ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-5718/2024, 10АП-5717/2024, 10АП-7456/2024

Дело № А41-81390/20

26 июня 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  18 июня 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  26 июня 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи  Шальневой Н.В.,

судей  Епифанцевой С.Ю., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Поповой П.А.,  

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 - ФИО2, ФИО3 по доверенности от 07.06.2023;

от ФИО4 - ФИО5 по доверенности от 05.09.2023;

от конкурсного управляющего - ФИО6 по доверенности от 08.08.2023;

от УФНС России - ФИО7 по доверенности от 15.01.2024;

от ФИО17 - ФИО8, ФИО9 по доверенности от 24.04.2023;

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в судебном  заседании апелляционные жалобы ФИО1, конкурсного управляющего ООО «ПТПС», ФИО4 на определение Арбитражного суда Московской области от 19.02.2024 по делу  № А41-81390/20, 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 29.08.2022 ООО «Подводтрубопроводстрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО10.

ФНС России в лице ИФНС России по г. Солнечногорску Московской области обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4, ФИО1, ФИО11, ФИО12, ФИО17, Dynamix Solutions LP, Lotation technologies LP, Blayzon Trade LP, Radcore Business LP, Lindford Import LP.

Определением от 03.07.2023 Арбитражный суд Московской области выделил в отдельное производство обособленный спор с требованиями о привлечении Dynamix Solutions LP, Lotation technologies LP, Blayzon Trade LP, Radcore Business LP, Lindford Import LP к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением от 11.10.2023 суд привлек ООО Строительно-промышленный холдинг «Наука» к участию в споре в качестве соответчика.

Определением Арбитражного суда Московской области от 19.02.2024 заявленные требования удовлетворено частично.

ФИО4, ФИО1, ФИО11, ФИО12, ООО Строительно-промышленный холдинг «Наука» привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Подводтрубопроводстрой».

В удовлетворении требований к ФИО17 отказано.

Приостановлено производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности в части размера ответственности до окончания расчётов с кредиторами.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО4, конкурсный управляющий ООО «ПТПС» обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Определением от 21.03.2024  апелляционные жалобы ФИО4,  конкурсного управляющего ООО «ПТПС»  приняты к производству, судебное заседание назначено на 23.04.2024.

В Десятый арбитражный апелляционный суд на оспариваемый судебный акт 08.04.2024 поступила апелляционная жалоба ФИО1, которая определением от 15.04.2024 принята к производству, судебное заседание назначено на 23.04.2024. 

В апелляционной жалобе содержится ходатайство об истребовании из Хамовнического районного суда г. Москвы копии приговора по уголовному делу № 1-151/2021 и из ПАО Сбербанк заявление о выдаче ЭЦП, акта приема-передачи изготовленной ЭЦП на имя ФИО1

Согласно части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Основания для удовлетворения ходатайства об истребовании доказательств отсутствуют, имеющиеся в материалах настоящего дела документы являются достаточными для установления имеющих значения для дела обстоятельств, в связи с чем, апелляционный суд отказывает в удовлетворении поступившего ходатайства.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддерживает доводы своей апелляционной жалобы, просит обжалуемый судебный акт отменить.

Представитель УФНС России поддерживает доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего.

Представитель ФИО17 возражает против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего, просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения. 

Представитель ФИО1 поддерживает доводы своей апелляционной жалобы, просит обжалуемый судебный акт отменить.

Представители УФНС России, конкурсного управляющего возражают против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО1 

Представитель ФИО4 поддерживает доводы своей апелляционной жалобы, просит обжалуемый судебный акт отменить.

Представители УФНС России, конкурсного управляющего возражают против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО4

Апелляционные жалобы ФИО1, конкурсного управляющего ООО «ПТПС», ФИО4 рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционных жалоб ФИО1, конкурсного управляющего ООО «ПТПС», ФИО4, арбитражный апелляционный приходит выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в главе III.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, руководителем должника в период с 26.06.2015 по 15.01.2018 являлся ФИО4, с 16.01.2018 по 29.04.2020 – ФИО1, в период с 30.04.2020 по 08.07.2021 – ФИО11.

