АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

 

РЕШЕНИЕ

15 мая 2024 года

 

Дело № А33-32622/2022

Красноярск

 

Резолютивная часть решения оглашена в судебном заседании 25 апреля 2024 года.

В полном объеме решение изготовлено 15 мая 2024 года.

 

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Криспин В.В., рассмотрев в судебном заседании заявление ОАО «Российские железные дороги», АО «Русский уголь»

к ФИО1 (ИНН 

<

***>, 

<

...>),

ФИО2 (ИНН 

<

***>, 

<

...>)

о привлечении к субсидиарной ответственности,

с привлечением к участию в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «АТГ» (ИНН

<

***>),

при участии в судебном заседании:

от ответчиков: ФИО3, представитель по доверенностям от 06.02.2023, личность удостоверена паспортом.

от АО «Русский Уголь»: ФИО4 представитель по доверенности от 25.12.2023, личность удостоверена паспортом, 

при составлении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Мальчик Н.В., 

 

установил:

12.12.2022 (нарочным) от открытого акционерного общества «Российские железные дороги»  поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, согласно которому заявитель просит: привлечь ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности; взыскать в солидарном порядке 2 923 189,30 рублей.

Определением от 13.12.2022 заявление принято к производству.

В судебном заседании 15.05.2023 на основании статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд завершил предварительное судебное заседание и продолжил рассмотрение дела в стадии судебного разбирательства. 

В судебном заседании от 26.07.2023 суд определил удовлетворить ходатайство АО «Русский Уголь» о  присоединении к участию в деле, дело рассматривается с учетом присоединения.

Судебное заседание откладывалось.

В судебном заседании, состоявшемся 19 апреля 2024 года по делу № А33-32622/2022, на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявлен перерыв до 25.04.2024.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем направления копий определения и размещения текста определения на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет по следующему адресу: http://krasnoyarsk.arbitr.ru, в судебное заседание не явились. В соответствии с частью 1 статьи 123, частями 2, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие указанных лиц.

В судебном заседании представитель АО «Русский Уголь» поддержал требования, пояснил суду, что объекты имели социальную значимость, осуществлялась поставка угля должнику по гарантийному письму об оплате.

Представитель ответчиков возражал против удовлетворения заявленных требований, по доводам, изложенным в отзывах, пояснил, что штат сотрудников от ОАО «РЖД» перешли должнику, ответчики обращались за повышением тарифов, но в связи с пандемией, в повышении тарифов было отказано, деятельность имела социально-значимую направленность: отопление школ, больниц, детских садов.

В материалы дела от ОСФР по Красноярскому краю поступил отчет по форме СЗВ-СТАЖ за 2019-2021.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы представителей, лиц, участвующих в деле, арбитражный суд установил следующие обстоятельства и пришел к следующим выводам.

Согласно п. 3 ст. 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладает, в том числе, заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве. 

В соответствии с п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

Акционерное общество «РУССКИЙ УГОЛЬ» 12.11.2021 обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «АЛЬЯНС ТЕПЛО ГРУПП» (далее – должник, ООО «АТГ») несостоятельным (банкротом). Определением от 18.11.2021 по делу № А33-29158/2021 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве. Определением то 01.02.2022 признано обоснованным заявление акционерного общества «РУССКИЙ УГОЛЬ» о признании должника ООО «АТГ» банкротом и в отношении него введена процедура наблюдения. Временным управляющим должником утвержден ФИО5. Определением от 18.07.2022 требования ОАО «Российские железные дороги» включено в реестр требований кредиторов должника в размере 2 923 189,30 рублей. Определением от 01.02.2022 включено требование акционерного общества «РУССКИЙ УГОЛЬ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 2 926 362,06 руб., в том числе 2 648 889,7 руб. – основного долга, 277 472,36 руб. – неустойки, подлежащей отдельному учету в реестре требований кредиторов. Задолженность возникла за поставку угля бурого марки ЗБР по двум договорам от 07.10.2020 № 80068-011/2020/10-1424-[22], от 27.01.2021 № 80068-011/2021/01-0148. Определением от 23.08.2022 судебное заседание отложено с назначением судебного заседания по вопросу о прекращении производства. Определением от 10.10.2022 производство по делу №А33-29158/2021 прекращено.

