АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск                                                                                               Дело № А19-23266/2021

«14» февраля 2022 года

Резолютивная часть решения вынесена 07 февраля 2022 года 

Полный текст решения изготовлен 14 февраля 2022 года 

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Липатовой Ю.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ СТРОИТЕЛЬНО-ПРОИЗВОДСТВЕННАЯ КОМПАНИЯ "АНИТ" (адрес: 664035, 

<

...>, А,, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 07.02.2003, ИНН: 

<

***>) 

к   ФЕДЕРАЛЬНОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ БЮДЖЕТНОМУ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ "ИРКУТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ А.А.ЕЖЕВСКОГО" (адрес: 664038, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, ИРКУТСКИЙ РАЙОН, МОЛОДЕЖНЫЙ ПОСЕЛОК, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 27.08.2002, ИНН: 

<

***>)

об обязании возвратить имущество, установлении судебной неустойки на случай не исполнения судебного акта

При участии в судебном заседании: 

от истца: представитель по доверенности от 21.12.2021 ФИО2, паспорт, диплом,

от ответчика: представитель по доверенности № 13 от 14.01.2021 ФИО3, паспорт, диплом

установил:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ СТРОИТЕЛЬНО-ПРОИЗВОДСТВЕННАЯ КОМПАНИЯ "АНИТ" обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением к ФЕДЕРАЛЬНОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ БЮДЖЕТНОМУ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ "ИРКУТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ А.А.ЕЖЕВСКОГО" об обязании возвратить имущество, установлении судебной неустойки на случай не исполнения судебного акта с начислением 1 000 руб. за каждый день неисполнения судебного акта до фактического исполнения.

К судебному заседанию от истца поступили письменные пояснения по заявлению о пропуске срока исковой давности, которые приобщены к материалам дела.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал заявление о применении срока исковой давности, представил отзыв на исковое заявление, дал устные пояснения.

Представитель истца исковые требования по существу поддерживал, дал устные пояснения, ходатайствовал об отложении судебного заседания.

Представитель ответчика вопрос отложения судебного заседания оставил на усмотрение суда.

Рассмотрев ходатайство истца об отложении судебного разбирательства, суд пришел к следующим выводам.

Из смысла статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) следует, что арбитражный суд вправе отложить судебное разбирательство по обоснованному ходатайству одной из сторон.

В силу части 2 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия.

Право на справедливое публичное разбирательство спора о гражданских правах и обязанностях в разумный срок закреплено статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Истец, заявляя ходатайство об отложении, указал на необходимость ознакомления с представленным в судебном заседании отзывом ответчика.

Из отзыва ответчика на исковое заявление, представленного в судебном заседании, а также пояснений представителя, данных в судебном заседании, следует, что новых доводов ответчиком не заявлено, по существу отзыв дополнен лишь ссылками на нормы права и преюдициально установленные факты. Кроме того, доводы, изложенные в отзыве, озвучивались представителем ответчика непосредственно в ходе судебных заседаний.

В судебном заседании истец также озвучил свою правовую позицию по существу заявленных требований.

Кроме того, заявляя ходатайство об отложении судебного разбирательства, истец не указывает на необходимость предоставления дополнительных доказательства по делу, способных установить обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, и не заявляет о необходимости их представления в суд, ответчик также ходатайств об отложении судебного заседания с целью формирования правовой позиции не заявлял, что в своей совокупности свидетельствует о намерении истца затянуть рассмотрение дела. 

По части 5 статьи 159 АПК РФ арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта.

При изложенных обстоятельствах суд находит заявленное ходатайство направленным на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, в связи с чем, отказывает в его удовлетворении.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.   

