ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-7868/2023

г. Челябинск

10 июля 2023 года

Дело № А76-12884/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 июля 2023 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Камаева А.Х.,

судей Аникина И.А., Жернакова А.С., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Кредит Урал Банк» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 27.04.2023 по делу № А76-12884/2022.

В судебном заседании приняли участие представители акционерного общества «Кредит Урал Банк» - ФИО2 (доверенность от 15.11.2022 № 102, срок действия до 15.11.2025, паспорт, диплом), ФИО3 (доверенность от 05.10.2021 № 102, срок действия до 05.10.2024, паспорт, диплом).

Общество с ограниченной ответственностью «Стройотделсервис» (далее – истец, ООО «Стройотделсервис») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к акционерному обществу «Кредит Урал Банк» (далее – ответчик, банк, Банк «КУБ» (АО)) о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 2 140 850 руб. 68 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 221 856 руб. 65 коп. (с учетом принятого судом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определениями суда от 04.07.2022, от 21.02.2023 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Администрация муниципального образования Ломоносовский муниципальный район Ленинградской области, временный управляющий ФИО4.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 27.04.2023 (резолютивная часть от 20.04.2023) исковые требования удовлетворены в полном объеме. 

С вышеуказанным решением не согласился ответчик (далее также - податель апелляционной жалобы, апеллянт), обжаловав его в апелляционном порядке. В апелляционной жалобе Банк «КУБ» (АО) просит решение суда отменить полностью и принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении требований отказать в полном объеме.

Податель жалобы указал, что суд первой инстанции в нарушение принципа независимости банковской гарантии от основного обязательства, указывает на зависимость изменения контракта, в обеспечение которого выдана банковская гарантия №2377 от 23.06.2020, на условия выданной надлежащей банковской гарантии. Необходимо учитывать, что нормами действующего законодательства не предусмотрена обязанность Банка по внесению изменений в выданную банковскую гарантию, в том числе при изменении основного обязательства, в обеспечение которого выдана гарантия.

Апеллянт отметил, что банк не является стороной основного обязательства. Правоотношения банка и принципала основаны на договоре о выдаче банковской гарантии № 1074 от 23.06.2020. Выдав банковскую гарантию № 2377 от 23.06.2020, банк надлежащим образом исполнил свои обязательства в соответствии с условиями заключенного договора о выдаче банковской гарантии № 1074 от 23.06.2020, банковская гарантия принята бенефициаром в качестве надлежащего обеспечения исполнения обязательств по контракту. Соответственно, у истца возникли обязательства по выплате вознаграждения за ее выдачу.

Податель жалобы считает, что судом первой инстанции неверно применены закрепленные гражданским законодательством принцип свободы договора и правила буквального толкования условий договора. Так, в силу свободы договора стороны (гарант и принципал) пришли к соглашению о не возврате уплаченного вознаграждения за выдачу банковской гарантии в указанных в договоре случаях. Также условиями договора не предусмотрено, что сумма вознаграждения может быть пересмотрена в зависимости от срока действия банковской гарантии. Таким образом, суд первой инстанции необоснованно сделал вывод о том, что при заключении договора стороны учитывали зависимость размера вознаграждения от периода использования банковской гарантии, и оснований для удержания банком денежных средств за те дни, когда банковская гарантия не использовалась, не имеется.

Апеллянт отметил, что при заключении договора о выдаче банковской гарантии банк принял риск раскрытия банковской гарантии при предъявлении требования бенефициаром и невозврата суммы, уплаченной по требованию бенефициара, понес финансовые затраты:

По мнению апеллянта, истцом не доказан факт неосновательного обогащения, поскольку основанием, в силу которого у Банка возникло право на получение вознаграждения, является договор о выдаче банковской гарантии №1074 от 23.06.2020, согласованный и подписанный истцом, который недействительной сделкой не признан. 

Также податель жалобы считает, что судом первой инстанции необоснованно применен п. 14 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 05.06.2019), положения статьи 369 Гражданского кодекса Российской Федерации, которая утратила силу с 01.06.2015 (Федеральный закон от 08.03.2015 № 42-ФЗ).

