Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-38557/2023

06 февраля 2024 года

г.Санкт-Петербург

Резолютивная часть решения объявлена  31 января 2024 года.

Полный текст решения изготовлен  06 февраля 2024 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Домрачева Е.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: общество с ограниченной ответственностью "ФОРМАЦИЯ" (адрес: 197374, Санкт-Петербург, ул. Мебельная, д. 12, корп. 1, лит. Б, пом. 10Н, оф. 1, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

ответчик: Общество с ограниченной ответственностью "ТРАСКО Логистика" (адрес: 220083, 

<

...>, оф. 802Б, УНП 193576564) 

о взыскании 2 503 934,11 руб.

при участии

- от истца: ФИО2, доверенность от 28.04.2023

- от ответчика: ФИО3, доверенность от 25.05.2023;

ФИО4, доверенность от 25.05.2023

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Формация" (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к Обществу с дополнительной ответственностью "ТРАСКО Логистика" (далее - ответчик) о взыскании убытков в размере 2 503 934,11 рублей.

Согласно доводам истца, срок доставки был согласован в заявках (18-23 дня). По мнению истца,  ответчик, являясь профессионалом, должен был рассчитать время нахождения груза в пути с учетом сложившейся практики задержки выхода контейнеров из Китая, а также выбрать оптимальный маршрут с учетом сроков, согласованных истцом.

Ответчик против удовлетворения иска возражал, ссылаясь на то, что точные сроки доставки груза сторонами не были согласованы ни в договоре, ни в транспортных заявках. Задержка отправки контейнеров со станции произошла по вине железнодорожного перевозчика (China Railway Express) и станции Ухань, которые не могли своевременно организовать и выполнить отправку, что подтверждается письмом перевозчика от 4.07.2022.  При этом ответчик добросовестно доводил до сведения истца всю информацию по ситуации с отправкой грузов. Расхождение в сведениях, поступавших от ответчика, было вызвано не злонамеренными действиями ответчика или желанием ввести истца в заблуждение, а неточной информацией, предоставляемой ответчику сотрудниками перевозчика и станции Ухань.  Ответчик лишен возможности влиять на деятельность железнодорожной станции, равно как и на деятельность перевозчика с целью добиться первоочередной отправки контейнеров истца. 

В настоящем судебном заседании представители истца и ответчика поддержали свои правовые позиции.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд установил следующее.

Между истцом (заказчик) и ответчиком (экспедитор) заключен договор транспортной экспедиции № 1-03/1125-1 от 07 июня 2022 года.

В соответствии с пунктом 1.1 договора настоящий договор регламентирует и регулирует взаимоотношения сторон при планировании организации и оплате транспортно-экспедиционных услуг при комбинированных перевозках экспортно-импортных и транзитных грузов.

Пунктом 1.2. договора предусмотрено, что заказчик поручает экспедитору, а экспедитор за вознаграждение от своего имени, по поручению и за счет Заказчика обеспечивает (в интересах последнего) транспортно-экспедиционное обслуживание его грузов, перевозимых в зависимости от конкретной комбинированной транспортной цепочки, разработанной для перевозки каждой партии груза, морским (включая контейнеры), железнодорожным, авиа и автомобильным транспортом. При этом на каждую перевозимую партию груза стороны оформляют транспортный заказ с описанием всех необходимых условий перевозки, ставок (тарифов), сроков оплаты, которые подписываются обеими сторонами договора до начала реализации перевозки. На основании заказа сторонами подписывается транспортная заявка/протокол согласования цены и условий перевозки, который является неотъемлемой частью настоящего договора. Условия транспортной заявки/протокола согласования цены и условий перевозки являются приоритетными по отношению к условиям договора.

Из пункта 2.1.1 договора следует, что по письменной заявке заказчика, экспедитор производит выбор оптимального с точки зрения качества, надежности и экономической целесообразности маршрута, и способа перевозки грузов

В силу пункта 2.1.2 договора экспедитор имеет право заключать на свое усмотрение договоры с любыми третьими лицами для выполнения заявленного заказчиком объема работ без предварительного письменного согласия на то со стороны заказчика, при этом экспедитор остается ответственным перед заказчиком за их действия и/или бездействие. Экспедитор оставляет за собой право не информировать заказчика о количестве и наименованиях привлекаемых им третьих лиц. В любом случае выбор экспедитора тех или иных третьих лиц осуществляется с целью максимального обеспечения коммерческой цели настоящего договора.

