АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А27-24047/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 марта 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 марта 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                     Дерхо Д.С.,

судей                                                                      Демидовой Е.Ю.,

ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Кем.Строй-Торг» на постановление от 09.11.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Фертиков М.А., Смеречинская Я.А., Киреева О.Ю.) по делу № А27-24047/2021 по иску общества с ограниченной ответственностью «Кем.Строй-Торг» (650025, Кемеровская область - Кузбасс, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью Строительная компания «Шахтостроительное управление №2» (653000, Кемеровская область - Кузбасс, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании денежных средств.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – общество с ограниченной ответственностью «СУ-33».

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «Кем.Строй-Торг» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью Строительная компания «Шахтостроительное управление № 2» (далее –компания) о взыскании 315 000 руб. неосновательного обогащения и 56 380 руб. 24 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактического исполнения денежного обязательства.

Определением от 22.02.2022 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «СУ-33» (далее – фирма).

Решением от 15.08.2022 Арбитражного суда Кемеровской области исковые требования удовлетворены. С компании в пользу общества взыскано 315 000 руб. неосновательного обогащения, 68 842 руб. 17 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 04.12.2018 по 31.03.2022 с дальнейшим начислением по день фактического погашения задолженности.

Постановлением от 01.11.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда решение от 15.08.2022 Арбитражного суда Кемеровской области отменено. По делу принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

Не согласившись с принятыми судебным актом, общество обратилось с кассационной жалобой, в которой просит апелляционное постановление отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы ее заявитель указывает, что: апелляционным судом нарушены нормы материального и процессуального права; факт уплаты истцом денежных средств в счет погашения задолженности фирмы перед компанией установлен лишь со слов директора фирмы; каких-либо договоров или соглашений регулирующих подобного рода правоотношения общества и фирмы в материалы дела не представлено; ссылки апелляционного суда на обстоятельства, установленные в рамках дела о банкротстве фирмы (дело № А27-15476/18), о производимых, в том числе истцом за фирму платежах в качестве оплаты задолженности, не имеют правового значения для настоящего дела, поскольку в назначении платежного поручения от 04.12.2018 № 998 указан договор от 26.11.2018 без каких-либо ссылок на оплату задолженности за фирму; апелляционным судом ошибочно применена к спорным правоотношениям статья 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В отзыве на кассационную жалобу компания просит апелляционное постановление оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассматривается в их отсутствие.

Рассмотрев кассационную жалобу в пределах ее доводов, которыми ограничивается рассмотрение дела судом кассационной инстанции (часть 1 статьи 286 АПК РФ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), суд округа полагает, что выводы апелляционного суда соответствуют обстоятельствам дела и примененным нормам права.

Из материалов настоящего дела и обстоятельств, установленных судами при рассмотрении дела № А27-15476/2018 (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»), следует, что в отношении фирмы поступило заявление компании о признании контрагента несостоятельным (банкротом), в обоснование которого указано на наличие длительной (более трех месяцев) просрочки в исполнении денежного обязательства на сумму 1 283 206 руб. 98 коп.

Из определения от 22.01.2019 в рамках дела № А27-15476/2018 (о банкротстве фирмы) следует, что в период судебного разбирательства третьи лица (общество с ограниченной ответственностью «Интеко» и общество) произвели погашение задолженности за фирму платежами в пользу компании на общую сумму 1 326 300 руб. платежными поручениями от 31.07.2018 № 137, от 05.09.2018 № 149, от 04.12.2018 № 998, от 29.12.2018 № 182, от 12.12.2018 № 158.

Факт получения указанных суммы в счет исполнения обязательств фирмы компанией не оспаривался. Напротив, подтвержден в ходатайстве от 14.01.2019 по делу № А27-15476/2018, которым компания заявила об отнесении соответствующих оплат в счет погашения основного долга фирмы, судебных расходов по уплате государственной пошлины, и частично в счет процентов.

При обращении в арбитражный суд с настоящим иском общество ссылается на ошибочное перечисление в пользу компании денежных средств в размере 315 000 руб. по платежному поручению от 04.12.2018 № 998 в отсутствие между сторонами каких-либо правоотношений, оспаривает факт исполнения денежного обязательства за фирму, настаивает на возникновении на стороне компании неосновательного обогащения.

