ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

10.10.2019                                                                              Дело № А40-175789/18

Резолютивная часть постановления оглашена 3 октября 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 октября 2019 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего-судьи Тарасова Н.Н.,

судей Зверевой Е.А., Коротковой Е.Н.,

при участии в судебном заседании:

от акционерного общества «БАНК ДОМ. РФ» – ФИО1 по доверенностиот 14.01.2019;

от компании Лударсио Инвестментс ЛТД - ФИО2 по доверенности от 11.02.2019;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу 

компании Лударсио Инвестмент ЛТД 

на определение Арбитражного суда города Москвы от 21.03.2019,

вынесенное судьей  Кондрат Е.Н.,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.07.2019,

принятое судьями Назаровой С.А., Комаровым А.А., Головачевой Ю.Л.,

по заявлению Компании Лударсио Инвестмент ЛТД о включении требований в размере 2 432 781,65 руб. в реестр требований кредиторов должника

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) закрытого акционерного общества «Аматус»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 07.05.2019 закрытое акционерное общество «Аматус» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление компании Лударсио Инвестментс ЛТД (далее – кредитора) о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 2 432 781,65 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.03.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.07.2019, в удовлетворении указанного заявления кредитора отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, кредитор обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить и вынести новый судебный акт об удовлетворении заявленного требования.

В судебном заседании представитель кредитора доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель акционерного общества «БАНК ДОМ. РФ» (далее – банк) просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

При этом, необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из пункта 26 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление от 22.06.2012 № 35), в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как усматривается  из материалов дела и было установлено судами первой и апелляционной инстанций, требование кредитора основано на задолженности, возникшей в результате заключения соглашения от 31.12.2017, по условиям которого, кредитору принадлежит право требования к должнику, вытекающееиз договоров займа от 11.12.2014 № 11/12-01, от 18.11.2015 № 18/11-01, от 13.02.2015 № 13/12-01, от 11.03.2015 № 11/03-01, от 21.04.2015 № 21/04-01, от 06.05.2015 № 06/05-01, от 15.05.2015 № 15/05-01, от 26.05.2015 № 26/05-01, от 10.06.2015 № 10/06-01, от 15.09.2015 № 15/09-01, от 26.11.2015 № 26/11-01, от 01.12.2015 № 01/12-01, от 09.12.2015 № 09/12-01, от 15.12.2015 № 15/12-01, от 10.12.2015 № 10/12-01, заключенных между должником и обществом с ограниченной ответственностью «УК РТС» (далее – обществом «УК РТС»), а также заключенного с последним  соглашения от 15.12.2015 № 05 уступки прав (требований) и перевода долга.

Кредитором к включению в реестр заявлена сумма 129 432 781,65 руб., из которых 110 000 000 руб. - сумма основного долга, 19 432 781,65 руб. – проценты.

Задолженность по процентам в размере 2 000 000 руб. установлена решением Арбитражного суда города Москвы от 17.09.2018 по делу № А40-51114/18, задолженность по процентам в размере 432 781,65 руб. установлена решением Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2018 по делу № А40-63811/18.

Кредитор указывал, что между должником (заемщиком) и обществом «УК РТС» (займодавцем) заключены договоры займа.

Кроме того, между обществом «УК РТС» и кредитором 15.12.2015 заключено соглашение № 5 об уступки прав (требований) и перевода долга по договорам займа, а также соглашение от 16.08.2017 о новации, по условиям которого, стороны пришли к соглашению о замене обязательств должника перед кредитором в сумме 110 000 000 руб., проценты на 16.08.2017 – 19 432 781,65 руб. (соглашение о новации от 15.12.2015), на новое обязательство в виде того, что должник обязуется вернуть кредитору сумму займа в размере 129 432 781,65 руб., сроком исполнения до 16.08.2020 включительно.

Также, между должником и кредитором 31.12.2017 заключено соглашение об уплате, по условиям которого, кредитору принадлежит право требования к должнику, вытекающее из договоров займа от 11.12.2014 № 11/12-01, от 18.11.2015 № 18/11-01, от 13.02.2015 № 13/12-01, от 11.03.2015 № 11/03-01, от 21.04.2015 № 21/04-01, от 06.05.2015 № 06/05-01, от 15.05.2015 № 15/05-01, от 26.05.2015 № 26/05-01, от 10.06.2015 № 10/06-01, от 15.09.2015 № 15/09-01, от 26.11.2015 № 26/11-01, от 01.12.2015 № 01/12-01, от 09.12.2015 № 09/12-01, от 15.12.2015 № 15/12-01, от 10.12.2015 № 10/12-01 и соглашения от 15.12.2015 № 05 уступки прав (требований) и перевода долга.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что анализ сложившихся правоотношений должника и кредитора - правопреемника общества «УК РТС» свидетельствует о наличии фактической аффилированности, а предоставление контролирующим должника лицом заемных денежных средств имеет своей целью пополнение оборотных средств и наращивание контролируемой кредиторской задолженности.

Оценивая договоры займа, на которых основаны требования кредитора, суд первой инстанции квалифицировал указанные сделки, как прикрывающие увеличение уставного капитала (скрытую капитализацию) силами его участника.

Так, указал суд, руководителем займодавца – общества «УК РТС» с июня 2009 года являлся ФИО4, который являлся участником общества до декабря 2015 года, а контролирующим участником с апреля 2013 года по настоящее время с долей 80 % является его супруга ФИО5

При этом, ФИО4 являлся акционером должника, которому принадлежало 50 % акций общества.