Как следует из материалов дела, 14.04.2014 между ФГБОУ ВПО «Иркутская государственная сельскохозяйственная академия», ныне - ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ (заказчиком) и ООО СПК «Анит» (исполнителем) по результатам открытого аукциона в электронной форме заключен государственный контракт № 67/2013-ОАЭФ, по условиям которого исполнитель обязался выполнить работы по реконструкции бассейна студенческого спортивно-оздоровительного комплекса для нужд ФГБОУ ВПО «Иркутская государственная сельскохозяйственная академия» в соответствии со сметным расчетом, являющимся неотъемлемой частью контракта (Приложение № 1 к контракту), по адресу: Иркутская область, Иркутский район, п. Молодежный на условиях контракта, а заказчик обязался принять и оплатить работу. 

Исполнитель должен приступить к выполнению работ с момента заключения государственного контракта и выполнить весь объем работ до 25.12.2014. Работы производятся в соответствии с графиком работы заказчика: с 9-00 до 17-00 ежедневно, кроме субботы и воскресенья, а также праздничных дней (пункт 1.1 контракта). 

Согласно пункту 1.2 контракта, наименование, объем работ, стоимость работ указана в локальных сметных расчетах (Приложение № 1). 

В соответствии с пунктами 1.3, 1.4 контракта исполнитель обязуется выполнить все работы, указанные в пункте 1.1 контракта собственными силами; заказчик обязуется принять результат работ и оплатить их в объеме и на условиях, предусмотренных контрактом. Сумма контракта, согласно пункту 2.1, составляет 77 511 326 рублей 20 копеек, включая НДС. 

Пунктом 2.3 контракта установлено, что оплата будет производиться из средств бюджетного учреждения. Оплата будет производиться путем безналичного перечисления денежных средств на расчетный счет исполнителя до окончания 2 квартала 2015 года на основании акта выполненных работ, а также акта приемки завершенных работ, оформленного в установленном порядке (пункт 2.4 контракта). 

В силу пункта 4.1 контракта, исполнитель должен приступить к выполнению работ с момента заключения государственного контракта и выполнить весь объем работ до 25.12.2014. Работы производятся в соответствии с графиком работы заказчика: с 9-00 до 17-00 ежедневно, кроме субботы и воскресенья, а также праздничных дней. 

ООО СПК «АНИТ» в рамках исполнения указанного контракта выполнило работы по возведению бассейна, о чем свидетельствуют акты о приемке выполненных работ по форме КС-2: №№ 1-1 от 31.03.2014, 1-3 0Т 31 03.2014. 2-1 от 26.05.2014. 2-2 от 26.05.2014, 2-3 от 26.05.2014. 2-4 от 26.05.2014. 2-5 0Т 26.05.2014. 2-6 от 26.05.2014. 2-7 от 26.05.2014. 2-9 от 26.05.2014, 2-10 от 26.05.2014. 3-1 от 04.07.2014. 3-2 от 04.07.2014, 3-3 от 04.07.2014, 4-1 от 03.04.2015, 4-2 от 03.04.2015, 4-5 от 03.04.2015. 4-9 от 03.04.2015, 4-10 от 03.04.2015. справки о стоимости выполненных работ №№ 1 от 31.03.2014, №2 от 26.05.2014, №3 от 04.07.2014, №4 от 03.04.2015, подписанный уполномоченными лицами ООО «СПК «Анит» и ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ.

17.12.2015 сторонами подписаны акт приемки законченного строительством объекта формы № КС-11 и акт приемки рабочей комиссии по выполнению работ на объекте реконструкция бассейна студенческого спортивно-оздоровительного комплекса для нужд ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 16.04.2018 по делу № А19-19391/2016 по иску Минсельхоза России заключенный сторонами государственный контракт № 67/2013-ОАЭФ от 14.01.2014 на выполнение работ по реконструкции бассейна студенческого спортивно-оздоровительного комплекса для нужд федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Иркутская государственная сельскохозяйственная академия» признан недействительной сделкой.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2018, постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 14.05.2019 решение суда по делу № А19-19391/2016 оставлено без изменения. Определением Верховного суда Российской Федерации от 21.08.2019 № 302-ЭС19-12365 ООО СПК «Анит» отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Судами в рамках указанного дела установлено, что государственный контракт № 67/2013-ОАЭФ от 14.04.2014 является крупной сделкой, для его заключения требовалось согласие Минсельхоза России (органа, осуществляющего функции и полномочия учредителя бюджетного учреждения). Данное согласие ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ не получено. Кроме того, работы по перепрофилированию лаборатории учебных тракторов и сельскохозяйственных машин в бассейн выполнены без согласования технической документации и без специального разрешения на проведение переоборудования помещения. Учреждение извещено Министерством сельского хозяйства Российской Федерации об отсутствии согласия на перепрофилирование (письмо № АП-13-25/16308 от 08.12.2014).

