Дело № А38-7537/2019

город Владимир

22 декабря 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 декабря 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 декабря 2021 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Рубис Е.А., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО2 

на определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 21.06.2021 по делу № А38-7537/2019, принятое по заявлению ФИО3 о включении требования в размере 1 124 947 руб. 88 коп. в реестр требований кредиторов должника ФИО4 (ИНН 

<

***>) и заявлению конкурсного кредитора ФИО2 к ФИО5 о признании договора купли-продажи от 21.12.2009 недействительным и применении последствий недействительности сделки,

при участии:

от ФИО2  – ФИО6 по доверенности                    от 01.06.2021 серия 16 АА № 6271512 сроком действия три года;

от ФИО3 – ФИО7 по доверенности               от 07.10.2020 серия 16 АА № 5941848 сроком действия десять лет;

от ФИО5 - ФИО7 по доверенности                          от 12.04.2021 серия 16 АА № 6350491 сроком действия пять лет,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 в Арбитражный суд Республик Марий Эл обратилась ФИО3 с заявлением о включении в  реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 1 124 947 руб. 88 коп.                      (с учетом уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В суд также обратился конкурсный кредитор ФИО2 с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи автогидроподъемника от 21.12.2009, заключенного между                       ФИО4 и  ФИО5, недействительным.

Определением от 08.04.2021 обособленные споры объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Арбитражный суд Республики Марий Эл определением от 21.06.2021 отказал в удовлетворении заявления ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи от 21.12.2009, заключенного между должником и ФИО5; включил требование ФИО3 в реестр требований кредиторов должника третьей очереди в размере                      1 124 947 руб. 88 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указывает на отсутствие у суда первой инстанции оснований для признания требований ФИО3 подтвержденными в заявленном размере при отсутствии в материалах дела вступившего в законную силу судебного акта о взыскании с должника в пользу                     ФИО5 убытков в размере 1 129 943 руб., а также расходы по оплате экспертизы в размере 2500 руб.

Кроме того, по мнению заявителя апелляционной жалобы, наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего требования кредитора, не освобождают суд от необходимости проверки оснований и размера требований.

Заявитель апелляционной жалобы считает, что требования кредитора основаны на ничтожной сделке – договоре купли-продажи от 21.12.2009, подписанный без намерения породить какие-либо правовые последствия. Свою позицию заявитель мотивирует тем, что спорный договор признан недействительным апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 13.04.2015 по делу № 33-4946/2015. Считает, что 

постановление

м Президиума Верховного Суда Республики Татарстан от 30.09.2015 по делу № 44-г-97 в удовлетворении требования ФИО4 о применении последствий недействительности договора купли-продажи автогидроподъемника как ничтожной сделки было отказано лишь в связи с применением последствий пропуска срока исковой давности; при этом в любом случае Президиум Верховного Суда Республики Татарстан дал оценку данному договору купли-продажи как ничтожной сделке.

С точки зрения заявителя апелляционной жалобы, оспариваемый договор не преследовал цель создать правоотношения сторон по купле-продаже имущества; в момент совершения спорной сделки, так и в последствии, предмет купли-продажи (автогидроподъемник) находился в аренде у третьего лица (ООО «Симуран»); доказательства возврата данного автогидроподъемника ФИО5 от ООО «Симуран» в деле отсутствуют; спорный договор совершен с целью необоснованного формирования задолженности должника перед ФИО5, то есть имеет место быть цель причинения вреда иным кредиторам. Полагает, что противоправность цели совершения спорной сделки следует из постановления от 01.08.2014 о возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Заявитель апелляционной жалобы также считает имеющим существенное значение разница в цене договора, указанная в цифрах                        (1 525 000 руб.) и указанная прописью (1 000 525 руб.), в связи с чем с целью установления рыночной стоимости предмета оспариваемого договора, а также для проверки доводов о недействительности договора необходимо проведение судебной экспертизы. Отмечает, что судом общей юрисдикции фактически не исследовались обстоятельства, подлежащие установлению в рамках разрешения вопроса об обоснованности требований кредитора. Полагает, что отказ суда первой инстанции в проведении судебной экспертизы не позволил установить размер заявленных требований.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, истек срок предъявления исполнительного документа к исполнению, предусмотренный частью 1 статьи 21 Федерального закона  от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве), в связи с чем ФИО3 утратила право предъявления требования к должнику.

