ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, 

<

...>, тел.: 

<

***>, факс: 

<

***> 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-6932/2020

город Ростов-на-Дону

25 августа 2025 года

15АП-3863/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 августа 2025 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Деминой Я.А.,

судей Чеснокова С.С., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ситдиковой Е.А.,

при участии посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

конкурсного управляющего ООО "СМУ 23" ФИО1 лично,

от ООО "Юн-Инвест": представителя ФИО2 по доверенности от 05.06.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Юн-Инвест" на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 20.11.2024 по делу № А32-6932/2020 по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки            к обществу с ограниченной ответственностью "Юн-Инвест" в рамках дела                   о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "СМУ 23" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "СМУ 23" (далее – должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий ФИО1 с заявлением о признании недействительными договоров купли-продажи от 30.09.2019 № 1 и № 2, заключенных между обществом с ограниченной ответственностью "СМУ-23" и обществом с ограниченной ответственностью "Юн-Инвест" (ИНН 

<

***>), акта зачета взаимных требований от 30.09.2019 между ООО "СМУ-23" и ООО "Юн-Инвест" и применении последствий недействительности сделки (с учетом уточнений).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.11.2024 по делу № А32-6932/2020 ходатайство об уточнении требований удовлетворено. Заявление конкурсного управляющего об оспаривании сделки должника удовлетворено. Признан недействительной сделкой договор купли-продажи № 1 от 30.09.2019, заключенный между ООО "СМУ 23" и ООО "Юн-Инвест". Признан недействительной сделкой договор купли-продажи № 2 от 30.09.2019, заключенный между ООО "СМУ 23" и ООО "Юн-Инвест". Признан недействительной сделкой акт зачета взаимных требований от 30.09.2019, заключенный между                           ООО "СМУ 23" и ООО "Юн-Инвест". Применены последствия недействительности сделки. Суд обязал ООО "Юн-Инвест" возвратить в конкурсную массу должника ООО "СМУ 23" следующее имущество: растворобетонный узел РБУ ЕС-50 (компакт) и растворобетонный узел РБУ ЕС-35 (компакт). Установил право требования задолженности ООО "СМУ 23" перед ООО "Юн-Инвест" в размере          2 510 000 рублей. Взыскал с ООО "Юн-Инвест" в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 18 000 рублей.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество с ограниченной ответственностью "Юн-Инвест" в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжаловало определение от 20.11.2024, просило его отменить, принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что заявление о признании сделки недействительной подано за пределами годичного срока исковой давности, оснований для удовлетворения заявленных требований не имелось. Ответчиком в материалы дела представлены доказательства исполнения обязательств по договору поставки, сделка является равноценной, вред кредиторам причинен не был.

Определением председателя судебной коллегии по рассмотрению споров, возникающих из административных правоотношений, от 14.08.2025 в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Гамова Д.С. на судью Чеснокова С.С., судьи ФИО3 на судью Шимбареву Н.В.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала.

От ООО "Юн-Инвест" посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" поступило заявление об исполнении определения суда с приложением дополнительных доказательств, в том числе: книги покупок за I-IV квартал 2019 г., книги продаж за I-IV квартал 2019 г.

Представитель ООО "Юн-Инвест" поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Конкурсный управляющий ООО "СМУ 23" ФИО1 просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит  удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.03.2020 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью "СМУ 23".

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.09.2020 в отношении общества с ограниченной ответственностью "СМУ 23" введена процедура наблюдения.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.03.2021 общество с ограниченной ответственностью "СМУ 23" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

В рамках процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим ФИО1 проведен анализ сделок должника, по результатам которого установлено следующее.

30 сентября 2019 года между обществом с ограниченной ответственностью "СМУ 23" (продавец) и обществом с ограниченной ответственностью "Юн-Инвест" (покупатель) заключен договор купли-продажи № 1, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателя Растворобетонный узел РБУ ЕС-50 (компакт), а покупатель принять вышеуказанное оборудование и уплатить за него определенную договором денежную сумму (цену).

Согласно пункту 2.1 договора стоимость РБУ составляет 2 410 000,00 (два миллиона четыреста десять тысяч) рублей, в том числе НДС 20% - 401 666,67 рублей.