По мнению апеллянта, судом первой инстанции принято уточненное исковое заявление, заявленное истцом в ходе судебного разбирательства в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при отсутствии правовых оснований для его принятия.

От ООО «Стройотделсервис» посредством системы «МойАрбитр» поступил отзыв на апелляционную жалобу с доказательствами его направления в адрес иных лиц, участвующих в деле (вх. № 39609 от 03.07.2023). Отзыв приобщен к материалам дела.

В судебном заседании представители ответчика поддержали доводы апелляционной жалобы, просили решение суда отменить, в иске отказать.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, 22.06.2020 между ООО «Стройотделсервис» (принципал) и АО «Кредит Урал Банк» (гарант) заключен договор о выдаче банковской гарантии № 1074 (далее - договор), в соответствии с условиями которого гарант выдал принципалу банковскую гарантию в качестве обеспечения исполнения обязательств по муниципальному контракту (далее - контракт) на строительство объекта: «Строительство муниципального образовательного учреждения на 450 мест в д. Малое Карлино Ломоносовского района по адресу: Ленинградская область, Ломоносовский муниципальный район, Виллозское сельское поселение, 

<

...>. Кадастровый номер 47:14:0605002:1» (номер контракта в ЕИС                                   № 0145200000420000927). 

23.06.2020 после выдачи ответчиком гарантии между Администрацией Ломоносовского муниципального района Ленинградской области и истцом заключен вышеуказанный контракт. 

23.11.2020 истец письмом Исх. № 223/20 обратился к ответчику с просьбой изменить договор о выдаче гарантии в связи с тем, что ее размер подлежал увеличению на основании планируемого к подписанию на основании решения Администрации Ломоносовского муниципального района Ленинградской области дополнительного соглашения к муниципальному контракту. 

17.12.2012 письмом исх. № 04755-УКК в изменении условий гарантии ответчик отказал. 

Истец был вынужден заключить договор о выдаче гарантии к вышеуказанному контракту с иной кредитной организацией, поскольку банковская гарантия от 23.06.2020 № 2377 утратила обеспечительную функцию, в связи с изменением условий контракта о размере авансового платежа. 

Администрация муниципального образования Ломоносовский муниципальный район Ленинградской области (бенефициар по банковской гарантии от 23.06.2020 № 2377) 21.04.2021 направил ответчику письменный отказ от своих прав по гарантии (п. 3. ч. 1 ст. 378 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Истец, полагая, что обеспечительная функция банковской гарантии от 23.06.2020 № 2377 утрачена в связи со следующим: 

- изменением основного обязательства; 

- отказом гаранта внести изменения в банковскую гарантию в целях ее приведения в соответствие требованиям муниципального контракта                          № 0145200000420000927 от 23.06.2020 в редакции дополнительного соглашения № 3 от 17.12.2020 к контакту; 

- выдачей иной кредитной организацией новой независимой банковской гарантии в качестве обеспечения обязательств принципала по муниципальному контракту № 0145200000420000927. 

01.07.2021 истец направил в адрес ответчика претензию Исх. № 160/21 о возврате суммы вознаграждения за банковскую гарантию пропорционально неиспользованному в связи с утратой обеспечительной функции периоду действия банковской гарантии. 

Ответ гаранта (отказ в возврате суммы вознаграждения) изложен в письме Исх. № 03064-УКК от 12.07.2021, поступившим в адрес истца, со ссылкой на положения пункта 2.9. договора о выдаче банковской гарантии от 23.06.2020 № 2377. 

Истец полагает, что досрочная утрата обеспечительной функции гарантии в отсутствие доказанной объективной невозможности банка-гаранта (Ответчика) внести изменение в такую гарантию и (или) выдать по просьбе принципала новую гарантию с учетом объема измененного основного обязательства должно являться основанием для перерасчета согласованной ранее платы за выдачу гарантии и возврата принципалу части вознаграждения. 