ФИО2 обращает внимание суда на то обстоятельство, что включение в реестр требований ФИО3 затрагивает его материально-правовой интерес, как кредитора должника, поскольку  от общего размера требований кредиторов зависит и размер удовлетворения требований каждого из кредиторов.

Заявитель жалобы также указывает, что спорная сумма является упущенной выгодой, в связи с чем могла быть включена в реестр только по правилам статьи 137 Федерального закона от 26.10.2002  № 127-ФЗ                       «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Представитель ФИО2 в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

ФИО3 в отзыве и письменных пояснениях, а также ее представитель в судебном заседании указали на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просили оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

ФИО4 в письменных пояснениях и дополнении к ним  поддержал доводы апелляционной жалобы ФИО2, просил ее удовлетворить.

Финансовый управляющий должника ФИО8 пояснил, что включение в реестр убытков без указания на отдельный учет данных требований в реестре требований кредиторов должника может повлечь двоякое толкование, в том числе о наличии или отсутствии у данного кредитора права голоса, а также может нарушить очередность удовлетворения требований, в остальной части апелляционной жалобы решение вопроса оставляет на усмотрение суда.

Представитель ФИО5 в судебном заседании возразил против доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В ходе рассмотрения апелляционной жалобы от ФИО2 поступило ходатайство о назначении судебной экспертизы с целью определения рыночной стоимости предмета оспариваемого договора.

Рассмотрев ходатайство ФИО2 о назначении  судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его удовлетворения в силу следующего.

В соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы, согласно статье 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, удовлетворение ходатайства о проведении экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Принимая во внимание имеющиеся в деле доказательства, а также отсутствие доказательств невозможности рассмотрения обособленного спора по существу по имеющимся в материалах дела доказательствам, без установления обстоятельств, для определения которых заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы, учитывая совершение спорной сделки 21.12.2009 и наличие ее исследования также судом общей юрисдикции, суд апелляционной инстанции, не усмотрел оснований, предусмотренных в статье 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для проведения судебной экспертизы.

В суд апелляционной инстанции от ФИО3 поступило ходатайство о приостановлении производства по апелляционной жалобы до вступления в законную силу судебного акта по обособленному спору по заявлению ФИО3 об оспаривании договора займа (расписки) от 17.01.2017, заключенного между ФИО2 и должником.

Рассмотрев ходатайство о приостановлении производства по апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции отказывает в его удовлетворении в силу следующего.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

По смыслу названной нормы права арбитражный суд обязан приостановить производство по делу при наличии в совокупности двух условий: если в производстве соответствующего суда находится дело, связанное с тем, которое рассматривает арбитражный суд, и если это дело имеет существенное значение для выяснения обстоятельств, устанавливаемых арбитражным судом по отношению к лицам, участвующим в настоящем деле.

В рассматриваемой ситуации суд апелляционной инстанции не усматривает условий, необходимых для приостановления производства по настоящей апелляционной жалобе. Указанные ФИО3 обстоятельства не имеют юридического значения для выяснения обстоятельств, устанавливаемых арбитражным судом по настоящему делу. На момент рассмотрения апелляционной жалобы ФИО2 является кредитором должника, у которого в силу Закона о банкротстве имеется право на оспаривание сделки должника, на основании которой заявлено требование. Заявленное ходатайство не согласуется с положениями статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, оснований для удовлетворения заявления                    ФИО3 о приостановлении производства по апелляционной жалобе не имеется.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителей должника и его финансового управляющего, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке части 6 статьи 121,  статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, апелляционным определением Верховного суда Республики Татарстан от 13.05.2013 по делу № 33-5201/13 с                         ФИО4 в пользу ФИО5 взысканы убытки в размере               1 129 943 руб. и расходы по оплате экспертизы в размере 2500 руб.

Впоследствии ФИО5 (цедент) и ФИО3 (цессионарий) заключили договор уступки прав требования от 13.06.2013, по условиям которого цедент передал цессионарию права требования задолженности с ФИО4, возникшей в результате неисполнения обязательств по договору купли-продажи автогидроподъемника, взысканных в пользу цедента убытков в размере 1 129 943 руб. и расходов по оплате экспертизы в размере 2500 руб. 

Факт оплаты уступленного права требования в сумме 500 000 руб. подтвержден распиской от 13.06.2013. 

