СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-6606/2024-ГК

г. Пермь

19 сентября 2024 года

Дело № А60-298/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 сентября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 сентября 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Бородулиной М. В.,

судей                                 Гладких Д. Ю., Ушаковой Э. А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Макаровой С. Н.,

при участии:

от истца – ФИО1 по доверенности от 07.12.2022, 

а также посредством веб-конференции:

от ответчика – ООО «МЕДИКАЛ КЕЙС» – ФИО2 по доверенности от 22.01.2024, 

от третьего лица – ООО «Медикал-Сервис» - ФИО3 по доверенности от 12.01.2023, 

ФИО4 по доверенности от 12.01.2023,

ФИО5 по доверенности от 04.08.2023,

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

истца, Stormoff Technik NR W GmbH,

на решение Арбитражного суда Свердловской области от 14 мая 2024 года, принятое судьей Зайчиковой О. В., по делу № А60-298/2023

по иску Stormoff Technik NR W GmbH 

к обществу с ограниченной ответственностью «МЕДИКАЛ КЕЙС» (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «ЕЛС» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Медикал-Сервис», Министерство здравоохранения Республики Дагестан, государственного бюджетного  учреждения Республики Дагестан «Дербентская центральная городская больница», Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения

об обязании прекратить использование товарного знака, о взыскании компенсации,

установил:

Stormoff Technik NR W GmbH (истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковыми требованиями к обществу с ограниченной ответственностью «МЕДИКАЛ КЕЙС» (далее – ООО «МЕДИКАЛ КЕЙС», ответчик1), обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «ЕЛС» (далее – ООО ТД «ЕЛС», ответчик2) о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака:

- с ООО «МЕДИКАЛ КЕЙС» в размере 3 000 000 руб., 

- с ООО «ТД «ЕЛС» в размере 5 000 000 руб. на основании пп.1 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (с учетом привлечения соответчика, третьих лиц, неоднократных уточнений исковых требований, принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.05.2024 (резолютивная часть от 24.04.2024) в удовлетворении исковых требований отказано.

Истец с решением суда не согласен, обратившись с апелляционной жалобой, просит его отменить, исковые требования удовлетворить. 

По мнению апеллянта, суд не учел, что действующее законодательство не содержит норм, согласно которым указание товарного знака в документации на товар, тем более до начала его серийного производства, предполагает безусловный отказ от каких-либо прав на индивидуализацию товара и защиту связанных с индивидуализацией прав. 

Напротив, п. 2 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) содержит положение, согласно которому исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот. 

Согласно п.1 ст. 1484 ГК РФ именно правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. 

Согласно положению ст. 1229 ГК РФ отсутствие запрета не считается согласием (разрешением), если правообладатель не выражал непосредственно своего согласия на распоряжение исключительным правом, то нельзя говорить о том, что оно было получено.

Право любого лица предоставлять регистрационное удостоверение на изделие медицинского назначения, в наименовании которого содержится товарный знак, при ввозе и продаже не порождает для этого лица право использовать средство индивидуализации по своему усмотрению по смыслу ст. 1229 ГК РФ, так как указанное правомочие возникает только в результате процедуры регистрации (ст.ст. 1479-1481 ГКРФ). При этом регистрационное удостоверение может свободно использоваться участниками оборота после введения правообладателем в гражданский оборот товара, а не документации на него.

По мнению истца, исходя из позиции, изложенной в оспариваемом решении, можно предположить, что подобный подход будет распространен на любой маркированный товарным знаком товар, если до начала выпуска была получена какая-либо документация – инструкция, сертификат, декларация и т.п., что необходимо практически всегда в промышленном производстве для дальнейшей реализации. Однако товарный знак – средство индивидуализации, применяющееся в основном для промышленных, а не кустарно выпущенных товаров. Соответственно, индивидуализация товаров в промышленной сфере будет лишена смысла, так как фактически перестанет защищаться.