Таким образом, указанные лица являлись контролирующими должника лицами в соответствующий период деятельности общества.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, в обоснование заявленных требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий сослался на положения ст. 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Согласно статьям 61.14, 61.19, 61.20 Закона о банкротстве конкурсные кредиторы вправе обратиться с заявлением о привлечении лица к субсидиарной ответственности или о взыскании убытков в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, а также вне рамок дела о банкротстве в порядке искового производства.

В силу положений статьи 61.10 Закона о банкротстве ответчик признается контролирующим должника лицом, ввиду того, что под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 7 вышеуказанного постановления Пленума, контролирующим должника лицом может быть признано не только то лицо, которое напрямую определяло действия должника, но и лицо, которое извлекало выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения непосредственно контролирующих должника лиц.

Согласно статьям 61.14, 61.19, 61.20 Закона о банкротстве конкурсные кредиторы вправе обратиться с заявлением о привлечении лица к субсидиарной ответственности или о взыскании убытков в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, а также вне рамок дела о банкротстве в порядке искового производства.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

В соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения. Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

Пункт 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве устанавливает наличие субсидиарной ответственности контролирующего должника лица по правилам этой статьи и в случае, если невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, но производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено.

По общему правилу бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо лежит на заявителе соответствующего требования (статья 65 АПК РФ, пункт 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

Таким образом, инициатор спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в порядке статьи 65 АПК РФ должен доказать обстоятельства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, которые являются опровержимыми презумпциями признания должника банкротом вследствие действий (бездействия) контролирующего лица и вины последнего в банкротстве должника.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно статье 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В силу пункта 1 статьи 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

Пунктом 1 статьи 1081 ГК РФ предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом, имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

При этом в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 325 ГК РФ, если иное не вытекает из отношений между солидарными должниками должник, исполнивший солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к остальным должникам в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого.

Таким образом, к юридически значимым обстоятельствам, подлежащим установлению судом при разрешении спора, связанного с ответственностью солидарных должников, относятся состав участников солидарного обязательства и объем ответственности солидарных должников перед потерпевшим (размер причиненного ущерба).

Уполномоченным органом по результатам проведенных в отношении ООО «Подводтрубопроводстрой» мероприятий налогового контроля установлен факт необоснованного вывода денежных средств в размере 7 014 027 545,03 руб.

Решением Межрайонной ИФНС России № 1 по Московской области от 15.08.2018 № 138872 назначено проведение выездной налоговой проверки в отношении должника по вопросам соблюдения налогового законодательства за период с 01.01.2017 по 31.12.2017 по налогу на добавленную стоимость, по результатам которой вынесено решение от 24.12.2020 № 542173. Решение от 24.12.2020 № 5421 вступило в законную силу 25.08.2021. Должнику доначислена сумма задолженности по обязательным платежам в размере 856 958 065 руб., из них налог 550 198 276 руб., пени 189 577 447,19 руб., штраф 177 182 342 руб.

Решением ИФНС России по г. Солнечногорску Московской области от 27.12.2019 № 18 назначено проведение второй выездной налоговой проверки в отношении должника по вопросам соблюдения налогового законодательства за период с 01.01.2016 по 31.12.2018 по всем налогам и сборам, за исключением налога на добавленную стоимость за период с 01.01.2017 по 31.12.17, по результатам которой вынесено решение от 16.08.2022 № 287374.

Указанное решение обжаловано в порядке главы 19 НК РФ.

По результатам рассмотрения жалобы УФНС России по Московской области вынесено решение от 26.12.2022 № 07-12/087787, которым решение от 16.08.2022 № 2873 отменено в части доначисления штрафа в размере 78 288 630,75 руб.

Решение от 16.08.2022 № 2873 вступило в законную силу 26.12.2022.

Должнику доначислена сумма задолженности по обязательным платежам в размере 3 936 892 513,59 руб., из них налог 2 789 564 425 руб., пени 1 122 231 878,34 руб., штраф 25 096 210,25 руб.

