ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-17372/2023

г. Челябинск

30 января 2024 года

Дело № А47-2012/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 января 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 января 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Матвеевой С.В., 

судей Калиной И.В., Поздняковой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 09.11.2023 по делу № А47-2012/2018.  

В судебном заседании, проводимом посредством использования системы веб-конференции, приняли участие:

представитель публичного акционерного общества «Сбербанк России» - ФИО3 (паспорт; доверенность);

конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Буровая компания «Бурводэкология» ФИО4 (паспорт);

представитель ФИО2 - ФИО5 (паспорт; доверенность от 26.10.2023).

 

 Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 07.03.2018  по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк» (далее – кредитор, банк) возбуждено производство по делу о банкротстве  индивидуального предпринимателя Главы КФХ ФИО2  (далее – должник).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 28.05.2018  (резолютивная часть от 18.05.2018) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должником утвержден ФИО6. Требования кредитора признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов  должника в сумме 11 648 281 руб. 28 коп. как обязательства, обеспеченные  залогом имущества должника.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 24.07.2018  (резолютивная часть от 18.07.2018) должник признан банкротом с открытием конкурсного производства, конкурсным управляющим должником утвержден  ФИО6 (далее – конкурсный управляющий).

12.05.2020 конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании доказанным наличия оснований  для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2; просил приостановить рассмотрение заявления в части установления  ответственности до окончания расчетов с кредиторами (с учетом уточненных исковых требований, принятых судом).         

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от  23.07.2021, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2021, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам КФХ.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от  01.04.2022 определение суда от 23.07.2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2021 отменены; обособленный спор направлен на новое рассмотрение в  Арбитражный суд Оренбургской области.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 09.11.2023 (резолютивная часть от 01.11.2023) признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности;  рассмотрение настоящего заявления приостановлено до окончания  расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением суда, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда отменить.

Апеллянт в доводах своей апелляционной жалобы ссылается на то, что из  судебного  акта не ясно, имеются ли основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательству перед ПАО Сбербанк, вытекающим из поручительства физического лица. Данный вопрос является одним из основных, так как реестр требований кредиторов на более чем 70% состоит из данного требования. Привлечение ФИО2 по обязательствам, ИП главы КФХ невозможно, так, как судебным актом было установлено, что в данном случае ИП глава КФХ и физическое лицо являются одним и тем же субъектом права. Частичная непередача документов никак не повлияла на проведение процедуры, а тот факт, что конкурсному управляющему пришлось делать запрос в государственные органы - это находится в рамках обычной деятельности управляющего, конкурсный управляющий в любом случае обязан делать запросы в государственные органы, вне зависимости от предоставления сведений должником. Действия ФИО2 как физического лица по дарению своего имущества третьему лицу, которые в дальнейшем были оспорены в рамках банкротного дела и возвращены в конкурсную массу, а в дальнейшем в суде общей юрисдикции по решению Оренбургского областного суда переданы бывшей жене должника, не были направлены на уменьшение имущества ИП главы КФХ, так как имущество принадлежало ему как физическому лицу, а не ИП главе КФХ, в связи с чем нельзя сделать вывод о том, что должник совершал какие-либо сделки, которые повлияли на уменьшение активов ИП глава КФХ. Кроме того, конкурсный управляющий не доказал момент возникновения признаков объективного банкротства у ИП главы КФХ, хотя суд неоднократно в судебных заседаниях требовал представить доказательства того, когда пассивы ИП главы КФХ превысили его активы, а представил только доказательства наличия обязательств.

Поступившие до начала судебного заседания через электронную систему «Мой Арбитр» от конкурсного управляющего ФИО6, ПАО «Сбербанк России» отзывы на апелляционную жалобу с доказательствами направления их в адрес лиц, участвующих в деле, приобщены к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель апеллянта поддержал доводы жалобы в полном объеме, просил определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.  

Представитель ПАО «Сбербанк России», конкурсный управляющий просили определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие иных неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладает, в том числе арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

На основании пункта 5 статьи 61.14 вышеуказанного Закона заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В силу пункта 1 статьи 61.16 Закона о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2. Закона о банкротстве, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных Законом.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Индивидуальный предприниматель Глава КФХ ФИО2 зарегистрирован Межрайонной ИФНС России № 10 по Оренбургской  области 20.05.2010.

