ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-63267/2019

05 сентября 2022 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 августа 2022 года

Полный текст постановления изготовлен  05 сентября 2022 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Уддиной В.З.,

судей: Зеньковой Е.Л., Мысака Н.Я., 

при участии в заседании: 

от ООО «Мианстрой» - ФИО1 по доверенности № 01Д/04/2022 от 19 января 2022 года,

от АО «ПСО-13» - ФИО2 по доверенности от 01 октября 2021 года,

рассмотрев в судебном заседании материалы кассационной жалобы АО «ПСО-13»

на определение Арбитражного суда Московской области от 21 февраля  2022 года,

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 20 июня 2022 года

о привлечении АО «ПСО-13» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ПСО Автодор»,

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "ПСО Автодор" конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении АО "Проектно-строительное объединение № 13" к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 21 февраля 2022 года, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от  20 июня 2022 года, заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с судебными актами, ответчик обратился с кассационной жалобой  в Арбитражный суд Московского округа, указав на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, а также неправильное применение норм права.

До начала судебного заседания в материалы дела поступили письменные отзывы на кассационную  жалобу от конкурсного управляющего должником, ООО "Мианстрой" с просьбой отставить принятые судебные акты без изменений.

В судебном заседании представитель ООО "Мианстрой" против кассационной жалобы возражал, представитель ответчика настаивал на доводах жалобы.

Иные лица, извещенные о рассмотрении кассационной  жалобы в установленном законом порядке, представителей в суд не направили. 

Суд кассационной инстанции счел возможным рассмотреть кассационную жалобу без участия лиц, не явившихся в судебное заседание, поскольку в силу пункта 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка в судебное заседание лица, подавшего кассационную жалобу, и других лиц, не может являться препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства. 

Информация о движении дела опубликована на официальном Интернет-сайте суда.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27 июля 2010 года № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационной жалобы и отзывов на них, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле,  проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Привлекая к субсидиарной ответственности АО "ПСО-13", суды установили, что последнее являлось участников должника с 40% долей участия в уставном капитале должника в период с даты регистрации должника до 19 августа 2019 года, одновременно являясь единственным заказчиком последнего по основной деятельности должника, посредством заключения договоров подряда либо субподряда на выполнение строительных работ.

Принимая во внимание установленные судами обеих инстанций обстоятельства, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для несогласия с выводами судов первой и апелляционной инстанций.

В соответствии с пунктом 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01 июля 1996 года "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пунктом 22 установлено: при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункт 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно пунктам 1, 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Как отмечено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30 сентября 2019 года № 305-ЭС19-10079 (далее - определение № 305-ЭС19-10079), предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28 июня 2013 года № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление № 53).

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 года № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление № 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

В пункте 16 Постановления № 53 Пленум Верховного Суда разъяснил, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. 

Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

К ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки (по смыслу абзаца третьего пункта 16 постановления № 53) и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения. В связи с этим надлежит определить степень вовлеченности каждого из ответчиков в процесс вывода спорных активов должника и их осведомленности о причинении данными действиями значительного вреда его кредиторам.

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство)" (Определение Верховного Суда РФ от 31 мая 2016 года № 309-ЭС16-2241 по делу № А60-24547/2009).

В данном случае судами установлено и не оспаривается ответчиком, что АО "Проектно-строительное объединение № 13" являлось одновременно участником должника с 40% долей участия в уставном капитале общества и единственным его заказчиком по доходным договорам, которым была создана модель бизнеса, которая сводилась к постоянной недокапитализации должника, позволяя определить центром получения прибыли АО "Проектно-строительное объединение № 13", а центром концентрации задолженности по обязательствам перед поставщиками и лицами, привлеченными к участию в строительстве на объектах АО "Проектно-строительное объединение № 13", - ООО "ПСО Автодор", что впоследствии вело к неплатежеспособности должника и причинению вреда кредиторам.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Суды установили, что в рассматриваемой ситуации была реализована бизнес-модель, предполагающая получение должником выручки от осуществляемой им деятельности значительно ниже того, на что он вправе был бы рассчитывать в рамках рыночных отношений. 

Несмотря на то, что получение дохода ниже объективного потенциала прибыли от производственной деятельности само по себе не является незаконным и находится в сфере ведения органов управления корпорации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04 декабря 2012 года № 8989/12), с точки зрения законодательства о банкротстве такая деятельность приобретает недобросовестный характер в момент, когда она начинает приносить вред кредиторам, то есть когда поступления в имущественную массу должника становятся ниже его кредиторской нагрузки.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении не может быть проигнорирована сущность конструкции юридического лица, предполагающая имущественную обособленность этого субъекта, его самостоятельную ответственность (статьи 48, 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпорации и иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой дискреции при принятии (согласовании) управленческих решений в сфере бизнеса. 

В то же время контролирующие и действующие с ними совместно лица не вправе злоупотреблять привилегиями, которые предоставляет возможность ведения бизнеса через юридическое лицо, намеренно причиняя вред независимым участникам оборота (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В кассационной жалобе ответчик, не оспаривая существование самой модели бизнеса, ссылается лишь на отсутствие, по его мнению, признаков контролирующего должника лица.

Ответчик не привел опровержений тем обстоятельствам, которые установлены судами, со ссылкой на материалы обособленного спора.

Вопреки доводам жалобы суды исходили не только из признака аффилированности должника и ответчика, но также из иных в достаточной степени подробно установленных обстоятельств, указывающих на недобросовестное поведение ответчика.

Более того, суды установили, что ответчик, будучи стороной учредительного договора с должником, свою долю в уставном капитале должника в размере 200 000 руб. не оплатил, позднее уведомив ООО "ПСО Автодор" о выходе из общества с требованием выплатить действительную стоимость доли в уставном капитале общества.

Действительно согласно абзацу третьему пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве требование контролирующего либо заинтересованного лица не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с контролирующего лица.

Действие данной нормы направлено на предотвращение возможности получения контролирующим или заинтересованным лицом преимуществ перед независимыми кредиторами.

Между тем ответчик, ссылаясь на указанную норму закона, не указал на наличие в материалах дела доказательств, подтверждающих наличие условий для ее применения.

Приведенные в кассационной жалобе доводы не опровергают правильность выводов судов, сводятся к необходимости дать иную оценку представленным по делу доказательствам, следовательно, касаются фактической стороны спора, доказательственной базы по делу.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства.

Суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены либо изменения судебных актов по доводам кассационной жалобы.

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. 

В силу части 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления. 

Таких нарушений судами не допущено.

Иные доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии заявителя кассационной жалобы с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

 Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Поскольку кассационная жалоба рассмотрена, то приостановление исполнения определения Арбитражного суда города Москвы от 21 февраля  2022 года, постановления Десятого арбитражного апелляционного суда от 20 июня 2022 года по делу № А41-63267/2019, введенное определением Арбитражного суда Московского округа от 22 июля 2022 года, подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 21 февраля  2022 года, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 20 июня 2022 года по делу № А41-63267/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.  

Отменить приостановление исполнения определение Арбитражного суда города Москвы от 21 февраля  2022 года, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 20 июня 2022 года по делу № А41-63267/2019, введенное определением Арбитражного суда Московского округа от 22 июля 2022 года.

  Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                   В.З. Уддина            

Судьи:                                                                                           Е.Л. Зенькова

 

                                                                                                                Н.Я. Мысак