В результате нарушения должником налогового законодательства установлен размер незадекларированных обязательств по налогам:

1) налог на добавленную стоимость в размере 550 198 276 руб. за периоды 1, 2, 3 и 4 кварталы 2017 года, в том числе: 25.04.2017 (дата окончания налогового периода 1 квартала 2017 года) – 127 122 893 руб.; 25.07.2017 (дата окончания налогового периода за 2 квартал 2017 года) – 129 622 977 руб.; 25.10.2017 (дата окончания налогового периода за 3 квартал 2017 года) – 90 596 208 руб.; 25.01.2018 (дата окончания налогового периода за 4 квартал 2017 года) – 202 856 198 руб.

2) налог на прибыль в размере 1 029 371 898 руб. за весь период 2016 года.

3) налог на прибыль в размере 585 740 458 руб. за весь период 2017 года.

4) налог на прибыль в размере 258 462 102 руб. за весь период 2018 года.

5) налог на добавленную стоимость в размере 956 010 969 руб. за периоды 1, 2, 3 и 4 кварталы 2016 года, в том числе: 25.04.2016 (дата окончания налогового периода 1 квартала 2016 года) – 269 453 744 руб.; 25.07.2016 (дата окончания налогового периода за 2 квартал 2016 года) – 188 981 504 руб.; 25.10.2016 (дата окончания налогового периода за 3 квартал 2016 года) – 41 552 215 руб.; 25.01.2017 (дата окончания налогового периода за 4 квартал 2016 года) – 456 023 506 руб.

6) налог на добавленную стоимость в размере 79 410 руб. за 1 квартала 2018 года.

Таким образом, с учетом объема незадекларированных должником налоговых обязательств объективное банкротство должника наступило в 2018 году в результате превышения размера обязательств над размером его активов на сумму 3 012 826 113 руб. (3 832 122 000 руб. (кредиторская задолженность) + 3 379 863 113 руб. (незадекларированные налоговые обязательства) – 4 199 159 000 руб. (активы должника по состоянию на 2019 год).

При этом к 2019 году дисбаланс между активами и пассивами должника достиг 3 012 826 113 руб. (3 832 122 000 руб. (размер кредиторской задолженности) + 3 379 863 113 руб. (размер незадекларированных налоговых обязательств за 1, 2, 3 и 4 квартал 2016 по налогу на добавленную стоимость; за 1, 2, 3 и 4 квартал 2017 года по налогу на добавленную стоимость; за весь налоговый период 2016, 2017, 2018 года по налогу на прибыль, за 1 квартал 2018 года по налогу на добавленную стоимость) – 4 199 159 000 руб. (активы должника по состоянию на 2019 год).

После окончания выездной налоговой проверки 07.08.2019 финансово-хозяйственная деятельность должника прекращена.

Так, согласно отчету о финансовых результатах за 2020 год выручка должника составляла 12 889 000 руб. при том, что за 2019 размер выручки составлял 2 194 650 000 руб.

В период осуществления ФИО4 полномочий руководителя должника им осуществлены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника, а именно, заключены сделки с ООО «Ацлах-770», ООО «ПартнерПроект» и ООО «СК «Пинстрой» без цели создания обоснованной экономической цели, а с целью последующего вывода денежных средств более чем 6 млрд. руб.

В период осуществления ФИО1 полномочий руководителя ООО «Подводтрубопроводстрой» им осуществлены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника, а именно, продолжен вывод денежных средств на ООО «ПартнерПроект».

Кроме того, после окончания выездной налоговой проверки с целью избежания обращения взыскания на имущество должника ФИО1 осуществлен перевод деятельности на ООО СПХ Наука.

В рамках мероприятий налогового контроля, налоговым органом установлено, что финансово-хозяйственная деятельность ООО «Подводтрубопроводстрой» была последовательно переведена на аффилированное лицо ООО «СПХ Наука» с целью недопущения последующего взыскания задолженности, образовавшейся по результатам выездной налоговой проверки.