Передача РБУ покупателю продавцом осуществляется в сентябре 2019 года по акту приема-передачи (пункт 3.1 договора).

30 сентября 2019 года между обществом с ограниченной ответственностью "СМУ 23" (продавец) и обществом с ограниченной ответственностью "Юн-Инвест" (покупатель) заключен договор купли-продажи № 2, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателя Растворобетонный узел РБУ ЕС-35 (компакт), а покупатель принять вышеуказанное оборудование и уплатить за него определенную договором денежную сумму (цену).

Согласно пункту 2.1 договора стоимость РБУ составляет 100 000,00 (сто тысяч) рублей, в том числе НДС 20% - 16 666,67 рублей.

Передача РБУ покупателю продавцом осуществляется в сентябре 2019 года по акту приема-передачи (пункт 3.1 договора).

По актам приема-передачи от 30.09.2019 РБУ переданы покупателю (том 1 л.д. 47-48).

30 сентября 2019 года между обществом с ограниченной ответственностью "СМУ 23" (Сторона - 1) и обществом с ограниченной ответственностью "Юн-Инвест" (Сторона - 2) подписан акт зачета взаимных требований, в котором стороны согласовали:

1. По договору поставки товара № 10/07-Т от 10.07.2019 задолженность ООО "СМУ 23" перед ООО "Юн-Инвест" составляет 7 023 241,00 рублей.

2. По договору купли-продажи № 1 от 30.09.2019 задолженность ООО "Юн-Инвест" перед ООО "СМУ 23" составляет 2 410 000,00 рублей.

3. По договору купли-продажи № 2 от 30.09.2019 задолженность ООО "Юн-Инвест" перед ООО "СМУ 23" составляет 100 000,00 рублей.

4. Наличие задолженности в вышеуказанных суммах стороны подтвердили Актом сверки взаимных расчетов за 3 квартал 2019 г. по состоянию на 30.09.2019.

5. Стороны пришли к соглашению произвести взаимозачет взаимных требований по вышеуказанным договорам в общей сумме 2 510 000,00 рублей, из которых сумма в размере 2 410 000,00 рублей по договору купли-продажи № 1 от 30.09.2019 и сумма в размере 100 000,00 рублей по договору купли-продажи № 2 от 30.09.2019 засчитывается в счет погашения суммы в размере 2 510 000,00 рублей по договору поставки товара № 10/07-Т от 10.07.2019.

Полагая, что имущество выбыло из правообладания должника в период неплатежеспособности без встречного предоставления, акт взаимозачета направлен на преимущественное удовлетворение отдельного кредитора, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными по правилам пунктов 1, 2 статьи 61.2, пункта 3 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции установил несоответствие оспариваемых сделок требованиям положений Закона о банкротстве.

Повторно рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения конкурсного управляющего и ответчика, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения заявленных требований, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1            статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или)иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в       пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, в силу нормы пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве недостаточностью имущества должника является превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью должника Закон понимает прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Конкурсный управляющий оспаривает договоры от 30.09.2019 и акт взаимозачета от 30.09.2019, заявление о признании должника банкротом принято к производству 16.03.2020, таким образом, договоры от 30.09.2019 заключены в пределах предусмотренного законом срока для установления признаков недействительности сделки по правилам пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (год), зачет от 30.09.2019 подпадает под период подозрительности, предусмотренный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Как указывает конкурсный управляющий, в период совершения оспариваемых сделок должник уже отвечал признаку неплатежеспособности, у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед иными кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника, в том числе:

- ООО "Айрон" (решением Арбитражного суда Ростовской области от 23.09.2019 с должника в пользу заявителя взыскана задолженность по договору поставки от 22.04.2019 №87 в сумме 1 505 000,00 рублей, неустойка с 31.05.2019 по 18.06.2019 в сумме 28 140,00 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 28 331,00 рублей). Задолженность возникла в мае 2019 года;

- ФИО4 (ранее ООО "Транспортная инвестиционная компания), основание: договор поставки инертных материалов от 02.03.2018 № 02/03-И. Обязательства ООО "СМУ 23" возникли 01.07.2019 (задолженность взыскана решением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.08.2020 по делу №А32-50687/2019);