Таким образом, ОАО «Российские железные дороги», АО «Русский уголь» вправе обратиться в суд с настоящим заявлением.

В обоснование заявленного требования ОАО «Российские железные дороги» ссылается на неисполнение руководителем и учредителем  ООО «АльянсТеплоГрупп» ФИО1, ФИО2 обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее декабря 2021 года в связи с наличием у должника задолженности в сумме  2562651,25 руб. основного долга, 273 039,05 руб. – пени, 87 499 руб. – расходы по уплате государственной пошлины  перед ОАО «Российские железные дороги»  на основании вступивших в законную силу судебных актов (решения Арбитражного суда Красноярского края по делам № А33-28334/2020, А33-21427/2020, А33-32997/2020, А33-1625/2021, №А33-16256/2021, №А33-10342/2021). В последствии, истцом представлены дополнения к заявлению, в которых указывает на то, что по результатам проведенного анализа судебных актов вынесенных в рамках дела о банкротстве ООО «Альянс Тепло Групп» № A33-29158/2021 следует, что обязательства непогашенная кредиторская задолженность начала формироваться в 2020 года. Исходя из документации, представленной в картотеке арбитражных дел обществом, задолженность признавалась, не оспаривалась, но попыток к реструктуризации задолженности, ее погашению или мирному урегулированию споров с кредиторами обществом не предпринимались. Согласно расчету задолженности заявителя, перед кредитором следует, что у общества имелся долг в размере 448 404,50 рублей, подтвержденный УПД и счет-фактурой № 1882083/11000060 от 30.11.2020 за водоснабжение за июль 2020 года по договору на холодное водоснабжение от 29.02.2020 № 3880909. Таким образом, общество окончательно должно было оплатить поставленную воду за июль 2020 г. до 10.08.2020. По состоянию на 10.08.2020 задолженность не была погашена. При этом  рамках заключенного договора общество не производило оплату задолженности в порядке и в сроки установленные договором. Оплата происходила путем взаимозачетов сторон. Кроме этого, в обоснование заявленного требования ОАО «Российские железные дороги» указывает, что по данным бухгалтерского баланса, анализа финансового состояния должника, проведенного временным управляющим в рамках дела о банкротстве, следует, что непокрытый убыток должника существует с 2019 года. Также наблюдается ежегодный рост убытка. Кредиторская задолженность резко выросла на 5168,84% или 17 419 000 рублей в 2020 году (начало убыточной деятельности), тогда как активы должника представлены основными средствами на общую сумму 873 653,59 руб. по балансовой стоимости и дебиторская задолженность в размере 1 333 392,76 руб., что свидетельствует, что обязательства явно превышают активы должника.

Присоединившись к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, ООО «Русский уголь» указывает, что обязанность оплатить задолженность по договору от 07.10.2020 № 80068-011/2020/10-1424-[22] возникла у ООО «АТГ» 05.02.2021, трехмесячный срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве истек 05.05.2021. Наличие неисполненного ООО «АТГ» обязательства подтверждается решением Арбитражного суда Красноярского края от 08.06.2021 по делу № № АЗЗ-10748/2021. По мнению истца, действия ответчиков не были направлены на достижение целей деятельности, ради которых было создано ООО «АТГ» - извлечение прибыли, а напротив прекратили ведение деятельности и попытались ликвидировать организацию, что привело к невозможности ООО «АТГ» погасить имеющуюся задолженность. У ООО «Альянс Тепло Групп» имелась возможность погасить долг перед истцом путем продолжения деятельности, заключения новых договоров, предложения отсрочки или рассрочки оплаты долга, заключения мирового соглашения, но в связи с неправомерными действиями ответчиков, которые не предприняли никаких действий, ООО «АТГ» задолженность перед кредитором АО «Русский Уголь» не погасило. Истец считает, что ответчики, как контролирующие лица, были обязаны инициировать процедуру банкротства ООО «Альянс Тепло Групп», поскольку общество имело признаки неплатежеспособности и (или) признаки недостаточности имущества, однако, не сделали этого. Также истец полагает что действия (бездействия) ответчиков привлеки к несостоятельности должника.

