﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-16361/2018(44)-АК

Дело № А60-51084/2018

02 апреля 2021 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 марта 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 02 апреля 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Зарифуллиной Л.М., Макарова Т.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Паршиной В.Г., 

при участии:

от конкурсного управляющего: Калинина С.Ю. по доверенности от 06.08.2019, 

от ответчика, общества с ограниченной ответственностью Производственное строительное монтажное объединение «Тагилстрой» (далее – ООО ПСМО «Тагилстрой», ответчик) (ИНН 6672342285, ОГРН 1116672013402): Коноплянский В.Ю. по доверенности от 31.12.2020,

от общества с ограниченной ответственностью «Трест Тагилстрой» (далее – ООО «Трест Тагилстрой») (ИНН 6623118883, ОГРН 1169658116484): Пархоменко А.С. по доверенности от 01.10.2018,

от Чеканова Алексея Архиповича: Пархоменко А.С. по доверенности от 01.10.2018,

от комитета кредиторов должника: Ловкина А.В. на основании протокола заседания комитета кредиторов должника № 1, 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в открытом судебном заседании в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» апелляционную жалобу конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – конкурсный управляющий, Агентство) (ОГРН 1047796046198, ИНН 7708514824)

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 11 января 2021 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными сделок должника и применении последствий недействительности сделок, 

вынесенное судьей Грабовской М.Ю. в рамках дела № А60-51084/2018	

о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества «Тагилбанк» (далее – АО «Тагилбанк», банк, должник) (ИНН 6623002060, ОГРН 1036605604078),

установил:

03.09.2018 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Центрального банка Российской Федерации в лице Уральского главного управления Центрального банка Российской Федерации (далее – Банк России) (ИНН 7702235133, ОГРН 1037700013020) о признании АО «Тагилбанк» несостоятельным (банкротом), которое принято к производству суда определением от 07.09.2018, возбуждено настоящее дело о банкротстве. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 10.10.2018 (резолютивная часть решения объявлена 03.10.2018) АО «Тагилбанк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждено Агентство. 

Определением от 06.12.2018 Семнадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению заявления Банка России по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2019 решение Арбитражного суда Свердловской области от 10.10.2018 по делу № А60-51084/2018 отменено, АО «Тагилбанк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждено Агентство. 

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 13.05.2019 постановление суда апелляционной инстанции оставлено без изменения.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 10.09.2019 №309-ЭС19-14475 отказано в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

13.05.2020 в материалы дела поступило заявление конкурсного управляющего, с учетом измененного требования, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ, о признании недействительными договора купли-продажи от 20.01.2016, заключенного между должником и ООО «ПСМО Тагилстрой», и договора купли-продажи от 07.12.2018 № 61/18-ПС, заключенного между ООО «ПСМО Тагилстрой» и ООО «УралИнвест» и применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника объекта недвижимости, расположенного по адресу: Свердловская область, г.Нижний Тагил, ул. Академика Патона, д. 6, кадастровый номер 66-66-02/005/2005-478.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.01.2021 (резолютивная часть определения объявлена 25.12.2020) отказано в удовлетворении указанного заявления. 

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления о признании недействительными оспариваемых сделок и применении последствий их недействительности. 

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий приводит доводы, согласно которым при заключении мнимых сделок после отзыва лицензии и введении процедуры банкротства стороны, являясь аффилированными лицами, злоупотребили правом, поскольку у банка отсутствовала экономическая целесообразность в их заключении, а передача объекта недвижимости под контроль связанного с должником лица осуществлена для избежания обращения взыскания со стороны потенциальных кредиторов. Также конкурсный управляющий полагает, что в данном случае срок исковой давности составляет три года.

Представители акционеров должника и комитета кредиторов должника, а также ответчик ООО «УралИнвест» представили отзывы на апелляционную жалобу, согласно которым просят определение суда оставить без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

В судебном заседании представители комитета кредиторов должника, ответчика ООО ПСМО «Тагилстрой», ООО «Трест Тагилстрой», Чеканова А.А.  поддержали доводы, изложенные в отзывах на апелляционную жалобу, просили определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

В судебное заседание представитель ответчика ООО «УралИнвест» не явился, просил дело рассмотреть в отсутствие представителя. Ходатайство ответчика о рассмотрении дела в отсутствие представителя в порядке статьи 159 АПК РФ рассмотрено и удовлетворено.

Остальные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что 20.01.2016 между АО «Тагилбанк» (продавец) и ООО ПСМО «Тагилстрой» (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого покупатель купил в частную собственность недвижимое имущество – нежилое помещение, общей площадью 375,3 кв. м, расположенное по адресу: Свердловская область, г. Нижний Тагил, ул. Академика Патона, д. 6, кадастровый номер 66-66-02/005/2005-478.