- ИП ФИО5 основание: договор возмездного оказания услуг по перевозке специальной грузовой строительной техникой (автобетоносмеситель) от 03.04.2017. Обязательства ООО "СМУ 23" возникли 24.04.2017 (задолженность взыскана решением Арбитражного суда Краснодарского края от 01.09.2020 по делу №А32-17078/2020);

- ООО "Кровтехснаб", основание: договор поставки цемента №24/2019- Ц от 01.01.2019. Обязательства ООО "СМУ 23" возникли 19.09.2019 (задолженность взыскана решением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.05.2020 по делу №А32-47121/2019).

Вместе с тем, сам по себе факт наличия задолженности перед отдельными кредиторами не означает наличие у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества. При этом недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним. Однако это обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что данный кредитор должен одновременно располагать и информацией о приостановлении должником операций по расчетам с иными кредиторами (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 N 18245/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 N 310-ЭС15-12396).

Таким образом, само по себе наличие у должника неисполненных денежных обязательств перед отдельными кредиторами не является безусловным основанием для квалификации признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества при оспаривании сделок должника.

Для установления неплатежеспособности должника на момент совершения спорной сделки финансовому управляющему необходимо было представить соответствующие доказательства, провести среди прочего анализ не только кредиторской задолженности должника, но и всего принадлежащего ему имущества (активов). Непередача конкурсному управляющему документов, отражающих финансово-хозяйственную деятельность должника, не может быть поставлена в вину ответчику.

В нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неплатежеспособность и недостаточность имущества (активов) должника именно на дату совершения оспариваемой сделки управляющим документально не подтверждена.

При этом, согласно бухгалтерской отчетности ООО "СМУ 23" за 2019 год, полученной из открытых источников, выручка компании составила 59 569 тыс. рублей, а себестоимость продаж - 33 814 тыс. рублей. Указанные показатели свидетельствуют о значительных объемах хозяйственной деятельности, связанной с производством товарного бетона (основной вид деятельности по ОКВЭД 23.63), для которого инертные материалы являются ключевыми компонентами. При этом величина запасов на конец 2019 года составила 24 205 тыс. рублей, что подтверждает наличие у компании материальных ресурсов, включая сырье и материалы.

Кроме того, в структуре активов ООО "СМУ 23" за 2019 год отлажена дебиторская задолженность в размере 49 052 тыс. рублей, что может указывать на осуществление поставок с отсрочкой платежа, а кредиторская задолженность в сумме 82 433 тыс. рублей свидетельствует о масштабных закупках у поставщиков.

Учитывая, что сумма сделки (8 524 741,00 рублей) составляет лишь около 13% от выручки компании и около 33% от общей величины запасов, такая сделка не выходит за рамки обычной хозяйственной деятельности ООО "СМУ 23" и соответствует его производственным потребностям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Пунктом 2 данной статьи установлено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Таких доказательств материалы дела не содержат. 

Конкурсный управляющий указывает, что документы, свидетельствующие о получении должником равноценного встречного представления, отсутствуют.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2019 N 304-ЭС15-2412(19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.

В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Необходимо также учитывать, что кроме стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимной выгоды сторонами, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 N 305-ЭС18-8671(2).

В силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 N 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений.

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки, сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

Из материалов дела усматривается, что общество с ограниченной ответственностью "СМУ 23" обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Юн-Инвест" (далее – ответчик, ООО "Юн-Инвест") о взыскании задолженности в размере 2 510 000 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере         349 023,97 рублей (дело № А32-37127/2022).