В силу пункта 2.1.6 договора стороны предусмотрели, что экспедитор не отвечает за действия, а равно и бездействие портовой администрации, таможни, других государственных и иных служб, которые прямо или косвенно могут повлиять на сроки поставки. Расписание продвижения груза соответствуют графику судовладельца, авиакомпаний. Экспедитор не несет ответственность за соблюдение сроков доставки контейнера при морской транспортировке.

В рамках исполнения договора истец направил ответчику заявки №№ 71-004056, 71-004079, 71-004081, 71-004083, 71-004085, 71-004087 на доставку грузов (картон в рулонах) в контейнерах из Китая.При согласовании условий заявок был выбран способ доставки груза из Китая посредством железнодорожного сообщения, с последующим довозом автомобильным транспортом до фактического получателя, что подтверждается содержанием транспортных заявок, представленных в материалы дела. 

Контейнеры с грузом были приняты у отправителя 07.06.2022 г. и 11.06.2022 г., доставлены на ж/д станцию Wuhan 07.06.2022 г. и 11.06.2022 г. соответственно, что сторонами не оспаривается.

Поскольку спорные перевозки осуществлялись между Китайской народной республикой и Российской Федерацией при которой пункт отправления и пункт назначения доставки груза находятся в разных государствах, указанные перевозки следует классифицировать, как международные, регулирование которых осуществляется, в том числе и нормами Конвенции о договоре международной дорожной перевозки грузов, заключенной 19.05.1956 в Женеве (далее - Женевская конвенция, КДПГ).

Согласно статье 1 КДПГ, именно местонахождение пунктов погрузки и назначения в различных государствах (в данном случае Китай и Российская Федерация) является определяющим основанием для применения к договору дорожной перевозки грузов положений названной Конвенции. Применение Конвенции не зависит от местожительства и национальности заключающих договор сторон. Согласно пункту 1 статьи 9 КДПГ накладная, если не доказано противного, имеет силу договора относительно его условий и удовлетворения принятия груза перевозчиком.

В данном случае Ответчиком организована перевозка спорного груза из Китая в Россию по международным товарно-транспортным накладным CMR, т.е. место погрузки груза и место доставки груза находятся на территории разных стран.

Согласно пункту 5 статьи 23 Конвенции в случае просрочки с доставкой и если полномочное по договору лицо докажет, что просрочка нанесла ущерб, перевозчик обязан возместить ущерб, который не может превышать платы за перевозку.

Пунктом 1 статьи 41 Конвенции установлено, что с оговоркой относительно положений статьи 40 признается не имеющим силы всякое условие, которым прямо или косвенно допускается отступление от положений Конвенции. Недействительность такого условия не влечет за собой недействительность других содержащихся в договоре условий.

Согласно п. 3 ст. 30 Женевской конвенции просрочка в доставке груза может привести к уплате возмещения лишь в том случае, если была сделана письменная оговорка в течение 21 дня со дня передачи груза в распоряжение получателя.

Из пояснений сторон и представленных в материалы дела доказательств следует, что в связи с принятием решения об изменении перевозчика и отказом от исполнения перечисленных заявок, истец привлек к перевозке нового экспедитора – ООО «ВМТ», которая в спорных правоотношениях выступала как представитель истца, действующий по его поручению и в его интересах.

Передача груза уполномоченному истцом лицу произведена в период с 25 июля 2022 года по 02 августа 2022 года, когда агент, привлеченный ООО «ВМТ», фактически вывез контейнеры истца с железнодорожной станции Ухань, для последующей перевозки по согласованному с истцом маршруту.

При этом в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации стороной истца в материалы дела не представлено доказательств, с достоверностью подтверждающих тот факт, что при приемке груза, подлежащего перевозке от ответчика к уполномоченному истцом лицу, была сделана оговорка, предусмотренная п. 3 ст. 30 Женевской конвенции.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что первая претензия с указанием на факт нарушения сроков поставки по вине ответчика, направлена истцом только 26 августа 2022 года, при условии, что передача груза от ответчика истцу в лице уполномоченного им представителя (агента) произведена не позднее 02 августа 2022 года, когда контейнеры истца вывезены со станции Ухань.

Представленная в материалы дела стороной истца электронная переписка, указывает лишь на то, что в период с 12 июля 2022 года по 22 июля 2022 года истец и ответчик обсуждали иные возможные пути доставки груза истца и инициировали отказ от исполнения заявки. При этом представленная электронная переписка не может быть квалифицирована судом, как письменная оговорка в понимании пункта 3 статьи 30 Женевской конвенции.