Отчуждаемое помещение принадлежало продавцу на праве собственности, что подтверждается договором купли-продажи муниципального недвижимого имущества № 343 от 20.12.2004 (запись регистрации № 66-66/02/005/2005-480).

В соответствии со спорным договором отчуждаемое имущество продано за 7 500 000 руб., в том числе НДС 18%.

Оплата покупателем продавцу денежных средств по договору производится в безналичной форме, частями на расчетный счет, в сроки, указанные в пункт 2.1 договора (до 31.12.2020).

Переход права собственности на спорное имущество в пользу покупателя зарегистрировано 11.02.2016 (запись о праве собственности № 66-66/002-66/002/347/2016-20/2).

Впоследствии между теми же сторонами 12.02.2016, 09.01.2017 заключен договор аренды нежилого помещения, общей площадью 375,3 кв. м, расположенное по адресу: Свердловская область, г. Нижний Тагил, ул. Академика Патона, д. 6. 

Арендная плата по договору составила 235 000 руб. в месяц, в том числе НДС18% - 35 847 руб. 46 коп. (пункт 3.1. договора).

В дальнейшем спорное помещение отчуждено в пользу ООО «УралИнвест» на основании договора купли-продажи от 07.12.2018 № 61-18-ПС, право собственности перерегистрировано 12.12.2018.

Полагая, что сделки по отчуждению указанного имущества являются недействительными, поскольку совершены на заведомо невыгодных условиях, а также с аффилированными лицами, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении указанного заявления.

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзывов на апелляционную жалобу, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Согласно статье 129 Закон о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании сделок недействительными, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок.

Согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 Постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления указано, что согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 7 названного Постановления в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Вместе с тем одним из необходимых условий признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является причинение вреда имущественным правам кредиторов, которая предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что в обоснование того, что в результате совершения оспариваемой сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий сослался на то, что в результате указанной сделки кредиторам причинен вред, поскольку на период совершения оспариваемых сделок должник обладал признаками неплатежеспособности.

Конкурсный управляющий указал, что в соответствии с заключением временной администрации о финансовом состоянии банка размер его активов, отраженный в документах бухгалтерской отчетности существенным образом завышен, в том числе за счет искусственного увеличения стоимости ссудной задолженности. 

Действительная стоимость ссудной задолженности по результатам анализа временной администрации составила 574 440 000 руб., что значительно меньше на 329 593 000 руб. стоимости, учитываемой бывшим руководством банка.

Указанные обстоятельства, по мнению конкурсного управляющего, подтверждают факт превышения размера обязательств банка по отношению к его активам, а равно наличие признаков недостаточности имущества.

Между тем, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание сведения, предоставленные Центральным Банком Российской Федерации в лице Уральского главного управления Центрального банка Российской Федерации, в соответствии с которыми спорное помещение, расположенное по адресу: Свердловская область, г. Нижний Тагил, ул. Академика Патона, д. 6 расценено временной администрацией как непрофильный актив.

Согласно выписке из заключения временной администрации должника по сделкам, совершенным в преддверии отзыва лицензии, должником реализовано имущество (непрофильный актив), которое негативно влияло на соблюдение банком надзорных норм Банка России. В результате сделки с ООО ПСМО «Тагилстрой» банком получен чистый доход в сумме 5 633,8 тыс. руб., временной администрацией не установлен факт нанесения банку финансового ущерба.

Кроме того, судом первой инстанции правильно принят во внимание тот факт, что ООО ПСМО «Тагилстрой» расплатилось с должником досрочно (30.03.2018) за счет заемных денежных средств, полученных от Чеканова А.А. (председатель совета директоров банка), в свою очередь, денежные средства на вкладной счет Чеканова А.А. поступили 30.03.2018 наличными в кассу банка.

Временная администрация указала в своем заключении, что характер совершенной операции (предоставление займа) свидетельствует о возможной экономической связанности с банком, поскольку Чеканов А.А. предоставил денежные средства на выкуп имущества, которое до октября 2018 года сдавалось в аренду АО «Тагилбанк», однако, с учетом того, что данное имущество, отнесено к непрофильному активу банка, реализация которого, принесла чистую прибыль, администрацией сделан вывод об отсутствии ущерба.

Судом первой инстанции также обоснованно приняты во внимание пояснения акционеров должника, согласно которым аренда спорного помещения после его продажи связана с тем, что офис на ул. Патона, д. 6, являлся единственным офисом, работающим в Дзержинском районе города Нижний Тагил, в связи с чем банк рассматривал иные варианты размещения офиса, понимая необходимость реализации данного объекта, однако, на рынке не имелось свободных помещений, отвечающих требованиям по безопасности осуществления банковской деятельности.