Кроме того, решением Арбитражного суда Иркутской области от 17.02.2020 по делу № А19-15187/2015, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2020 и постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 22.09.2020, в удовлетворении требований ООО СПК «Анит» о взыскании с ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ 77 511 326 рублей 20 копеек - неосновательного обогащения отказано.

Определением Верховного суда Российской Федерации от 13.01.2021 № 302-ЭС20-21561 ООО СПК «Анит» отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

В ходе рассмотрения указанного дела судами установлено, что, принимая во внимание балансовую стоимость активов учреждения, письмо от 08.12.2014 № АП-13-25/16308 о запрете строительства бассейна, ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ без согласия собственника не вправе было распоряжаться недвижимым имуществом и не имело возможности заключить контракт на сумму 77 511 326 рублей 20 копеек.

Кроме того, судами установлена порочность выданного разрешения на строительство от 30.12.2010 № 36-2010/ю, отсутствие такого объекта как бассейн - оздоровительный корпус на момент выдачи разрешения на реконструкцию, недоказанность изменения назначения объекта после декабря 2014 года. Учитывая изложенное, суды трех инстанций пришли к выводу о том, что выполненные истцом работы не отвечали целям удовлетворения государственных или муниципальных нужд в соответствии с действовавшим во время возникновения спорных правоотношений Федеральным законом от 21.07.2005 № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», а потребительскую ценность бассейна для ответчика отсутствует.

В дальнейшем, ООО СПК «Анит» обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с реституционным иском, в котором указывало, что ООО СПК «Анит» полностью исполнило вышеуказанную сделку по  передаче результата выполненных работ заказчику до момента признания ее недействительной, однако встречного предоставления со стороны ответчика в виде оплаты стоимости выполненных работ не получило. Таким образом, учитывая единственное возможное последствие недействительности сделки в данной ситуации: если встречное предоставление выражается в выполненной работе - возмещается стоимость таких работ, ООО СПК «Анит»  просило суд применить последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ денежных средств.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 08.04.2021 по делу № А19-16633/2020, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2021, в удовлетворении требований ООО СПК «Анит» о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания стоимости работ отказано.

В ходе рассмотрения указанного дела судами установлено, что, в условиях отсутствия государственного контракта на поставку товара, заключенного с соблюдением требований, предусмотренных Законом № 94-ФЗ, фактическое выполнение работ с нарушением норм закона не является основанием для применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ денежных средств, как того требует ООО СПК «Анит», поскольку применение последствий недействительности сделки за фактически выполненные при отсутствии государственного контракта работы открывало бы для недобросовестных исполнителей работ и государственных заказчиков возможность приобретать незаконные имущественные выгоды в обход названного Закона.

Кроме того, судами установлено недобросовестное поведение ООО СПК «Анит», заключившего спорный контракт с ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ в нарушение императивных норм гражданского законодательства, осуществившего вопреки требованиям градостроительного законодательства не согласованный собственником снос здания лаборатории учебных тракторов и сельскохозяйственных машин и новое строительство здания бассейна. В рассмотренной ситуации ООО СПК «Анит» осуществлял свои действия в целях обхода законодательства о государственных закупках с целью получения денежных средств в отсутствие на то правовых оснований.