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.01.2023 с ООО "ЮнИнвест" в пользу ООО "СМУ 23" взыскана задолженность в размере 2 510 000,00 рублей. В остальной части производство по делу прекращено.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2023 по делу №А32-37127/2022 решение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.01.2023 по делу № А32-37127/2022 отменено. Принят новый судебный акт. Ходатайство ООО "СМУ 23" об отказе от исковых требований в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 349 023,97 руб. оставлено без удовлетворения. В удовлетворении исковых требований отказано. Взыскана с общества с ограниченной ответственностью "СМУ 23" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственная пошлина по иску в размере 37 295 рублей.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 16.08.2023 постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2023 по делу № А32-37127/2022 оставлено без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Оставляя постановление апелляционного суда по делу № А32-37127/2022 без изменения, суд кассационной инстанции в постановлении от 16.08.2023 указал следующее:

"Апелляционный суд установил, что в подтверждение встречного однородного требования ответчиком в материалы дела представлен договор 10.07.2019 № 10/07-Т и универсальные передаточные документы. Именно компания заявила о зачете встречных однородных требований в счет погашения задолженности общества перед компанией (в том числе 2 510 тыс. рублей по договорам от 30.09.2019 № 1 и 2) в момент подписания акта сверки взаимных расчетов за 3 квартал 2019 года (по состоянию на 30.09.2019) и направления его обществу.

Вопреки доводу жалобы, подписанный директорами общества и компании и заверенный оттисками печатей организаций акт сверки представлен в материалы дела при рассмотрении дела в суде первой инстанции (т. 1, л. 19).

Согласно статье 410 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

...по результатам исследования и оценки представленных в дело доказательств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о прекращении обязательств общества по оплате поставленного ему товара путем зачета встречных требований. При этом акт сверки взаимных расчетов правомерно принят апелляционным судом в качестве доказательства состоявшегося зачета встречных требований".

Согласно части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, вопреки доводам конкурсного управляющего оспариваемые договоры купли-продажи от 30.09.2019 являлись возмездными сделками, что подтверждено вступившим в законную силу судебным актом.

Кроме того, в рамках настоящего обособленного спора ООО "Юн-Инвест" представлены следующие документы: копия договора поставки от 10.07.2019            № 10-07-Т, копии УПД, пописанные ООО "Юн-Инвест" и ООО "СМУ 23", подтверждающие поставку товара на сумму 8 524 741,00 рублей, копия договора поставки от 28.08.2019 № 01/28-01-2019, копии товарных и транспортных накладных, подписанных сторонами.

Доводы заявителя о необходимости отнестись к договору поставки от 10.07.2019 № 10-07-Т критически, так как, по мнению конкурсного управляющего, он составлен "задним числом" с целью предоставления доказательственной базы в рамках рассмотрения апелляционной жалобы, подлежат отклонению, поскольку предметом настоящего спора договор поставки от 10.07.2019 № 10-07-Т не является, в рамках рассмотрения дела № А32-37127/2022 договор был принят судами в качестве надлежащего доказательства взаимоотношений между сторонами, о фальсификации договора конкурсным управляющим, выступавшим истцом по делу, в установленном законом порядке не заявлено.

Указание в договоре юридического адреса, внесенного в ЕГРЮЛпозднее, вопреки доводам управляющего, не свидетельствует о недействительности сделки.

Ответчик в суде апелляционной инстанции пояснил, что ООО "Юн-Инвест" фактически располагалось по указанному адресу уже на момент подписания договора поставки от 10.07.2019 № 10/07-Т, что подтверждается договором аренды офисного помещения, заключенным до внесения изменений в ЕГРЮЛ. Налоговый орган проверил соответствие юридического адреса фактическому месту нахождения общества перед внесением изменений в ЕГРЮЛ. Указание в договоре юридического адреса, внесенного в ЕГРЮЛ позднее, не является основанием для признания договора недействительным, поскольку гражданское законодательство не связывает действительность сделки с моментом внесения изменений в реестр юридических лиц. Ключевое значение имеет фактическое исполнение обязательств по договору, а не формальное соответствие реквизитов данным ЕГРЮЛ на конкретную дату. Более того, в судебном заседании 14.08.2025 конкурсный управляющий ФИО1 пояснил суду апелляционной инстанции, что сам факт поставки ООО "Юн-Инвест" инертных материалов должнику не оспаривает.