Вступившим в законную силу определением Приволжского районного суда города Казани от 09.09.2013 по делу № 2-296/13 осуществлена замена взыскателя ФИО5 на ФИО3

Решением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 08.06.2020 гражданин ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО9, о чем 20.06.2020 в газете «Коммерсантъ» опубликовано сообщение.

Предметом заявления ФИО3 является требование о включении 1 124 947 руб. 88 коп. в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Закон о банкротстве), в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно статье 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе судов, рассматривающих дела о банкротстве.

Вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле (часть 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу абзаца 2 пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу судебным актом в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Данное положение направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта, вследствие чего законодатель установил, что требование кредитора, основанное на судебном акте, может быть подвергнуто изменению другим судом только при условии отмены (изменении) судебного акта в порядке пересмотра либо при условии исполнения судебного акта должником.

При наличии вступившего в законную силу решения суда, подтверждающего состав и размер требования кредитора, арбитражный суд определяет возможность его предъявления в процессе несостоятельности и очередность удовлетворения, не пересматривая спор по существу.

В рассматриваемом случае требования ФИО3 основаны на вступившем в законную силу определении Верховного суда Республики Татарстан от 13.05.2013 по делу № 33-5201/13, которым с должника взысканы убытки в размере 1 129 943 руб., возникшие ввиду ненадлежащего исполнения должником обязательств по договору купли-продажи                            от 21.12.2009 автогидроподъемника ВС 22.01 на шасси 433362, 2002 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, цвет белый, и 2500 руб. расходов по экспертизе.

Конкурсный  кредитор ФИО2, возражая против заявленных ФИО3 требований, указал на ничтожность договора купли-продажи от 21.12.2009 на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с  пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В силу пункта10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора купли-продажи может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно пункту 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

С учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении № 32, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Между тем, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлено доказательств совершения оспариваемого договора с целью причинения вреда кредиторам должника при злоупотреблении правом.

Как следует из материалов дела,  оспариваемый договор заключен за десять лет до возбуждения в отношении должника дела о несостоятельности (банкротстве).

При этом, доказательств наличия у ФИО4 на момент совершения оспариваемой сделки неисполненных обязательств перед кредиторами, равно как доказательств наличия признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

При этом, как верно отмечено судом первой инстанции, обязательства должника перед ФИО2 возникли по истечении восьми лет после заключения оспариваемого договора.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности совершения оспариваемой сделки с целью причинения какого-либо вреда кредиторам.

Кроме того, судом установлено и не противоречит материалам дела, что действительность договора купли-продажи от 21.12.2009 неоднократно была предметом рассмотрения судов общей юрисдикции.

Так, решением Приволжского районного суда города Казани Республики Татарстан от 23.01.2015 по делу № 2-468/15 отказано в удовлетворении иска ФИО4 к ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи от 21.12.2009, в связи с пропуском срока исковой давности.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Татарстан от 13.04.2015 по делу                 № 33-4946/15 решение Приволжского районного суда города Казани Республики Татарстан от 23.01.2015 по иску ФИО4 о признании договора недействительным отменено, принято новое решение, которым договор купли-продажи автогидроподъемника от 21.12.2009, заключенный ФИО5 и ФИО4 признан недействительным на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

На основании указанного судебного акта определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан                  от 15.06.2015 по делу № 33-9121/2015 апелляционное определение Верховного Суда Республики Татарстан от 13.05.2013 по иску ФИО5 к ФИО4 о взыскании убытков отменено по новым обстоятельствам.

 Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 09.07.2015 по делу                 № 33-9804/15 решение Приволжского районного суда города Казани Республики Татарстан от 01.03.2013 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО5 – без удовлетворения. 

Постановлением Президиума Верховного Суда Республики Татарстан от 30.09.2015 по делу № 44-г-97 апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан               от 13.04.2015 отменено, решение Приволжского районного суда города Казани Республики Татарстан от 23.01.2015 оставлено в силе.

 Впоследствии определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 25.02.2016 по делу                            № 33-3133/2016 отменены по новым обстоятельствам определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Татарстан                    от 15.06.2015 об отмене апелляционного определения от 13.05.2013 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 09.07.2015 по иску ФИО5 к ФИО4 о взыскании убытков.

 Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 01.08.2016 по делу № 33-5643/2016 отказано в удовлетворении заявления ФИО4 о пересмотре по новым обстоятельствам апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Татарстан от 13.05.2013 по иску ФИО5 к ФИО4 о взыскании убытков.