Также из судебных актов по делу следует, что ныне существующий бассейн представляет собой единый конструктивный имущественный комплекс, возврат которого истцу полностью либо частично физически невозможен. Бассейн никем не используется ни по прямому назначению, ни в качестве иного помещения, однако ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ лишилось здания учебного назначения – «Лаборатории учебных тракторов и сельскохозяйственных машин» в отсутствие какого-либо встречного предоставления.

Вместе с тем, в рамках рассмотрения настоящего дела истец утверждает, что ООО СПК «Анит» полностью исполнило обязательство по  передаче результата выполненных работ заказчику до момента признания сделки недействительной, однако встречного предоставления со стороны ответчика не получило. Таким образом, на стороне ответчика возникло материальное благо в виде переданных строительных материалов и оборудования, поименованного в актах о передаче строительных работ, которые по правилам ст. 167 ГК РФ подлежат возврату обратно истцу.

Исследовав материалы дела, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу. 

Согласно части 1 статьи 64 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, устанавливаются судом на основании доказательств по делу, содержащих сведения о фактах.

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Часть 2 статьи 69 АПК РФ связывает преюдициальное значение не с наличием вступивших в законную силу судебных актов, разрешающих дело по существу, а с обстоятельствами (фактами), установленными данными актами, имеющими значение для другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии с частью 1 статьи 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Следовательно, преюдиция - это установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами. Преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение.

Свойством преюдиции обладают обстоятельства, составляющие фактическую основу ранее вынесенного по другому делу и вступившего в законную силу решения, когда эти обстоятельства имеют юридическое значение для разрешения спора, возникшего позднее.

Исходя из правовой позиции, сформулированной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2007 года № 2-П, преюдициальная связь судебных актов арбитражных судов обусловлена указанным свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот же факт в отношениях между теми же сторонами. Иной подход означает возможность опровержения опосредованного вступившим в законную силу судебным актом вывода суда о фактических обстоятельствах другим судебным актом, что противоречит общеправовому принципу определенности, а также принципам процессуальной экономии и стабильности судебных решений. 

Так, решением Арбитражного суда Иркутской области от 16.04.2018 по делу № А19-19391/2016 государственный контракт № 67/2013-ОАЭФ от 14.01.2014 признан недействительным. 

При этом вступившим в законную силу решением суда установлены следующие обстоятельства: государственный контракт № 67/2013-ОАЭФ от 14.04.2014 являлся крупной сделкой, для его заключения требовалось согласие Минсельхоза России (органа, осуществляющего функции и полномочия учредителя бюджетного учреждения). Данное согласие ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ не получено. 

Кроме того, работы по перепрофилированию лаборатории учебных тракторов и сельскохозяйственных машин в бассейн выполнены без согласования технической документации и без специального разрешения на проведение переоборудования помещения. Минсельхоз России в письме от № АП-13-25/16308 от 08.12.2014 напрямую запретил строительство бассейна вместо лаборатории (стр. 9 решения суда).

Также вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Иркутской области от 17.02.2020 по делу № А19-15187/2015 по иску ООО СПК «Анит» к ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ о взыскании неосновательного обогащения в виде стоимости работ по возведению бассейна также установлено, что спорный государственный контракт заключен в нарушение статьи 9.2 Федерального закона от 12.01.1996 №7-ФЗ «О некоммерческих организациях», без согласия Минсельхоза России, осуществляющего полномочия учредителя Университета и полномочия собственника в отношении имущества Университета. ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ без согласия собственника не вправе распоряжаться недвижимым имуществом, а также заключать крупные сделки.

Истец, как участник гражданского оборота, должен был проявить должную степень заботливости и осмотрительности при проверке документов закупки, а также информация о том, что финансирование производится из внебюджетных средств, должна была вызвать у истца обоснованные сомнения относительно источника финансирования спорного контракта.