Не соглашаясь с заявленными требованиями, ответчики указывают, что с целью пополнения оборотных средств, погашения кредиторской задолженности, а именно: выплаты заработной платы, осуществления расчетов с поставщиками и т. д. ФИО1 вносила личные денежные средства на расчетный счет ООО «АТГ» в качестве займов. В соответствии с выпиской по счету ООО «АТГ», открытому у ПАО «Сбербанк России», за период с 2019 по 2022 год, совершались операции по выплате заработной платы, НДФЛ, оплате страховых взносов, перечисление алиментов, оплате поставщикам, внесение денежных средств ФИО1 на расчетный счет в качестве займов. Таким образом, более 12,5 млн. рублей были внесены на расчетный счет ООО «АТГ» ФИО1 с целью уменьшения кредиторской задолженности. Возврат займа, выплата процентов по договорам займа не производилась, что подтверждается выписками по счету. Таким образом, у Долголенко имелись основания полагать, что финансовые трудности ООО «АТГ» являются временными, в том числе связаны с пандемией. Повышение тарифов, взыскание дебиторской задолженности и привлечение собственных, заемных средств, по мнению, должно было привести к выходу из финансового кризиса. Ответчик добросовестно рассчитывали на преодоление финансовых трудностей в разумный срок, и приложили все необходимые усилия.

В соответствии с абзацем шестым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. 

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве такое заявление должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обязательств. 

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах) (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Таким образом, в статьях 9 и 61.12 Закона о банкротстве исчерпывающе определены условия для привлечения руководителя должника, ответственного за подачу должником в арбитражный суд заявления о банкротстве, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, равно как и размер такой ответственности. 

По смыслу приведенных норм права, а также принимая правила определения размера ответственности, по данному основанию надлежит установить дату возникновения обязанности руководителя по обращению в суд с соответствующим заявлением, а также объем обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Такая правовая позиция подтверждается Определением Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 N 305-ЭС19-9992. 

ООО «АТГ» зарегистрировано в качестве юридического лица Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 23 по Красноярскому краю 08.05.2019 за основным государственным регистрационным номером 1192468016400. Основным видом деятельности должника, отраженным в Едином государственном реестре юридических лиц, является производство, передача и распределение пара и горячей воды; кондиционирование воздуха (ОКВЭД 35.30).

В период с октября 2020 по январь 2021 года, а также в настоящее время директором ООО «АТГ» является ФИО1, при этом она также является учредителем ООО «АТГ» с долей 10% уставного капитала (10 000 руб.) с 08.05.2019. Вторым учредителем ООО «АТГ» с 08.05.2019 является ФИО2 с долей уставного капитала 90% (90 000 руб.).

По смыслу статьи 61.12 Закона о банкротстве  и разъяснений, данных в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – Постановление № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Исходя из содержания статьи 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

Заявление должника должно быть направлено в суд в случаях, предусмотренных настоящей статьей, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

При решении вопроса о возможности возложения на ответчика субсидиарной ответственности необходимо иметь в виду, что субсидиарная ответственность возлагается не в силу одного лишь факта неподачи заявления должника, а потому что указанное обстоятельство является презумпцией невозможности удовлетворения требований кредиторов, возникших в период просрочки подачи заявления о несостоятельности (банкротстве), по причине неподачи данного заявления.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Согласно абзацу тридцать четвертому статьи 2 Закона о банкротстве для целей данного Закона под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В рассматриваемом случае истцы ошибочно отождествляют неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве. Необходимо учитывать, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Вступая в должность руководителя, грамотный менеджер должен приступить к детальному анализу ситуации, развивающейся на таком предприятии, что соответствует смыслу разъяснений, приведенных в подпункте 2 пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица".

По результатам такого анализа не исключается возможность разработки и реализации экономически обоснованного плана, направленного на санацию должника, если его руководитель имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения результата (абзац второй пункта 9 постановления № 53).

Наличие такого плана может подтверждаться не только документом, поименованным соответствующим образом, но и совокупностью иных доказательств (например, перепиской с контрагентами, органами публичной власти, протоколами совещаний и т.п.).

При определении вины руководителей необходимо также учитывать специфику правового статуса самих должников-организаций, особенности их функционирования в гражданском обороте.

