по настоящему делу обстоятельствам является по своему характеру специальным способом защиты права собственника земельного участка, исключающим удовлетворение требования о признании зарегистрированного права отсутствующим.

Согласно пункту 24 Постановления № 10/22 по смыслу абзаца второго пункта 2 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации  ответчиком по иску о сносе самовольной постройки является лицо, осуществившее самовольное строительство. В случае нахождения самовольной постройки во владении лица, не осуществлявшего самовольного строительства, ответчиком по иску о сносе самовольной постройки является лицо, которое стало бы собственником, если бы постройка не являлась самовольной. 

Согласно части 1 статьи 55 Градостроительного кодекса Российской Федерации разрешение на ввод объекта в эксплуатацию представляет собой документ, который удостоверяет выполнение строительства, реконструкции объекта капитального строительства в полном объеме в соответствии с разрешением на строительство, соответствие построенного, реконструированного объекта капитального строительства градостроительному плану земельного участка или в случае строительства, реконструкции линейного объекта проекту планировки территории и проекту межевания территории, а также проектной документации.

В соответствии с частью 3 статьи 8 Федерального закона от 29.12.2004 N 191-ФЗ "О введении в действие Градостроительного кодекса Российской Федерации" разрешения на строительство и разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, выданные физическим или юридическим лицам до введения в действие Градостроительного кодекса Российской Федерации, признаются действительными.

Согласно статье 9 Федерального закона "О введении в действие Градостроительного кодекса Российской Федерации" Градостроительный кодекс Российской Федерации применяется к отношениям по территориальному планированию, градостроительному зонированию, планировке территорий, архитектурно-строительному проектированию, строительству, реконструкции объектов капитального строительства, возникшим после его введения в действие. К указанным отношениям, возникшим до введения в действие Градостроительного кодекса Российской Федерации, Градостроительный кодекс Российской Федерации применяется в части прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие.

Получение разрешения на ввод в эксплуатацию законченного строительством объекта капитального строительства предусмотрено действующим Градостроительным кодексом Российской Федерации (введен в действие Федеральным законом от 29.12.2004 N 191-ФЗ "О введении в действие Градостроительного кодекса Российской Федерации" 30.12.2004), положения которого не применяются к правоотношениям, возникшим в 2003 году (эксплуатация объекта).

В период создания спорного объекта правоотношения, связанные с приемкой в эксплуатацию законченных строительством объектов, регулировались постановлением Совета Министров СССР от 23.01.1981 N 105 "О приемке в эксплуатацию законченных строительством объектов" (далее - постановление Совмина СССР от 23.01.1981 N 105) и Строительными нормами и правилами "Приемка в эксплуатацию законченных строительством объектов. Основные положения" (СНиП 3.01.04-87), утвержденными постановлением Госстроя СССР от 21.04.1987 N 84.

В силу пункта 1 постановления Совмина СССР от 23.01.1981 N 105 и раздела 4 СНиП 3.01.04-87 приемка всех без исключения завершенных строительством объектов должна осуществляться государственными приемочными комиссиями. При этом в состав государственных приемочных комиссий включаются представители государственных контролирующих органов и организаций, предусмотренных п. 4.13 СНиП 3.01.04-87.

В состав государственных приемочных комиссий при приемке в эксплуатацию объектов производственного назначения в соответствии с пунктом 4.13 СНиП 3.01.04-87 включаются: представители заказчика (застройщика), эксплуатационной организации, генерального подрядчика, исполкома районного (городского) Совета народных депутатов, генерального проектировщика, органов государственного санитарного надзора, органов государственного пожарного надзора, государственной инспекции по охране атмосферного воздуха при Государственном комитете СССР по гидрометеорологии и контролю природной среды, органов по регулированию использования и охране вод системы Министерства мелиорации и водного хозяйства СССР, технической инспекции труда соответствующего ЦК или совета профсоюзов, профсоюзной организации заказчика (застройщика) или эксплуатационной организации и финансирующего банка.

