ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-63824/2023

Дело № А40-79965/22

г. Москва

07 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 октября 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 07 ноября 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Захарова С.Л., 

судей Башлаковой-Николаевой Е.Ю., Лапшиной В.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу АО «СМП Банк»

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 31.07.2023 по делу № А40-79965/22

в части отказа в удовлетворении жалобы АО «СМП Банк» на действия (бездействие)

арбитражного управляющего ФИО2 при исполнении обязанности

конкурсного управляющего ООО «Реал», а также об отказе в удовлетворении заявления о

взыскании убытков с ФИО2 и конкурсного кредитора ИП ФИО3 в размере 1.867.351,46 руб.

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Реал»,

при участии в   судебном заседании: 

ФИО3 лично, паспорт 

иные лица не явились, извещены, 

 

У С Т А Н О В И Л:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Реал» (далее – должник) АО «СМП Банк» (далее – Банк) обратилось в суд с заявлением о взыскании с конкурсного управляющего ФИО2 и конкурсного кредитора ИП ФИО3 убытков в размере 1 867 351,46 руб. 

Также Банком подана жалоба на действия (бездействие) конкурсного управляющего должником. Банк просил признать незаконным действия управляющего выразившиеся в:

- нарушении периодичности проведения собраний кредиторов должника;

- реализации имущества должника по заниженной стоимости по решению, принятому аффилированным с ним кредитором ИП ФИО3;

- не предоставлении кредиторам отчетов о ходе конкурсного производства и деятельности конкурсного управляющего, реестра требований кредиторов (и иных документов);

- формировании отчета конкурсного управляющего от 31.01.2023, содержащего неполные и недостоверные сведения. 

В жалобе банк также просил снизить размер причитающегося ФИО2 вознаграждения и отстранить его от исполнения возложенных на него обязанностей.

Протокольным определением от 04.07.2023 указанные заявление и жалоба были объединены судом первой инстанции в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением суда от 31.07.2023 жалоба банка на действия (бездействие) конкурсного управляющего признана обоснованной в части, признаны незаконными действия ФИО2, при исполнении обязанностей конкурсного управляющего должником, выразившиеся в нарушении периодичности проведения собраний кредиторов должника. В остальной части жалоба признана необоснованной. В удовлетворении заявления о взыскании с конкурсного управляющего и конкурсного кредитора убытков отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом в части отказа в удовлетворении заявленных требований, Банк обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил его в указанной части отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В судебном заседании ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы. Банк и конкурсный управляющий, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения конкурсного кредитора, рассмотрев доводы, приведенные в апелляционной жалобе, апелляционный суд пришел к выводу о том, что она не подлежит удовлетворению в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, 24.04.2022 принято заявление ИП ФИО3 о признании должника несостоятельным, возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Решением от 24.08.2022 (резолютивная часть от 23.08.2022) должник признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации «РСОПАУ».

В рамках процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим была проведена инвентаризация имущества должника, в ходе которой было установлено наличие у должника права на получение сальдо встречных предоставлений по договору лизинга № АЛ /01-21 от 10.03.2021 заключенному с АО ВТБ Лизинг. 

Поскольку размер указанного требования не был установлен, конкурсным управляющим на основании требования конкурсного кредитора ИП ФИО3 был заключен договор с АО «Консультант-Сервис» на проведение оценки рыночной стоимости указанного права требования. 

Согласно отчету оценщика размер права требования (потенциальная сумма, которая подлежит взысканию в пользу лизингополучателя) составляет 206 753 руб., а его рыночная стоимость по состоянию на 26.10.2022 (с учетом дисконта) – 106 000 руб.

Конкурсным управляющим 27.10.2022 размещено сообщение о проведении собрания кредиторов должника по вопросу утверждения положения о реализации имущества должника – указанного права требования. Проведение собрания назначено на 14.11.2022.

На указанном собрании ИП ФИО3, будучи на тот момент единственным кредитором, чьи требования включены в реестр, проголосовал за утверждение положения о порядке реализации имущества должника путем проведения открытых торгов по продаже права требования; начальная цена продажи на основании отчета оценщика установлена в размере 106 000 руб.

Конкурсным управляющим должника 10.01.2023 были проведены торги по продаже имущества должника, победителем которых (лицом, предложившим наибольшую цену) признан ИП ФИО4 с которым конкурсным управляющим заключен договор уступки прав требования по цене 111 300 руб.