Возражая относительно заявленных требований, компания указала, что закон не возлагает на кредитора обязанности по исследованию сложившихся между третьим лицом и должником отношений, установлению мотивов, побудивших должника перепоручить исполнение обязательства другому лицу, полномочиями по проверке того, действительно ли имело место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо, в связи с чем, поступившие от общества денежные средства правомерно приняты ответчиком как оплата задолженности фирмы.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 395, 1107 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», установив факт перечисления денежные средств ответчику, учитывая, что общество при рассмотрении дела № А27-15476/2018 к участию в нем не привлекалось, в рамках настоящего спора обстоятельства об оплате задолженности за фирму, равно как и наличие каких-либо договоренностей относительно оплаты за свой счет задолженности фирмы общество отрицает, констатировав недоказанность наличия у компании правовых оснований для удержания денежных средств и признав произведенную истцом оплату в пользу ответчика неосновательным обогащением последнего, пришел к выводу о необходимости взыскания денежных средств в размере 315 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 04.12.2018 по 31.03.2022 в размере 68 842 руб. 17 коп. с последующим начислением по день фактической оплаты задолженности, исключив период с 01.04.2022 по 01.10.2022 (период действия моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, который введен постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497).

Апелляционный суд, дополнительно руководствуясь положениями статей 313, 387 ГК РФ, установив, что производство по делу № А27-15476/2018 о банкротстве фирмы прекращено, в том числе, в связи с принятием оспариваемого платежа, совершенного по платежному поручению от 04.12.2018 № 998 в размере 315 000 руб., в качестве надлежащего исполнения обязательств, приняв во внимание объяснения генерального директора фирмы в деле о банкротстве о том, что соответствующие платежи произведены третьими лицами в счет погашения обязательств должника, а также о намерении заключить между всеми участниками правоотношений сделки в письменной формео том, что общество произвело оплату за фирму, в этой связи констатировав невозможность отказа ответчика от принятия исполнения обязательств со стороны истца, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания уплаченной денежной суммы с ответчика в качестве неосновательного обогащения, и наличии права на обращение соответствующих требований исключительно к фирме.

Суд округа считает выводы суда апелляционной инстанции правильными.

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26.02.2018 № 10-П, содержащееся в главе 60 ГК РФ правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц.

Из приведенных норм материального права и правовой позиции органа конституционной юстиции следует, что приобретенное либо сбереженное за счет другого лица без каких-либо на то оснований имущество является неосновательным обогащением и подлежит возврату, в том числе, когда такое обогащение является результатом поведения самого потерпевшего. При этом в целях определения лица, с которого подлежит взысканию неосновательное обогащение, необходимо установить не только сам факт приобретения или сбережения таким лицом имущества без установленных законом оснований, но и то, что именно ответчик является неосновательно обогатившимся за счет истца и при этом отсутствуют обстоятельства, исключающие возможность взыскания с него неосновательного обогащения (пункт 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

Неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которые лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.09.2020 № 46-КГ20-6-К6).

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019).

По правилам статьи 313 ГК РФ кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо (пункт 1). Если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в случае, когда должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства (подпункт 1 пункта 2). К третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 настоящего Кодекса (пункт 5).

Таким образом, гражданское законодательство исходит из презумпции допустимости исполнения обязательства третьим лицом; такое исполнение является недопустимым только в случае, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично.

Из содержания указанных норм следует, что с момента передачи у кредитора возникает обязанность принять такое исполнение. В силу буквального содержания пункта 1 статьи 313 ГК РФ исполнение обязательства третьим лицом представляет собой один из способов надлежащего исполнения обязательств; совершение третьим лицом соответствующих действий влечет прекращение обязательства между первоначальным кредитором и должником, подобно тому, как если бы эти действия совершил сам должник.

Абзацем четвертым пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – Постановление № 54) разъяснено, что кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора в качестве неосновательного обогащения, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо, когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (статья 1102 ГК РФ).

Судебная практика применения данной нормы (определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.06.2016 № 302-ЭС16-2049) исходит из того, что положения статьи 313 ГК РФ направлены, в том числе, на расширение механизмов получения кредитором причитающегося ему по обязательству исполнения, то есть, по сути, на защиту прав кредитора.

При этом закон не наделяет добросовестного кредитора, не имеющего материального интереса ни в исследовании сложившихся между третьим лицом и должником отношений, ни в установлении мотивов, побудивших должника перепоручить исполнение своего обязательства другому лицу, полномочиями по проверке того, действительно ли имело место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо. Следовательно, не может быть признано ненадлежащим исполнение добросовестному кредитору, который принял как причитающееся с должника предложенное третьим лицом, если кредитор не знал и не мог знать об отсутствии факта возложения исполнения обязательства на предоставившее исполнение лицо и при этом исполнением не были нарушены права и законные интересы должника (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.10.2010 № 7945/10, от 15.07.2014 № 3856/14).