Деятельность предприятия, учрежденного в целях выполнения работ, оказания услуг жилищно-коммунального хозяйства, удовлетворения общественных потребностей характеризуется наличием значительной дебиторской задолженности граждан и иных потребителей, что, в свою очередь, не позволяет надлежащим образом гасить образовавшиеся долги перед поставщиком энергоресурса и бюджетом. Так, если дебиторская задолженность населения по оплате потребленных жилищно-коммунальных услуг обладает низкой степенью ликвидности, связанной преимущественно с соответствующим уровнем платежеспособности населения, мероприятия по ее истребованию, как правило, малоэффективны. В связи с этим деятельность таких предприятий в отсутствие субсидирования зачастую носит заведомо убыточный характер.

Указанный подход относительно установления оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательства юридического лица учитывая специфики его деятельности отражен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 302-ЭС20-23984 по делу N А19-4454/2017, определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021 N 305-ЭС21-4666(1,2,4) по делу N А40-240402/2016.

Вместе с тем, вопреки доводам истцов, наличие кредиторской задолженности у должника и невозможность своевременного исполнения предприятием обязательств перед кредитором – истцами, обусловлена спецификой деятельности общества с ограниченной ответственностью «Альянс Тепло Групп», работающего в сфере оказания услуг жилищно-коммунального хозяйства.

Как указывалось ранее, ООО «АТГ» зарегистрировано 08.05.2019, основным видом деятельности должника является производство, передача и распределение пара и горячей воды; кондиционирование воздуха.

30.03.2020 между ООО «Альянс Тепло Групп» и Администрацией поселка Саянский заключены договоры безвозмездного пользования муниципальным имуществом №9/4, № 8/4, договор аренды № 5/4 от 03.03.2020 муниципального имущества. Исходя из условий данных договоров, муниципальное образование передает ООО «АТГ» объекты теплоснабжения и горячего водоснабжения. Указанное имущество передается для эксплуатации и осуществления с использованием (эксплуатацией) муниципального имущества, деятельности по производству, передаче, распределению тепловой энергии и осуществлению горячего водоснабжения в границах муниципального образования поселок Саянский Рыбинского района Красноярского края. Также обществу переданы объекты водоотведения и водоочистки.

Постановлением Администрации поселка Саянский Рыбинского района Красноярского края от 03.12.2020 №219-П статус единой теплоснабжающей организации на территории поселка Саянский Рыбинского района присвоен за  обществом с ограниченной ответственностью «АЛЬЯНС ТЕПЛО ГРУПП». Постановлением Администрации поселка Саянский Рыбинского района Красноярского края от 19.03.2021 №45-П общество с ограниченной ответственностью «АЛЬЯНС ТЕПЛО ГРУПП» утратило указанный статус.

При этом ранее, обеспечение поселка коммунальными ресурсами осуществлялось ОАО «РЖД». Согласно Постановлению Администрации поселка Саянский Рыбинского района Красноярского края от 27.10.2020 №157-П ОАО «РЖД» признано утратившим статус единой теплоснабжающей организации на территории поселка Саянский Рыбинского района. Указанные функции осуществлялись ОАО «РЖД» с использованием объектов коммунальной инфраструктуры, принадлежащих на праве собственности. Как указывает истец, руководством ОАО «РЖД» принято решение о передаче имущества, за исключением объектов холодного водоснабжения, в дар муниципальному образованию (по причине того, что оказание коммунальных услуг населению и содержание объектов жилищно-коммунального комплекса не свойственно профилю деятельности ОАО «РЖД»). 31.10.2019 между ОАО «РЖД» в лице Красноярской дирекции по тепло-водоснабжению - структурного подразделения Центральной дирекции по тепло-водоснабжению - филиала ОАО «РЖД» и Муниципальным образованием п. Саянский через Администрацию п. Саянский заключен договор дарения (пожертвования) имущества, находящегося в собственности ОАО «РЖД», в собственность Муниципального образования поселка Саянский Рыбинского района Красноярского края (объектов коммунальной инфраструктуры). Согласно акту приема - передачи от 31.12.2019 Муниципальное образование пгт. Саянский через Администрацию п. Саянский приняло в муниципальную собственность имущество, находящееся в собственности ОАО «РЖД». Впоследствии указанное имущество  передано администрацией поселка в пользование ООО «АТГ» с целью обеспечения населения коммунальными ресурсами.