В соответствии с пунктом 4.24 СНиП 3.01.04-87 приемка в эксплуатацию законченных строительством объектов государственными приемочными комиссиями оформляется актами, составленными по форме, приведенной в обязательном приложении N 5.

Акт о приемке объекта в эксплуатацию по юридическому содержанию тождественен разрешению на ввод объекта в эксплуатацию и на основании части 3 статьи 8 Федерального закона от 29.12.2004 "О введении в действие Градостроительного кодекса Российской Федерации" признается действительным.

Акт приема в эксплуатацию государственной приемочной комиссией законченного строительством нежилого здания, гараж, общей площадью 109,4 кв.м., по адресу: 

<

...> по  форме, утвержденной Приложением N 5 к СНиП 3.01.04-87 ответчиком не представлен.

В соответствии с подпунктом 8 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - ЗК РФ) правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к той или иной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий и требованиями законодательства.

По смыслу статей 1 и 7 ЗК РФ земельные участки должны использоваться в соответствии с установленным для них целевым назначением.

Виды разрешенного использования земельных участков определяются в соответствии с классификатором, утвержденным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере земельных отношений (абзац 3 пункта 2 статьи 7 ЗК РФ).

Приказом Минэкономразвития России от 01.09.2014 N 540 "Об утверждении классификатора видов разрешенного использования земельных участков" утвержден соответствующий Классификатор видов разрешенного использования земельных участков.

Согласно пункту 3 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с изменением вида разрешенного использования земельного участка (далее по тексту - Обзор), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 14 ноября 2018 г.) (абзацы 6, 7 и 9) из содержания подпункта 8 пункта 1 статьи 1, пункта 2 статьи 7, статьи 85 Земельного кодекса, пункта 9 статьи 1, частей 1, 2 статьи 37 Градостроительного кодекса следует, что разрешенное использование земельного участка, основанное на зонировании территории, заключается в определении конкретных видов деятельности, которые могут вестись землепользователем на предоставленном ему участке.

Как следует из выписки из Единого государственного реестра недвижимости от 22.03.2019 вид разрешенного использования земельного участка: общественное управление.

Согласно Классификатору видов разрешенного использования земельных участков вид разрешенного использования "общественное управление" (код 3.8) устанавливается при размещении объектов капитального строительства, предназначенных для размещения органов государственной власти, органов местного самоуправления, судов, а также организаций, непосредственно обеспечивающих их деятельность; размещение объектов капитального строительства, предназначенных для размещения органов управления политических партий, профессиональных и отраслевых союзов, творческих союзов и иных общественных объединений граждан по отраслевому или политическому признаку; размещение объектов капитального строительства для дипломатических представительства иностранных государств и консульских учреждений в Российской Федерации.

Данный вид использования включен в группу 3.0 - общественное использование объектов капитального строительства (размещение объектов капитального строительства в целях обеспечения удовлетворения бытовых, социальных и духовных потребностей человека) и не предусматривает размещение отдельно стоящих гаражей.

Как следует из письма Министерства культуры и архивов Иркутской области  от 02.07.2010 № 56/08-1270/10, министерство указывает на необходимость сноса гаража, построенного  на земельном участке по адресу: 

<

...>, указывая, что этот земельный участок предназначен для размещения здания ТЮЗа в соответствии с проектом его реставрации, реконструкции и расширения.

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество  от 19.06.2017 земельный участок площадью 3 100 кв.м., по адресу: 

<

...> кадастровый номер 38:36:000034:151, предназначен для эксплуатации существующих зданий, сооружений театра.

Кроме того, как следует из материалов дела на земельном участке с кадастровым номером 38:36:000034:151 по адресу6 

<

...> расположен объект культурного наследия регионального значения – «Здание гостиницы «Централь» (Дворец труда) (решение Иркутского облисполкома № 294 от 24.06.1980, регистр. № 73 в списке памятников истории и культуры г. Иркутска, подлежащих государственной охране-2000г.).

Временные границы территории культурного наследия установлены Охранным обязательством от 05.07.2006.

