РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-66523/23-159-551

г. Москва

02 августа 2023 г.

Резолютивная часть решения объявлена 24 июля 2023года

Полный текст решения изготовлен 02 августа 2023 года

 

Арбитражный суд г. Москвы в составе:

Судья Константиновская Н.А.,  единолично,

при ведении протокола помощником судьи Жулиной Е.А.

рассмотрев в судебном заседании дело

по иску ФИО1

К ФИО2, ФИО3

Третьи лица: ООО «АСТЕЛИЯ-А», ООО «ДЕЦИМА-1», МИФНС России № 46 по г. Москве

О признании сделок недействительными, об обязании МИФНС России № 46 по г. Москве аннулировать записи

при участии:

от истца: ФИО4 по доверенности от 14.12.2022г.

от ответчика-1: неявка

от ответчика-2: ФИО5 по доверенности от 22.11.23г.

от третьих лиц: неявка 

 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО6. ФИО3 о признании договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «АСТЕЛИЯ-А» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в размере 25% стоимостью 2500 рублей, заключенный между ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС 

<

***>, зарегистрированной по адресу: 

<

...> Д.42А, кв.55, - и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН 

<

***>, зарегистрированным по адресу: 

<

...>, от 22.11.2022 года серия 50 АБ №8221249, зарегистрированного нотариусом Московской области ФИО7 за номером №50/452-п/50-2022-9-777 - недействительным и применить последствия недействительности сделки; признании договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «ДЕЦИМА-1» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в размере 25% стоимостью 2500 рублей, заключенный между ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС 

<

***>, зарегистрированной по адресу: 

<

...> Д.42А, кв.55, - и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН 

<

***>, зарегистрированным по адресу: 

<

...>, от 22.11.2022 года, зарегистрированного нотариусом Московской области ФИО7 за номером №50/452-п/50-2022-9-771 -недействительным и применить последствия недействительности сделки; данное решение считать основанием аннулирования записи ГРН 2227713788333 и ГРН 2227713786826 от 30.11.2022 года об изменении в составе учредителей ООО «АСТЕЛИЯ-А» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и ООО «ДЕЦИМА-1» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  (с учетом принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнения заявленных требований).

Исковые требования мотивированы тем, что спорные сделки заключены с нарушением порядка принятия таких решений без уведомления истца.

Истец заявленные требования поддержал.

Ответчик 1 извещенный о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в судебное заседание не явился, суд счел возможным рассмотрение дела в его отсутствие в порядке ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

Ответчик 2 заявленные требования не признал по доводам письменного отзыва на иск.

Изучив материалы дела, выслушав представителей стороны, суд приходит к следующему:

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что 22.11.2022 года ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, как участником ООО «АСТЕЛИЯ-А» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и ООО «ДЕЦИМА-1» (ОГРН 

<

***>, ИНН

<

***>) были незаконно отчуждены части принадлежащих ей долей в уставных капиталах в размере 25% в каждом вышеуказанных хозяйственных обществ, в пользу соучредителя и генерального директора ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1» - ФИО3, о чем МИФНС №46 по г.Москве 30.11.2022 года сделаны записи ГРН 2227713788333 и ГРН 2227713786826.

Указанные договоры купли-продажи долей в уставных капиталах ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1» от 22.11.2022 года были заключены в нотариальной форме при участии нотариуса Московской области ФИО7 между ФИО3 и ФИО8, действующей от имени и в интересах ФИО2 по доверенности, о чем в реестре были сделаны записи №50/452-п/50-2022-9-777 и №50/452-п/50-2022-9-771 соответственно.

Истец утверждает, что о заключенных сделках между ФИО2 и ФИО3 истец  узнала 25.12.2022 года при получении выписки из ЕГРЮЛ.

До совершения вышеуказанных сделок доли в хозяйственных обществах были распределены следующим образом: ФИО3 - 50% ФИО2 - 25% ФИО1 - 25% ООО «ДЕЦИМА-1»: ФИО3 - 50% ФИО2 - 25% ФИО1 - 25%.