Решением также установлено, что о наличии оспариваемой сделки Министерству стало известно из письма Врио ректора ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ от 28.03.2016 № 935/01. 

Кроме того, указанным решением установлено, что помещение, в котором производились работы по контракту, представляло собой лабораторию учебных тракторов и сельскохозяйственных машин. Учреждение обратилось в Минсельхоз России 05.11.2014, т.е. уже после подписания контракта и начала работ, с просьбой о перепрофилировании указанного помещения изменению назначения и реконструкции лаборатории в бассейн. Согласие на перепрофилирование не получено, о чем Учреждение извещено письмом от 08.12.2014 № АП-13-25/16308. Учреждением не получены разрешения на переоборудование помещения, предусмотренные градостроительным законодательством Российской Федерации. 

Судом также установлено и подтверждается решением по делу № А19-15187/2015, что часть рабочей документации на реконструкцию бассейна, в частности шифр: 24-2012-КР, шифр: 24-2012, шифр: 24-2012-ТХ, не утверждена проектной организацией – ООО «МонАрх».

Более того, в постановлении Четвертого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2020 по делу № А19-15187/2015 (стр. 6) отмечено, что суд первой инстанции установив порочность выданного разрешения на строительство № 36-2010/ю от 30.12.2010, отсутствие такого объекта как бассейн – оздоровительный корпус на момент выдачи разрешения на реконструкцию, недоказанность изменения назначения объекта после декабря 2014 года, и оценив поведение истца, верно отметил, что на момент заключения государственного контракта, истец, проявляя должную степень заботы, осмотрительности и осторожности, должен был проверить представленную при размещении закупки документацию и контрагента, оценить предполагаемые последствия при заключении контракта и убедится в наличии объекта подлежащего реконструкции. При этом апелляционный суд отмечает, что неблагоприятные последствия недостаточной осмотрительности в предпринимательской деятельности возлагаются на лицо, заключившее такие сделки, и не могут быть перенесены на бюджеты посредством осуществления необоснованных выплат, а в случае недобросовестности контрагентов сторона несет определенный риск по исполнению гражданско-правовых договоров.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 08.04.2021 по делу № А19-16633/2020, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2021, установлены следующие обстоятельства.

В условиях отсутствия государственного контракта на поставку товара, заключенного с соблюдением требований, предусмотренных Законом № 94-ФЗ, фактическое выполнение работ с нарушением норм закона не является основанием для применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ денежных средств, как того требует ООО СПК «Анит», поскольку применение последствий недействительности сделки за фактически выполненные при отсутствии государственного контракта работы открывало бы для недобросовестных исполнителей работ и государственных заказчиков возможность приобретать незаконные имущественные выгоды в обход названного Закона.

Кроме того, судами установлено недобросовестное поведение ООО СПК «Анит», заключившего спорный контракт с ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ в нарушение императивных норм гражданского законодательства, осуществившего вопреки требованиям градостроительного законодательства не согласованный собственником снос здания лаборатории учебных тракторов и сельскохозяйственных машин и новое строительство здания бассейна. В рассмотренной ситуации ООО СПК «Анит» осуществлял свои действия в целях обхода законодательства о государственных закупках с целью получения денежных средств в отсутствие на то правовых оснований.

Также из судебных актов по делу следует, что ныне существующий бассейн представляет собой единый конструктивный имущественный комплекс, возврат которого истцу полностью либо частично физически невозможен. Бассейн никем не используется ни по прямому назначению, ни в качестве иного помещения, однако ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ лишилось здания учебного назначения – «Лаборатории учебных тракторов и сельскохозяйственных машин» в отсутствие какого-либо встречного предоставления.

Указанные обстоятельства не подлежат доказыванию в настоящем деле и стороны не вправе их опровергать, ссылаясь на новые доказательства.

Таким образом, в настоящем деле судом установлено, что истец ранее обращался в суд с кондикционными требованиями о взыскании неосновательного обогащения в рамках дела № А19-15187/2015 и с реституционными требованиями о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания стоимости работ в рамках дела № А19-16633/2020.