Кроме того, в результате реализации спорного имущества банк прекратил нести следующие обязательства:

- налог на имущество, исходя из ставки – 2,2% от кадастровой стоимости объекта,

- оплату расходов по содержанию здания, ввиду нахождения помещений в составе многоквартирного дома (расходы на общее освещение, управление, капитальный ремонт здания),

- расходы, связанные с обеспечением охраны объекта,

- отсутствие необходимости по несению расходов на осуществление текущего и капитального ремонта помещений.

В отсутствие доказательств того, что на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, с учетом вышеприведенных разъяснений Постановления, суд первой инстанции правильно исходил из того, что нельзя считать доказанным, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Согласно пункту 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" при определении круга заинтересованных лиц и толковании абзаца 5 пункта 1 статьи 19 Закона о  банкротстве, в силу которого к числу заинтересованных по отношению к должнику лиц помимо субъектов, прямо указанных в пункте 1 статьи 19 Закона о банкротстве, относятся и иные лица в случаях, предусмотренных федеральным законом, судам необходимо исходить из следующего.

Под иными лицами понимаются лица, признаваемые законодательством о юридических лицах заинтересованными в совершении юридическим лицом сделки (пункт 1 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 указанного Федерального закона сделки, в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями данной статьи. 

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица: являются стороной сделки или выступают в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; владеют (каждый в отдельности или в совокупности) двадцатью и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указал, что ответчики и должник являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами, поскольку Зальцман Р.С. на момент совершения сделки (20.01.2016) являлась единственным участником ООО ПСМО «Тагилстрой», а также акционером должника с долей в размере 9,97%.

Помимо прочего, конкурсный управляющий указал, что доля в уставном капитале ООО «УСК» принадлежит Чеканову С.А. – брату основного акционера банка Чеканова А.А. 

Таким образом, конкурсным управляющим сделан вывод, что должник и  ответчики входят в одну группу лиц, контроль за действиями которых осуществляет Чеканов А.А.

Данные доводы судом первой инстанции проверены и обоснованно отклонены, поскольку из материалов дела следует, что ни Зальцман Р.С., ни Варкентин А.Д. (действующий директор ООО ПСМО «Тагилстрой», назначен на должность 27.03.2018) на момент совершения сделки 20.01.2016 по отчуждению нежилого помещения не занимали руководящих должностей в банке и не являлись его акционерами. 

Кроме того, ссылка конкурсного управляющего на наличие у Чеканова А.А. статуса основного акционера также правильно не принята во внимание судом первой инстанции, так как доля акций в размере 26,23% не определяет возможность единоличного принятия решения по совершению сделок.

Таким образом, соответствующие доводы апелляционной жалобы о том, что стороны спорных сделок являлись аффилированными лицами, являются несостоятельными и отклоняются судом апелляционной инстанции в полном объеме.

При этом суд первой инстанции обоснованно учитывал, что сама по себе заинтересованность сторон сделки не означает наличие признаков злоупотребления правом.

В соответствии с выводами временной администрации банка, сделанными  в результате анализа сделок, ООО ПСМО «Тагилстрой» не является лицом, юридически связанным с банком, иного в материалы дела конкурсным управляющим, не представлено (статья 65 АПК РФ).

В материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих, что совершение оспариваемой сделки привело к уменьшению размера имущества должника.

В отсутствие обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, арбитражный суд отказывает в удовлетворении заявленных финансовым управляющим должника требований о признании сделки недействительной.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765 по делу № А71- 14776/2015, наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)», пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 №304-ЭС15-20061, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», в редакции, действовавшей до внесения изменений Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов. 

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Между тем доказательства, свидетельствующие о том, что стороны действовали исключительно с целью причинения вреда кредиторам, и нарушении пределов осуществления гражданских прав, в материалах дела отсутствуют, в связи с чем у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для квалификации оспариваемых сделок по статьям 10, 168 ГК РФ.

Отказывая в удовлетворении настоящего заявления, суд первой инстанции также обоснованно принял во внимание доводы заинтересованных лиц о пропуске конкурсным управляющим срока давности для обращения с настоящим заявлением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года.

Согласно пункту 2 названной статьи срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

В соответствии с правовой позицией, изложенной абзаце втором в пункта 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)», срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

По общему правилу, поскольку срок исковой давности является инструментом защиты прав ответчика, при оспаривании сделок в деле о банкротстве начало его течения определяется исходя из даты осведомленности первого утвержденного в деле конкурсного (внешнего) управляющего.

В рассматриваемом случае определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.10.2018 в отношении должника введена процедура конкурсного производства, в связи с чем является правильным вывод суда первой инстанции, что именно с этого момента конкурсный управляющий должен знать о наличии оспариваемой сделки.

Согласно материалам дела, приказом № ОД-1828 от 20.07.2018 у банка отозвана лицензия на осуществление банковской деятельности, на основании приказа № ОД-1829 в АО «Тагилбанк» назначена временная администрация, сотрудниками которой назначены члены Государственной корпорации - «Агентство по страхованию в кладов».

