ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-11497/2020

г. Самара

24 августа 2021 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Гадеевой Л.Р., Львова Я.А.,

            при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 17 августа 2021 года в помещении суда, в зале № 2,

апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 июня 2021 года, по заявлению финансового управляющего ФИО2 к ФИО3 о признании сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности (вх.6363), по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО4, дата рождения: 10.02.1976, место рождения: п. Камское Устье Камско-Устьинского района ТАССР, СНИЛС 

<

***>, ИНН 

<

***>,

без участия лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом.

установил:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.05.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.11.2020 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 05.02.2021 поступило заявление финансового управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной  – перечисления денежных средств в адрес ФИО3 в размере 279 400 руб. в период с 27.06.2019 по 06.06.2020 и применении последствий недействительности сделки (вх.6363). 

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Республики Татарстан вынес определение от 07.06.2021 следующего содержания:

«В удовлетворении заявления финансового управляющего должника ФИО4, Республика Татарстан, п.г.т. Тенишево,  ФИО2 о признании сделки недействительной  – перечисления денежных средств в адрес ФИО3, Республика Татарстан, г. Казань,   в размере 279 400 рублей в период с 27.06.2019 по 06.06.2020 и применении последствий недействительности сделки, отказать.

Взыскать с ФИО4, Республика Татарстан, п.г.т. Тенишево в доход федерального бюджета 6 000 рублей госпошлины».

Финансовый управляющий ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.06.2021.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2021 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 17.08.2021.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно ст.32 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту – Закон о банкротстве) и ч.1 ст.223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В случае оспаривания подозрительной сделки судом проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать, как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 (п.9) разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления).

При оспаривании по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве конкурсный управляющий должен доказать суду то, что со стороны ответчика имеет место неравноценное встречное предоставление по сделке.

Однако, доказательства, которые могли бы свидетельствовать о неравноценности оспариваемых сделок, в материалах дела отсутствуют, о чем будет указано ниже.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям пункта 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

Согласно абзацам 33 и 34 ст. 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как следует из материалов дела, ФИО3, является бывшей супругой должника, брак расторгнут 12.04.2012.

У должника и ФИО3 имеются общие дети: ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (совершеннолетним стал 18.07.2017), ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (совершеннолетним стал 04.03.2020).

Как установлено судом первой инстанции, старший сын ФИО5, обучается  на дневном отделении высшего учебного заведения, в  том числе проходил дополнительное обучение иностранному языку.

В пункте 1 статьи 60, статье 61 Семейного кодекса Российской Федерации закреплено право ребенка на получение содержания от родителей, указано, что родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей и обязаны содержать своих несовершеннолетних детей (статья 80 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 80 Семейного Кодекса РФ родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно.

Тот факт, что ФИО3 являлась супругой ФИО6 и, соответственно, является по отношению к нему заинтересованным лицом, не может однозначно свидетельствовать о недобросовестности указанных лиц, равно как и о знании ФИО3 о наличии цели причинения вреда.

В свою очередь, финансовый управляющий в своем заявлении в обоснование своего довода о направленности действий сторон платежных операций на причинение вреда кредиторам должника, по сути, указал, что такие сделки имели своей целью сокрытие имущества должника от обращения на него взыскания кредиторами. Подобные действия по смыслу пункта 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" содержат в себе признаки злоупотребления правом и являются недопустимыми.

Вместе с тем, при сокрытии имущества от обращения на него взыскания оно остается в имущественной массе и в сфере контроля самого должника, искусственно приобретая черты исполнительского иммунитета.

Как верно отмечено судом первой инстанции, особенность настоящего спора состоит в том, что интересу кредитора в возврате долга не противопоставляется запрещенный законом интерес должника в уклонении от исполнения взятых на себя обязательств (в связи с чем отсутствует и признак сокрытия имущества), а противопоставляются интересы детей как кредиторов должника согласно семейному законодательству.

Разрешая вопрос о допустимости оспаривания совершенных должником перечислений в пользу бывшей жены необходимо соотнести две правовые ценности: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития,   с одной стороны, и право кредитора по гражданско-правовому обязательству получить от должника надлежащее исполнение, с другой стороны, установить между названными ценностями баланс.

При этом под соответствующим балансом не может пониматься равенство интересов детей как кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов: интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам.

Российская Федерация является социальным государством (часть 1 статьи 7 Конституции Российской Федерации), под защитой которого находятся материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации), интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам.

Равным образом данный вывод следует из положений пунктов 2 и 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве, согласно которым алиментные требования к гражданину-банкроту в отличие от иных требований подлежат первоочередному удовлетворению.