При изложенных обстоятельствах, у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания договора купли-продажи недействительной сделкой на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке упомянутых норм процессуального права, принимая во внимание, что требование ФИО3 подтверждено вступившим в законную силу определением Верховного суда Республики Татарстан от 13.05.2013 по делу № 33-5201/13, суд первой инстанции правомерно включил требование ФИО3 в реестр требований кредиторов должника в сумме                1 124 947 руб. 88 коп. в соответствии со статьями 134 и 137 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о недействительности договора купли-продажи, не принимаются судом апелляционной инстанции, поскольку предметом настоящего спора является требование                                ФИО3, основанное на вступившем в законную силу судебном акте. Переоценка установленных арбитражным судом обстоятельств недопустима. При наличии вступившего в законную силу решения суда, подтверждающего состав и размер требования кредитора, арбитражный суд определяет правомерность его предъявления в деле о банкротстве и очередность удовлетворения, не пересматривая спор по существу.

Как разъяснено в пункте 24 и абзаце 3 пункта 22 Постановления № 35, если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт, при этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов. Все конкурсные кредиторы, требования которых заявлены в деле о банкротстве, а также арбитражный управляющий вправе принять участие в рассмотрении жалобы, в том числе представить новые доказательства и заявить новые доводы.

Если требование было включено в реестр на основании вступившего в законную силу судебного акта, то при последующей отмене этого последнего акта определение о включении этого требования в реестр может быть пересмотрено по новым обстоятельствам (пункт 1 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) в ходе любой процедуры банкротства.

Приведенные разъяснения направлены на защиту интересов кредиторов и предоставление им и арбитражному управляющему права обжалования в общем установленном процессуальном порядке судебного акта, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки).

Возможность предъявления возражений должником может быть реализована только путем обжалования решения суда, взыскавшего заявленную задолженность.

В рассматриваемом случае, доводы жалобы направлены на пересмотр по существу в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) вступившего в законную силу определения Верховного суда Республики Татарстан от 13.05.2013 по делу № 33-5201/13. У суда апелляционной инстанции отсутствуют сведения об отмене данного судебного акта.

Довод финансового управляющего о том, что требование                   ФИО3 является упущенной выгодой, в связи с чем подлежит учету отдельно в реестре требований кредиторов должника и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов (пункт 3 статьи 137 Закона о банкротстве), отклоняется судом апелляционной инстанции ввиду несостоятельности.              В рассматриваемом случае из вступившего в законную силу определения Верховного суда Республики Татарстан от 13.05.2013 по делу № 33-5201/13 следует, что с должника взысканы убытки представляют собой реальный ущерб, требование по которому подлежит включению в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника по правилам об основном долге.

В апелляционной жалобе заявитель указывает на пропуск                        ФИО3 срока предъявления исполнительного документа к исполнению, предусмотренный частью 1 статьи 21 Закона об исполнительном производстве, в связи с чем ФИО3 утратила право предъявления требования к должнику.

Действующее законодательство четко определяет порядок и сроки принудительного исполнения судебного акта. После истечения такого срока юридически невозможно принудительно исполнить соответствующее решение суда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 321 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 21 Закона об исполнительном производстве, исполнительный лист может быть предъявлен к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу, или со следующего дня после дня принятия судебного акта, подлежащего немедленному исполнению, или со дня окончания срока, установленного при отсрочке или рассрочке исполнения судебного акта.

При этом, срок для предъявления исполнительного листа к исполнению установлен законодателем императивно и не требует заявления стороны по делу о его истечении.

В силу пункта 1 статьи 31 Закона об исполнительном производстве исполнительные документы, по которым истек срок предъявления их к исполнению, судебным приставом-исполнителем к производству не принимаются.

Согласно положениям статьей 21, 22 Закона об исполнительном производстве, исполнительные листы, выдаваемые на основании судебных актов, могут быть предъявлены к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу. После перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется. Время, истекшее до прерывания срока, в новый срок не засчитывается.

С истечением данного срока, если он не был прерван или восстановлен судом, у взыскателя прекращается право требовать принудительного исполнения судебного акта, на основании которого выдан исполнительный лист. Следовательно, с истечением сроков для предъявления исполнительного листа к исполнению взыскатель может получить удовлетворение только в случае, если должник добровольно произведет исполнение.