Дело о банкротстве возбуждено определением суда от  07.03.2018 по заявлению кредитора – ПАО «Сбербанк России» в  связи с неисполнением должником обязательств.

КФХ прекратило деятельность в связи с принятием судом  24.07.2018 решения о признании его несостоятельным (банкротом). 

Конкурсный управляющий ФИО6, исполняя возложенные на него обязанности, обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.  

Требование конкурсного управляющего должника мотивировано неподачей заявления о банкротстве в установленный срок,  непередачей конкурсному управляющему документов, совершением действий, которые привели к причинению вреда кредиторам - должник выводил активы, что подтверждается вступившими в законную силу определениями суда о признании сделок должника  недействительными.

Конкурсный управляющий должника просил признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, приостановить рассмотрение заявления в части установления  размера ответственности до окончания расчетов с кредиторам.

В суде первой инстанции ответчик возражал по доводам конкурсного управляющего. Указал, что транспортные средства были приобретены за счет собственных средств должника как физического лица, так как прибыль, полученная с ИП главы КФХ, не позволила бы приобрести данные средства. Имуществом, которое было приобретено должником как ИП глава КФХ, является комбайн, а также часть объектов недвижимости.

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции обосновано руководствовался следующим. 

Банкротство крестьянских (фермерских) хозяйств осуществляется по общим правилам Закона о банкротстве с особенностями, установленными параграфом 3 главы X указанно Закона.

Конкурсную массу крестьянского (фермерского) хозяйства составляет имущество, принадлежащее на праве общей собственности членам этого хозяйства. Перечень имущества (вещи и имущественные права) установлен пунктом 1 статьи 221 Закона о банкротстве.

Имущество, принадлежащее главе крестьянского (фермерского) хозяйства и членам крестьянского (фермерского) хозяйства на праве собственности, а также иное имущество, в отношении которого доказано, что оно приобретено на доходы, не являющиеся общим средствами крестьянского (фермерского) хозяйства, не включается в конкурсную массу (пункт статьи 221 Закона о банкротстве).

Таким образом, Закон о банкротстве разделяет имущество КФХ и личное имущество ИП главы КФХ.

В том случае, если конкретными виновными действиями ИП главы КФХ должнику будут причинены убытки, то ответственность ИП главы КФХ не может быть ограничена исключительно имуществом, внесенным в состав имущества КФХ, а такое лицо должно будет в порядке субсидиарной ответственности отвечать всем своим имуществом, в том числе личным. Иное означало бы возможность ухода виновного лица от материальной ответственности и нарушило бы права кредиторов должника.

Соответственно, в зависимости от конкретных действий ИП главы КФХ лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

В соответствии со статьей 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

На основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из обстоятельств, указанных в пункте названной статьи, в том числе если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Соответствующая обязанность руководителя предприятия по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности предприятия предусмотрена статьей 6, 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете), а обязанность руководителя должника передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника - статьей 126 Закона о банкротстве

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 29 Закона о бухгалтерском учете) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

При этом в соответствии с пунктом 2 статьи 401, пунктом 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В пункте 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве содержится аналогичное по сути правило, согласно которому контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Закон обязывает участников гражданских правоотношений при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Требование абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом.

Материалами дела установлено ненадлежащее исполнение должником императивно установленной обязанности по передаче документации, имущества конкурсному управляющему (определения суда от 24.12.2018, 01.04.2019, 29.06.2020).

На стадии апелляционного производства данный факт документально не опровергнут. 