Обращаясь с заявлением о взыскании с конкурсного управляющего и кредитора убытков, Банк указывал на то, что при проведении конкурсным управляющим мероприятий по истребованию дебиторской задолженности АО ВТБ ЛИЗИНГ по договору лизинга конкурсная масса могла быть пополнена на 1 978 651,46 руб. (сальдо встречных обязательств по договору лизинга). Таким образом, в результате реализации указанного права требования на торгах по цене 111 300 руб. конкурсной массе был причинен вред в размере 1 867 351,46 руб. 

При этом банк ссылался на то, что конкурсный управляющий и ИП ФИО3 аффилированы друг с другом, их действия в ходе процедуры являлись согласованными и направлены на причинение вреда другим кредиторам.

На указанные доводы банк также сослался в поданной им жалобе, в которой просил признать незаконными действия ФИО2 при исполнении им обязанностей конкурсного управляющего должником выразившиеся в реализации имущества должника по заниженной стоимости по решению, принятому аффилированным с ним кредитором ИП ФИО3 

Также Банк ссылался и на иные допущенные управляющим нарушения, выразившиеся в нарушении периодичности проведения собрания кредиторов, непредоставлении кредиторам отчетов о ходе конкурсного производства и деятельности конкурсного управляющего, реестра требований кредиторов (и иных документов), ненадлежащем формировании отчета конкурсного управляющего от 31.01.2023, содержащего неполные и недостоверные сведения. 

Полагая, что допущенные управляющим нарушения носят существенный характер и причинили убытки должнику и кредиторам, Банк ходатайствовал об отстранении Генералова от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, а также просил снизить размер причитающегося ему вознаграждения.

Суд первой инстанции, рассматривая настоящий спор, признал доказанным факт нарушения управляющим периодичности проведения собраний кредиторов, признав жалобу банка в данной части обоснованной. В данной части судебный акт Банком не оспаривается. 

В отношении доводов банка о реализации имущества должника по заниженной цене суд первой инстанции, руководствуясь положениями Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и судебной практикой, указал, что порядок продажи имущества должника был соблюден управляющим; по результатам торгов имущество должника (право требования к лизинговой компании) продано лицу, не связанному с управляющим и конкурсным кредитором; занижение цены имущества при его продаже на открытых торгах невозможно; целесообразность проведения мероприятий по взысканию дебиторской задолженности отсутствовала, поскольку это привело бы к затягиванию процедуры и увеличению расходов на ее проведение. 

В отношении довода о непредоставлении управляющим документов и информации суд указал, что документы о деятельности конкурсного управляющего и подготовленные к собранию кредиторов, в частности отчет конкурсного управляющего, предоставлялись для ознакомления Банку, представитель которого принял участие в собрании кредиторов, в повестку которого было включено рассмотрение отчета конкурсного управляющего, что подтверждается протоколом № 2 собрания кредиторов должника от 01.06.2023. 

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о том, что доводы Банка об уклонении конкурсного управляющего от предоставления ему информации, не соответствуют обстоятельствам дела.

В отношении довода о ненадлежащем формировании отчета конкурсного управляющего от 31.01.2023, суд указал что не отражение в указанном отчете некоторых сведений, в частности, отсутствие реквизитов счетов, дат направления уведомлений о закрытии счетов и т.д., явилось следствием технической ошибки. Данные обстоятельства являются устранимыми и не повлекли каких-либо существенных нарушений прав должника и кредиторов, в том числе Банка, доказательств обратного заявителем не представлено.

Суд указал, что нарушения, допущенные ФИО2 при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве (нарушение периодичности проведения собраний кредиторов), не являются основанием для его отстранения, поскольку не носят существенного характера, не повлекли причинение убытков должнику и кредиторам.

При этом суд учел, что в целом ответчик добросовестно исполнял возложенные на него обязанности, доказательств того, что при исполнении своих обязанностей он действовал в ущерб интересам должника или кредиторов не представлено. 

В этой связи суд также не усмотрел оснований для снижения размера причитающегося ему вознаграждения.

Апелляционный суд, повторно рассмотрев настоящее дело, не находит оснований не согласиться с выводами, изложенными в оспариваемом судебном акте, поскольку они соответствуют установленным судом по делу обстоятельствам и сделаны при правильном применении норм права.

Доводы Банка, приведенные в апелляционной жалобе сами по себе не свидетельствуют об обратном.

Так в апелляционной жалобе Банк указывает, что на дату проведения собрания кредиторов, на котором рассматривался вопрос об утверждении положения о порядке реализации имущества должника, конкурсному управляющему было известно о нахождении на рассмотрении арбитражного суда требований других кредиторов, в том числе Банка, о включении в реестр должника, в связи с чем, по его мнению, ФИО2, действуя добросовестно, в целях избежания возможного нарушения прав указанных лиц, должен был отложить проведение собрания на более позднюю дату чего им сделано не было. По мнению Банка, Генералов и ФИО3, будучи связанными друг с другом лицами действовали с целью причинения вреда другим кредиторам должника, а именно приняли решение о реализации имущества по заведомо заниженной цене, в результате чего на стороне должника возникли убытки.