Обращение кредитора в рамках дела о банкротстве должника с заявлением о включении в реестр кредиторов требования, основанного на вступившем в законную силу судебном акте, представляет собой особый способ удовлетворения такого требования, минуя органы принудительного исполнения судебных актов. В связи с этим взыскатель, не реализовавший свое право на принудительное исполнение судебного акта в отношении должника посредством органов принудительного исполнения судебных актов и пропустивший срок на предъявление исполнительного листа к исполнению, не вправе осуществлять его при возбуждении дела о банкротстве в отношении должника, поскольку утратил право удовлетворения своего интереса в установленном процессуальным законодательством порядке.

Как следует из материалов дела, на основании исполнительного листа Приволжского районного суда города Казани по делу от 01.03.2013                         № 2-296/13  постановлением судебного пристава-исполнителя Приволжского районного отдела судебных приставов города Казани от 31.10.2013 возбуждено исполнительное производство № 53113/13/07/16 в отношении должника ФИО10, в пользу взыскателя – ФИО5, предметом исполнения является задолженность в размере 1 132 443 руб.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 27.11.2013 по данному исполнительному производству произведена замена взыскателя с ФИО5 на ФИО3

Определением Верховного суда Республики Татарстан от 15.06.2015 апелляционное определение Верховного Суда Республики Татарстан                  от 13.05.2013, на основании которого был выдан указанный исполнительный документ, по заявлению ФИО10 отменено по новым обстоятельствам; решение Приволжского районного суда города Казани от 01.03.2013 оставлено без изменения.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 10.07.2015 исполнительное производство было прекращено по причине отмены судебного акта, на основании которого выдан исполнительный документ.

Впоследствии определением Верховного Суда Республики Татарстан от 25.02.2016 отменено определение Верховного суда Республики Татарстан от 15.06.2015 об отмене апелляционного определения от 13.05.2013 и апелляционное определение от 09.07.2015.

Определением Верховного Суда Республики Татарстан от 01.08.2016 заявление ФИО10 о пересмотре по новым обстоятельствам апелляционного определения Верховного Суда Республики Татарстан                  от 13.05.2013 оставлено без удовлетворения.

На основании исполнительного листа по делу № 2-296/13 постановлением судебного пристава-исполнителя от 21.11.2016 исполнительное производство возобновлено, с присвоением ему                           № 109484/16/16007-ИП, и которое окончено 22.02.2017, в связи с отзывом исполнительного документа взыскателем. В ходе указанного исполнительного производства произведено частичное исполнение - в сумме 7495 руб. 12 коп.

Впоследствии 13.02.2017 Ново-Савиновским районным отделом судебных приставов города Казани возбуждено исполнительное производство № 141747/17/16006-ИП на основании заявления ФИО3 по указанному исполнительному листу.

Вместе с тем, решением Ново-Савиновского районного суда города Казани от 13.03.2017, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, постановление судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства от 13.02.2017 № 141747/17/16006-ИП признано незаконным.

В результате реорганизация отделов судебных приставов города Казани 01.08.2017 образовался Отдел судебных приставов по Вахитовскому и Приволжскому районам города Казани.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Отдел судебных приставов по Вахитовскому и Приволжскому районам города Казани от 14.09.2017 на основании исполнительного документа Приволжского районного суда города Казани но делу № 2-296/13, поданного                        ФИО3, возбуждено исполнительное производство                                     № 76088/17/16003-ИП.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Отдел судебных приставов по Вахитовскому и Приволжскому районам города Казани от 08.11.2017 отменено  постановление о возбуждении исполнительного производства  № 76088/17/16003-ИП  без указания причины его отмены.

ФИО3 исполнительный лист был предъявлен повторно в Отдел судебных приставов по Вахитовскому и Приволжскому районам города Казани 13.09.2017.

Решением Приволжского районного суда города Казани от 04.12.2017 по административному делу № 2а-7165/17 удовлетворено административное исковое заявление ФИО3 к судебному приставу-исполнителю отдела судебных приставов по Вахитовскому и Приволжскому районам города Казани ФИО11, начальнику отдела – старшему судебному приставу отдела судебных приставов по Вахитовскому и Приволжскому районам города Казани ФИО12, УФССП России по Республике Татарстан о признании незаконными постановления от 08.11.2017 № 16003/17/917848 об отмене постановления от 14.09.2017 о возбуждении исполнительного производства № 76088/17/16003-ИП, постановления от 08.11.2017                         № 16003/17/917852 об отказе в возбуждении исполнительного производства.