Основание иска — это обстоятельства, на которые ссылается истец в подтверждение исковых требований к ответчику. Предмет иска — материально-правовое требование к ответчику о совершении определенных действий, воздержании от них; признании наличия или отсутствия правоотношения, изменении или прекращении его.

Определение предмета иска имеет существенное правовое значение для юридически значимых последствий судебного акта, в т.ч. и для возбуждения банкротного дела, для повторного обращения в суд при определении способа защиты по иным основаниям или иному предмета иска, в том числе и для обращения ответчика за восстановлением нарушенного права.

В соответствии с п. 4, 5 ч. 2 ст. 125 АПК РФ в исковом заявлении должны быть указаны требования истца к ответчику со ссылкой на законы и иные нормативные правовые акты, а при предъявлении иска к нескольким ответчикам - требования к каждому из них; обстоятельства, на которых основаны исковые требования, и подтверждающие эти обстоятельства доказательства.

При этом, требования истца обусловлены характером нарушения его субъективных прав и вытекают из подлежащих применению норм материального права.

При таких обстоятельствах, пределы исковых требований определяются истцом и суд не вправе выйти за пределы исковых требований, определенных истцом в предмете - п. 4 ст. 125 АПК РФ, и основании иска - п. 5 ст. 125 АПК РФ.

В рамках настоящего спора истцом заявлено реституционное требование о применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ возвратить переданные строительные материалы и оборудование, со ссылкой на положения статьи 167 ГК РФ.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с частью 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" даны разъяснения о том, что иски о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности могут предъявляться в течение срока, установленного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ для оспоримых сделок.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как указано выше, решением Арбитражного суда Иркутской области от 16.04.2018 года по делу № А19-19391/2016 государственный контракт № 67/2013-ОАЭФ от 14.01.2014 признан судом недействительным.

Согласно ч. 1 ст. 180 АПК РФ решение арбитражного суда первой инстанции, за исключением решений, указанных в частях 2 и 3 настоящей статьи, вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Вышеуказанное решение суда по делу №А19-19391/2016 оставлено без изменения постановлением Четвертого Арбитражного апелляционного суда от 14.12.2018. Таким образом, срок предъявления требований о применении последствий недействительности истек 14.12.2019 года, тогда как с настоящий исковым заявлением истец обратился 12.11.2021.

Доводы истца относительно того, что течение исковой давности прерывалось на период рассмотрения судом дел № А19-15187/2015 и № А19-16633/2020, является несостоятельным.

Так, в рамках дела № А19-15187/2015 истец реализовывал свое право на предъявление кондикционного иска о взыскании неосновательного обогащения, который на реституционные требования, заявленные в рамках настоящего иска, никоим образом не влияет.

Верховный суд РФ в определении по делу №310-ЭС 14-79 от 16.09.2014г. установил различие между кондикционными и реституционными требованиями, отметил самостоятельность данных правовых институтов.

В рамках дела № А19-16633/2020 истцом заявлены реституционные требования о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания стоимости выполненных работ, фактически основания указанного иска и настоящего дела идентичны – признание судом недействительным государственного контракта № 67/2013-ОАЭФ от 14.01.2014.  При этом предмет у заявленных требований разный, поскольку заявлены разные материально – правовые требования. Однако это обстоятельство не влияет на начало течения срока исковой давности,  поскольку законодатель связывает его лишь с моментом, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пунктов 12, 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Однако суд также отмечает, что силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пунктам 35, 36 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако следует иметь ввиду, что возвращение каждой из сторон всего полученного по недействительной сделке осуществляется в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому возвращение полученного носит двусторонний характер. Это означает, что решение суда по требованию, заявленному в соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, должно разрешать вопрос об обязанности каждой из сторон вернуть все полученное по сделке.