В результате заключенных сделок купли-продажи частей в уставных капиталах ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1» между ФИО2 и ФИО3 последний, то есть ФИО3, стал владельцем 75% долей уставного капитала (стоимостью 7500 руб.) каждого из хозяйственных обществ (ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1» соответственно).

ФИО2 после продажи своих долей в ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1» перестала быть участником данных хозяйственных обществ, их учредителем. 

При этом о намерении продать свои доли в уставных капиталах ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1» ФИО2 не информировала соучредителя ФИО1 - истца.

Аналогично ФИО2 не были предложены доли в уставных капиталах ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1» самим хозяйственным обществам для последующего перераспределения в рамках общего собрания учредителей.

Из п.3.4 Устава ООО «АСТЕЛИЯ-А» (редакция №3, утвержден решением внеочередного общего собрания участников, Протокол №1-1 от 07.09.2022 года) следует, что участники общества обязаны соблюдать положения настоящего Устава.

В соответствии с п.4.6 Устава ООО «АСТЕЛИЯ-А» продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале общества третьим лицам не запрещена. Для перехода доли не требуется согласие всех участников общества.

Одновременно п.4.9 Устава ООО «АСТЕЛИЯ-А» устанавливает: порядок перехода доли или части доли в уставном капитале общества к другому участнику общества или к обществу определен положениями Федерального закона от 08.02.1998 года №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Учитывая п.1 ст.6, п.1 и п.2 ст.2 ГК РФ, пункты 1-2, 5-6, 10-12 и п. 18 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», ответчик (ФИО2) была обязана направить нотариально удостоверенное предложение о продаже своих долей в уставных капиталах в ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1» в адрес этих обществ.

После получения обществами (ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1») указанных нотариальных уведомлений от ФИО2 уведомленными о намерении продать свои доли считаются как сами общества, так и их участники, которые могут использовать свое преимущественное право покупки долей в уставных капиталах в течение 30 дней с момента получения обществами нотариально заверенных уведомлений от ФИО2

После истечения указанных 30 дней преимущественное право покупки долей в уставных капиталах переходит самим обществам, которым они могут воспользоваться в течение 7 дней.

По прошествии указанного срока и отсутствии покупателей из числа участников обществ доли в уставных капиталах могут быть реализованы третьим лицам.

Истец не писала нотариальный отказ от намерения приобрести доли в уставных капиталах, принадлежащих ФИО2, в порядке п.6 ст.21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», о получении обществами нотариального уведомления от ФИО2 о намерении последней продать свои доли в уставных капиталах не информирована своевременно, что расценивает как нарушение своих прав, как учредителя ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1».

Обязанность по информированию участников обществ в силу прямого указания закона (ст.40 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») возложена на единоличный исполнительный орган общества - генерального директора, то есть в данном случае на ответчика ФИО3

Одновременно ФИО3 являлся на момент заключения оспариваемых сделок не только генеральным директором ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1», то и их учредителем, которому принадлежали доли в размере 50% уставных капиталов указанных обществ.

Именно генеральный директор обществ в лице ФИО3 был уполномочен и обязан известить всех участников обществ, в том числе истца (ФИО1) о намерении ФИО2 продать свои доли в уставных капиталах ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1», чего им выполнено не было и привело к нарушению прав одного из учредителей обществ и самих обществ.

В рамках отношений при заключении оспариваемых сделок купли-продажи долей в уставных капиталах ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1» ответчик ФИО3 выступал не только как учредитель, но и как генеральный директор данных обществ, так как от должности на тот момент времени он отстранен не был.

Генеральный директор (ФИО3), являясь участником-покупателем и одновременного генеральным директором, по закону (п.1 ст.45 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») был заинтересованным в исходе сделки лицом: генеральный директор, владеющий большей частью долей уставного капитала, автоматически получает возможность принимать заведомо невыгодные решения для общества, но выгодные лично для себя.