Истец указал, что обязательство ответчика прекратилось с момента направления ему бенефициаром заявления об отказе от прав по гарантии, в связи с чем у банка отсутствует право на получение вознаграждения за недействующую во времени обеспечительную функцию гарантии. В связи с вышеизложенным, оплаченное истцом ответчику вознаграждение за выдачу банковской гарантии за период, наступивший после отказа Бенефициара от своих прав по гарантии и до окончания срока, указанного в гарантии, в силу положений статей 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит возврату истцу, 

Вышеуказанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения в арбитражный суд с соответствующими требованиями.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из их обоснованности материально-правовых требований истца, отсутствия у ответчика оснований для отказа в выплате по гарантии.

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В пункте 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Согласно пункту 1 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа. Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

В соответствии с пунктом 2 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации если стороны не достигли соглашения о приведении договора в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или о его расторжении, договор может быть расторгнут, а по основаниям, предусмотренным пунктом 4 настоящей статьи, изменен судом по требованию заинтересованной стороны при наличии одновременно следующих условий:               1) в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет; 2) изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота; 3) исполнение договора без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора; 4) из обычаев или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона.

В силу пункта 4 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение договора в связи с существенным изменением обстоятельств допускается по решению суда в исключительных случаях, когда расторжение договора противоречит общественным интересам либо повлечет для сторон ущерб, значительно превышающий затраты, необходимые для исполнения договора на измененных судом условиях.

Согласно пункту 1 статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Пунктом 2 статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что независимая гарантия выдается в письменной форме (пункт 2 статьи 434), позволяющей достоверно определить условия гарантии и удостовериться в подлинности ее выдачи определенным лицом в порядке, установленном законодательством, обычаями или соглашением гаранта с бенефициаром.

Независимые гарантии могут выдаваться банками или иными кредитными организациями (банковские гарантии), а также другими коммерческими организациями.

К обязательствам лиц, не указанных в абзаце первом настоящего пункта и выдавших независимую гарантию, применяются правила о договоре поручительства (пункт 3 статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 4 статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в независимой гарантии должны быть указаны: дата выдачи; принципал; бенефициар; гарант; основное обязательство, исполнение по которому обеспечивается гарантией; денежная сумма, подлежащая выплате, или порядок ее определения; срок действия гарантии; обстоятельства, при наступлении которых должна быть выплачена сумма гарантии. В независимой гарантии может содержаться условие об уменьшении или увеличении суммы гарантии при наступлении определенного срока или определенного события.

В силу статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 8 статьи 5 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», выдача кредитной организацией банковской гарантии представляет собой банковскую операцию, то есть оказание определенного рода услуг в пользу клиента банка, за которое им выплачивается соответствующее вознаграждение в пользу банка, устанавливаемое в соответствии со статьей 29 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» по соглашению сторон соответствующей сделки.

Согласно статье 370 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотренное банковской гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от того основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, даже если в гарантии содержится ссылка на это обязательство.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 378 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство гаранта перед бенефициаром по гарантии прекращается вследствие отказа бенефициара от своих прав по гарантии и возвращении ее гаранту.

Возврат банковской гарантии выдавшему ее гаранту свидетельствует о прекращении использования этого способа обеспечения принципалом и исключает возможность предъявления бенефициаром требования гаранту.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как полагает истец, обеспечительная функция банковской гарантии от 23.06.2020 № 2377 утрачена в связи со следующим: 

- изменением основного обязательства; 

- отказом гаранта внести изменения в банковскую гарантию в целях ее приведения в соответствие требованиям муниципального контракта                               № 0145200000420000927 от 23.06.2020 в редакции дополнительного соглашения № 3 от 17.12.2020 к контакту; 

- выдачей иной кредитной организацией новой независимой банковской гарантии в качестве обеспечения обязательств принципала по муниципальному контракту № 0145200000420000927.

Вместе с тем истец не доказал, что банковская гарантия, выданная ответчиком, нарушает требования Закона № 44-ФЗ, доводы суда первой инстанции об обратном признаются судом апелляционной инстанции неправомерными в силу следующего.

В силу статей 368, 370 ГК РФ гарантия является независимой, предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого1 она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

Также в п. 11 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 05.06.2019) разъяснено, что обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит от того основного обязательства, в обеспечение исполнения которого выдана гарантия, даже если в самой гарантии содержится ссылка на это обязательство.