Также, судом первой инстанции сделан вывод о том, что обязательства должника по договорам займа, заключенным с обществом  «УК «РТС», только формально имеют гражданско-правовую природу, и их возникновение и существование было бы невозможно, если бы ФИО4 и супруга ФИО5 не являлись контролирующими лицами по отношению к должнику.

При этом, в 2014-2015 годах ФИО4, будучи акционером закрытого акционерного общества «Аматус», финансировал должника путем выдачи займов через контролируемое им общество «УК РТС».

Принимая во внимание установленные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отказа во включении его в реестр (абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), указав, что требование в действительности имеет статус корпоративного (ФИО4 -участник и конечный бенефициар общества «УК РТС», кроме того является контролирующим лицом должника.

Согласно абзацу 4 статьи 2 Закона о банкротстве, под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному ГК РФ, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым, очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Кроме того, тот факт, что участник должника является его займодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем, отметили суды, в силу абзаца 8 статьи 2 Закона о банкротстве, к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы, к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе, по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника).

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

О заинтересованности сторон сделки может свидетельствовать как аффилированность юридическая (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), так и фактическая. Заинтересованность не исключается и в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако, сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (определения Верховного суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1606, от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому, в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости, на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи, при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и займодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе, на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.

В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях, с учетом конкретных обстоятельств дела, суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона, признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Однако, указали суды, доказательств разумности экономических мотивов выбора конструкции займа, привлечения займа на значительную сумму именно от аффилированного лица, материалы дела не содержат, а  экономическая обоснованность заключения между сторонами дополнительных соглашений о продлении срока возврата займа суду не подтверждена.

Распределение между участниками прибыли приводит к невозможности дальнейшего ведения хозяйственной деятельности ввиду недостаточности оборотных денежных средств, то предоставление должнику обратного финансирования в форме займов должно квалифицироваться в качестве обязательства, вытекающего из факта участия, и влечет отказ во включении в реестр требования по возврату суммы займа.

Имеющиеся в деле доказательства свидетельствуют о возникновении внутрикорпоративного правоотношения.

Согласно пункту 8 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», в случаях, когда будет доказано, что сторона злоупотребляет своим правом, основанным на императивной норме, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает этой стороне в защите принадлежащего ей права полностью или частично либо применяет иные меры, предусмотренные законом.

Доказательств того, что должником были приняты заведомо исполнимые заемные обязательства, материалы дела не содержат.

Имеющиеся в деле доказательства, с учетом установленных по делу обстоятельств, не подтверждают разумность и экономическую выгоду в заключении договоров займа и дополнительных соглашений о последующем продлении срока возврата.

При этом, как указали суды, доказательств получения обществом «УК РТС» прибыли от процентов за пользование займами, материалами дела не подтверждено, а предоставление сумм займов осуществлялось без предоставления какого-либо обеспечения.

Подобное поведение свидетельствует об отсутствии реальной воли кредитора на возврат вложенных денежных средств, и как следствие порочности сделки, при том, что должник имел достаточные собственные денежные средства и имущество для расчетов со всеми своими кредиторами, по принятым на себя обязательствам на значительную сумму, которые были бы обеспечены в полной мере активами должника.

Кроме того, предоставление займа, в данном случае не было связано с основной хозяйственной деятельностью общества «УК РТС».

Доказательств того, что после принятия должником заемных обязательств в значительном размере, при наличии неисполненных обязательств продолжил свою нормальную хозяйственную деятельность и у него имелись активы в размере, позволяющем исполнить все обязательства, материалы дела не содержат.

Доказательств мотивов выбора договорной, а не корпоративной модели отношений при заключении договоров займа, материалы дела также не содержат.

Представленные же кредитором в материалы дела доказательства нельзя отнести к доказательствам характера заемных отношений между обществом «УК РТС» и должником, поскольку имеет место корпоративный характер взаимоотношений, так как денежные средства остались под контролем группы лиц, что свидетельствует о создании подконтрольной фиктивной кредиторской задолженности для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве участника группы лиц.

Если «дружественный» кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

При этом, наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Доказательств экономической целесообразности для кредитора приобретать права требования к должнику, материалы дела не содержат.

Кроме того, отметили суды, после подписания 16.08.2017 соглашения о новации долга в заемное обязательство, согласно которому, долг по процентам и возврату займа новировался в заем, а заемщик обязался ежеквартально оплачивать проценты и срок возврата установлен 16.08.2020, стороны подписали соглашение об уплате долга от 31.12.2017, в котором не учтены ранее достигнутые договоренности о новации.

В силу приведенных положений Закона о банкротстве, регулирующих порядок установления размера требований кредиторов в делах о банкротстве, не подтвержденные судебным решением требования кредитора могут быть установлены лишь при условии, если представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Законом о банкротстве установлены специальные гарантии защиты прав кредиторов от включения в реестр требований кредиторов необоснованных требований, в связи с чем, при рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка. Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержат указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалоб направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что доводами кассационной жалобы по существу не оспариваются приведенные в обжалуемых судебных акта выводы судов о том, что стороны оспариваемых соглашений являлись аффилированными, а сами спорные отношения носят по существу корпоративный характер.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 21.03.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.07.2019 по делу № А40-175789/18 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов 

Судьи:Е.А. Зверева

 

Е.Н. Короткова