Конкурсный управляющий, обращаясь с заявлением о признании сделки недействительной, также ссылался на неравноценное встречное исполнение по сделке, в обоснование чего представил справку Союза "Торгово-Промышленной палаты Краснодарского края" № 843 от 30.11.2020, согласно которой рыночная стоимость бывших в эксплуатации растворобетонных установок по состоянию на 01.10.2020 составляет: стоимость РБУ ЕС-50 от 2 500 000,00 до 5 000 000,00 рублей, стоимость РБУ ЕС-35 от 1 500 000,00 до 3 500 000,00 рублей.

Вместе с тем, данная справка не может являться доказательством рыночной стоимости спорного имущества.

Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены. Само по себе отклонение стоимости предмета оспариваемой сделки от цены, определенной в результате экспертизы, не может рассматриваться как неравноценное без приведения дополнительных доводов, в частности о том, что исходя из технических параметров, состояния и функциональных (эксплуатационных) свойств продаваемого транспортного средства для покупателя было очевидно значительное занижение цены его реализации по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных товаров, свидетельствующее о явно невыгодной для должника сделке и вызывающее у осмотрительного покупателя обоснованные подозрения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2022 N 306-ЭС21-4742).

Неравноценность имеет место в тех случаях, когда эта цена отчуждения предмета сделки существенно отличается от рыночной цены, когда для ответчика очевидно значительное занижение цены по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных транспортных средств, свидетельствующее о явно невыгодной для должника сделке и вызывающее у осмотрительного покупателя обоснованные подозрения.

Доказательства, свидетельствующие о том, что исходя из технических параметров, состояния и функциональных (эксплуатационных) свойств продаваемой техники для ответчика было очевидно значительное занижение цены их реализации по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных товаров, свидетельствующее о явно невыгодной для должника сделке и вызывающее у осмотрительного покупателя обоснованные подозрения, отсутствуют.

О назначении экспертизы, лицами, участвующими в деле, не заявлено.

Кроме того, помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.02.2019 N 305-ЭС18-8671 (2)).

Возражая против довода о неравноценности встречного предоставления относительно реализации растворобетонной установки РБУ ЕС-35, представитель ответчика пояснил, что РБУ было в разукомплектованном виде, на основании приемо-сдаточного акта № 22/01 от 22.01.2020 РБУ ЕС-35 (компакт) сдано в качестве лома на сумму 100 000,00 рублей.

В суде апелляционной инстанции конкурсный управляющий довод о неравноценности сделки не поддержал.

Таким образом, в данном случае, рассматриваемая сделка не может расцениваться как сделка, причинившая вред имущественным правам кредиторов, или как сделка, которая привела либо могла привести к полной или частичной утрате возможности расчетов по обязательствам должника за счет его имущества.

Доказательств неравноценности встречного исполнения обязательств другой стороной сделки, отсутствия встречного предоставления по сделке, причинения вреда имущественным правам кредиторов по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, конкурсным управляющим не приведено.

При изложенных обстоятельствах заявителем не доказано наличие совокупности обстоятельств, необходимых для признания договоров купли-продажи № 1, № 2 от 30.09.2019 недействительными по правилам пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце четвертом  пункта 4 постановления Пленума N 63, наличие специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Вместе с тем согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N10044/11 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Для применения статей 10 и 168 ГК РФ в условиях конкуренции норм о действительности сделки необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции специальных норм статьи 61.2. Закона о банкротстве.

В данном случае, конкурсный управляющий в качестве оснований для признания оспариваемых сделок недействительными в соответствии со         статьями 10, 168 ГК РФ ссылался на те же обстоятельства и доказательства, что и при их оспаривании на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из содержания приведенных норм и разъяснений, изложенных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума N 63, следует, что такие обстоятельства как противоправность цели совершения сделки и осведомленность контрагента об этой цели охватываются составом подозрительной сделки и не требуют самостоятельной квалификации по статье 10 ГК РФ.

В рассматриваемом случае заявитель не указал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Доказательств наличия в сделках пороков, а также превышения пределов дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, в материалы дела заявителем не представлено. Таким образом, оспариваемые сделки не могут быть признаны ничтожными. Доказательств мнимости конкурсным управляющим в материалы дела также не представлено.

Ссылка конкурсного управляющего на то, что в рамках возбужденного уголовного дела была проведена почерковедческая экспертиза, по результатам которой был установлен факт подписи оспариваемых договоров иным лицом, является несостоятельной.