Следовательно, в 2019 году фактически деятельность единой теплоснабжающей организации осуществляло ОАО «Российские железные дороги», а не ООО «АТГ». При этом работники ОАО «Российские железные дороги», обслуживавшие объекты коммунальной инфраструктуры, приняты на работу в ООО «АЛЬЯНС ТЕПЛО ГРУПП», что не оспаривается сторонами и подтверждается штатными расписаниями обществ, сведениями, представленными ОСФР по Красноярскому краю.

Из дополнительных пояснений ОАО «Российские железные дороги» от 20.03.2024 следует, что расходы ОАО «Российские железные дороги» на содержание котельной составили 73,6 млн. рублей, доходы – 44,9 млн. рублей. Следовательно, деятельность, передаваемая должнику в целях обеспечения социально-значимых функция в  пгт. Саянский, имела заведомо убыточный характер 

По данным бухгалтерского баланса, анализа финансового состояния должника, проведенного временным управляющим в рамках дела о банкротстве, следует, что непокрытый убыток Общества существует с 2019 год. Также наблюдается ежегодный рост убытка. Кредиторская задолженность резко выросла на 5168,84% или 17 419 000 рублей в 2020 году (начало убыточной деятельности). Коэффициент соотношения заемного и собственного капитала показывает, что с 2019 по 2022 годы заемный капитал превышает собственный. Можно говорить о том, что организация ведет деятельность за счет заемных средств. Таким образом, структуру пассивов нельзя назвать положительной. Заемный капитал превышает собственный, деятельность ведется преимущественно за счет заемных средств. Чистая прибыль организации отрицательна с 2020 года (с года начала фактического ведения деятельности). Единственным активом должника являлась дебиторская задолженность в размере 1333 392,76 рублей. 

Из разъяснений, содержащихся в пункте 4 Постановления N 53, следует, что объективным банкротством является ситуация, при которой размер совокупных обязательств превышает реальную стоимостью его активов.

В то же время, в отношении субъектов, осуществляющих регулируемый вид деятельности, помимо наступления объективного банкротства, необходимо учитывать их правовое положение.

ООО «АТГ» осуществляло регулируемый вид деятельности по теплоснабжению и водоснабжению на основании регулируемых цен на территории Рыбинского района Красноярского края, осуществляло обеспечение бесперебойного функционирования социально значимых объектов тепло- и водоснабжения в пгт Саянский. Источниками пополнения оборотных средств для осуществления расчетов с кредиторами и погашения затрат на производственную деятельность являлась плата населения, организаций за поставленную тепловую энергию и горячее водоснабжение. При этом ситуация, при которой такая организация имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед организациями одновременно с дебиторской задолженностью граждан и иных потребителей, является обычной для функционирования организаций данного вида; в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты потребленных жилищно-коммунальных услуг граждане постоянно имеют просроченную задолженность перед ними.

Сложившиеся судебная практика определяет момент возникновения обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом с наличием признака неплатежеспособности, который свидетельствует об объективном банкротстве (пункт 9 Постановления N 53).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 по делу N 306-ЭС17-13670(3) указано, что при рассмотрении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом со стороны руководителя, необходимо оценивать осуществление деятельности в условиях естественной монополии и в связи с этим на невозможность прекращения правоотношений с поставщиками ресурсов, учитывая, в том числе, что конечными потребителями этих услуг являлись граждане.

Таким образом, исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации при рассмотрении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом при наличии объективного банкротства необходимо учитывать наличие в поведении лица противоправного поведения по принятию новых обязательств при невозможности погашения принятых ранее.

Судебными актами установлено, что задолженность должника перед истцами образовалась в 2020-2021 годах. При этом в указанный период работа в сфере жилищно-коммунального хозяйства существенно осложнилась пандемией коронавируса. Финансовые трудности и последующее банкротство должника обусловлено влиянием внешних факторов, находящихся вне контроля руководителя должника. 