Следовательно, недействительность операций между супругами с целью несения расходов на содержание детей применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение этими сделками положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения.

Для квалификации такой сделки в качестве недействительной необходимо установить, что размер расходов на содержание детей носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина.

При этом необходимо исходить из абсолютной величины денежных средств, выделенных ребенку.

В случае если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании, то сделка может быть признана недействительной в части такого превышения.

Если же признак явного превышения размера расходов не доказан, то такая сделка не может быть квалифицирована в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника.

В соответствии со ст. 89 Семейного кодекса РФ супруги обязаны материально поддерживать друг друга.

Должник находится в процедуре банкротства и должен быть соблюден баланс интересов не только должника, но и кредиторов.

Процедура реализации имущества гражданина является реабилитационной процедурой, применяемой в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов (статья 2 Закона о банкротстве). Статус банкрота подразумевает весьма существенные ограничения гражданина в правах, как личных, так и имущественных.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, законодатель, обеспечивая возможность удовлетворения интересов и защиты имущественных прав управомоченного в силу гражданско-правового обязательства лица (кредитора, взыскателя), должен исходить из направленности политики Российской Федерации как социального государства на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, а также из конституционных основ правового статуса личности; конкретный размер удержания из заработной платы и иных доходов должника при исполнении исполнительного документа подлежит исчислению с учетом всех обстоятельств данного дела, при неукоснительном соблюдении таких принципов исполнительного производства, как уважение чести и достоинства гражданина и неприкосновенность минимума имущества, необходимого для существования должника-гражданина и членов его семьи; при определении размера удержания из источника дохода, являющегося для должника единственным источником существования, надлежит учитывать, в числе прочего, размер этого дохода с тем, чтобы обеспечить самому должнику и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для их нормального существования (Постановление от 12.07.2007 № 10-П, определения от 13.10.2009 № 1325-О-О, от 15.07.2010 № 1064-О-О, от 17.01.2012 № 14-О-О).

В соответствии с п. 1 ст. 54 Семейного кодекса Российской Федерации ребенком признается лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия).

Родители обязаны содержать и воспитывать своих несовершеннолетних детей, обеспечивать их образование; родители имеют преимущественное право на обучение и воспитание своих детей перед всеми другими лицами (ст. 44, 63, 80 СК РФ).

Следовательно, до достижения ребенком совершеннолетия всю ответственность за его содержание, воспитание и развитие несут родители.

Иждивение несовершеннолетних детей родителей презюмируется и не требует доказательств. Презумпция нахождения ребенка до достижения возраста 18 лет на иждивении родителей следует из норм семейного права. Согласно Семейному кодексу Российской Федерации ребенком признается лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия) (пункт 1 статьи 54 Кодекса), родители обязаны содержать и воспитывать своих несовершеннолетних детей, обеспечивать их образование; родители имеют преимущественное право на обучение и воспитание своих детей перед всеми другими лицами (статьи 44, 63, 80 Семейного кодекса Российской Федерации).

Следовательно, до достижения ребенком совершеннолетия всю ответственность за его содержание, воспитание и развитие несут родители.

В силу ч. 1 ст. 61 СК РФ родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).

Согласно п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

В соответствии с разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в Постановлении от 12.07.2007 № 10-П, данная статья выступает процессуальной гарантией реализации социально-экономических прав этих лиц, предоставляя, таким образом, должнику-гражданину имущественный (исполнительский) иммунитет, с тем, чтобы исходя из общего предназначения данного правового института гарантировать должнику и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для их нормального существования и деятельности.

В соответствии с п. 1 ст. 2 Федерального закона от 24.10.1997 № 134-ФЗ "О прожиточном минимуме в Российской Федерации" прожиточный минимум в целом по Российской Федерации предназначается для: оценки уровня жизни населения Российской Федерации при разработке и реализации социальной политики и федеральных социальных программ; обоснования устанавливаемых на федеральном уровне минимального размера оплаты труда, а также для определения устанавливаемых на федеральном уровне размеров стипендий, пособий и других социальных выплат; формирования федерального бюджета. В аналогичных целях устанавливается прожиточный минимум в субъектах Российской Федерации (п. 2 ст. 2 данного Закона).

Таким образом, прожиточный минимум необходим при установлении гражданам государственных гарантий получения минимальных денежных доходов и представляет собой стоимостную оценку потребительской корзины, а также обязательных платежей и сборов.