В пункте 21 Постановления № 54 указано, что если исполнение обязательства было возложено должником на третье лицо, то последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними.

Согласно пункту 5 статьи 313 ГК РФ при отсутствии такого соглашения к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора в соответствии со статьей 387 ГК РФ.

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

Исследовав по правилам статьи 71 АПК РФ совокупность собранных по делу доказательств, установив обстоятельство наличия у фирмы задолженности перед компанией, послужившей основанием для обращения кредитора с заявлением о признании контрагента банкротом (дело № А27-15476/2018), приняв во внимание добровольное внесение обществом спорного платежа, за счет которого в том числе, погашена задолженность и в последующем прекращено производство по делу о банкротстве фирмы, взаимосогласованную позицию компании и фирмы о том, что поступивший платеж направлен третьим лицом в счет погашения денежного обязательства должника, констатировав отсутствие у компании оснований для того, чтобы не принимать платежи общества, в том числе, применительно к требованиям статьи 313 ГК РФ и конкретным обстоятельствам дела (включая длительное отсутствие возражений плательщика относительно фактической и юридической судьбы платежа), апелляционный суд пришел к мотивированным выводам о недоказанности факта образования на стороне ответчика неосновательного обогащения, в связи с чем отказал в удовлетворении требований истца.

Установление подобного рода обстоятельств является прерогативой суда апелляционной инстанции, который в силу присущих ему дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешает дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

Основания для иных выводов у суда округа отсутствуют.

Довод кассатора о необходимости применения к отношениям сторон правил 1102, 1103 ГК РФ (об обязании возвратить неосновательно приобретенное или сбереженное имущество) основан на неправильном толковании требований закона и существа сложившихся между сторонами отношений.

Заявленную к взысканию денежную сумму компания обоснованно получила в качестве погашения образовавшиеся задолженности фирмы, наличие которой подтверждается фактом обращения кредитора с заявлением о признании должника банкротом, в связи с чем, ответчик не является лицом, неосновательно обогатившимся за счет истца.

Вопреки утверждению заявителя кассационной жалобы, несмотря на формально приведенное в платежном поручении от 04.12.2018 № 998 назначение платежа, не связанное с отношениями сторон, суды правомерно исходили из доказанности произведенного обществом исполнения по обязательствам фирмы (статья 313 ГК РФ), приняв во внимание хронологию и последовательность действий сторон, а именно, осуществление истцом платежа после возбуждения дела о банкротстве фирмы в пользу ее кредитора; установление в ходе производства по делу № А27-15476/2018 обстоятельств назначения этого платежа в счет исполнения обязательств фирмы, учитываемых в настоящем споре применительно к требованиям статьи 16 АПК РФ об обязательности судебных актов; непринятие обществом почти в течение трех лет мер к определению экономической и юридической судьбы перечисленных в пользу компании денежных средств, учтенных при прекращении процедуры банкротства фирмы.

Учитывая совокупность установленных по делу обстоятельств, а также общеправовые принципы разумности и добросовестности, не допускающие злоупотребление гражданскими правами, во избежание нарушения баланса интересов сторон спора именно на обществе в настоящем деле лежало бремя доказывания того, что спорный платеж являлся ошибочным, а поведение плательщика (на момент совершения платежа и в последующий период времени) соответствовало стандарту действий разумного и осмотрительного коммерсанта. Между тем, вопреки требованиям статей 9, 65 АПК РФ, общество не раскрыло перед судом (ни в исковом заявлении, ни в кассационной жалобе) иную хозяйственную природу спорного платежа, не указало, для чего именно произведено перечисление денежных средств по платежному поручению от 04.12.2018 № 998, кто должен был выступить их реальным получателем, какие отношения в действительности сложились на основании сделки, указанной в назначении платежа, по какой причине отсутствие такой оплаты надлежащему контрагенту не было замечено почти в течение трех лет, к каким экономическим последствиям привело.

С учетом изложенного, выводы судов о квалификации платежа, основанные на обстоятельствах, установленных в деле № А27-15476/2018, являются верными.

Само по себе несогласие истца с выводами суда апелляционной инстанции не свидетельствует о незаконности обжалуемых судебных актов.

Нарушений при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, не установлено. Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

С учетом результата рассмотрения кассационной жалобы расходы по уплате государственной пошлины, связанные с ее подачей, относятся на заявителя (статья 110 АПК РФ).

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 09.11.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-24047/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                              Д.С. Дерхо

Судьи                                                                                                           Е.Ю. Демидова

ФИО1