Однако судом первой инстанции в нарушение принципа независимости банковской гарантии от основного обязательства, указано на зависимость изменения контракта, в обеспечение которого выдана банковская гарантия №2377 от 23.06.2020, на условия выданной надлежащей банковской гарантии: договор с Банком истец подписал именно в целях заключения государственного.

Необходимо учитывать, что нормами действующего законодательства не предусмотрена обязанность Банка по внесению изменений в выданную банковскую гарантию, в том числе при изменении основного обязательства, в обеспечение которого выдана гарантия.

Банк не является стороной основного обязательства, правоотношения Банка и принципала основаны на договоре о выдаче банковской гарантии                № 1074 от 23.06.2020. Выдав банковскую гарантию № 2377 от 23.06.2020, Банк надлежащим образом исполнил свои обязательства в соответствии с условиями заключенного договора о выдаче банковской гарантии № 1074 от 23.06.2020, банковская гарантия принята бенефициаром в качестве надлежащего обеспечения исполнения обязательств по контракту. Соответственно, у истца возникли обязательства по выплате вознаграждения за ее выдачу.

Кроме того, при выборе гаранта истец не был связан условиями закупки, имел возможность выбрать любого гаранта и заключить гарантию на любых согласованных с гарантом условиях; риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона (постановление Арбитражного суда Уральского округа от 29.09.2021 № Ф09-6501/21 по делу № А07-20366/2020, определением Верховного Суда РФ от 30.12.2021 № 309-ЭС21-25595 отказано в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления).

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие факт недобросовестного поведения ответчика при заключении Договора о выдаче Банковской гарантии, очевидных намерений навредить истцу, а также разъяснения относительно в чем именно заключался вред, якобы причиненный ответчиком истцу заключением Договора на согласованных условиях.

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Договор о выдаче банковской гарантии является двусторонней сделкой, направленной на возникновение взаимных прав и обязанностей у сторон - принципала и гаранта. Таким образом, по своей правовой природе всякий договор/соглашение о выдаче банковской гарантии является договором возмездного оказания услуг по которому гарантом за вознаграждение оказывается финансовая услуга - выдача гарантии. При этом у каждой из сторон сделки отсутствуют заранее установленные законодательством обязанности совершить сделку: банка отсутствует императивная обязанность по выдаче гарантий любому обратившемуся к нему лицу, равно как и лица, желающего и получить услугу в виде предоставления гарантийного обязательства (гарантии), отсутствует императивная обязанность получить услугу у какого-то конкретного банка.

Истец, являясь самостоятельным хозяйствующим субъектом, в силу положений статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации был свободен в выборе контрагента по Договору о выдаче банковской гарантии из списка иных кредитных организаций, кроме ответчика, если условия и порядок взаимодействия с последним в вопросе о выдаче Банковской гарантии истца не устраивали.

Договор о выдаче банковской гарантии не является договором присоединения, что предполагает наличие у истца возможности изменить условий Договора. Исходя из вышеупомянутого, оснований считать доводы истца о навязывании ответчиком договорных условий и обязательств не имеется.

Правоотношения истца и бенефициара по контракту не связаны с правоотношениями истца и банка по договору о выдаче банковской гарантии, о чем также указал Верховный Суд Российской Федерации в определении Верховного Суда РФ от 16.12.2022 № 305-ЭС22-19802. 

Кроме того, с договором о выдаче банковской гарантии истец был ознакомлен, каких-либо возражений, протоколов разногласий не предъявил, факт подписания договора подтверждает факт принятия истцом обязательств по соблюдению всех условий договора.

Совершение истцом оплаты в пользу ответчика в полном объеме суммы предусмотренного вознаграждения также подтверждает согласие со всеми условиями договора и отсутствие возражений.

Также необходимо учитывать, что положения законодательства и условия договора, как уже отмечалось выше, не предусматривают обязательств гаранта по возврату принципалу вознаграждения за предоставление банковской гарантии, в том числе в случае досрочного возврата/прекращения банковской гарантии.