Как следует из имеющихся в материалах дела ситуационной схемы временных границ территории культурного наследия  и ситуационного плана расположения гаража, спорный гараж расположен на территории объекта культурного наследия.

Правоотношения в сфере охраны и использования памятников истории и культуры на момент возведения спорных построек регулировались Законом СССР от 29.10.1976 "Об охране и использовании памятников истории и культуры" (далее - Закон СССР от 29.10.1976), Законом РСФСР от 15.12.1978 "Об охране и использовании памятников истории и культуры" (далее - Закон РСФСР от 15.12.1978), постановлением Совета Министров СССР от 16.09.1982 N 865 "Об утверждении положения об охране и использовании памятников истории и культуры" (далее - Положение N 865), Федеральным законом от 25.06.2002 N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации".

В преамбуле Закона N 73-ФЗ определено, что объекты культурного наследия (памятники истории и культуры) народов Российской Федерации представляют собой уникальную ценность для всего многонационального народа Российской Федерации и являются неотъемлемой частью всемирного культурного наследия. В Российской Федерации охрана объектов культурного наследия является приоритетной задачей органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления.

Пунктом 2 статьи 33 Закона N 73-ФЗ установлено, что государственная охрана объектов культурного наследия включает в себя установление ответственности за повреждение, разрушение или уничтожение объекта культурного наследия, перемещение объекта культурного наследия, нанесение ущерба объекту культурного наследия, изменение облика и интерьера данного объекта культурного наследия, являющихся предметом охраны данного объекта культурного наследия.

В соответствии со статьей 21 Закона РСФСР от 15.12.1978, действовавшего на момент возведения спорных построек, памятники истории и культуры используются в целях развития науки, народного образования и культуры, патриотического, идейно-нравственного, интернационального и эстетического воспитания; использование памятников истории и культуры в хозяйственных и иных целях допускается, если это не наносит ущерба сохранности памятников и не нарушает их историко-художественной ценности.

Пунктом 40 указанного выше Положения N 865 установлено, что строительные, мелиоративные, дорожные и другие работы, которые могут создавать угрозу для существования памятников истории и культуры, производятся только по согласованию с государственными органами охраны памятников и после осуществления мероприятий по обеспечению сохранности памятников.

В силу статей 42, 43 Закона РСФСР от 15.12.1978 проекты строительных, мелиоративных, дорожных и других работ должны быть согласованы с государственными органами охраны памятников и предусматривать мероприятия, обеспечивающие сохранность памятников истории и культуры. Работы по выполнению указанных мероприятий осуществляются предприятиями, учреждениями и организациями, ведущими эти работы, с привлечением специализированных научных или научно-реставрационных организаций и координируются соответствующими государственными органами охраны памятников.

Статьей 5 Федерального закона от 17.11.1995 N 169-ФЗ "Об архитектурной деятельности в Российской Федерации" предусмотрено, что работы по реконструкции, реставрации и ремонту памятников истории и культуры, состоящих на государственном учете, а также работы по строительству, ремонту, реконструкции объектов в зонах охраны осуществляются в соответствии с Законом РСФСР от 15.12.1978.

Доказательства получения в соответствии с требованиями законодательства (действовавшего на момент возведения спорных построек) разрешения специально уполномоченных государственных органов в области охраны памятников на производство земляных, строительных и других работ в пределах территории объекта культурного наследия, согласования проекта строительных работ, наличия в проекте мероприятий, обеспечивающих сохранность памятника истории и культуры, привлечения специализированных научных или научно-реставрационных организаций для проведения работ по возведению спорных пристроек к зданию универмага, а также того, что произведенные строительные работы координировались соответствующими государственными органами, в материалы дела ответчиком не представлено.

Постройка будет считаться созданной на земельном участке, не отведенном для этих целей, если она возведена с нарушением правил целевого использования земли (статья 7 Земельного кодекса Российской Федерации) либо вопреки правилам градостроительного зонирования (статьи 35 - 40 Градостроительного кодекса Российской Федерации, статья 85 Земельного кодекса Российской Федерации, правила землепользования и застройки конкретного населенного пункта, определяющие вид разрешенного использования земельного участка в пределах границ территориальной зоны, где находится самовольная постройка).

