АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Дело №А27-6317/2024

 

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации

17 декабря 2024г.                                                                                                 г. Кемерово

Резолютивная часть решения объявлена 03 декабря 2024г.

Полный текст решения изготовлен 17 декабря 2024г.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе 

судьи                                                                                         Переваловой О.И., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем   Мурзиной Д.И.., 

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием представителей

ответчика по доверенности от 20.08.24 – ФИО1, ФИО2 лично, паспорт,

эксперт – ФИО3, паспорт

 дело по иску  общества с ограниченной ответственностью "НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ ГОРНОСПАСАТЕЛЬНОГО ДЕЛА" ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, 

к ФИО2 

о взыскании 3 943 633,37 руб. убытков (с учетом принятого судом ходатайства в порядке ст. 49 АПК РФ)

третье лицо: ФИО4

ФИО5

ФИО6

ФИО7

ФИО8

ФИО9

ФИО10

ФИО11

ФИО12

ФИО13

ФИО14

ФИО15

у с т а н о в и л:

ООО   "Научно-исследовательский Институт горно-спасательного дела» (далее ООО «НИИГД, Общество) обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО2 о взыскании 4 792 847,11 руб. убытков.

Иск мотивирован  обстоятельством того, что ответчик как  единоличный исполнительный орган Общества, при отсутствии согласия участников Общества установил себе  иной размер вознаграждения, чем тот, который определен на основании  трудового договора, заключённого от имени Общества. Полагает, что при наличии объективных обстоятельств, связанных с необходимостью увеличения размера вознаграждения единоличного исполнительного органа мог и должен был инициировать внесение изменения в трудовой договор. Размер убытков определен как разница между фактически выплаченным вознаграждением  ответчику за период с  апреля 2021 года до момента увольнения  и  размером вознаграждения установленного трудовым договором.

 Подробно позиция истца изложена в иске и письменных пояснениях.

 Ответчик возражал против иска  по основаниям, изложенным в отзыве. Полагает, что сложившийся в Обществе корпоративный порядок  давал ему основания добросовестно полагаться на подразумеваемое согласие   участников в отношении выплачиваемой заработной платы. Считает, что  масштаб деятельности Общества и результаты финасово-хозяйственной деятельности Общества несоизмеримы с размером вознаграждения, установленного трудовым договором, принимая во внимание инфляционные процессы,  размер  заработной платы рядовых сотрудников Общества. Подробно позиция изложена в отзыве и письменных пояснения.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15.

 От третьих лиц поступили отзывы,  приобщенные в материалы дела.

 ФИО5  в судебном заседании пояснила, что в Обществе работала техничкой,   никакого отзыва не писала и в суд не направляла.

В отношении представленных отзывов с учетом пояснений ФИО5,  истец полагает, что соответствующие документы подготовлены  один лицом, не исключая,  с подачи ответчика.

            От сторон поступили ходатайства о  проведении по делу экспертизы.

Определением от 05.08.2024 года по делу назначена экспертиза, производство которой поручено эксперту  общества с ограниченной ответственностью «Брент-Эксперт» ФИО3.

В материалы дела поступило экспертное заключение №323-Э/2024, по результатам исследования которого от ответчика поступило ходатайство о вызове эксперта ФИО3 в суд для дачи пояснений, в связи с имеющимся в его распоряжении  ответа Территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Кемеровской области – Кузбассу (Кемеровостат) о  предоставлении информации, исходя из которого имеется значительная разница между  статистическими данными приименными в  экспертном исследовании и поступившей  ответчику информации.

 Истец, в  свою очередь,  уменьшил размер исковых требований до 3 943 633,37руб. убытков, принятое судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 В настоящем судебном заседании заслушаны пояснения эксперта ФИО3, отказано ответчику в удовлетворении ходатайства о передачи дела на рассмотрение суда общей юрисдикции.

 Изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в отдельности и в их совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд полагает иск обоснованным и подлежащим удовлетворению в полном объеме, при  этом исходит из следующего.

            Как установлено судом и следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью "Научно-исследовательский Институт горно-спасательного дела»   зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 12.01.2006   за ОГРН 

<

***>, при этом  ФИО4 являлся единственным участником Общества с долей в уставном капитале равной 66%, в то время как, 34% доли уставного капитала принадлежало ФИО13, доля которого  перешла Обществу, о чем 01.02.2024 в ЕГРЮЛ сделана соответствующая запись.