При этом, согласно пояснениям конкурсного управляющего, непередача документов в отношении объектов недвижимости и транспортных средств затягивает процедуру банкротства, увеличивает расходы конкурсного управляющего, увеличивает текущие  обязательства должника. Отсутствие ключей в отношении объектов недвижимости и транспортных средств уменьшает потребительский спрос при продаже какого-либо имущества, соответственно, затягивает процедуру банкротства, влечет дополнительные текущие расходы в процедуре. Непредставление ответчиком расшифровки кредиторской  задолженности влечет невозможность определения контрагентов  должника, соответственно, увеличивает расходы конкурсного  управляющего, увеличивает текущие обязательства должника. Непредставление ответчиком договоров, соглашений, контрактов, привело к невозможности определения круга контрагентов, в т.ч. дебиторов должника, взыскания с них дебиторской задолженности, оспаривания сделок должника, что, как следствие,  привело к невозможности установления источников пополнения  конкурсной массы. При таких обстоятельствах невозможно выявить контрагентов должника, совершенные в период подозрительности  сделки и их условия, невозможно проанализировать эти сделки и  рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях  пополнения конкурсной массы. Отсутствие документов, подтверждающих отчуждение земельного участка с кадастровым №56:17:0000000:64 (СПК-колхоз «Байрак»), привело к увеличению расходов конкурсного управляющего, увеличению текущих обязательств должника в связи с поиском и  анализом предметной документации. Через значительное время было установлено, что на базе указанного земельного участка сформировался «большой» земельный участок, площадью 161 га, кадастровый № 56:17:0000000:898, который был незаконной отчужден должником.  Конкурсный управляющий после проверки всех документов,  полученных вопреки ответчику, оспорил сделку и вернул земельный  участок с кадастровым № 56:17:0000000:898 в конкурсную массу  должника. Также вопреки непредставлению ответчиком никакой  информации (и документов) об иных объектах недвижимости, оспорены и возвращены в конкурсную массу должника еще три объекта недвижимости, с кадастровыми №№: 56:17:1101001:592  (земельный участок); 56:17:1101001:615 (нежилое здание);  56:17:0501001:259 (нежилое здание). Отсутствие сведений о месте сева с/х культур, координат/ориентиров и карт полей, используемых должником,  сведений выразилось в невозможности пополнить конкурную массу за  счет продуктов сельскохозяйственной деятельности должника.  

С учетом изложенного, довод ФИО2 о том, что непередача документов арбитражному управляющему не повлияла на ход ведения процедуры, не соответствует обстоятельствам дела о банкротстве.

Помимо изложенного, судом установлен и ответчиком не опровергнут факт совершения должником сделок по  отчуждению недвижимого имущества, которыми был причинен существенный вред имущественным правам кредиторов. Так, в рамках дела о банкротстве ИП Главы КФХ ФИО2 арбитражным судом рассмотрено пять заявлений конкурсного управляющего ФИО6 о признании недействительными сделок должника по  отчуждению наиболее ликвидного имущества должника, а также признаны незаконными иные действия  должника.

При этом в период совершения должником действий по отчуждению  движимого и недвижимого имущества у КФХ имелись признаки  неплатежеспособности, законность данных сделок была предметом оценки суда в рамках обособленных споров по настоящему делу и вступившими в законную силу судебными актами требования о признании сделок недействительными удовлетворены (определения суда от 28.05.2019, 03.08.2020, 11.07.2019, 19.07.2019, 24.10.2019, 04.08.2020, 24.10.2019).

После возврата имущества в конкурсную массу ИП Главы КФХ, супругой должника ФИО7 в суд общей  юрисдикции было предъявлено исковое заявление о разделе совместного нажитого имущества супругов. 

Решением Абдулинского районного суда Оренбургской области от 27.10.2020, измененным Апелляционным определением Оренбургского областного суда №33-825/2021 от 18.02.2021 и  определением 6 КАС №88-11441/2021 от 27.05.21 произведен раздел имущества супругов, земельные  участки и объекты недвижимости по оспоренным сделкам переданы в собственность супруге должника ФИО7 

Суд обращает внимание, что сам по себе факт последующей передачи судом общей юрисдикции (в 2021 году) ФИО7  возвращенных в конкурсную массу ИП главы КФХ ФИО2 части объектов недвижимости не исключает уже установленных судами (в 2019 году) противоправных действий должника по выводу  активов, явившихся одной из причин собственного банкротства и утраты основного направления  деятельности. 

Как отметил в своих письменных пояснениях Банк, порядок распределения объектов недвижимости носил случайный характер (по отношению к воле супругов), поскольку был определен судом (в утверждении мирового соглашения супругам было отказано) и обусловлен невозможностью иного равного (по цене)  пообъектного раздела имущества. 

Наличие факта причинения вреда, установленного вступившими в законную силу судебными актами, не может быть поставлено в зависимость от последующего раздела судом общей юрисдикции имущества между супругами,  поскольку в противном случае возникает конфликт судебных актов.

Последующее изменение судом общей юрисдикции правового режима собственности (на личное  имущество) ранее возвращенного Арбитражным судом в конкурсную массу ИП Главы КФХ имущества,  никак не исключило убыточности недействительных сделок (по объектам, имеющих явно с/х  предназначение – земли с/з назначения, нежилые здания, движимое имущество), поскольку в результате  их заключения в 2014 – 2018 годах утрачено основное направление деятельности должника.