Апелляционный суд не принимает указанные доводы Банка, поскольку суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности причинения убытков должнику и кредиторам в результате указанных действий ответчиков.

Как было указано выше, единственным активом, выявленным в ходе инвентаризации имущества должника, являлось право должника на получение сальдо встречных предоставлений по договору лизинга. Вместе с тем размер указанного требования не был установлен, на что было указано в опубликованном управляющим 30.09.2022 сообщении о результатах инвентаризации. 

Для определения размера и оценки рыночной стоимости соответствующего требования конкурсным управляющим по требованию кредитора ИП ФИО3 был привлечен независимый оценщик, согласно отчету которого размер сальдо встречных обязательств по договору лизинга, на получение которого мог рассчитывать должник составляет всего 206 000 руб. (стр. 34 отчета). 

Представленный банком в обоснование заявленных требований расчет сальдо встречных обязательств, согласно которому задолженность лизинговой компании составляет 1 978 651,46 руб. не может являться доказательством недостоверности выводов, содержащихся в отчете, подготовленном профессиональным оценщиком. Ходатайство о проведении судебной экспертизы банк в данном случае не заявлял.

Таким образом, основной довод Банка о том, что в случае проведения управляющим мероприятий по истребованию задолженности, конкурсная масса могла быть пополнена на 1 978 651,46 руб. нельзя признать подтвержденным.

Материалами дела также не подтверждено, что управляющий и кредитор имели основания полагать о недостоверности выводов, содержащихся в отчете, в связи с чем суд не может согласиться с доводами банка о реализации имущества по заведомо заниженной цене.

В данном случае управляющим были проведены открытые торги по продаже имущества, в которых могли принять участие все заинтересованные в приобретении соответствующего имущества лица.

По результатам проведения торгов управляющим был заключен договор цессии с ИП ФИО4, предложившим наибольшую цену – 111 300 руб.

Таким образом, цена, по которой было реализовано имущество, была определена по результатам проведения открытых конкурентных процедур.

Доказательств аффилированности покупателя по отношению к управляющему или кредитору ИП ФИО3 в материалах дела не имеется. 

Таким образом, даже если согласиться с доводом Банка о том, что управляющий не отложил проведение заседания собрания кредиторов, на котором решался вопрос об утверждении положения о реализации имущества должника, достаточных оснований полагать, что это повлекло причинение убытков конкурсной массе не имеется.  

Также не имеется оснований полагать о согласованности действий управляющего и кредитора, поскольку право требования было реализовано независимому лицу. В данном случае если принять доводы банка о согласованности действий данных лиц, то непонятно какую цель преследовали стороны.

Банк полагает необоснованным вывод суда первой инстанции о нецелесообразности проведения мероприятий по взысканию задолженности, ссылаясь на отсутствие доказательств отказа лизинговой компании от добровольного удовлетворения требований.

Апелляционный суд не принимает данные доводы, поскольку они опровергаются материалами дела. 

Кроме того, апелляционный суд отмечает, что согласно сведениям, содержащимся в Картотеке арбитражных дел в производстве Арбитражного суда города Москвы в настоящее время находится дело по иску ИП ФИО4 к АО ВТБ Лизинг о взыскании задолженности по указанному договору лизинга (дело № А40-174781/23), что дополнительно подтверждает доводы конкурсного управляющего о том, что взыскание указанной возможности было возможно только в ходе судебного разбирательства, что с учетом средней длительности рассмотрения соответствующей категории споров, могло привести к значительному затягиванию процедуры банкротства и увеличению расходов на ее проведение. 

В такой ситуации принимая во внимание, что в результате принятия мер по взысканию должник мог потенциально рассчитывать на получение от лизинговой компании денежной суммы в размере 206 тыс. руб. (что следует из вышеуказанного отчета оценщика), реализация задолженности на торгах являлась более целесообразной. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания неправомерными действий управляющего и кредитора и взыскания с них убытков.

Довод Банка о том, что суд первой инстанции не дал оценку доказательствам, подтверждающим связанность управляющего и ИП ФИО3, подлежит отклонению, поскольку в данном споре отсутствуют достаточные данные полагать о том, что управляющий действовал исключительно в интересах названного кредитора.

Относительно доводов Банка о нарушении в результате действий управляющего права Банка на получение информации о ходе процедуры банкротства апелляционный суд отмечает, что они являлись предметом исследования суда и получили надлежащую правовую оценку.