Представитель ответчика в судебном заседании пояснил, что уголовное дело по факту продажи растворобетонных узлов РБУ ЕС-50 (компакт) и РБУ ЕС-35 (компакт) не возбуждалось, следственными органами меры уголовно-процессуального принуждения не применялись. Более того, согласно ответу и.о. заместителя прокурора города Краснодара от 20.11.2020 № 1415ж20/он1726 и постановлению об отказе в удовлетворении жалобы от 20.11.2020 уголовное дело по факту продажи растворобетонных узлов РБУ ЕС-50 (компакт) и РБУ ЕС-35 (компакт) не возбуждалось. Установлено, что 13.10.2020 в КУСП УМВД России по г. Краснодару за № 191835 зарегистрировано заявление ФИО6 о вымогательстве у него денежных средств в виде коммерческого подкупа директором ООО "Юн-Инвест" ФИО7 По результатам проведенной проверки 12.11.2020 материал из УМВД России по г. Краснодару направлен по подследственности в следственный отдел по Западному округу г. Краснодара СУ СК РФ по Краснодарскому краю. Согласно ответу и.о. заместителя прокурора Прикубанского административного округа г. Краснодара от 06.11.2020 № 2705ж/2020, уголовное дело по факту продажи растворобетонных узлов РБУ ЕС-50 (компакт) и РБУ ЕС-35 (компакт) не возбуждалось.

Позиция конкурсного управляющего об обратном материалами настоящего дела не подтверждается и на конкретных доказательствах не основана.

Конкурсным управляющим ФИО1 также заявлено требование о признании недействительным акта зачета взаимных требований от 30.09.2019 между обществом с ограниченной ответственностью "СМУ 23" и обществом с ограниченной ответственностью "Юн-инвест".

В силу пункта 1 статьи 61.3 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Сделка, указанная в пункте 1 названной статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 названной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 3).

Заявление о признании должника банкротом принято к производству 16.03.2020, оспариваемая сделка совершена 30.09.2019, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если:

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Получение кредитором платежа в ходе исполнительного производства, или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника.

Само по себе размещение на сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать об этом. Однако это обстоятельство может быть принято во внимание, если с учетом характера сделки, личности кредитора и условий оборота проверка сведений о должнике должна была осуществляться в том числе путем проверки его по указанной картотеке.

Платежи и иные сделки, направленные на исполнение обязательств (предоставление отступного, зачет и т.п.), относятся к случаям, указанным не в абзаце третьем, а в абзаце пятом названного пункта (пункт 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Осведомленность либо неосведомленность кредитора об указанных выше обстоятельствах является вопросом, связанным с установлением и оценкой фактов по делу.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" указано, что, в силу пункта 1 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (сделка с предпочтением). Применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором - пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий.

Кроме того, поскольку данный перечень является открытым, предпочтение может иметь место и в иных случаях, кроме содержащихся в этом перечне.

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице.

Как указано ранее, на момент подписания акта зачета взаимных требований от 30.09.2019 у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед иными кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника, в связи с чем, факт предпочтительного удовлетворения является доказанным.

Вместе с тем, аффилированности или иной заинтересованности между сторонами не установлено.

Отсутствие в материалах дела надлежащих доказательств, подтверждающих осведомленность общества о признаке неплатежеспособности должника или недостаточности у него имущества, исключает возможность признания спорного акта зачета сделками с предпочтением (аналогичная позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.12.2022 № 305-ЭС22-188(4)).

При таких обстоятельствах, оснований для признания акта зачета от 30.09.2019 недействительной сделкой по правилам пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве у суда первой инстанции не имелось.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик также ссылается на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности на оспаривание сделки.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 4 постановления N 63 разъяснено, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и применении последствий ее недействительности составляет один год, и течение срока исковой давности по такому требованию начинается со дня, когда истец узнал (должен был узнать) об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления N 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Само по себе признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.03.2021 общество с ограниченной ответственностью "СМУ 23" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", если в судебном заседании была объявлена только резолютивная часть судебного акта об утверждении арбитражного управляющего, то датой возникновения либо прекращения полномочий арбитражного управляющего будет дата объявления такой резолютивной части.