            В период с 03.08.2015 по 08.09.2023 единоличным исполнительным органом общества с ограниченной ответственностью "Научно-исследовательский Институт горно-спасательного дела»  являлся ФИО2.

 Согласно трудовому договору №05/2015 с генеральным директором Общества от 03.08.2015, подписанному от имени работодателя одним  из учредителей Общества,  размер должностного оклада работника составляет 24000 руб. в месяц (пункт 4.1 трудового договора), при этом работодателем  устанавливаются доплаты, надбавки, премии и т.д., условия таких выплат и их размеры определены  в положении об оплате труда (пункт 4.2 трудового договора).

 Как следует из приказа о приеме на работу от 03.08.2015 №26к,  ФИО2 принят в должности генерального директора с окладом 24000 руб.

 В материалы дела представлены  приказ об увольнении от 08.09.2023 за подписью  ФИО2, исходя из которого,  основанием увольнения являются свидетельство об удостоверении решения органа юридического лица №42 АА3922844 от 08.09.2023, заявление  работника об увольнении от 08.09.2023.

В материалы дела также представлено свидетельство  об удостоверении решения органа юридического лица №42 АА3922844 от 08.09.2023, где  участниками принято решение о прекращении трудового договора с генеральным директором  ФИО2 с  08.09.2023.

Истец в обоснование иска ссылается на то, что ответчик в одностороннем порядке, без согласования с участниками Общества, увеличил размер заработной платы, получив в период с  апреля 2021 года по сентябрь 2023 года 5614090,49 руб.  в качестве заработной платы и премий, против 821243,38 руб., подлежащий оплате с учетом условий трудового договора.

Истец, считает, что полученные ответчиком денежные средства, превышающие  установленный трудовым договором размер должностного оклада, являются убытками Общества, размер которых определен истцом впоследствии с учётом выводов экспертного заключения.

 Ответчик, возражая против иска, указывает на отсутствие каких- либо  возражений от участников Общества, в частности ФИО4, в части  размера выплачиваемого вознаграждения, полагая, что спорное правоотношение относится к сфере трудовых отношений, в связи с  чем, спор должен  рассматриваться  судом общей юрисдикции. Кроме того, заявлено об истечении срока давности.

 В настоящем судебном заседании  ответчику отказано в передаче дела  для рассмотрения в суд общей юрисдикции.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление N 62) требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 ГК РФ, в том числе в случаях, когда истец или ответчик ссылаются в обоснование своих требований или возражений на статью 277 ТК РФ.

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации" руководитель организации (в том числе бывший) на основании части второй статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями, только в случаях, предусмотренных федеральными законами. Расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства.

В пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2023) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023) отмечается, что в случае увеличения генеральным директором общества с ограниченной ответственностью размера своего вознаграждения и издания приказа о собственном премировании без согласия (одобрения) вышестоящего органа управления общества такой директор может быть привлечен к имущественной ответственности в форме возмещения убытков на основании пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо действует через органы, образование и действие которых определяется законом и учредительными документами юридического лица.

По правилам пункта 3 статьи 53 ГК РФ, лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Пунктом 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью установлено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления N 62, лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган -директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В пункте 2 статьи 15 ГК РФ определено, что под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков - это мера гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения обязательства контрагентом, наличие и размер убытков, причинную связь между допущенным правонарушением и возникшими убытками.

Согласно пункту 2 Постановления N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

-действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

В соответствии с п. 3 Постановления N 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

По мнению истца, причиненные Обществу ответчиком убытки являются следствием увеличения ответчиком своего должностного оклада в отсутствие получения согласия участников Общества, учитывая при этом, что одним из участников Общества являлся сын  ответчика с долей в уставном капитале равной 34%.

В соответствии с пунктом 3 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия; издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания; осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества.

В соответствии с Законом об обществах с ограниченной ответственностью полномочия на право подписи от имени общества договора с единоличным исполнительным органом, определение размера вознаграждений и компенсаций генеральному директору, представлены участникам общества.