При этом суд обоснованно руководствовался пунктом 1 статьи 143 Закона о банкротстве согласно которому конкурсный управляющий представляет собранию кредиторов (комитету кредиторов) отчет о своей деятельности, информацию о финансовом состоянии должника и его имуществе на момент открытия конкурсного производства и в ходе конкурсного производства, а также иную информацию не реже чем один раз в три месяца, если собранием кредиторов не установлено иное.

Соответственно, конкурсные кредиторы могут осуществлять контроль над деятельностью конкурсного управляющего посредством участия в собраниях кредиторов и изучения отчетов о ходе проведения конкурсного производства.

Действительно, как было установлено судом, управляющим была нарушена установленная законом периодичность проведения собраний кредиторов. 

Вместе с тем оснований полагать, что данное нарушение повлекло существенное нарушение права заявителя на получение необходимой информации о ходе процедуры банкротства не имеется с учетом того, что отчеты управляющего о ходе процедуры предоставлялись для ознакомления Банку, представитель которого, в частности присутствовал на собрании кредиторов проводившемся 01.06.2023 и мог знакомиться с подготовленным управляющим отчетом.  

Также суд указал, что по запросу банка конкурсным управляющим 06.04.2023 в его адрес банка были следующие документы: отчет конкурсного управляющего по состоянию на 05.04.2023; реестр требований кредиторов по состоянию на 05.04.2023; заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства; договор купли-продажи имущества должника; протоколы торгов; банковская выписка, подтверждающая перечисление денежных средств от реализации имущества должника; выписки с расчетных счетов должника (АО Альфа-Банк», ПАО «Сбербанк»); сведения о наличии решений о приостановлении операций по счетам.

Кроме этого, кредитору дополнительно сообщалось, что в связи с отказом налогового органа предоставлять сведения об открытых счетах должника и отказе Арбитражного суд г. Москвы в истребовании документов, предоставить необходимые сведения не представляется возможным.

Таким образом, апелляционный суд полагает, что Банк располагал всей необходимой информацией о ходе процедуры банкротства. Доказательств обратного им не представлено.

Относительно доводов о нарушениях, допущенных при составлении отчета от 31.01.2023, выразившихся в не указании в отчете ряда сведений, апелляционный суд также считает возможным согласиться с выводами суда, поскольку они соответствуют имеющимся в деле доказательствам.

Банк в данном случае никак не обосновал как отсутствие в отчете указанных им  сведений (в том числе о лице, проводившем оценку права требования) воспрепятствовало ему реализовать права, предоставленные законодательством о несостоятельности, в том числе на оспаривание сделок должника, обращение в суд с заявлением о взыскании убытков с контролирующих должника лиц, привлечение их к субсидиарной ответственности и т.д. В данном случае доводы заявителя о нарушении его права на информацию носят формальный характер. 

Рассматривая ходатайство Банка об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для его удовлетворения.

Так согласно правовой позиции, изложенной в пункте 28 Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 11.10.2023, нарушения, допущенные арбитражным управляющим при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, не являются основанием для его отстранения, если они признаны судом несущественными.

В данном случае судом первой инстанции установлено, что конкурсный управляющий ФИО2 в целом надлежащим образом исполнял возложенные на него законом обязанности. Так суд отметил, что управляющим были опубликованы сведения о признании должника несостоятельным (банкротом), приняты меры, направленные на поиск имущества должника, формирование конкурсной массы, проведена инвентаризация имущества должника, проанализировано его финансовое состояние, направлены уведомления о закрытии банковских счетов и т.д. Таким образом, обоснованные сомнения в способности управляющего к надлежащему ведению процедуры банкротства должника отсутствуют.

Допущенное управляющим нарушение периодичности проведения собрания кредиторов не является существенным, не повлекло причинение убытков должнику и кредиторам, в связи с чем не могло служить основанием для отстранения конкурсного управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей.

Равным образом, суд первой инстанции в рамках предоставленных ему полномочий по оценке доказательств не усмотрел оснований и для снижения суммы причитающегося конкурсному управляющему вознаграждения. 

Оснований не согласиться с данным выводом суд апелляционной инстанции также не усматривает.

Доводы банка, изложенные в жалобе, выводы суда не опровергают.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст. 176, 266-268, 271, п.1 ч.4 ст. 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 31.07.2023 по делу № А40-79965/22 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу АО «СМП Банк» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                          С.Л. Захаров 

Судьи:                                                                                               Е.Ю. Башлакова-Николаева 

                                                                                              В.В. Лапшина