В силу статьи 421 ГК РФ юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Согласно п. 1 статьи 424 ГК РФ исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон. К указанной сделке применяются общие положения о заключении договора, о возмездности сделки и цене, которая устанавливается соглашением сторон,  плата за выдачу гарантии определяется соглашением сторон между гарантом и принципалом и может быть фиксированной либо зависеть от срока пользования гарантией (статьи 420 - 424 ГК РФ).

Между банком и ООО «Стройотделсервис» с применением электронной цифровой подписи заключен договор о выдаче банковской гарантии № 1074 от 23.06.2020, в соответствии с которым банк выдает по просьбе клиента банковскую гарантию в качестве обеспечения исполнения обязательств клиента (принципала) перед Администрацией МО Ломоносовский муниципальный район (Бенефициаром) по договору, который будет заключен между                        ООО «Стройотделсервис» и Администрацией МО Ломоносовского муниципального района (далее - контракт, основное обязательство), а клиент обязуется уплатить банку вознаграждение за выдачу банковской гарантии и совершить иные действия в соответствии с настоящим договором (п. 1.1. Договора).

В силу п. 1.3. договора клиент уплачивает банку вознаграждение за выдачу гарантии. 

Гарантия выдается клиенту после поступления банку вознаграждения (п. 1.4. договора).

В п. 1.4 договора прямо, четко и недвусмысленно выражена воля сторон: вознаграждение, выплаченное клиентом гаранту за выдачу гарантии, возврату и уменьшению не подлежит, в том числе, но, не ограничиваясь, в случае досрочного прекращения гарантии или не возникновения обеспечиваемого гарантией обязательства клиента.

Все обстоятельства и условия, из которых исходили истец и ответчик при заключении договора о выдаче банковской гарантии, в том числе условия о цене договора (п. 1.3 договора) и о невозвратности уплаченного банку вознаграждения (п. 1.4 договора), изложены и согласованы в договоре о выдаче банковской гарантии, заключенным путем свободного волеизъявления сторон.

В силу свободы договора стороны (гарант и принципал) пришли к соглашению о не возврате уплаченного вознаграждения за выдачу банковской гарантии в указанных в договоре случаях.

В силу ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Буквальное толкование п. 1.3 договора, содержащего условие об оплате вознаграждения за выдачу гарантии, во взаимосвязи с условиями п. 1.4. договора о невозвратности уплаченного вознаграждения, свидетельствует о независимости размера оплаты за выдачу гарантии от срока действия выданной гарантии. Размер вознаграждения за выдачу банковской гарантии зафиксирован в договоре о выдаче банковской гарантии в твердой денежной сумме, согласован сторонами, которые являются субъектами предпринимательской деятельности, при подписании договора, и по свободному волеизъявлению сторон, выраженному в договоре о выдаче банковской гарантии, возврату и уменьшению не подлежит. 

Иного из договора не следует.

Учитывая существо банковской гарантии, которое включает в себя и предпринимательский риск гаранта, вознаграждение уплачивается за факт выдачи гарантии (завершенное действие), а не за длящуюся услугу по «действию гарантии». 

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 12.07.2022 № Ф05-14156/2022 по делу                                      № А40-227052/2021 (определением Верховного Суда РФ от 08.11.2022                      № 305-ЭС22-20363 отказано в передаче дела № А40-227052/2021 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления); постановлении Арбитражного суда Московского округа от 13.07.2022 № Ф05-14559/2022 по делу №A40-226837/2021 (определением Верховного Суда РФ от 16.12.2022                    № 305-ЭС22-19802 отказано в передаче дела № А40-226837/2021 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления).

Иное толкование  согласованных сторонами условий договора о  выдаче банковской гарантии является нарушением закрепленных гражданским законодательством свободы договора (ст. 421 ГК РФ) и правила буквального толкования условий договора (ст. 431 ГК РФ).