Кроме того, согласно пояснениям конкурсного управляющего, должник в период с 11.08.2016 по 28.11.2017 осуществил перечисления денежных средств ФИО8 (сыну должника): 11.08.2016-100 000 руб.; 18.08.2016- 90 000 руб.; 20.09.2016-25 000 руб.; 05.10.2016- 370 000 руб.; 25.10.2016- 4 000 руб.; 28.10.2016- 30 000 руб.; 03.11.2016- 19 000 руб.; 07.11.2016- 25 000 руб.; 08.11.2016- 46 000 руб.; 14.11.2016- 70 000 руб.; 21.11.2016- 6 000 руб.; 15.12.2016- 470 000 руб.; 16.01.2017- 5 000 руб.; 27.01.2017- 2 000 руб.; 02.02.2017- 10 000 руб.; 07.02.2017- 7 000 руб., 28.11.2017 - 540 000 руб. Документальных подтверждений, что денежные средства в размере 1 819 000 руб. не имеют отношения к ИП Главе КФХ ФИО9, суду не представлено.  Взыскать с ФИО8 денежные средства в конкурсную  массу должника не представилось возможным - решением Арбитражного суда Оренбургской области по делу  № А47-15976/2019 от 21.01.2020 ФИО8 признан банкротом. ИП Глава КФХ ФИО2 в лице конкурсного управляющего ФИО6 28.02.2020 обратился в арбитражный суд с  требованием кредитора на общую сумму 1 819 000 руб. Определением суда от 08.07.2020 по делу № А47-15976/2019  требование ИП Главы КФХ ФИО2 в  размере 1 819 000 руб. признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника – ФИО8

Таким образом, в результате совершения названных сделок из собственности должника выбыла часть объектов недвижимости, должник утратил возможность продолжать осуществлять одно из направлений  хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее доход.

Довод апеллянта о том, оспоренные сделки не повлекли уменьшения имущества ИП главы КФХ, так как имущество принадлежало ему как физическому лицу, а не ИП главе КФХ – основан на неправильном толковании закона. Отсутствие имущества у субсидиарного ответчика не позволит погасить требования кредиторов должника.

Нормами пункта 1 статьи 61.12 названного Закона установлена субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о признании его несостоятельным (банкротом).

Так, положениями пункта 1 статьи 61.12 вышеназванного Закона установлено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает, что конкурсным управляющим не доказан момент возникновения признаков объективного банкротства у ИП главы КФХ ФИО2

Вместе с тем, материалами дела установлено, что банкротство должника явилось следствием неисполнения ООО Буровая компания «БурВодЭкология» обязательств по кредитным договорам, исполнение которых обеспечилось, в том числе поручительством должника и залогом принадлежащих ему объектов  недвижимости.

При этом первоначально в рамках гражданского дела, возбужденного по заявлению ПАО «Сбербанк» о взыскании задолженности по кредитным договорам, заключено мировое соглашение, 23.06.2015 выданы исполнительные листы на  принудительное исполнение.

Указанная задолженность перед ПАО «Сбербанк» положена в основу определения Арбитражного суда Оренбургской области от 28.05.2018 о введении в отношении ИП главы КФХ ФИО2 процедуры  наблюдения.

Именно задолженность перед Банком послужила основанием для возбуждения в отношении  должника дела о банкротстве. 

Соответственно с июня 2015 года на ИП  главы КФХ ФИО2 лежала обязанность обратиться в суд с заявлением о признании КФХ банкротом, однако им этого сделано не было.

Суд обращает внимание, что после июля 2015 ответчиком совершались сделки, впоследствии признанные недействительными судебными актами (договор дарения земельного участка от 20.09.2016, заключенный между ФИО2 и ФИО10; договор  купли-продажи земельного участка с нежилым зданием от 22.01.2018,  заключенный между ФИО2 и ФИО10; договор  купли-продажи нежилого здания от 22.01.2018, заключенный между  ФИО2 и ФИО10; вывоз имущества должника в  количестве 32 шт. бетонных плит; перечисление своему сыну ФИО8 денежных средств в указанной сумме в период с 11.08.2016 по  28.11.2017).

После указанной даты у должника возникла задолженность  перед иными кредиторами: ООО «БашАгроТехКомплект», ООО «ОренТЭК56, ООО «Самараагропереработка»,  ООО «АгроПром», Федеральная налоговая служба. 