В результате анализа показателей бухгалтерской отчетности за 2018-2021 налоговым органом установлено снижение выручки ООО «Подводтрубопроводстрой»: на 31.12.2020 составляет 12 889 тыс. руб., за 2019 год размер выручки составлял 2 194 650 тыс. руб. и, наоборот, увеличение выручки ООО «СПХ Наука»: в 2017 году выручка с 0 руб. до 103 тыс. руб., 2018 году 51 967 тыс. руб., в 2019 году 1 033 980 тыс. руб, в 2020 году 84 519 тыс.руб.; снижение стоимости основных средств ООО «Подводтрубопроводстрой» с 4 439 189 до 376 761 тыс. руб. и, наоборот, рост стоимости основных средств ООО «СПХ Наука» с 0 тыс. руб. до 278 332 тыс. руб.

Данный вывод подтверждается бухгалтерской отчетностью за 2018-2021 гг., представленной ООО «Подводтрубопроводстрой» и ООО «СПХ Наука» по месту их налогового учета.

Таким образом, установлено снижение финансовых показателей у ООО «Подводтрубопроводстрой» при одновременном росте финансовых показателей ООО «СПХ Наука».

Согласно договорам аренды от 30.11.2019 № 12Т/ПТПС и от 31.10.2019 № 13Т/ПТПС между ООО «Подводтрубопроводстрой» в лице генерального директора ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО12 заключены договоры аренды помещения, расположенного по адресу 107045, 

<

...>.

Согласно сведениям с официального сайта ООО СПХ «Наука» www.sphnauka.ru указан следующий контактный адрес: 107045, 

<

...>. Более того, данное помещение принадлежит на праве собственности ФИО12

В связи с чем по указанному адресу зарегистрированы юридические лица, принадлежащие ФИО12, в частности, группа компаний «Наука» (НПХ «Наука» ИНН 

<

***>, ООО Холдинг «Наука» ИНН 

<

***>, а также ООО СПХ «Наука» ИНН 

<

***>, на которую был осуществлен перевод хозяйственно-финансовой деятельности.

Таким образом, установлено, что фактические адреса ООО «Подводтрубопроводстрой» и ООО «СПХ Наука» совпадают.

В целях осуществления своей деятельности ООО «Подводтрубопроводстрой» 22.06.2015 была получена лицензия № 23.КК.08.002.Л.000015.06.15 на осуществление деятельности в области использования источников ионизирующего излучения.

При этом, в период проведения выездной налоговой проверки в отношении ООО «Подводтрубопроводстрой» в целях продолжения данного вида деятельности 19.11.2019 ООО СПХ «Наука» также была получена лицензия № 77.99.15.002.Л.000128.11.19 для осуществления такого же вида деятельности.

Установлены обстоятельства перевода сотрудников из ООО «Подводтрубопроводстрой» в ООО «СПХ Наука». На основании представленных справок о доходах по форме 2-НДФЛ налоговым органом установлено, что с 2018 по 2021 год из ООО «Подводтрубопроводстрой» в ООО «СПХ Наука» было переведено 69 сотрудников.

По результатам налоговой проверки было установлен факт совпадения IPадреса ООО «Подводтрубопроводстрой» (ИНН 

<

***>), ООО «Подводтрубопроводстрой» (ИНН 

<

***>), ООО «НПХ Наука» (ИНН 

<

***>), ООО «СПХ Наука» (ИНН 

<

***>). Налоговая отчетность ООО «Подводтрубопроводстрой» и ООО «СПХ Наука» представлялась через одного оператора связи – АО «Калуга Астрал». Контактные телефоны указаны для ООО «Подводтрубопроводстрой» (495)6283920, для ООО «СПХ Наука» (495)6283920. Также, установлено, что ООО «Подводтрубопроводстрой» использует IP– адрес 195.191.131.218, этот же IP– адрес использует ООО «СПХ Наука».