Взимание банком вознаграждения за выдачу банковской гарантии предусмотрено договором о выдаче банковской гарантии и действующим законодательством, оплачивая банку услуги по выдаче банковской гарантии, истец исполнил принятые по договору о выдаче гарантии обязательства; в указанном договоре не оговорено, что сумма вознаграждения подлежит перерасчету и/или возврату в случае досрочного прекращения гарантии; истцом не доказан факт незаконного приобретения или сбережения ответчиком принадлежащего истцу имущества в заявленной сумме, о чем также указал Верховный Суд РФ в определении от 14.09.2022 № 305-ЭС22-12201 по делу                  № А40-181399/2021, оставленным без внимания судом перовой инстанции.

Таким образом, исходя из условий, изложенных в Договоре о выдаче банковской гарантии, обязательство по оплате вознаграждения за предоставление Банковской гарантии в конкретном случае не ставится в зависимость от срока действия Банковской гарантии, а представляет собой вознаграждение банка-гаранта за те финансовые риски, которые принимаются банком в случае предъявления бенефициаром требования о выплате по гарантии.

Договор о выдаче банковской гарантии является самостоятельной сделкой, и ответчик свои обязательства по Договору исполнил (Банковскую гарантию выдал), соответственно, у истца возникли обязательства по выплате вознаграждения за ее выдачу.

Тот факт, что в дальнейшем бенефициар или истец по какой-либо причине откажутся от исполнения основного обязательства (контракта), в обеспечение которого была выдана банковская гарантия, не имеет правового значения в данном смысле, поскольку правоотношения истца и бенефициара по контракту не связаны с правоотношениями истца и ответчика по договору о выдаче банковской гарантии.

Кроме того, при выборе гаранта истец не был связан условиями закупки, имел возможность выбрать любого гаранта и заключить гарантию на любых согласованных с гарантом условиях; риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона.

В силу статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанное правило применяется независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Таким образом, обязательным условием удовлетворения требования о взыскании неосновательного обогащения является доказанный факт отсутствия законных оснований приобретения или сбережения имущества за счет истца.

Согласно статье 368 Гражданского кодекса Российской Федерации по банковской гарантии банк, иное кредитное учреждение или страховая организация (гарант) дают по просьбе другого лица (принципала) письменное обязательство уплатить кредитору принципала (бенефициару) в соответствии с условиями даваемого гарантом обязательства денежную сумму по представлении бенефициаром письменного требования о ее уплате.

В силу статьи 369 Гражданского кодекса Российской Федерации банковская гарантия обеспечивает надлежащее исполнение принципалом его обязательства перед бенефициаром (основного обязательства) (пункт 1). За выдачу банковской гарантии принципал уплачивает гаранту вознаграждение (пункт 2).

В пункте 1 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон.

Таким образом, оплачивая банку услуги по выдаче банковской гарантии, истец исполнил принятые по договору обязательства - в рассматриваемом случае денежные средства получены ответчиком за оказанные услуги по выдаче банковской гарантии, что исключает неосновательное обогащение на стороне банка.

В рассматриваемом случае имеются самостоятельные обязательственные друг другу связи: «гарант (банк) - бенефициар» и «гарант - принципал» (в силу статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, даже расторжение, прекращение обеспечиваемой гарантией сделки, не отменяет действие договора о выдаче банковской гарантии, не порождает у истца права требования возврата уплаченной комиссии за фактически оказанную услугу - выдачу гарантии, учитывая независимость основного обязательства, обеспечительного (гарантии) и договора (соглашения) о выдаче банковской гарантии.

Возврат гарантии бенефициаром не прекращает обязательства клиента-принципала перед банком по договору (соглашению) о выдаче банковской гарантии, так как банком к моменту выдачи банковской гарантии осуществлены конкретные и значительные действия, то есть - оказана финансовая услуга, завершившаяся в момент выдачи банковской гарантии и ее размещением в реестре.

Таким образом, оказанная банком финансовая услуга - выдача гарантии, заключается не просто в форме взятия на себя обязательства обеспечивать обязанности другого лица - принципала, а в совокупности соответствующих этому действий, включая оценку финансового положения принципала (проверку платежеспособности принципала), оформление необходимых документов, создание резервов на возможные потери.

При этом у банка отсутствует императивная обязанность по выдаче гарантии любому обратившемуся к нему лицу и он вправе при наличии сомнений в платежеспособности принципала отказать ему в выдаче гарантии. Только после рассмотрения представленных принципалом документов, подтверждающих платежеспособность последнего, банком принимается решение о выдаче принципалу соответствующей гарантии.