Несоответствие возведенного строения целевому назначению земельного участка, на котором оно расположено, является достаточным основанием для признания постройки самовольной и для возложения на лицо, осуществившее эту постройку, обязанности ее снести (определение Верховного суда Российской Федерации от 9 июня 2015 г. N 18-КГ15-65).

В пункте 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 03.07.2007 N 595-О-П разъяснено, что вводя правовое регулирование самовольной постройки, законодатель закрепил в пункте 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации три признака самовольной постройки, а именно: возведение постройки на земельном участке, не отведенном для этих целей в установленном законом порядке; возведение постройки без получения необходимых разрешений; возведение постройки с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил. Для признания постройки самовольной достаточно наличия хотя бы одного из указанных признаков.

Таким образом, ответчик не представил надлежащих доказательств, подтверждающих как законность возведения объекта на земельном участке, так и то, что он был завершен строительством, следовательно,  с учетом вышеуказанных норм статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, присутствуют все признаки, квалифицирующих постройку как самовольную.

В то же время зарегистрированное право собственности ответчика на спорное строение порождает соответствующие права на земельный участок, а у истца - определенные обязанности по предоставлению земельного участка собственнику расположенных на нем объектов недвижимости, что следует из судебных актов по делу №А19-15765/2019.

Довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности судом рассмотрен и отклонен на основании следующего.

Заявленные министерством имущественных отношений Иркутской области по настоящему делу требования направлены на защиту его права в отношении земельного участка, которое в установленном законом порядке не прекращалось. 

В соответствии со статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс) собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Права, предусмотренные названной нормой, принадлежат также лицу, хотя и не являющемуся собственником, но владеющему имуществом на праве пожизненного наследуемого владения, хозяйственного ведения, оперативного управления либо по иному основанию, предусмотренному законом или договором. Это лицо имеет право на защиту его владения также против собственника (статья 305 Кодекса).

Самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил. Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки. Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет (статья 222 Кодекса).

Иск о сносе самовольной постройки, предъявленный в защиту своего права на земельный участок лицом, которое не лишено владения этим участком, следует рассматривать как требование, аналогичное требованию собственника или иного законного владельца об устранении всяких нарушений его прав в отношении принадлежащего ему земельного участка, не связанных с лишением владения.

В силу положений статьи 208 Кодекса на такое требование исковая давность не распространяется (пункт 6 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.2010 N 143 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам применения судами статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.2010 N 143 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам применения арбитражными судами статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации", иск о сносе самовольной постройки, предъявленный в защиту своего права на земельный участок лицом, которое не лишено владения этим участком, следует рассматривать как требование, аналогичное требованию собственника или иного законного владельца об устранении всяких нарушений его прав в отношении принадлежащего ему земельного участка, не связанных с лишением владения; поэтому к такому иску подлежат применению правила статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ссылка ответчика на судебные акты по делу №А19-15765/2019, которыми признан незаконный отказ в разделе земельного участка с кадастровым номером 38:36:000034:151  не может быть принята судом во внимание, поскольку не влияют на оценку законности возведения объекта.

На основании вышеизложенного исковые требования подлежат удовлетворению.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 23 постановления N 10/22, решение суда об удовлетворении иска о сносе самовольной постройки в данном случае служит основанием для внесения записи в ЕГРП о прекращении права собственности ответчика на самовольную постройку.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить полностью.

Признать самовольной постройкой и обязать Администрацию города Иркутска за свой счет в течение одного месяца с момента вступления в законную силу решения суда осуществить снос объекта недвижимого имущества: нежилое 1-этажное, кирпичное здание гаража с кадастровым номером 38:36:000034:19898, общей площадью 109,4 кв.м., расположенное со стороны ул. Красноармейская в северной части земельного участка с кадастровым номером 38:36:000034:151, по адресу: 

<

...>

 

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд  в течение месяца после его принятия.

 

Судья:                                                                                                                               Б.В. Красько