При этом судом первой инстанции верно установлено, что только задолженность перед Федеральной налоговой службой в  сумме 32 272 руб. является личным обязательством ФИО2  (письмо от 30.01.2023г № 08-17/01751@).

Факт того, что задолженность перед ПАО «Сбербанк» не является личным обязательством, подтверждается определением суда от 28.05.2018, которым требование банка включено в реестр требований кредиторов должника. Указанный судебный акт вступил в законную силу.    

При этом суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что участниками ООО Буровая Компания «БурВодЭкология», а также его руководителем являлись контролирующие общества лица: ФИО8, ФИО2 (сын и отец): 1) Кредитный договор № 

<

***> от 18.10.2012 (кредит на  сумму 2 500 000 руб.) со стороны основного заемщика - ООО  Буровая Компания «БурВодЭкология» подписывал генеральный  директор ФИО2. Поручителем по договору поручительства № 

<

***>/1 от  18.10.2012 являлся ФИО2. Залогодателем по договору залога № 

<

***>/2 от  18.10.2012 являлся ФИО2.  Предмет залога – МАЗ 5334, 1986 г.в. 2) Кредитный договор № 

<

***> от 27.03.2013 (кредит на сумму  10 000 000 руб.) со стороны основного заемщика - ООО Буровая  Компания «БурВодЭкология» подписывал генеральный директор  ФИО2. Поручителем по договору поручительства № 3966 от 27.03.2013  являлся ФИО2. Залогодателем по договору ипотеки № 2813 от 27.03.2013  являлся ФИО2.  Предмет ипотеки:  объект недвижимости – главный производственный корпус  молзавода, адрес: 

<

...>, условный номер 56-56- 24/005/2012-303; право собственности залогодателя подтверждается  договором купли-продажи от 15.10.2012; здание котельной, адрес: 

<

...>, условный номер 56-56- 24/005/2012-303; право собственности залогодателя подтверждается  договором купли-продажи от 15.10.2012; земельный участок, общая площадь 12 762 кв.м., адрес:  

<

...>, условный номер 56:17:0503003:51; право собственности  залогодателя подтверждается договором купли-продажи от  15.10.2013;  3)Кредитный договор № 

<

***> от 05.08.2013 (кредит на сумму  4 769 550 руб.) заключен Банком с ИП Главой КФХ ФИО2;  цель кредита – на приобретение транспортного средства: комбайн самоходный зерноуборочный Лида – 1300, 2013 г.в.  Залогодателем по договору залога № 2971 от 05.08.2013  являлся ИП Глава КФХ ФИО2  Предмет залога – комбайн самоходный зерноуборочный Лида – 1300, 2013 г.в.  Залогодателем по договору залога № 2972 от 05.08.2013  являлся ИП Глава КФХ ФИО2  Предмет залога – ЗИЛ 131, 1985 г.в., ЗИЛ 131 1985 г.в.

Доказательства того, что должник принял на себя  поручительство в личных целях, не представлены.

В суде апелляционной инстанции ответчиком также не подтверждено, что  имущество, установленное судом первой инстанции как имущество должника, приобретено на личные средства ФИО2, а потому не может составлять его конкурсную массу как главы крестьянского (фермерского) хозяйства.

Сепарация имущества судом первой инстанции осуществлена верно, на основании материалов дела о банкротстве.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, в оспариваемом судебном акте не содержится выводов о том, что ИП глава КФХ и физическое лицо являются разными субъектами права. Суд отметил, что  Закон о банкротстве разделяет имущество КФХ и личное имущество ИП главы КФХ, что не одно и тоже. 

Выводы суда о доказанности наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, соответствуют установленным обстоятельствам дела, сделаны при правильном применении приведенных норм права в их толковании.

Поскольку мероприятия по формированию конкурсной массы не завершены, судом обоснованно приостановлено производство по заявлению в части установления размера ответственности.

По мнению суда апелляционной инстанции, все представленные в материалах дела доказательства оценены судом первой инстанции с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а также достаточности и взаимной связи надлежащим образом, результаты этой оценки отражены в судебном акте.

Всем доказательствам, представленным сторонами, обстоятельствам дела, а также доводам, в том числе, изложенным в жалобе, суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку, оснований для переоценки выводов у суда апелляционной инстанции в силу статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

С учетом изложенного, обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 09.11.2023 по делу № А47-2012/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                         С.В. Матвеева 

 

Судьи:                                                                               И.В. Калина

 

                                                                                                 Е.А. Позднякова