Из решения суда по делу № А19-16633/2020 следует, что ныне существующий бассейн представляет собой единый конструктивный имущественный комплекс, возврат которого истцу полностью либо частично физически невозможен. Бассейн никем не используется ни по прямому назначению, ни в качестве иного помещения, однако ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ лишилось здания учебного назначения – «Лаборатории учебных тракторов и сельскохозяйственных машин» в отсутствие какого-либо встречного предоставления. Таким образом, применение последствия недействительности сделки в виде односторонней реституции невозможно.

Спорные правоотношения возникли из договоров подряда, заключенных в обход требований, предусмотренных Законом № 44-ФЗ, что подтверждено на основании статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебными  актами по делам № А19-15187/2015, №А19-19391/2016, № А19-16633/2020.

В соответствии с законом № 44-ФЗ государственные органы, органы управления  внебюджетными фондами, органы местного самоуправления, казенные учреждения и иные получатели средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации или местных бюджетов могут вступать в договорные отношения только посредством заключения государственного или муниципального контракта.

Судебными актами по вышеуказанным делам, имеющим преюдициальное значение при рассмотрении настоящего спора, установлено, что истцом выполнялись спорные работы в отсутствие государственного контракта, подлежащего заключению в порядке, предусмотренном Законом № 44-ФЗ.

Как разъяснили вышестоящие суды в совместном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - Постановление № 10/22, спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ (пункт 34 Постановления № 10/22).

В силу статьи 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно диспозиции названной нормы в круг обстоятельств, подлежащих установлению по спору об истребовании имущества из чужого незаконного владения, входят обстоятельства принадлежности спорного индивидуально-определенного имущества истцу на праве собственности, а также обстоятельства обладания ответчиком данного имущества без надлежащего правового основания и наличие спорного имущества у ответчика (незаконного владельца) в натуре.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 Постановления № 10/22, применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен.

Предметом иска по настоящему делу фактически является требование о возврате в натуре неосновательно полученного имущества в виде использованного при производстве работ строительного материала.

Между тем, нормами главы 37 ГК РФ возврат подрядчику использованных при производстве работ материалов не предусмотрен (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 18.02.2019 № 305-ЭС18-25545).

Предоставляемые подрядчиком материалы потребляются при выполнении работ, утрачивают свойства самостоятельного объекта права (применительно к статье 128 Кодекса) и трансформируются в иной объект, составляющий результат работ.

Как установлено судом  и не оспаривается сторонами по делу, истребуемое истцом имущество было использовано им при осуществлении подрядных работ и в натуре у ответчика отсутствует.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 данного кодекса.

Согласно пункту 4 статьи 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Выполнение работ без государственного (муниципального) контракта, подлежащего заключению в случаях и в порядке, предусмотренных Законом № 44-ФЗ, свидетельствует о сознательном их выполнении подрядчиком (истцом) при очевидном отсутствии обязательства на свой страх и риск. При этом, не знание закона, не освобождает лицо от ответственности.

По смыслу пункта 4 статьи 1109 ГК РФ не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения имущество, предоставленное во исполнение несуществующего обязательства.

Иной подход допускал бы поставку товаров, выполнение работ и оказание услуг для государственных или муниципальных нужд в обход норм Закона № 44-ФЗ (статья 10 ГК РФ).

В связи с изложенным поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у исполнителя как право требовать оплаты: соответствующего предоставления, так и возврата в качестве неосновательного обогащения имущества (строительного материала), используемого при выполнении работ.

Данный подход согласуется с правовой позицией, изложенной в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.06.2013 № 37/13, от 28.05.2013 № 18045/12, а также приведенной в пункте 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, и пункте 20 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017.

В судебной практике действия участников гражданского оборота, позволяющие им избежать применения императивно установленных специальных правил и процедур, квалифицируются как обход закона, последствием чего является отказ в судебной защите, в том числе отказ в удовлетворении иска, если тот направлен на обход закона.

Нарушение требований Закона № 44-ФЗ предполагает недобросовестность обеих сторон сделки.

