/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-18865/2017

14 февраля 2019 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     07 февраля 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  14 февраля 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Аносовой Н.В.,         судей Бурденкова Д.В., Слоневской А.Ю.

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Вовчок О.В.

 

при участии:

финансового управляющего Муштановой С.Т.

от ответчика: представители Иванова О.В. по доверенности от 05.97.2017, Богданова И.С. по доверенности от 23.03.2018

от Богомолова А.П.: представитель Тренина М.В. по доверенности от 24.04.2018, Волков С.В. по доверенности от 24.04.2018

 

рассмотрев апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-33238/2018)  финансового управляющего Муштаковой Светланы Тихоновны на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.10.2018 по делу № А56-18865/2017 (судья А.А.Шведов), принятое

по заявлению финансового управляющего Муштаковой Светланы Тихоновны 

об оспаривании сделок должника

ответчик по обособленному спору: Береснева Ольга Борисовна 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина Береснева Андрея Вадимовича, 

установил:

В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области обратился Богомолов А.П. (далее - кредитор) с заявлением о признании                 Береснева А.В. (далее - должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением от 21.03.2017 заявление принято; возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве). 

Решением от 25.07.2017, резолютивная часть которого объявлена 04.07.2017, должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утверждена Муштакова С.Т. 

В суд поступило заявление финансового управляющего о признании недействительным пункта 13 брачного договора от 05.10.2004.

Определением от 30.10.2018 суд отказал в удовлетворении заявления.

Финансовый управляющий не согласился с вынесенным определением и обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

По мнению подателя апелляционной жалобы, судом первой инстанции не принято во внимание, что оспариваемый пункт 13 брачного договора  ставит должника в крайне неблагоприятные для него условия, в связи с чем указанный пункт является кабальным.

Также финансовый управляющий полагал, что выплата денежные средств после расторжения брака, в настоящем случае не может являться алиментами на основании пункта 1 статьи 90 Семейного кодекса Российской Федерации, в силу чего, указанный пункт является ничтожным условием договора.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции финансовый управляющий доводы апелляционной жалобы поддержал.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Представитель Богомолова А.П. согласился с доводами апелляционной жалобы.

Береснева О.Б. ходатайствовала об истребовании доказательств у органов государственной власти с целью подтверждения имущественного положения должника.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев ходатайство ответчика об истребовании документов, отклонил его по следующим основаниям. 

Из положений абзаца 2 части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что в ходатайстве об истребовании доказательств должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. Арбитражный суд также вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства, если сочтет, что оно не относится к делу.

Законодательством суду предоставлено право, а не установлена обязанность истребования дополнительных доказательств в подтверждение правомерности доводов стороны, поскольку, бремя доказывания обстоятельств лежит на их заявителе, что связано с принципом состязательности в арбитражном процессе.

Апелляционный суд приходит к выводу о том, что ходатайство ответчика, об истребовании документов подлежит отклонению, поскольку материалы дела содержат исчерпывающие сведения, необходимые для рассмотрения дела, при этом ходатайство не соответствует требованиям изложенным в части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в силу того, что истцом не указаны причины, препятствующие получению испрашиваемых доказательств.

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, 05.10.2004 между Бересневым А.В. (супруг) и Бересневой О.Б. (супруга) был заключен брачный договор, по условиям пункта 13 которого должник обязался в случае развода выплачивать супруге пожизненно денежную компенсацию в размере 4 000,00 долларов США каждый месяц.

Договор заключен сторонами в письменной форме и удостоверен нотариусом.

15.09.2015 брак между должником и ответчиком расторгнут.

Финансовый управляющий полагая, что указанный пункт договора является кабальным и ничтожным, обратился в суд с заявлением о признании недействительным пункта 13 брачного договора от 05.10.2004.

Применив нормы гражданского, семейного и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства,  суд первой инстанции счел заявление необоснованным.

Проверив законность и обоснованность определение арбитражного суда первой инстанции, апелляционный суд полагает необходимым его отменить в связи со следующим.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Согласно статье 40 Семейного кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент заключения брачного договора, далее – СК РФ) брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Статьей 44 СК РФ предусмотрено, что брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок.

Суд может также признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение. 

Условия брачного договора, нарушающие другие требования пункта 3 статьи 42 настоящего Кодекса, ничтожны.

Из смысла пункта 2 статьи 44 СК РФ следует, что при заключении брачного контракта один из супругов ставится в крайне неблагоприятное положение и брачный договор заключается на крайне невыгодных для него условиях, и эти неблагоприятные условия определяют имущественные права и обязанности супругов как в момент заключения договора, так и на будущее время.

Как разъяснено в подпункте 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов могут быть оспорены по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

Исходя из пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или статьей 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ установлено, что пунктом 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции названного Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктом 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона).

Поскольку спорный брачный договор дарения квартиры заключен в 2004 году, с учетом пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ, признание его недействительным возможно лишь на основании статьи 10 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные в рамках статьи 10 ГК РФ, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Поскольку сделка оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелось ли у сторон сделки намерение причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы должника.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов (о намерении причинения которого необходимо доказать в соответствии со статьей 10 ГК РФ), понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления N 25).

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Как следует из пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" Если в судебном порядке определены алиментные обязательства должника, финансовый управляющий, кредиторы должника вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке соответствующий судебный акт при условии, что этим судебным актом нарушены их права и законные интересы. В случае пропуска ими процессуального срока обжалования судебного постановления суд может его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов (статья 112 ГПК РФ).