После согласования принципалом текста банковской гарантии, риск наступления неблагоприятных последствий в случае представления ненадлежащей банковской гарантии, лежит исключительно на принципале (истце), поскольку при подготовке и подаче документов для получения банковской гарантии, именно он должен проверить ее содержание на соответствие тем требованиям, которые к ней предъявляются бенефициаром, а также принять все необходимые и достаточные меры для проверки соответствия представленной банковской гарантии условиям основного обязательства (контракта). Указанная обязанность лежит на принципале, так как, принимая решение об участии в процедуре размещения государственного и муниципального заказа, подавая соответствующую заявку, хозяйствующий субъект несет риск наступления неблагоприятных для него последствий, предусмотренных Законом № 44-ФЗ, в случае совершения им действий (бездействия) в противоречие требованиям этого Закона, в том числе приведших к невозможности заключения контракта с ним как с лицом, признанным победителем аукциона.

Таким образом, истец, избрав банковскую гарантию в качестве способа обеспечения исполнения контракта, при заключении с ответчиком договора гарантии был обязан обеспечить соответствие условий банковской гарантии предъявляемым к ней требованиям закона и аукционной документации путем согласования с гарантом соответствующих условий банковской гарантии (в том числе дополнительно предъявляемых заказчиком).

Из имеющихся в деле доказательств следует, что ответчик, рассмотрев заявку истца и представленные им документы, направил истцу счет на оплату комиссии вместе с проектом банковской гарантии на согласование. Истец акцептовал оферту, согласовал проект банковской гарантии без каких-либо возражений по ее содержанию. Таким образом, банк выполнил возложенные на него частями 8 - 11 статьи 45 Закона № 44-ФЗ обязанности.

Кроме того, требования к форме банковской гарантии, используемой для целей Закона № 44-ФЗ, перечню документов, прилагаемых к ней, определены также в силу пункта 7 части 2, части 8.2 статьи 45 Закона № 44-ФЗ в Постановлении Правительства Российской Федерации от 08.11.2013 № 1005                 «О банковских гарантиях, используемых для целей Федерального закона                  «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», следовательно истец как участник закупки имел возможность заблаговременно проверить правильность содержания банковской гарантии, полученной от банка.

Доводы истца о том, что размер вознаграждения ответчика зависит от количества дней действия банковской гарантии, подлежат отклонению апелляционной коллегией как противоречащие содержанию гарантии. 

То обстоятельство, что ответчик определял различный размер вознаграждения при согласовании сторонами срока действия гарантии, значения для правильного рассмотрения дела не имеет.

Мнение истца о том, что вознаграждение выплачивается за пользование банковской гарантией в течение срока, на который она выдана, услуга по выдаче банковской гарантии является длящейся, а не единовременной, апелляционным судом во внимание не принято как ошибочное.

При таких обстоятельствах исковые требования общества удовлетворению не подлежат.

С учетом изложенного выше обоснования, принятое судом первой инстанции решение подлежит отмене в связи с неправильным применением норм материального права и несоответствием выводов изложенных в решении обстоятельствам дела (пункты 3, 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении исковых требований.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы по государственной пошлине по иску и по апелляционной жалобе распределяются по правилам части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

С учетом отказа в удовлетворения заявленного иска государственная пошлина относится на истца. Поскольку истцом государственная пошлина оплачена не в полном объеме, с него подлежит взысканию в доход федерального бюджета 1 110 руб. государственной пошлины по иску.

В силу удовлетворения апелляционной жалобы Банка с ООО «Стройотделсервис» в пользу апеллянта подлежит взысканию государственная пошлина по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 27.04.2023 по делу № А76-12884/2022 отменить. 

В удовлетворении исковых требований отказать. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стройотделсервис» в доход федерального бюджета 1 110 руб. государственной пошлины по иску. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стройотделсервис» в пользу акционерного общества «Кредит Урал Банк»  3 000 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

А.Х. Камаев

Судьи:

И.А. Аникин

А.С. Жернаков