В свою очередь, под потребительской корзиной понимается минимальный набор продуктов питания, непродовольственных товаров и услуг, необходимых для сохранения здоровья человека и обеспечения его жизнедеятельности. Прожиточный минимум - это стоимостная оценка потребительской корзины, а также обязательные платежи и санкции; потребительская корзина - это необходимые для сохранения здоровья человека и обеспечения его жизнедеятельности минимальный набор продуктов питания, а также непродовольственные товары и услуги.

В Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П и Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27.10.2017 № 310-ЭС17-9405(1,2) по делу №  А09-2730/2016 изложена следующая позиция.

Для признания оспариваемой сделки недействительной необходимо установить, что согласованный (бывшими) супругами размер перечислений на содержание (бывшей) жены в период беременности и в течение трех лет со дня рождения общего ребенка, а также на содержание общего ребенка носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина. При этом необходимо исходить не из относительного (процентного) показателя согласованного сторонами размера платежей, а из абсолютной величины денежных средств, выделенных жене и ребенку (для чего необходимо установить уровень доходов плательщика), и если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности беременной жены и ребенка в материальном содержании, то совершенные платежи могут быть признаны недействительными в части такого превышения, а если признак явного превышения размера таких платежей уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей беременной жены и ребенка, не доказан, то такое соглашение не может квалифицироваться в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника.

Из материалов дела не усматривается, что размер произведенных оспариваемых безналичных платежей явно (то есть очевидно и значительно) превышает разумные достаточные потребности ребенка в материально содержании.

Так, из материалов обособленного спора следует, что оспариваемые платежи были осуществлены не единовременно, а в течение длительного периода времени (более 12 месяцев).

Каждый из платежей не являлся очевидно и неразумно значительным  в части суммы, что позволило бы сделать вывод о намерении должника таким способом уменьшить потенциальную конкурсную массу в преддверии банкротства.

Кроме того, после признания должника банкротом и введения процедуры реализации, платежи в пользу ответчика не осуществлялись. 

Исследовав и оценив материалы дела, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что по спорным сделкам должником перечислялись денежные средства на содержание своих несовершеннолетних детей.

Как указывалось выше, старший сын ФИО5 обучается на дневном отделении высшего учебного заведения. Также, в спорный период проходил дополнительное обучение иностранному языку в течение года, стоимость образовательных услуг составила 62 730 руб.

При этом из положений Федерального закона от 24.10.1997 № 134-ФЗ "О прожиточном минимуме в Российской Федерации" не следует, что стоимость обучения ребенка в учебном заведении, равно как и оплата дополнительных образовательных услуг, включена в предусмотренный названным Законом прожиточный минимум.

Кроме того, по соглашению сторон, должник помогал оплачивать коммунальные платежи.

Как пояснил ответчик в суде первой инстанции, согласно устной договоренности между ФИО6 и ФИО3, стороны не обращались в суд за установлением  размера алиментов и не заключали соглашений об определении размера таких выплат в установленном законом порядке. Размер выплат был обусловлен текущими потребностями, сумма перечислений составляла от 100 рублей до 25 000 рублей. Указанные перечисления осуществлялись по запросу ответчкика в случае недостаточности собственных средств на обеспечение детей либо в случае необходимости совершения крупных покупок детям.

Вопреки доводам заявителя жалобы, отсутствие решения суда об определении размера алиментов, не имеет правовое значение, поскольку содержание несовершеннолетних детей является обязанностью родителей в силу закона.

Исследовав представленные ответчиком в материалы дела доказательства, подтверждающие размер необходимых ежемесячных расходов на содержание ребенка, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что требованиям соразмерности отвечали ежемесячные перечисления в пользу бывшей супруги должника и их детей в размере 23 000 руб., с учетом соответствующего прожиточного минимума.

Денежные средства, полученные от должника, были израсходованы на обучение, физическое развитие, медицинское обслуживание, оздоровление, обеспечение насущных бытовых потребностей; доказательства того, что необходимые расходы на приобретение еды, одежды, оплату обучения, лечения и нес должник, в материалах дела отсутствуют и финансовым управляющим не представлены.

Количество перечисленных денежных средств сопоставимо затратам необходимым для поддержания достойного уровня жизни двоих детей, удовлетворения их разумных потребностей в материальном обеспечении.

В рассматриваемом случае установлено отсутствие доказательств явного превышения размера перечисления уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей совместных детей должника и ответчика.

Кроме того, отмечено, что платежи совершались должником во исполнение обязанности по содержанию общих с ФИО3 детей, на момент перевода денежных средств ФИО7 не могла знать о наличии у должника долга перед кредитором с учетом состоявшего в 2012 году развода, отсутствием совместного проживания и возбуждение процедуры банкротства только в 2020 году. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии достаточных оснований для признания сделки недействительной.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены судом апелляционной инстанции и признаны несостоятельными, поскольку данные доводы не опровергают установленные по делу обстоятельства.