Из пояснений АО «Русский уголь» следует, что 05.02.2021 в адрес АО «Русский уголь» направлено гарантийное письмо ООО «АТГ» (исх. №80), согласно которому обязуется погасить имеющуюся задолженность. При этом в судебном заседании истец  пояснил, что в пгт. Саянский сложилась критическая ситуация со снабжением котельных топливом и для ее предотвращения ООО «АТГ» необходимо 1 000 тонн топлива. АО «Русский уголь» в целях недопущения ЧС в пгт. Саянский и негативных последствий для АО «Русский уголь» связанных с односторонним отказом от исполнения договора, в адрес ООО «АТГ» уголь был отгружен.

Таким образом, общество продолжало хозяйственную деятельность, имеющую социальную значимость для населения, в целях осуществления деятельности должнику было передано имущество, ранее принадлежащее ОАО «Российские железные дороги». Наращивание кредиторской задолженности не зависело от действий контролирующих должника лиц, а осуществлялась в связи с необходимостью выполнения должником социально-значимой деятельности в целях недопущения чрезвычайной ситуации  в пгт. Саянский с учетом природных факторов и отопительным сезоном. 

Если банкротство должника вызвано объективно сложившейся негативной экономической конъюнктурой ведения предпринимательской деятельности и не зависит напрямую от действий контролирующих должника лиц, оснований для привлечения к субсидиарной ответственности отсутствуют (определение Верховного суда Российской Федерации от 29.09.2015 года N 301-ЭС15-12865).

ФИО1 и ФИО2 представили в суд исчерпывающие пояснения по мотивам совершения действий по управлению обществом-должником. Ответчиками привлекались дополнительные средства (займы) в целях обеспечения финансирования деятельности должника, в том числе с целью выплаты заработной платы работникам должника. Также должником предпринимались мероприятия по обращению в Министерство тарифной политики Красноярского края за повышением тарифов. Также ООО «АТГ» обращалось повторно для установления тарифов на 2021 год.  Приказом Министерства тарифной политики Красноярского края от 01.10.2020 установлены тарифы до 31.12.2020. Установленный размер тарифов, как следует из ответа Министерства тарифной политики Красноярского края №72/1773 от 03.07.2023, в два раза ниже предложенного размера тарифов обществом, в связи с невозможностью повышения тарифов, в том числе с пандемией, вызванной коронавирусом. 

Доводы истцов о неэфективности принятых мер ответчиками по взысканию дебиторской задолженности также признаются судом несостоятельными и опровергаются представленными  дела документами (судебные приказы, документы исполнительного производства и т.д.). Необходимо учитывать, что в рассматриваемый период (2020 год) имелись обстоятельства, которые вызваны угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также устанавливались  меры органами государственной власти и местного самоуправления по ограничению ее распространения, что также осложняло возможность взыскания задолженности с населения в оперативном порядке. Одновременно с  этим   к началу отопительного сезона общество не могло отказаться от деятельности. В вязи с чем, заслуживают внимание доводы ответчиков, о  том, что с учетом специфики деятельности должника направленной на обеспечение бесперебойного функционирования социально значимых объектов, они не имели объективной возможности отказаться от осуществления убыточной деятельности до определения органами местного самоуправления другого поставщика теплоносителя. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021), неоплата долга кредитору по конкретному договору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника, в связи с чем, не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения его руководителя в суд с заявлением о банкротстве. Наличие вступившего в законную силу судебных актов о взыскании денежных средств само по себе не свидетельствует о наличии оснований для обращения контролирующих лиц в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Юридически значимые для данной квалификации обстоятельства - возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, момент возникновения данного условия, факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия, объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, доказаны не были, в связи с чем суд отказывает в привлечении ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Аналогичным образом материалами дела не подтверждаются  доводы истца ОАО «Русский  уголь» о совершении ответчиками действий, приведших к банкротству общества.

Исходя из совокупности доказательств, пояснений сторон, суд не установил наличие доказательств возникновения обстоятельств, при которых контролирующие должника лица обязаны были обратиться в суд с заявлением должника о признании несостоятельным (банкротом), доказательств вывода ответчиками активов из общества, совершении ими действий, свидетельствующих о намеренном уклонении от исполнения обязательств, совершения подозрительных сделок также не установлено.