Соответственно, заключенные генеральным директором и учредителем ООО «ДЕЦИМА-1» и ООО «АСТЕЛИЯ-А» ФИО3 сделки купли-продажи долей в уставных капиталах с учредителем указанных обществ ФИО2 являлись сделками с заинтересованностью, о которой перед заключением генеральный директор ФИО3 обязан был известить всех участников обществ, в том числе истца (ФИО1). Данная обязанность вытекает из содержания п.2 ст.45 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», а затем согласовать данные сделки на общих собраниях (п.3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Порядок извещения (уведомления) генеральным директором ФИО3 других участников обществ (ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1») о заключении сделки с заинтересованностью предусмотрен уставами ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1» с применением аналогии (п.1 ст.6 и п.1 и п.2 ст.2 ГК РФ).

По аналогии закона в силу п.6 ст.45 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и ввиду того, что оспариваемые сделки заключены не от имени самих обществ (ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1»), истец полагает, что имеет место применение и классификация рассматриваемых договоров в качестве оспоримых по основанию, предусмотренному ст. 173.1 ГК РФ.

Следовательно, ответчики (учредитель ФИО2 и учредитель и генеральный директор ФИО3) заключили сделки купли-продажи долей в уставных капиталах ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1» без получения согласия на заключение данной сделки с заинтересованностью от общего собрания участников обществ. Также имеет место противоречие между отсутствием в Уставах обществ (ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1») ограничения на предельный размер доли участника общества (п.4.9 Устава), свободным отчуждение долей общества между его участниками (п.4.6 Устава) и закрепленной в Уставе необходимостью кворума (пункты 4.2 и 4.3 Устава), указывают на тот факт, что фактически и юридически для решения вопросов, предусмотренных пунктами 4.2 и 4.3 Устава необходимо три участника, так как кворум равен двум третям голосов (2/3), то есть: два участника "за/против" и один участник "за/против".

Следовательно, и ФИО2, и ФИО3 при достижении между собой договорённости о продажи долей ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1» были обязаны   провести   общее   собрание   участников   обществ   (ООО   «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1»), где поставить на голосование вопрос о возможности реализации долей ФИО2 другому участнику общества с последующим изменением состава участников обществ, их учредительных документов (Уставов) либо о простом  выходе  ФИО2 из участия в обществах с  последующим перераспределением ее долей между оставшимися участниками (ФИО1, ФИО3) и самими обществами (ООО «АСТЕЛИЯ-А», ООО «ДЕЦИМА-1»). Однако таких действий от ФИО2, ФИО3 (как участника и генерального директора ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1») совершено не было.

Указанные недобросовестные действия ФИО2 и ФИО3, направленные на причинение вреда обществам (ООО «АСТЕЛИЯ-А», ООО «ДЕЦИМА-1») и другим их участникам (ФИО1), привели к тому, что любое общее собрание участников обществ после 30.11.2022 года (дата регистрации нового состава ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1» в МИФНС №46 по г.Москве) было неправомочным ввиду невозможности достижения его участниками установленного правового кворума в две трети голосов, так как осталось только два участника (ФИО3 - 75% и ФИО1 - 25%).

Таким образом, фактически согласие всех участников общества на продажу долей ФИО2 в уставных капиталах ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1» на момент заключения договоров купли-продажи долей в уставных капиталах между ФИО2 и ФИО3 в редакции Уставов от 07.09.2022 года требовалось, но получено не было.

Истец (ФИО1) полагает, что сделки - договоры купли-продажи долей в уставных капиталах ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1», принадлежащих ФИО2, по своей сущности не являлись сделками по отчуждению долей от участника общества к другому участнику, а лишь прикрывали выход участника (ФИО2) из состава участников обществ (ООО «АСТЕЛИЯ-А» и ООО «ДЕЦИМА-1») с целью исключить возможность пропорционального раздела долей между оставшимися участниками - ФИО1 и ФИО3 в порядке ст.26 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», что делает их ничтожными по основанию мнимости.

Указанные обстоятельства послужили поводом для обращения истца с настоящими требованиями.

Возражая против удовлетворения заявленных требований ответчик заявил об отсутствии оснований как по мотивам злоупотребления сторон при заключении оспариваемых сделок, так и по мотивам мнимости.

Суд, анализируя представленные по делу доказательства, правовые позиции сторон, приходит к следующему:

В силу пунктов 1 и 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора; условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Пунктом 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении (Постановление Президиума ВАС РФ от 07.02.2012 N 11746/11).