В материалах дела содержится ответ на адвокатский запрос пользователя оборудования – Дербентской центральной городской больницы, а также фотографии прибора, ни одна из которых, не подтверждает того факта, что они имеют отношение к оборудованию с наименованием «Система диагностическая Dixion Redikom с принадлежностями».

Ответчики поставили оборудование, не содержащее должной идентификации, так как согласно их утверждениям товарный знак на аппарат нанесен не был, а был указан только в документации. Приложенные к ответу фотографии свидетельствуют о том, что нанесенные этикетки не соответствуют ГОСТ.

По мнению апеллянта, при таких обстоятельствах ответчики имели возможность выдать поставленный прибор за зарегистрированное истцом оборудование, сопроводив передачу аппарата соответствующим удостоверением. Материалы дела не содержат подтверждения того, что государственному заказчику был поставлен именно приобретенный им товар вследствие отсутствия на нем идентификационных признаков. 

Заявитель полагает, что описанная ситуация нарушает права не только государственного заказчика, но и правообладателя, который, во-первых, не нанося на товар товарный знак, вынужден отвечать за качество прибора перед пользователями, так как наименование оборудования ассоциируется в первую очередь с правообладателем, а во-вторых, вследствие того, что согласно решению правообладатель лишается судебной защиты, а также какой-либо возможности разделить маркированное и не маркированное им оборудование, обращающееся на рынке.

Кроме того, в случае поставки немаркированного товара с приложенным к нему произвольным регистрационным удостоверением, теряется цель государственной регистрации изделий медицинского назначения, а именно подтверждение их безопасности.

Обществами «МЕДИКАЛ-КЕЙС» и «Медикал-Сервис» представлены отзывы на жалобу истца, содержащие возражения относительно приведенных в ней доводов и просьбу оставить оспариваемое решение без изменения.

В судебном заседании апелляционного суда представитель истца высказался по доводам жалобы, поддержав ее требование об отмене оспариваемого решения.

Представители ответчика и третьего лица – ООО «Медикал-Сервис», высказались против удовлетворения жалобы по основаниям, изложенным письменно в соответствующих отзывах.

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе посредством размещения соответствующей информации в сети Интернет в Картотеке арбитражных дел, явку полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили, каких-либо заявлений, ходатайств процессуального характера не направили. Неявка представителей указанных лиц, извещенных надлежащим образом, не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, текста искового заявления и было верно установлено судом, истцу принадлежит исключительное право на товарный знак DIXION, зарегистрированной за номером 298397 в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 18.11.2005, что подтверждается свидетельством на товарный знак. 

Из информации, содержащейся на сайте https://zakupki.gov.ru, истцу стало известно о заключении 19.04.2021 между ООО «МЕДИКАЛ КЕЙС» и Министерством здравоохранения Республики Дагестан государственного контракта № 0103200008421000546 (далее – государственный контракт) на поставку Системы диагностической Dixion Redikom с принадлежностями. 

30.07.2021 оборудование во исполнение вышеуказанного контракта было поставлено ООО «МЕДИКАЛ КЕЙС» в адрес грузополучателя – Государственного бюджетного учреждения Республики Дагестан «Дербентская центральная городская больница», что подтверждается товарной накладной. Стоимость оборудования составила 11 550 000 руб. 

При этом истец на диагностической рентгеновской системе Dixion Redikom с принадлежностями спорный товарный знак не размещал, не осуществлял ввоз на территорию Российской Федерации указанных систем. 

По мнению истца, использование товарного знака DIXION при указании наименования объекта закупки, в накладных, в документации представляет собой незаконное использование товарного знака истца; реализация Системы диагностической Dixion Redikom с принадлежностями приравнивается к реализации контрафактного товара. 

Истцом в адрес ответчика ООО «МЕДИКАЛ КЕЙС» была направлена претензия, содержащая запрет на использование товарного знака DIXION при указании наименования объекта закупки, в накладных, в документации. Претензия истца оставлена ООО «МЕДИКАЛ КЕЙС» без ответа. 