Апелляционным определением Верховного суда Республики Татарстан от 13.03.2018 решение Приволжского районного суда города Казани от 04.12.2017 оставлено без изменения с исключением из его мотивировочной части выводов о сроке предъявления исполнительного листа ко взысканию.

Впоследствии на основании исполнительного листа от 13.05.2013, выданного Приволжским районным судом города Казани по гражданскому делу № 2-296/13 судебным приставом-исполнителем ОСП по Вахитовскому и Приволжскому районам города Казани ФИО13 вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства от 10.05.2018 № 31807/18/16003-ИП, в отношении должника ФИО10 в пользу взыскателя ФИО3, с предметом исполнения в виде взыскания задолженности в размере 1 132 443 руб.

Приволжским районным судом города Казани по делу № 2а-5609/18 признаны незаконными действия судебного пристава-исполнителя отдела судебных приставов по Вахитовскому и Приволжскому районам города Казани ФИО13 по возбуждению 10.05.2018 исполнительного производства № 31807/18/16003-ИП на основании исполнительного листа серии ВС № 053084155 от 01.03.2013, выданного Приволжским районным судом города Казани по делу № 2-296/13, а также постановление от 10.05.2018 о возбуждении исполнительного производства                                              № 31807/18/16003-ИП. При этом суд указал, что после поступления вступившего в законную силу решения Приволжского районного суда города Казани от 04.12.2017 у судебного пристава-исполнителя ФИО13 не было законных оснований для вынесения каких-либо процессуальных документов, в том числе, оспариваемого постановления о возбуждении исполнительного производства повторно. 

В данном случае обстоятельство признания судом незаконными постановлений судебного пристава-исполнителя ФИО11 от 08.11.2017 об отмене постановления от 14.09.2017 о возбуждении исполнительного производства № 76088/17/16003-ИП и об отказе в возбуждении исполнительного производства является достаточным основанием для дальнейшего проведения исполнительных действий по ранее возбужденному исполнительному производству № 76088/17/16003- ИП от 14.09.2017.

При этом, суд не установил оснований для удовлетворения требований административного истца в части возложения обязанностей на должностных лиц отдела судебных приставов по Вахитовскому и Приволжскому районам города Казани по устранению допущенных нарушений прав в связи с признанием в данном судебном заседании незаконными действий судебного пристава-исполнителя ФИО13 по возбуждению 10.05.2018 исполнительного производства № 31807/18/16003-ИП, а также незаконным постановления от 10.05.2018 о его возбуждении.

Согласно имеющемуся в материалах дела письму Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Татарстан                       от 20.11.2020, исполнительное производство от 10.05.2018                                       № 31807/18/16007-ИП окончено ввиду признания должника банкротом (том 1, лист дела 112).

С рассматриваемыми требованиями ФИО3 обратилась в суд 05.08.2020, о чем свидетельствует штемпель почтовой службы на конверте (том 1, лист дела 24).

С учетом изложенного, принимая во внимание, что срок предъявления исполнительного документа неоднократно прерывался, учитывая положения статьи  22 Закона об исполнительном производстве, согласно которой  время, истекшее до прерывания срока, в новый срок не засчитывается,                    ФИО3 в данном конкретном случае срок на предъявление требований не пропущен.

Судебной коллегией также не принимается довод о том, что после отмены судебного акта о взыскании убытков по новым обстоятельствам не состоялось рассмотрение спора по существу, поскольку определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Татарстан от 15.06.2015 по делу № 33-9121/2015 отменено определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 25.02.2016 по делу № 33-3133/2016, в связи с чем основания для пересмотра судебного акта по новым обстоятельствам отпали.

Довод о необоснованном отказе суда первой инстанции в назначении судебной экспертизы отклоняется судом апелляционной инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами. Следовательно, заявление лицом, участвующим в деле, ходатайства о назначении экспертизы не создает обязанности суда ее назначить. Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

В рассматриваемом случае размер убытков установлен вступившим в законную силу судебным актом, в связи с чем у суда первой инстанции отсутствовала необходимость назначении судебной экспертизы.

Довод о недоказанности размера убытков, подлежащих включению в реестр требований кредиторов должника, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку в рассматриваемом случае размер убытков установлен вступившим в законную силу судебным актом.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 21.06.2021 по делу № А38-7537/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Марий Эл.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

 

Судьи

Е.А. Рубис 

Д.В. Сарри