В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ), трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно статье 57 ТК РФ обязательными для включения в трудовой договор являются условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты). Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (статья 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

На отношения между обществом и единоличным исполнительным органом общества действие законодательства о труде распространяется в части, не противоречащей положениям Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

В соответствии с пунктом 4 части 2 статьи 33 Закона об обществах с ограниченной ответственностью к компетенции общего собрания участников общества относится образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему, утверждение такого управляющего и условий договора с ним, если уставом общества решение указанных вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Таким образом, в компетенцию участников общества входит обязанность устанавливать вознаграждения и компенсации директору общества и любое повышение оклада директора должно быть согласовано участниками общества.

 Суд отклоняет довод ответчика о  том, что как единоличный исполнительный орган вправе был устанавливать   собственный размер  вознаграждения и премии, исходя из положений Устава Общества.

Подпунктом 7 пункта 5.2.5 Устава Общества  установлено, что к компетенции общего собрания участников относится  утверждение (принятие)  документов, регулирующих  внутреннюю деятельность Общества  (внутренних документов) Общества.

К компетенции генерального директора относятся вопросы руководства текущей деятельностью, за исключением вопросов, отнесенных к исключительной компетенции общего собрания участников (пункт 6.1 Устава).

  Генеральный  директор является единоличным исполнительным органом  Общества, без доверенности действует  от имени Общества, подотчетен общему собранию участников  (пункт 6.2) и избирается на неопределенный срок (пункт 6.3 Устава).

  Пунктом 6.4 Устава определена компетенция генерального директора,  который в том числе,  распоряжается  имуществом и средствами Общества  для обеспечения его текущей деятельности, в пределах установленных, действующим законодательством и уставом Общества;  подготавливает проекты документов, регулирующих внутреннюю деятельность Общества, положения об отделах Общества, утверждает должностные инструкции сотрудников Общества;  осуществляет прием и увольнение работников Общества, заключает и расторгает контракты с ними,  издает приказы о назначении на должности работников, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания.

Из фидуциарной природы отношений между единоличным исполнительным органом общества и нанявшим его участниками общества, не вытекает право генерального директора самостоятельно, в отсутствие на то волеизъявления участников, определять условия выплаты вознаграждения за исполнение собственных обязанностей, включая определение размера вознаграждения, его пересмотр. В соответствии с законом решение вопросов, связанных с установлением и увеличением вознаграждения генерального директора относится к компетенции общего собрания участников общества, либо в отдельных случаях - может относиться к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества (пункты 1 и 4 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, статья 275 Трудового кодекса).

Следовательно, генеральный директор вправе издавать приказы о применении мер поощрения в отношении подчиненных ему работников общества, но не в отношении самого себя. Иное приводило бы к конфликту интересов.

Таким образом, в случае самостоятельного увеличения генеральным директором хозяйственного общества размера своего вознаграждения и издания приказа о собственном премировании без согласия (одобрения) вышестоящего органа управления общества, он может быть привлечен к имущественной ответственности на основании пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса, поскольку такое поведение само по себе нарушает интересы общества (его участников), не отвечая критерию (требованию) добросовестного ведения дел общества.

Согласно статье 44 Закона  об общества с ограниченной ответственностью  единоличный исполнительный орган при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

При этом привлечение к ответственности руководителя юридического лица зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей разумно и добросовестно, то есть проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа. Руководитель не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал, исходя из обычных условий делового оборота, либо в пределах разумного предпринимательского риска.

В силу абзацев четвертого, пятого пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление Пленума N 62), если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В пунктах 2 и 3 постановления Пленума N 62 приведен перечень, когда недобросовестность и неразумность действий директора считается доказанной.

В частности, согласно подпункту 1, 3 пункта 2 постановления Пленума N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица.

Ни устав Общества, ни иные внутренние (локальные) правовые акты, не наделяли генерального директора полномочиями по установлению премии в отношении себя лично, премированию самого себя по собственному усмотрению без согласия (одобрения) участников общества и его органов управления. При этом общее собрание участников общества не принимало решений о премировании ответчика и выплате ему заработной платы в повышенном размере.

Применительно спорным правоотношениям, устанавливая самостоятельно размер вознаграждения и премии в течение всего периода, когда  ответчик являлся   генеральным директором, одновременно находился в состоянии конфликта  собственных интересов и интересов Общества, поскольку один из его участников с размером доли 34% являлся его сын.