Ссылаясь на изложенное, нарушение ООО «МЕДИКАЛ КЕЙС» исключительных прав истца на товарный знак DIXION, истец обратился с настоящим иском в арбитражный суд.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, в порядке, предусмотренном ст. 71 АПК РФ, приняв во внимание позицию спорящих сторон, пояснения и доводы третьих лиц, установив, что спорное изображение было использовано только в товаросопроводительных документах и не нанесено непосредственно на оборудование, его корпус и принадлежности, при загрузке оборудования какие-либо сходные до степени смешения с товарным знаком истца обозначения отсутствуют; оборудование было маркировано обозначением производителя ДРГЕМ Корпорейшн (Республика Корея), информация о производителе указана и в товаросопроводительной документации, и в руководстве по эксплуатации; выяснив, что истец не является производителем аналогичного оборудования, вместе с тем, его первичную регистрацию в установленном законом порядке в Росздравнадзоре с присвоением официального наименования медицинского изделия «Система рентгеновская диагностическая Dixion Redikom с принадлежностями» осуществлял в 2010 года непосредственно сам истец через свое официальное представительство на территории РФ, являвшийся на тот момент правообладателям спорного товарного знака, который должен был самостоятельно оценивать риски возможного последующего использования наименования медицинского изделия всеми потенциальными поставщиками и покупателями такого оборудования; ответчики же при осуществлении оборота спорного оборудования «Система диагностическая Dixion Redikom с принадлежностями» указывали его наименование в соответствии с регистрационным удостоверением, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного требования.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, доводы жалобы и возражения, изложенные в отзывах, выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле в судебном заседании, суд апелляционной инстанции находит выводы суда первой инстанции правильными, соответствующими требованиям закона и материалам дела, основанными на всестороннем и полном исследовании доказательств.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы существенное значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Кодекса).

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

В соответствии со статьей 1484 ГК РФ правообладателю принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом, в том числе способами, указанными в части 2 статьи 1484 ГК РФ, а именно путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Частью 3 статьи 1484 ГК РФ установлен запрет использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Согласно пункту 1 статьи 1225 ГК РФ к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана, отнесены, в частности, произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки.

В соответствии со статьей 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование (размещение на товаре или упаковке) не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Согласно пунктом 2 статьи 1225 и пунктом 3 статьи 1484 ГК РФ интеллектуальная собственность охраняется законом, и никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим кодексом (пункт 1 статьи 1229, статьи 1233, 1484 ГК РФ).

Таким образом, к числу обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках настоящего спора о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, относится факт принадлежности соответствующего товарного знака истцу, его незаконного использования ответчиком/ами без согласия правообладателя путем нанесения спорного изображения на медицинское оборудование.

Факт принадлежности истцу исключительного права на товарный знак DIXION, как установлено ранее, подтверждается свидетельством на товарный знак и лицами, участвующими в деле не опровергается.

Спорным является факт нарушения действиями ООО «МЕДИКАЛ КЕЙС»,  в результате заключения 19.04.2021 с Министерством здравоохранения Республики Дагестан государственного контракта № 0103200008421000546 на поставку в ГБУ Республики Дагестан «Дербентская центральная городская больница» Системы диагностической Dixion Redikom с принадлежностями, на которую, по утверждению истца, спорный товарный знак им не размещался, ввоз на территорию Российской Федерации указанной системы истец не осуществлялся, а равно использование товарного знака DIXION при указании наименования объекта закупки, в накладных, в документации представляет собой незаконное использование товарного знака истца; реализация Системы диагностической Dixion Redikom с принадлежностями приравнивается к реализации контрафактного товара.

Однако, исследуя собранные по делу доказательства, суд установил иные обстоятельства спора, опровергающие доводы истца.