Таким образом, установлено совпадение контактных телефонов и IP-адресов при сдаче финансовой отчетности. В период деятельности ООО «Подводтрубопроводстрой» руководителем исполнительного органа ООО «Подводтрубопроводстрой» были ФИО14, ФИО15, ФИО4, ФИО1

ФИО16, ФИО11. Участниками ООО «Подводтрубопроводстрой» являлись ФИО14, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, а также ФИО12. Необходимо отметить, что ФИО12 являлся участником ООО «Подводтрубопроводстрой» с 24.04.2009 по 15.10.2009 доля 4 950 руб., с 09.06.2016 по 14.11.2016 доля 4 600 000 руб., 46%, с 15.11.2016 по 09.08.2017 доля 9 200 000 рублей 92%, с 06.10.2017 по 19.02.2018 доля 9 300 000 рублей 93%, с 20.02.2018 по 25.03.2018 доля 2 400 000 рублей 24%.

Согласно регистрационному делу ООО СПХ «Наука» руководителем исполнительного органа ООО «Подводтрубопроводстрой» были ФИО21, ФИО14. Участниками ООО СПХ «Наука» являлись ФИО17, ФИО12. По состоянию на 01.11.2021 участником с долей 100 % в уставном капитале является ФИО12.

Перевод бизнеса должника на новое (иное) юридическое лицо, повлекший прекращение финансово-хозяйственной деятельности должника, может являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности как контролирующего должника лица, так и нового (иного) юридического лица, на которое переведен бизнес (определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2018 № 305-ЭС17- 21832(3,4,5), от 16.07.2019 № 309- ЭС19-10388).

В период осуществления ФИО11 полномочий руководителя должника им осуществлены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника, а именно, допущен в период наблюдения неправомерный перевод денежных средств в размере 101 699 316 рублей в пользу ООО СПХ Наука31, а также, зная о наличии кредиторской задолженности, в том числе перед налоговым органом, не приняты меры по возврату имущества должника обратно.

В отношении ФИО22, ФИО23, ФИО1 вынесен приговор Жуковского городского суда Московской области от 20.02.2023 по уголовному делу №1-2/2023, в котором установлено, что В ходе осуществления предпринимательской деятельности ФИО12, являясь фактическим руководителем ООО «Подводтрубопроводстрой», ФИО4 и ФИО1, занимающие должности генеральных директоров ООО «Подводтрубопроводстрой» и ФИО24, являющаяся финансовым директором ООО «Подводтрубопроводстрой», действующие по указанию и под контролем фактического руководителя общества ФИО12, лично заинтересованные в результатах финансово-хозяйственной деятельности ООО «Подводтрубопроводстрой», в целях реализации преступного умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией ООО «Подводтрубопроводстрой», группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, имея все необходимые для организации совершения указанного преступления возможности и деловые связи, действуя из корыстных побуждений, выраженных в минимизации налоговых обязательств перед бюджетом Российской Федерации, находясь в неустановленных местах на территории Московского региона, разработали незаконную схему, суть которой сводилась к организации формального документооборота с недобросовестными организациями, в качестве которых впоследствии были подобраны ООО «Ацлах-770» (ИНН 

<

***>), ООО «Партнерпроект» (ИНН 

<

***>), ООО СК  «Пинстрой» (ИНН 

<

***>), ООО «Стальмонтажъ» (ИНН 

<

***>), обладающие всеми необходимыми внешними признаками юридических лиц, зарегистрированные в налоговых органах Российской Федерации, без намерения осуществления фактических хозяйственных операций, руководителями и учредителями которых значились лица, не имеющие отношение к руководству и деятельности организаций, с целью включения ложных сведений о величине произведенных расходов, суммах налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость, суммах налога на добавленную стоимость, подлежащих уплате в бюджетную систему Российской Федерации.

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенное суд первой инстанции пришел к выводу, что привлечению к субсидиарной ответственности подлежат ФИО4, ФИО1, ФИО11, ФИО12 и ООО «СПХ «Наука».

Возражая против выводов суда первой инстанции, ФИО4 заявил о том, что он не может быть привлечен к субсидиарной ответственности, поскольку не является выгодоприобретателем противоправных действий лиц, руководящих ответчиком.

По доводам жалобы, ФИО4 являлся наемным работником, который не принимал никаких хозяйственных решения, связанных с деятельности должника, в том числе решений о выводе имущества.