 Арбитражный суд также указывает, что в материалы дела представлены два  Положения об оплате труда и премировании сотрудников ООО НИИГД, одно из которых без даты,  представленное ответчиком, второе - от 24.12.2019, с  приложением приказа №27 от 24.12.2019, представленное истцом, последнее утверждено генеральным директором ФИО2 и не свидетельствует о  праве генерального директора  самостоятельно определять себе размер   вознаграждения и премии.

Согласно условиям трудового договора между ФИО2 и Обществом  размер должностного оклада работника  составляет 24000 руб. (пункт 4.1 договора), при этом  работодателем устанавливаются (доплаты, надбавки, премии и т.п.) условия таких выплат и их размеры определены в Положении об оплате труда.

 Пунктом 5.1..1.15 трудового договора  генеральный директор обязан доводить до сведения  Учредителя работодателя информацию о юридических лицах в которых он, его близкие родственники владеют  2 и более процентов уставного капитала, занимают должности в органах управления, а также об известных ему совершаемых или  предполагаемых сделках, в совершении которых он может быть признан заинтересованным.

Арбитражный суд дополнительно  отмечает, что ФИО2 в силу норм Устава вправе был устанавливать размер оплаты и премирования иных работников, при этом личное знакомство иных работников с участниками Общества, о чем имеются ссылки в некоторых отзывах третьих лиц-работников Общества не имеет  правового значения для рассмотрения спора, в то время как, размер установленного им вознаграждения, исходя из объема выполняемых работ  и результатов финансово-хозяйственной деятельности, по убеждению суда, может быть предметом оценки в рамках требования о взыскании убытков.

С учетом изложенного, арбитражный суд отклоняет довод  ответчика о том, что  отсутствие возражений со стороны участников Общества,  давало ему надежды разумно полагать, что ими одобрен размер фактически выполненного ему вознаграждения, включая оплату труда и премии.

 Кроме того,  ФИО2 не представлены доказательства уведомления каждого из участников о размере фактически получаемого вознаграждения, включая премии, учитывая при этом, что ответчиком не оспаривается и то обстоятельство,  что  в силу норм Устава  и Закона об обществах с ограниченной ответственностью не обеспечивал созыв ежегодного очередного собрания участников.

 В свою очередь, молчание не считается согласием на совершение сделки, за исключением случаев, установленных законом (пункт 4 статьи 157.1 ГК РФ). Если третье лицо или соответствующий орган, действующий от имени публично-правового образования как участника гражданских правоотношений, не ответили на запрос стороны сделки в разумный срок (пункт 2 статьи 157.1 ГК РФ), считается, что в даче согласия отказано. Однако указанное обстоятельство не препятствует в дальнейшем выражению согласия на совершение сделки или ее последующему одобрению.

В рамках рассмотрения настоящего спора по ходатайству сторон  по делу назначена экспертиза, производство которой поручить эксперту общества с ограниченной ответственностью «Брент-Эксперт» ФИО3, с постановкой следующего вопроса: «Определить  экономически обоснованный размер оплаты труда генерального директора общества с ограниченной ответственностью "Научно-исследовательский Институт горно-спасательного дела»  помесячно за период с  апреля 2021 года по  сентябрь 2023 года, с учетом вида осуществляемой Обществом деятельности,  региона,  в котором осуществляется деятельность, результатов финансово-хозяйственной деятельности Общества в указанный период, заработной платы иных работников Общества в указанный период,  а также иных показателей, влияющих на формирование размера оплаты труда, включая локальные акты.».

В материалы дела поступило экспертное заключение  №323-Э/2024, согласно  которому  эксперт считает, что экономически обоснованный размер оплаты труда генерального директора общества с ограниченной ответственностью "Научно-исследовательский Институт горно-спасательного дела» помесячно за период с апреля 2021 года по сентябрь 2023 года, с учетом вида осуществляемой Обществом деятельности, региона, в котором осуществляется деятельность, результатов финансово- хозяйственной деятельности Общества в указанный период, заработной платы иных работников Общества в указанный период, а также иных показателей, влияющих на формирование размера составляет 61225,11 руб. за период с  апреля 2021 по  декабрь 2021 года, 62293,55 руб. за 2022 года 41323,17 руб. за январь- сентябрь 2024 года.