Судом также не установлено, а истцами не доказано наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по основаниям статье 61.11 Закона о банкротстве за невозможность полного погашения требований кредиторов. В соответствии с положениями пунктов 16-24 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Согласно разъяснениям в Постановления № 53  привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. 

При его применении судам необходимо учитывать сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность и самостоятельную ответственность такого субъекта, а также наличие у лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии и согласовании деловых решений. 

Требуется, чтобы неразумные или недобросовестные действия (бездействие), лиц, указанных в п. 1-3 ст. 53.1 ГК, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, т.е. фактически представляли собой доведение организации до банкротства.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно.

АО «Русский уголь» указывает, что должником выдавались займы, так же имелась задолженность перед кредиторами ПАО «Красноярсэнергосбыт», ОАО «РЖД», ФНС России. Задолженность возникла в 2020 году, в связи с чем, в период выдачи займов должник обладал признаками неплатежеспособности.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. 

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В пункте 23 постановления N 53 указано, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. В силу разъяснений, приведенных в пункте 18 постановления N 53, контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности. 

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В соответствии с п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. 

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов. 

Согласно пункту 16 Постановления Пленума ВС РФ N 53 от 21.12.2017 г. под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав). Правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, помимо прочего, правила о деликте. Соответствующий подход сформулирован в пунктах 2, 6, 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление N 53).

Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного или недобросовестного поведения руководителя должника, является контролирующим должника лицом (подпункт три пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Между тем, проверив представленные в материалы дела доказательства, суд установил, что ответчики одобрения на совершения сделок, повлекших неплатежеспособность общества, не выражали, не извлекли выгоды из их совершения, хоть и был контролирующими должника лицами, что не отрицали.

Действующее законодательство не предусматривает субсидиарную ответственность за сам по себе факт участия того или иного лица в уставном капитале общества, судебное разбирательство не должно сводиться только к доказыванию наличия презумпций. Суд в каждом случае должен прийти к мотивированному выводу о том, что послужило действительной причиной банкротства, а также установить причинно-следственную связь вменяемого нарушения с фактом последовавшего нарушения прав кредиторов, в данном деле такой причинно-следственной связи установлено не было, напротив, совокупность представленных в материалы дела доказательств и доводов участвующих в деле лиц в достаточной степени подтверждает отсутствие оснований полагать банкротство наступившим по вине ФИО1 и ФИО2.

Суд также руководствуется презумпциями, закрепленными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», и изложенные в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 N 305-ЭС19-14439(3-8) по делу N А40- 208852/2015, из которой следует, что только лишь подозрений в виновности ответчиков недостаточно для удовлетворения иска о привлечении к субсидиарной ответственности, в рамках рассматриваемой категории дел необходимо привести ясные и убедительные доказательства такой вины (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305- ЭС16-18600(5-8).

Законодательством о несостоятельности не предусмотрена презумпция наличия вины в доведении до банкротства только лишь за сам факт принадлежности ответчику статуса контролирующего лица.

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. 

Исходя из частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Суд, исследовав обстоятельства дела, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ в совокупности и во взаимосвязи представленные в материалы дела доказательства, приходит к выводу о том, что основания для привлечения ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности не установлены, поскольку в материалы дела в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представлены доказательства, подтверждающие наличие причинной связи между действиями контролирующих должника лиц и наступлением последствий (банкротством должника). 

Таким образом, суд приходит к выводу, что недоказанность истцами обстоятельств, входящих в предмет доказывания по настоящему спору, влечет отказ в удовлетворении заявленного требования в полном объеме.

В соответствии с пунктом 4 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае удовлетворения иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу.

Согласно части 5 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебных актах об отказе в удовлетворении иска, об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу.

Таким образом, поскольку судом отказано в удовлетворении заявленных требований, то после вступления в законную силу настоящего судебного акта, обеспечительные меры, принятые определениями Арбитражного суда Красноярского края от 28.12.2022, от 28.07.2023 по настоящему делу, подлежат отмене.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края 

 

РЕШИЛ:

в удовлетворении заявленных требований отказать.

 

После вступления настоящего решения в законную силу отменить меры по обеспечению иска, принятые определениями от 28.12.2022, от 28.07.2023.

 

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

 

Судья

В.В. Криспин