Вменяемые ответчику сделки, заключенные с ООО «Партнер Проект», ООО «СК «Пинстрой», ООО «Ацлах-770» были заключены по указанию бенефициаров – Турецкого М.А, ФИО17, ФИО24

В апелляционной жалобе ФИО1 заявил о том, что не обладал статусом контролирующего должника лица. Конкурсным управляющим не были представлены доказательства, подтверждающие, что действия ответчика причинили имущественный вред должнику и кредиторам. По доводам ФИО1, все незаконные действие по выводу имущества совершались по указанию бенефициара ФИО12

Отклоняя доводы заявителя жалобы о номинальном статусе директора, апелляционная коллегия считает необходимым отметить следующее.

Законодательством о банкротстве предусмотрена возможность привлечения к ответственности как фактических (теневых), так и номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации. В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное волеизъявление. При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения.

Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлекших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.

Очевидно, что такое положение дел не может являться допустимым. Именно поэтому к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно (абзац второй пункта 6 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"). Первые - поскольку в результате именно их виновных действий стало невозможным погасить требования кредиторов, вторые - поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей.

Предусмотренная абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность руководителя передать документацию должника конкурсному управляющему в равной степени (солидарно) распространяется как на номинального, так и на фактического руководителя. Ее неисполнение влечет возможность впоследствии применить презумпцию доведения до несостоятельности, предусмотренную подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Данная позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2023 N 305-ЭС21-18249(2,3) по делу N А40-303933/2018.

В данном случая доводы о том, что ФИО4, ФИО1 являлись номинальными руководителями, не подтверждены надлежащими доказательствами.

Довод ФИО1 о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, что выразилось в необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, подлежит отклонению.

ФИО1 заявлено ходатайство об истребовании из Хамовнического районного суда г. Москвы копию приговора по уголовному делу № 1-151/2021 и из ПАО Сбербанк заявление о выдаче ЭЦП, акта приема-передачи изготовленной ЭЦП на имя ФИО1

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства ФИО1

Согласно части 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится (ч. 4 ст. 66 АПК РФ).

Статья 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации закрепляет процессуальный порядок, при котором возможно удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств.

При этом по смыслу положений действующего законодательства обязанность по доказыванию обстоятельств, на которые сторона ссылается как на основание своих требований и возражений, лежит на этой стороне.

Доказательства представляются лицами, участвующими в деле (п. 1 ст. 65, п. 1 ст. 66 АПК РФ).

Из положений статей 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что суд обязан создать сторонам равные условия для реализации ими своих процессуальных прав (в том числе на представление доказательств) в состязательном процессе и не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

Поскольку бесспорных доказательств отсутствия у заявителя возможности самостоятельно получить указанные им документы не представлено, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении соответствующего ходатайства.

В отношении ФИО17 суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в силу следующего. 

ФИО17 прекратил участие в ООО «Подводтрубопроводстрой» 09.12.2016.

Таким образом, в спорный период контролирующим должника лицом не являлся.

В рамках уголовного расследования было установлено отсутствие в действиях ФИО17 признаков преступления, предусмотренного подпунктами «а», «б» части 2 статьи 199 УК РФ, поскольку установлено, что указанное лицо не было осведомлено о преступной деятельности, направленной на уклонение от уплаты налогов в особо крупном размере ООО «Подводтрубопроводстрой», в связи с чем постановлением от 15.07.2022 было отказано в возбуждение уголовного дела ФИО17

Судом первой инстанции учтено, что заявителем не представлено доказательств, подтверждающих наличие у ФИО17 признаков контролирующего должника лица.

Кроме того, уполномоченный орган не ссылается на наличие решений, принятых ФИО17, ни одной сделки, совершенной или одобренной последним будучи контролирующим должника лицом.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявители не привели.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Иная оценка заявителями фактических обстоятельств дела и иное толкование им положений закона не означают допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствуют о существенных нарушениях судом норм материального права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 223, 266-268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 19.02.2024 по делу  № А41-81390/20 в оспариваемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, конкурсного управляющего ООО «ПТПС», ФИО4 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия (изготовления в полном объеме).

 

Председательствующий

 

Н.В. Шальнева

Судьи

 

С.Ю. Епифанцева

 А.В. Терешин