Так, согласно материалам дела, в том числе, представленным фотографиям, ответу ГБУ Республики Дагестан «Дербентская центральная городская больница» на адвокатский запрос, комбинированное обозначение товарного знака DIXION, непосредственно на оборудовании, поставленном обществом «МЕДИКАЛ КЕЙС», его принадлежностях, корпусе, шильдиках, информационных табличках отсутствует.

При загрузке компьютера какие-либо обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком (включая вариации написания: ДИКСИОН, DIXION, вне зависимости от цветового исполнения), также отсутствуют.

Судом установлено, что наименование спорного оборудования при осуществлении государственной закупки было указано в соответствии с регистрационным удостоверением на такое оборудование и в соответствии с требованиями законодательства. Поставка спорного оборудования носила единичный характер, в дальнейшем товар обществом не приобретался и не поставлялся, доказательства обратного истцом не представлены. 

Таким образом, вопреки утверждению истца об обратном, ООО «МЕДИКАЛ КЕЙС» не вводило спорное оборудование в гражданский оборот. Товарный знак истца или сходное до степени смешения обозначение на спорное оборудование не нанесены, иного из материалов дела не следует и истцом ничем не подтверждено.

Судом во внимание также то обстоятельство, что истец не является участником российского рынка производителей медицинского оборудования, не занимается производством, в частности, рентген-аппаратов. Таким образом, однородные до степени смешения со спорным оборудованием товары истец не производит и не реализует, вместе с тем, первичной регистрацией указанного медицинского изделия в Росздравнадзоре в 2010 году занимался именно истец через свое официальное представительство на территории РФ, что подтверждается представленными в материалы дела выдержками из регистрационного дела Росздравнадзора на медицинское изделие «Система диагностическая Dixion Redikom с принадлежностями»

Установив, что на момент первичной регистрации медицинского изделия «Система диагностическая Dixion Redikom с принадлежностями» истец уже являлся правообладателем спорного товарного знака, суд обоснованно указал, что истец тем самым осуществлял права на товарный знак в своих интересах как правообладатель и нес соответствующие риски определенного поведения.

Ответчики при осуществлении оборота спорного оборудования «Система диагностическая Dixion Redikom с принадлежностями» указывали его наименование в соответствии с регистрационным удостоверением. 

Как отмечено обществом «Медикал-сервис», истец, являвшийся профессиональным участником рынка на момент регистрации медицинского изделия «Система диагностическая Dixion Redikom с принадлежностями», не мог не знать о том, что регистрация медицинского изделия с определенным наименованием приводит к тому, что медицинское изделие под соответствующим наименованием может вводиться в оборот на территории Российской Федерации различными субъектами. 

В настоящее время ООО «Медикал-сервис» внесло изменения в Регистрационное удостоверение в части наименования медицинского изделия. Действующее наименование – Система рентгеновская диагностическая GXR с принадлежностями.

На основании изложенного апелляционный суд приходит к выводу о недоказанности истцом совокупности обстоятельств, свидетельствующих о нарушении ответчиками его исключительных прав на товарный знак, фактически не нанесенный на реализованное в рамках государственного контракта медицинское оборудование, сведения о котором ответчиками в сопроводительных и иных документах указывалось согласно наименованию, указанному в регистрационном удостоверении. 

Доводы, указанные в апелляционной жалобе истца, не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств.

Выводы, к которым пришел суд первой инстанции, подробно изложены в мотивировочной части обжалуемого решения со ссылкой на конкретные имеющиеся в материалах дела доказательства.

Оценка имеющейся доказательственной базы произведена судом в соответствии с требованиями действующего процессуального законодательства.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оспариваемое истцом решение суда отмене не подлежит, в удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать. 

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 14 мая 2024 года по делу № А60-298/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационногопроизводства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

М.В. Бородулина 

Судьи

 

Д.Ю. Гладких

 

Э.А. Ушакова