Мнимые сделки представляют собой действия, совершаемые для того, чтобы обмануть определенных лиц, не участвующих в этой сделке, создав у них ложное представление о намерениях участников этой сделки. Мнимость сделки связывается с пониманием сторонами того, что эта сделка их не связывает, и они не имеют намерений исполнять ее либо требовать ее исполнения. В случае совершения мнимой сделки воля сторон не направлена на достижение каких бы то ни было гражданско-правовых отношений между сторонами.

Для признания сделки недействительной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующий условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида при этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать исполнения.

Обращаясь с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 170 ГК РФ истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.04.2011 № 16002/10).

Мнимая сделка не предполагает исполнения, если же сделка исполнялась, она не может быть признана мнимой.

Таким образом, предметом доказывания по делу о признании сделки недействительной по мотиву мнимости являются обстоятельства отсутствия намерения у сторон по сделке на совершение и исполнение спорной сделки, а также тот факт, что данная сделка действительно не породила правовых последствий для сторон и третьих лиц.

Бремя доказывания названных обстоятельств в силу ст. 65 АПК РФ возлагается на истца, заявившего о мнимом характере сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

Между тем, истцом не представлено доказательств того, что спорный договор является мнимой сделкой, поскольку отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что у сторон изначально не имелось цели совершать сделку для вида без намерения создать соответствующих ей правовых последствий.

Договор заключен в соответствии с законодательно установленным порядком совершения сделок по отчуждению доли.

Согласно положениям п. 2 ст. 21 Федерального закона от 08.02.1998 г. № 14- ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участник общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества. Согласие других участников общества или общества на совершение такой сделки не требуется, если иное не предусмотрено уставом общества. Уставами обществ иных положений не предусмотрено.

В соответствии с п. 3.1. Устава, участникам общества предоставлены права, предусмотренные положениями ГК РФ и ФЗ от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» за исключением тех случае, когда положениями настоящего устава указанные права участников общества ограничены или не предоставлены положениями настоящего устава.

Согласно п. 3.2 Устава Участники общества вправе выйти из общества путем отчуждения своей доли обществу или потребовать приобретения обществом доли, в случаях, предусмотренных ФЗ от 08.02.1998 № 14-ФЗ «ОБ обществах с ограниченной ответственностью»

В силу п. 4.9 устава порядок перехода доли или части доли в уставном капитале общества к другому участнику общества и к обществу определен положениями ФЗ от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о действительном смысле совершенной сделки, о реальных намерениях сторон.

Ссылок на обстоятельства, относящихся к предмету доказывания по делу о признании сделки недействительной по мотиву мнимости, истцом не представлено.

В материалы дела представлены свидетельства об удостоверении решения органа управления юридического лица от 07.09.2022, в соответствии с которым истец голосовала за новую редакцию Устава.

Согласно положениям Федерального закона от 08.02.1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и положениям уставов обществ «АСТЕЛИЯ-А» и «ДЕЦИМА-1» у ФИО2 отсутствуют обязательства по информированию иных участников обществ или самих обществ о заключении сделок по отчуждению долей в уставных капиталах обществ с кем-либо из участников обществ. Также указанными положениями не предусмотрено обязательного получения согласия иных участников обществ на заключение оспариваемых сделок.

Положениями уставов обществ и положениями Федерального закона от 08.02.1998 г. № 14-ФЗ на ответчика ФИО2, при продаже долей в уставных капиталах обществ кому-либо из участников обществ, не возлагаются обязательства по направлению в общества предложений о приобретении отчуждаемых долей. Указываемый истцом порядок предложения обществам приобрести отчуждаемые доли применяется в случаях продажи долей в уставных капиталах обществ третьему лицу (лицу, не являющемуся участником обществ).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей.

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Между тем, в данном споре таких обстоятельств доказано не было.

С учетом изложенного, оснований к удовлетворению заявленных требований у суда не имеется.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 12, ГК РФ, ст. 4, 64-68, 70-71, 101-103, 110, 123, 137, 156, 167-171, 176 АПК РФ арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый Арбитражный Апелляционный суд в течении месяца со дня принятия.

 

Судья                                                                         Н.А. Константиновская