Таким образом, с момента назначения временной администрации и подготовки проекта заключения о сделках должника, конкурсный управляющий знал о совершенных должником сделках, а также выводах в отношении оспариваемой сделки.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что поскольку заявление конкурсного управляющего об оспаривании сделок должника поступило в арбитражный суд 13.05.2020, требование о признании сделок недействительными по специальным нормам законодательства о банкротстве подано за пределами годичного срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в его удовлетворении (пункт 2 статьи 198 ГК РФ).

Согласно пункту 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений:

о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки;

об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

Поскольку при рассмотрении настоящего обособленного спора обстоятельства недействительности спорных сделок в нарушение пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не нашли свое подтверждение и настоящее заявление подано по истечении срока исковой давности, суд первой инстанции, оценив фактические обстоятельства и представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок. 

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, проверены и им дана надлежащая оценка.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм права, не опровергают выводов суда первой инстанции, по существу направлены на переоценку установленных судом обстоятельств, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

Относительно оспаривания сделок по статье 10 ГК РФ суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что заявитель необоснованно не принимает во внимание следующее.

В обоснование необходимости применения к сложившимся правоотношениям положений статьи 10 ГК РФ заявитель ссылается на причинение вреда кредиторам в размере 7 500 000 руб. и на наличие цели причинения вреда ввиду заключения договора аренды сразу после продажи имущества банком. 

Вместе с тем, данные обстоятельства охватываются составом статьи 61.2 Закона о банкротстве о подозрительных сделках и подлежат доказыванию наряду с иными обстоятельствами.

Иными словами, законодатель четко определил ту совокупность обстоятельств, которую заявителю надлежит доказать для признания сделки подозрительной. И такую совокупность обстоятельств нельзя обойти с помощью общих положений ГК РФ.

Аналогичная позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013. 

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что переход права собственности зарегистрирован за каждым из покупателей непосредственно после совершения сделок. С переходом права собственности к покупателям перешли права владения, пользования и распоряжения имуществом. Покупатели в соответствии со статьей 210 ГК РФ несут бремя содержания имущества. Осуществляя свои полномочия по распоряжению имуществом ООО ПСМО «Тагилстрой» передало имущество в аренду. Таким образом, достигнута цель спорной сделки для покупателя: переход права собственности от продавца к покупателю. Покупная цена уплачена каждым из покупателей по каждой совершаемой сделке в полном объеме. Данные обстоятельства подтверждают возмездность сделок, что также свидетельствуют об их реальности. Таким образом, также достигнута цель спорной сделки для продавца: получение покупной цены.

Поскольку каждая из сторон оспариваемых сделок реально исполнила свои обязательства, оспариваемые сделки не могут быть признаны мнимыми.

Довод апелляционной жалобы о наличии единой цели у оспариваемых сделок опровергается материалами дела, из которых следует что:

- договоры по отчуждению имущества совершались с длительным временным интервалом почти в три года;

- по каждой из сделок были осуществлены расчеты;

		- по каждой из сделок зарегистрирован переход права собственности непосредственно после совершения;

		- новые собственники вступили во владение, пользование и распоряжение спорным имуществом; 

		- новые собственники самостоятельно несли бремя содержания помещения, что повлекло за собой освобождение должника от несения таких расходов, как налог на имущество, оплата за содержание здания ввиду нахождения помещений в составе многоквартирного дома, оплата за охрану объекта, оплата текущего и капитального ремонта;

		- фактически имущество было приобретено ООО ПСМО «Тагилстрой» в полном объеме в течение двух лет;

	- цена договора соответствует рыночной стоимости реализованного имущества, что подтверждается представленным ранее в материалы дела отчетом об оценке рыночной стоимости № 76/41-15 от 04.12.2015, составленным ИП Гирицких С.Н.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии единства между оспариваемыми сделками.

При таких обстоятельствах в данном конкретном случае конкурсным управляющим не доказаны обстоятельства наличия в действиях должника и ответчиков признаков злоупотребления правом и заключение ими мнимых сделок. 

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения настоящего обособленного спора, а также доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом рассмотрения и исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, а также учитывая конкретные обстоятельства по спору, суд апелляционной инстанции считает, что конкурсный управляющий не доказал обоснованность заявленных требований, приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность принятого им решения. 

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

Таким образом, определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Принимая во внимание результаты рассмотрения дела, расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе по правилам статьи 110 АПК РФ, статье 59 Закона о банкротстве относятся на должника и уплачены конкурсным управляющим при подаче апелляционной жалобы. 

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 11 января 2021 года по делу № А60-51084/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Е.О. Гладких

 

Судьи

 

Л.М. Зарифуллина 

 

Т.В. Макаров