Общество, как подрядчик, является профессиональным участником спорных отношений, который, выполняя строительные работы с использованием спорного материала в обход норм Закона № 44-ФЗ, должно было предвидеть неблагоприятные последствия совершения таких действий.

При этом положения главы 60 ГК РФ в данном случае не применимы, так как в действиях истца усматривается злоупотребление своими правами (статья 10 ГК РФ), что в совокупности с пунктом 4 статьи 1109 ГК РФ, позволяет суду отказать истцу в удовлетворении иска, поскольку выполнение работ без государственного (муниципального) контракта, подлежащего заключению в случаях и в порядке, предусмотренных Законом, свидетельствует о том, что лицо, выполнявшее работы, не могло не знать, что работы выполняются им при очевидном отсутствии обязательства.

По существу, исковые требования направлены на преодоление установленного законом запрета на возврат неосновательного обогащения, полученного по сделке, совершенной в обход закона (пункт 4 статьи 1109 ГК РФ), и на пересмотр вступивших в законную силу судебных актов по указанным выше  делам, что недопустимо.

Кроме того, избранный истцом способ защиты не отвечает общеправовым принципам.

Так, при  недействительности сделки в обход закона может быть поставлен вопрос о  применении последствий посредством  изъятия  в доход государства, что  при проведении работ в государственном образовательном учреждении, то есть, на   социально значимом объекте,   соответствует  общеправовым принципам.

Суд отмечает, что по смыслу статьи 6 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», статьями 16 и 182 АПК РФ, судебные решения должны отвечать общеправовому принципу исполнимости судебных актов, исходя из положений Закона об исполнительном производстве и возможности реальной защиты оспариваемых или нарушенных прав сторон при выборе в данном конкретном случае используемого способа защиты права.

Как следует из содержания Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 № 2-П, исполнимость вынесенных судебных решений наряду со стабильностью правового регулирования является отражением принципа правовой определенности, который рассматривается в качестве общеправового.

Исполнимость судебного решения - элемент судебной защиты, гарантированной частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации. Защита нарушенных прав не может быть признана действенной, если исполнение судебного акта невозможно, поскольку иное противоречило бы конституционному принципу исполнимости судебных решений (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17.01.2012 № 14-О-О; Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.07.2005 № 8-П, от 14.05.2003 № 8-П, от 14.07.2005 № 8-П, от 12.07.2007 № 10-П, от 14.05.2012 № 11-П, от 10.03.2016 № 7-П, от 09.07.2020 № 34-П).

Принятие положительного решения по иску применительно к рассматриваемому спору не отвечает принципу исполнимости судебного решения, поскольку судами установлено и не оспаривается сторонами, что истребуемое имущество использовано истцом при выполнении работ, соответственно, у ответчика в натуре отсутствует.

На основании изложенного, суд  считает, что  отсутствуют законные основания  для удовлетворения иска.

Поскольку заявленные истцом требования об обязании возвратить имущество удовлетворению не подлежат, требования истца об установлении судебной неустойки на случай неисполнения ответчиком судебного акта, вынесенного по настоящему спору, также не подлежат удовлетворению.

Довод ответчика о необходимости прекращения производства по настоящему делу в связи с тем, что в рамках дела № А19-16633/2020 уже рассматривалось требование о применении последствий недействительности сделки, судом отклоняется, поскольку фактически основания указанного дела и настоящего дела идентичны – признание судом недействительным государственного контракта № 67/2013-ОАЭФ от 14.01.2014.  При этом предмет у заявленных требований разный, поскольку заявлены разные материально – правовые требования. В связи с чем, положения части 2 статьи 150 АПК РФ в настоящем споре не применимы.

Согласно части  1 статьи  110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются судом со стороны.

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано расходы по оплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца. 

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд  через Арбитражный суд Иркутской области в течение месяца после его принятия.

Судья                            Ю. В. Липатова