 В экспертном заключении приведен  подробный анализ  финансового положения  и эффективности деятельности  Общества за период с 01.01.2022 по 31.12.2023, в частности:

- структура имущества и источник его формирования;

- оценка стоимости чистых активов организации;

-   анализ финансовой устойчивости организации, включая основные показатели  финансовой устойчивости организации, анализ финансовой устойчивости по величине излишка (недостатка)  собственных  оборотных средств;

- анализ ликвидности,  включая расчет коэффициентов ликвидности,  анализ соотношения активов по степени ликвидности и  обязательств по сроку погашений;

 -анализ эффективности  деятельности организации; анализ рентабельности.

  Результат такого анализа позволил эксперту    выделить и сгруппировать  по качественному  признаку основные показатели финансового положения и результатов деятельности Общества, с исключительно хорошей стороны: коэффициент обеспеченности собственными оборотными средствами демонстрирует исключительно хорошее значение, равное 0,39; коэффициент быстрой (промежуточной) ликвидности полностью соответствует нормативному значению; абсолютная финансовая устойчивость по величине излишка собственных оборотных средств.

Среди положительных показателей финансового положения организации  эксперт выделяет  долю собственного капитала в активах организации -51%, что укладывается в норму;  чистые активы превышают уставный капитал, однако  отмечено их снижение за весь анализируемый период.

На границе норматива  эксперт отмечает такой показатель как соотношение активов по степени ликвидности и обязательств по сроку погашения.

Показатели финансового положения организации, имеющие отрицательные значения: не укладывает в нормативное значение  коэффициент  текущей (общей ликвидности) и коэффициент абсолютной ликвидности; коэффициент покрытия  инвестиции ниже нормы.

Среди показателей  финансового положения и результатов  деятельности организации, имеющих критическое значение,  эксперт выделяет  такие как: отрицательная динамика рентабельности продаж (-73,3 процентных пункта от рентабельности 3,5% за период 01.01-31.12.2022); опережающее снижение собственного капитала относительно общего изменения активов организации; за последний год получен убыток от продаж (-3 843 тыс. руб.), причем наблюдалась отрицательная динамика по сравнению с предшествующим годом (- 4 279 тыс. руб.); убыток от финансово-хозяйственной деятельности за последний год составил - 3 682 тыс. руб.; ухудшение финансового результата до процентов к уплате и налогообложения (EBIT) на рубль выручки организации (-67,7 коп. от данного показателя за 2022 год).

 При анализе и оценке  предоставленных судом  на исследование данных,  а также  сведения общедоступных источников и сведения, полученные  отдела территориального а органа Федеральной службы  государственной статистики  по Кемеровской области-  Кузбассу,  эксперт отмечает, что заработная плата в Общества за период 2021-2023 годы была выше, чем в среднем на микропредприятиях, осуществляющих тот же вид деятельности, на территории Кемеровской области, не считая его критичным, одновременно отмечая  значительный рост заработной платы у  сотрудника ФИО2  при анализе средней прибыли компании на сотрудника наблюдает явное снижение данного показателя, что говорит о  получении  сотрудникам необоснованно высокой заработной платы на фоне снижения прибыли.

 По мнению эксперта,  имеются свидетельства о том, что полученные ФИО2 выплаты не носят трудового характера, являются распределением в свою пользу прибыли ООО «НИИГД», не сопоставимы с динамикой ключевых экономических показателей ООО «НИИГД», выплатами остальному управленческому персоналу.

Руководствуясь статьями 82, 87 АПК РФ, правовыми позициями Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении Пленума от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", Законом N 73-ФЗ, арбитражный суд приходит к выводу, что  представленное экспертное  заключение  является полным и обоснованным; выводы эксперта носят последовательный, непротиворечивый характер; экспертом дана подписка о том, что он предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; экспертное заключение подготовлено лицом, обладающим соответствующей квалификацией для исследований подобного рода, экспертиза по форме и содержанию соответствует требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ, обстоятельств, свидетельствующих о недостоверности экспертного заключения, не установлено, в связи с чем, что в рассматриваемом случае отсутствуют основания для проведения повторной или  дополнительной экспертизы.