На необходимость исчисления срока исковой давности с даты объявления резолютивной части решения о признании должника банкротом и введения процедуры указывает Верховный Суд Российской Федерации в определении от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3) по делу № А40-177466/2013.

С учетом вышеизложенного, началом течения срока исковой давности в данном случае является - 10.03.2021, а его окончанием 10.03.2022.

Заявление об оспаривании сделки подано конкурсным управляющим ФИО1 посредством системы подачи документов в электронном виде "Мой арбитр" 02.04.2022, что подтверждается материалами электронного дела в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", в сервисе "Картотека арбитражных дел", а также распечаткой листа информации, то есть с пропуском годичного срока на оспаривание сделки.

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

Как следует из объяснений конкурсного управляющего ФИО1, в рамках уголовного дела (КУСП № 6932/2020 от 06.11.2020) ему стало известно, что расследуются факты совершения сделок по продаже растворобетонных установок (РБУ ЕС-50 (компакт) и РБУ ЕС-35 (компакт) и иного имущества, принадлежащего ООО "СМУ 23". Сразу же 30.03.2022 им в адрес ответчика направлена претензия от 28.03.2022, 02.04.2022 обратился в рамках дела о банкротстве должника с настоящим заявлением, а также 28.07.2022 конкурсный управляющий обратился в общем порядке с иском о взыскании задолженности по договорам купли-продажи.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные в материалы дела доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции учитывает, что потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации. При этом, разумно действующий арбитражный управляющий после его утверждения направляет запросы в регистрирующие органы с целью выявления зарегистрированного за должником имущества сделок по его отчуждению.

Принимая во внимание, что информацией о совершении должником оспариваемых сделок конкурсный управляющий не обладал, поскольку бывшим руководителем ООО "СМУ 23" документация должника ему не передана, спорное оборудование регистрации не подлежит, соответственно, сведения о наличии у должника данного имущества от регистрирующих органов не могли быть получены, судебная коллегия приходит к выводу о том, что срок исковой давности на оспаривание договоров купли-продажи от 30.09.2019 заявителем не пропущен.

Относительно акта зачета от 30.09.2019, суд апелляционной инстанции исходит из того, что срок исковой давности конкурсным управляющим также не пропущен, при условии, что о его наличии управляющему стало известно в суде апелляционной инстанции 10.04.2023, с уточнениями по заявленным требованиям в рамках настоящего обособленного спора, он обратился 27.06.2023.

Довод управляющего о ничтожности доверенности № П/2024-22 от 22.10.2024, выданной генеральным директором ООО "Юн-Инвест" ФИО8, не соответствует действительности. Доверенность выдана представителю до вступления в законную силу решения о дисквалификации, что подтверждается датой ее выдачи (22.10.2024). Следовательно, на момент выдачи доверенности директор ООО "Юн-Инвест" обладал полной правоспособностью, а его последующая дисквалификация не может повлиять на действительность ранее совершенных юридически значимых действий. Данный вывод соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2016 № 309-КГ16-7485, на которое ссылается конкурсный управляющий, но которое не применимо к настоящей ситуации, поскольку речь идет о запрете на совершение новых юридически значимых действий в период дисквалификации, а не о признании недействительными ранее совершенных. Доверенность № 11/2024-22 от 22.10.2024 предусматривает полномочия лица, которому она выдана, на представление интересов ООО "Юн-Инвест" в арбитражном суде, включая право на подписание апелляционной жалобы и ведение дела о банкротстве.

Учитывая изложенное, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 20.11.2024 по делу № А32-6932/2020 подлежит отмене с принятием судебного акта об отказе конкурсному управляющему в удовлетворении заявления о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности сделок к ООО "Юн-Инвест".

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы в виде государственной пошлины относятся на должника.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 20.11.2024 по делу № А32-6932/2020 отменить.

В удовлетворении заявления отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "СМУ 23" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 18 000,00 рублей за рассмотрение заявления в суде  первой инстанции, 30 000,00 рублей за подачу апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                               Я.А. Демина

Судьи                                                                                             С.С. Чесноков

Н.В. Шимбарева