Таким образом суд приходит к выводу о том, что в качестве соответствующей письменной оговорки, предусмотренной названной выше нормой следует рассматривать первую претензию истца, направленную ответчику только 26 августа 2022 года. 

Аналогичная правовая позиция была высказана в Постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2021 по делу N А56-53317/2020

При этом суд полагает возможным учесть следующие обстоятельства.

Поскольку истец и ответчик согласовали железнодорожный способ доставки спорных контейнеров, а станция отправления и станция назначения находились на территории двух государств, на спорные правоотношения распространяются нормы Соглашения о международном железнодорожном грузовом сообщении от 01 ноября 1951 года, в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, участниками которого являются Российская Федерации и Китайская народная республика. 

Принимая от истца поручение к перевозке и устанавливая срок доставки, ответчик исходил из того, что срок доставки может быть примерным (расчетным) и руководствуясь параграфами 1 и 2 статьи 24 названного соглашения рассчитал срок доставки от 18 до 23 дней.

Одновременно положениями параграфа 4 статьи 24 названного Соглашения предусмотрено, что срок доставки груза продлевается на все время задержки в пути следования по причинам, не зависящим от перевозчика. 

Ответчиком в материалы дела представлены доказательства того, что в период с апреля по май 2022 года в Китае действовали ограничения, обусловленные вспышкой коронавирусной инфекции, приведшие к парализации приемки грузов и отправления грузов из Китайской народной республики.

Указанные ограничения действовали вплоть до начала июня 2022 года, что подтверждается представленными ответчиком публикациями средств массовой информации, нотариально удостоверенных по запросу представителя ответчика.

Действовавшие ограничения привели к большому скоплению контейнеров на станциях отправления Китайской железной дороги и срыву сроков доставки грузов из Китая в Российскую Федерацию.

Данное обстоятельство, подтверждается, в том числе и копией телеграммы ОАО «РЖД» № 15822 от 05 июля 2022 года, выпущенной в порядке части 4 статьи 29 Устава железнодорожного транспорта Российской Федерации, а также письмами представителя Китайской железной дороги, представленными в нотариально удостоверенном переводе.

Согласно ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Представленной стороной истца электронной перепиской подтверждается, что, действуя добросовестно в порядке статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик информировал истца о состоянии груза и причинах, влияющих на сроки его доставки.

При этом сторона истца в ходе рассмотрения спора не оспаривала тот факт, что, действуя добросовестно, ответчик не только информировал истца о грузе, но и предпринимал все возможные меры по надлежащему исполнению своих обязанностей по контракту.

Фактически, сторона истца, в качестве основания для предъявления требования о возмещении ущерба, ссылается исключительно на тот факт, что ответчик, являясь профессиональным участником рынка экспедиторских услуг, избрал ненадлежащий маршрут доставки спорного груза.

Вместе с тем суд приходит к выводу о том, что указанный довод подлежит отклонению в силу того, что из совокупного толкования пунктов 1.2., 2.2.1., 4.2., 4.11. заключенного между истцом и ответчиком договора транспортной экспедиции № 1-03/1125-1 от 07 июня 2022 года истец согласовывал предлагаемые ответчиком маршруты.

Зная о наличии проблем с доставкой грузов из Китая в Российскую Федерацию, обусловленных действовавшими в период апрель-май 2022 года ограничениями в Китайской народной республике, обусловленными вспышкой новой коронавирусной инфекции, истец, как заказчик по договору транспортной экспедиции, согласовал предложенный ответчиком вариант (маршрут) доставки груза.

О том, что истец знал о наличии проблем с доставкой грузов из Китайской народной республике на маршрутах исключительно железнодорожной доставки, свидетельствует и представленная истцом в материалы дела электронная переписка, согласно которой представитель истца  указывает на то, что истец работает и с другими экспедиторами на иных маршрутах, на которых задержки по доставкам грузом, в том числе на маршруте морской доставки с последующим довозом железнодорожным транспортом, задержки меньше.

В этой связи указанный довод истца не может служить основанием для возложения на ответчика обязанности по возмещению ущерба, поскольку не свидетельствует о наличии вины в действиях ответчика за задержку доставки груза.

Одновременно суд отмечает, что стороной истца в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств, позволяющих установить наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими для истца негативными последствиями.

Принимая во внимание приведенные выше обстоятельства, положения заключенного между истцом и ответчиком договора, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению ущерба, причиненного срывом сроков доставки спорных контейнеров.

Руководствуясь статьями 110, 167-176 Арбитражно-процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд 

Решил:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья Домрачева Е.Н.