 Отклоняя возражения ответчика, связанные с тем, что экспертом при исследовании  анализировались статистические данные Кемероворосстата, значительно отличающиеся от тех,  что получены  адвокатом ответчика, арбитражный суд исходит из того, что  ответчиком представлены сведения  о среднем начислении заработной платы работников  по профессиональной группе «Руководители»  в организациях всех форм собственности), занимающимися научными исследованиями и разработкой (по ОКВЭД2 71), в то время как эксперт, исходя из поставленных на разрешение вопросах  исходил из статистических данных   работников микропредпиятий  по ОКВЭД2 72.1, что подтверждено экспертов в ходе настоящего судебного заседания и соответствует ОКВЭД, указанному в ЕГРЮЛ.

 С учетом изложенного, несогласие стороны спора с выводами экспертов само по себе не влечет необходимость проведения повторной или дополнительной экспертизы, поскольку на стороне, оспаривающей результаты экспертизы, лежит обязанность доказать обоснованность своих возражений против выводов экспертов (наличие противоречий в выводах экспертов, недостоверность используемых источников и тому подобное). При этом допущенные экспертами нарушения должны быть существенными, способными повлиять на итоговые выводы по поставленным вопросам. Между тем, судом установлено, что доказательств, достаточных для опровержения выводов экспертов,  ответчиком  не представлено.

При  таких обстоятельствах,  истец, реализуя предоставленное ему статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации право,  уменьшил размер исковых требований, определяя размер убытков к ответчику  их расчета разницы между фактически оплаченным вознаграждением с учётом премии, за минусом того вознаграждение размер которого отвечает критерию  экономически обоснованного размера вознаграждения.

 Суд проверил расчет убытков,  признал его арифметически верным, при этом уменьшение размера убытков по сравнению с тем,  размером оплаты, который был согласован   сторонами  не нарушает прав ответчика,  напротив,  уменьшает размер, чем тот на который изначально правомерно рассчитывал истец.

 Отклоняя возражения ответчика, связанные с истечением срока исковой давности, арбитражный суд исходит из того, что размер заявленных убытков, определен истцом за три года, предшествующей   дате  подачи заявления, в связи с чем,  срок давности, установленный статьёй 196 Гражданского кодекса Российской Федерации,  не является пропущенным.

 Кроме того, арбитражный суд отмечает, что  ответчик ошибочно полагает, что к спорным правоотношениям подлежит срок давности, установленный  Трудовым  кодексам Российской Федерации, поскольку предметом настоящего иска является требование о взыскании убытков и спорное правоотношение выкает из корпоративных правоотношений и рассматривается в соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица".

Таким образом, истцом в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предоставлены доказательства неправомерных действий ФИО2, выраженные в установлении себе вознаграждения в завышенном размере, при отсутствии на то согласования в установленном Законом и Уставом порядке, что повлекло для Общества   реальный ущерб,  выраженный  в выплате  такого вознаграждения, размер которого подтвержден, в том числе результатами экспертного исследования.

 При этом ФИО2 не доказано отсутствие  вины в причинении убытков.

 Иск подлежит удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение иска и расходы на проведение экспертизы возлагаются на ответчика в полном объеме.

 Поскольку размер расходов на проведение экспертизы составил 30000 руб., при этом ответчиком внесено на депозит 25000 руб., то с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 5000 руб. расходов на проведение экспертизы, в то время как, оставшаяся на депозите сумма, внесенная истцом возврату стороне после предоставление актуальных  данных по возврату сумм.

Руководствуясь,    статьями  110, 167-171, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

                                                   решил:                                                  

             иск удовлетворить.

            Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью "НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ ГОРНОСПАСАТЕЛЬНОГО ДЕЛА" (ИНН: 

<

***>) 3 943 633,37 руб. убытков, 5000руб.  расходов на проведение экспертизы, всего 3948633,37 руб.

            Судебные издержки, связанные с рассмотрением иска отнести на ответчика.

            Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 42718 руб. государственной пошлины за рассмотрение иска.

            Решение может быть обжаловано в арбитражный  суд апелляционной инстанции в течение одного месяца с момента его принятия.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья                                                                                         О.И. Перевалова