Внесудебное соглашение об уплате алиментов может быть признано недействительным по заявлению финансового управляющего, кредиторов должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, в той части, в которой предоставление, причитающееся получателю алиментов, превосходит его разумно достаточные потребности, чем причиняется ущерб интересам иных кредиторов (статья 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170 ГК РФ). Соответствующее заявление подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве. Заявления о признании недействительными соглашений об уплате алиментов по иным основаниям подлежат рассмотрению в исковом порядке судами общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности; соответствующий иск может быть подан, в частности, финансовым управляющим от имени должника.

Разрешая вопрос о недействительности соглашения об уплате алиментов по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов, арбитражный суд проверяет, была ли направлена сделка на достижение противоправных целей в момент ее совершения. Если же негативные последствия для кредиторов возникли впоследствии, например, по причине ухудшения имущественного положения гражданина-должника и возникшего в связи с этим существенного дисбаланса между правами кредиторов и правами получателя алиментов, должник, финансовый управляющий его имуществом, кредиторы должника, чьи требования признаны обоснованными арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, вправе предъявить иск об изменении или о расторжении соглашения об уплате алиментов (пункт 4 статьи 101 СК РФ). 

По смыслу разъяснения, изложенного в абзаце пятом пункта 8 Постановления N 63, могут оспариваться в качестве неравноценных, в том числе, сделки, стороны которых заведомо рассматривали условие о размере стоимости предоставления контрагента должника как фиктивное, заранее осознавая, что оно не будет исполнено.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

С учетом указанных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки мнимой необходимо доказать наличие у лиц, участвующих в сделке, отсутствие намерений исполнять сделку. Однако, исполнение (полное или частичное) договора одной из сторон в условиях, когда конечная цель сделки не была достигнута, может свидетельствовать об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой.

Апелляционным судом установлено на основании поступивших документов как от финансового управляющего, так и от ответчика, что на момент заключения брачного договора должник не имел финансовую возможность в случае расторжения брака выплачивать супруге ежемесячно  определенную сторонами сумму в размере 4 000 долларов США.

Из приведенного финансовым управляющим расчета следует,  что среднемесячная заработная плата должника в период 2000 по 2011 года составляла в долларовом эквиваленте 665,49 долларов США, а в 2004 году – 693,08 долларов США.

Также необходимо отметить, что согласно статье 317 ГК РФ (в редакции, действительной на момент заключения брачного договора) денежные обязательства должны быть выражены в рублях (пункт 1).

В денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте, или в условных денежных единицах (экю, "специальных правах заимствования" и др.). В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон (пункт 2).

Брачным договором курс и дата пересчета не установлены, пересчет осуществляется по официальному курсу на дату фактического платежа.

Однако, с учетом роста курса доллара США по отношению к российскому рублю на протяжении последних 15 лет, стороны брачного договора, в том числе сам супруг не выходил с инициативой внести изменения в брачный договор, осознавая, что он не имеет финансовой возможности выполнить условия пункта 13 брачного договора.

Доказательств обратного апелляционному суду не представлено.

Документы о приобретении на основании договора долевого участия в строительстве двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Альпийский переулок, д.37, кор. 1, кв.4, право собственности, на которую было зарегистрировано за Бересневым А.В, 31.08.2001, лишь подтверждают факт приобретения во время брака указанной квартиры, при этом документов, свидетельствующих о том, что квартира приобреталась исключительно за счет полученного должником доходов, ответчиком не представлено.

Кроме того, в 2009 году должник произвел отчуждение, квартиры в пользу своей дочери – Бересневой Е.А.

Из  договора от 13.07.2004 о продаже должником, принадлежащей ему на праве частной собственности квартиры по адресу: Санкт-Петербург, улица Доблести,  дом 26, корпус 2, квартира 433, следует, что квартира была продана за 119654 рублей, что составляет в долларовом эквиваленте 4 107,13 долларов США, исходя из курса доллара, установленного Центробанком РФ на 13.07.2004. 

Данное обстоятельство действительно, подтверждает получение в июле 2004 года супругами дохода от продажи квартиры, однако не свидетельствует о возможности должником  выплачивать ежемесячно супруге, в случае развода пожизненно денежную компенсацию в размере 4 000 долларов США.

Таким образом, в ситуации, когда супруг не обладал финансовой возможностью, позволяющей ему выполнить условия брачного договора (пункт 13), обязательство по выплате денежных средств ежемесячно в размере 4 000 долларов США, является мнимой.

Кроме того, необходимо отметить, что после расторжения брака должник его условия не исполняет, что подтверждается заявлением Бересневой О.Б. о включении требования, основанного на задолженности по брачному договору, в реестр требований кредиторов.

При этом, Бреснева О.Б. после расторжения брака в 2015 году  и до признания должника банкротов в суд с заявлением о взыскании задолженности по условиям брачного договора не обращалась, что свидетельствует об отсутствие, как должника, так ответчика выполнять условия пункта 13 брачного договора, а также о намерении бывших супругов уменьшить конкурсную массу должника при рассмотрении дела о банкротстве Береснева А.В.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает необходимым удовлетворить заявление финансового управляющего о признании пункта 13 брачного договора недействительным.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины распределены в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 30.10.2018 по делу №  А56-18865/2017/сд.1 отменить.

Признать недействительным пункт 13 брачного договора от 05.10.2004, заключенного между Бересневым Андреем Владимировичем и Бересневой Ольгой Борисовной.

Взыскать с Бересневой Ольги Борисовныи и Береснева Андрея Владимировича  в пользу Муштаковой Светланы Тихоновны по 4500 рублей  расходов по уплате государственной пошлины.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Н.В. Аносова

Судьи

 

Д.В. Бурденков

 А.Ю. Слоневская