Так, в частях 1, 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации закреплено, что материнство и детство, семья находятся под защитой государства. Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей.

В пункте 1 статьи 60, статье 61 Семейного кодекса Российской Федерации закреплено право ребенка на получение содержания от родителей, указано, что родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей и обязаны содержать своих несовершеннолетних детей (статья 80 Семейного кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 89 Семейного кодекса Российской Федерации, супруги обязаны материально поддерживать друг друга, при этом в случае отказа от такой поддержки и отсутствия соглашения между супругами об уплате алиментов, на основании пункта 2 статьи 89 и пункта 1 статьи 90 Семейного кодекса Российской Федерации, жена (бывшая жена) в период беременности и в течение трех лет со дня рождения общего ребенка вправе требовать предоставления алиментов в судебном порядке от супруга (бывшего супруга), обладающего необходимыми для этого средствами.

Следовательно, недействительность оспариваемого перечисления денежных средств в пользу супруги (бывшей супруги) должника в период ее беременности и после рождения ребенка применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение данной сделкой положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения.

Для квалификации такой сделки в качестве недействительной необходимо установить, что согласованный (бывшими) супругами размер перечислений на содержание (бывшей) жены в период беременности и в течение трех лет со дня рождения общего ребенка, а также на содержание общего ребенка носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина. При этом необходимо исходить не из относительного (процентного) показателя согласованного сторонами размера платежей, а из абсолютной величины денежных средств, выделенных жене и ребенку (для чего необходимо установить уровень доходов плательщика), и если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности беременной жены и ребенка в материальном содержании, то совершенные платежи могут быть признаны недействительными в части такого превышения, а если признак явного превышения размера таких платежей уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей беременной жены и ребенка, не доказан, то такое соглашение не может квалифицироваться в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника.

По мнению суда апелляционной инстанции из материалов дела не следует, что размер произведенных оспариваемых безналичных платежей явно (то есть очевидно и значительно) превышает разумные достаточные потребности супруги и двоих детей в материальном содержании.

Из материалов обособленного спора следует, что оспариваемые платежи были осуществлены не единовременно, а в течение длительного периода времени (более 12 месяцев). 

Каждый из платежей не являлся очевидно и неразумно значительным в части суммы, что позволило бы сделать вывод о намерении должника таким способом уменьшить потенциальную конкурсную массу в преддверии банкротства.

Из представленных ответчиком дополнительных документов следует, что поступающие денежные средства действительно использовались, в том числе на обучение ребенка,  хозяйственно-бытовые нужды (оплату коммунальных услуг).

Заявителями, как в своём первоначальном заявлении, так и в апелляционной жалобе не доказан факт того, что оспариваемые перечисления денежных средств совершены  с целью нанесения вреда кредиторам.

Сам по себе факт наличия неисполненных денежных обязательств не свидетельствует о наличии в действиях должника умысла на причинение вреда кредиторам.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о правах ребенка, ратифицированной Верховным Советом СССР 13.06.1990, во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка.

Государства - участники обязуются обеспечить ребенку такую защиту и заботу, которые необходимы для его благополучия, принимая во внимание права и обязанности его родителей, опекунов или других лиц, несущих за него ответственность по закону, и с этой целью принимают все соответствующие законодательные и административные меры.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 27 указанной Конвенции, государства - участники признают право каждого ребенка на уровень жизни, необходимый для физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития ребенка.

Родитель(и) или другие лица, воспитывающие ребенка, несут основную ответственность за обеспечение в пределах своих способностей и финансовых возможностей условий жизни, необходимых для развития ребенка.

С учётом вышеизложенного, учитывая динамику снижения дохода должника и необходимость защиты прав и интересов детей, является верным вывод суда первой инстанции о недоказанности наличия оснований для признания оспариваемых перечислений недействительными по ст.ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве.

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд доводы заявителя жалобы отклоняет и считает, что обжалуемое определение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, содержащиеся в нем выводы, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 июня 2021 года по делу А65-11497/2020 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000,00 руб. следует отнести на заявителя и взыскать в доход федерального бюджета, поскольку при подаче заявления ему была предоставлена отсрочка в ее уплате.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 июня 2021 года по делу А65-11497/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000,00 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                 Н.А. Мальцев

Судьи                 Л.Р. Гадеева

                                                                                                                Я.А. Львов