ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-14273/2022, 18АП-14274/2022

Дело № А47-14001/2021

24 января 2023 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 января 2023 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хоронеко М.Н., 

судей Забутыриной Л.В., Калиной И.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО7 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 13.09.2022 по делу № А47-14001/2021.

В судебном заседании приняли участие:

представитель собрания кредиторов ООО «Керамос» - ФИО3 (паспорт, протокол № 1 от 03.03.2022);

конкурсный управляющий ООО «Керамос» ФИО4 (паспорт);

представитель ООО «Независимый юридический центр «Персональная защита» – ФИО5 (директор, приказ № 1 от 31.01.2014 г., паспорт);

представитель ФИО2 – ФИО6 (паспорт, доверенность от 11.08.2020).

ООО «Управляющая компания Северо-Запада» 09.11.2021 (согласно отметке экспедиции суда) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Керамос» (далее - должник) в связи с наличием просроченной задолженности в сумме 525 499,72 руб. 

Определением суда от 12.11.2021 заявление ООО «Управляющая компания Северо-Запада» принято к производству, возбуждено дело о банкротстве, назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявленных требований. 

Определением суда от 21.12.2021 (резолютивная часть от 14.12.2021) заявление ООО «Управляющая компания Северо-Запада» признано обоснованным, введено наблюдение в отношении ООО «Керамос», временным управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО4 (адрес для направления корреспонденции: 460036, 

<

...>), член Союза арбитражных управляющих «Континент» (саморегулируемая организация). 

Сообщение о введении наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 236(7198) от 25.12.2021. ФИО7 (далее – заявитель, кредитор) 21.01.2022 (согласно отметке экспедиции суда) обратилась в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в сумме 8 152 570,47 руб., из которых: основной долг – 6 496 500 руб., проценты – 1 656 070,47 руб. 

Определением суда от 28.01.2022 заявление кредитора принято к производству, назначено судебное заседание. 

Решением суда от 21.03.2022 (резолютивная часть от 15.03.2022) ООО «Керамос» признано несостоятельным (банкротом) с открытием конкурсного производства сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4.

Определением от 13.09.2022 в признании обоснованным требования ФИО7 в размере 8 152 570,47 руб. и включении его в реестр требований кредиторов должника отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2, ФИО7 обратились в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

В обоснование доводов своейапелляционной жалобы ФИО7 указала, что не соответствуют обстоятельствам дела выводы суда об отсутствии у кредитора финансовой возможности выдать заем, вопреки изложенному в определении, суд не предлагал представить оригинал договора купли-продажи от 24.08.2017. Сопоставимость периодов выдачи займа и снятия наличных денежных средств изложена в таблице, представленной в материалы дела. Данный документ судом не оценен. У кредитора даже в рамках одной кредитной организации имелось несколько счетов, что исключает сомнения о том, что представленная выписка из банка по одному счету не отражает сведения из той же организации о снятии средств по другому счету. Доход кредитора является официальным, с него уплачен налог, в подтверждение чего представлена справка по форме 2-НДФЛ. Вывод о том, что инвестиционная деятельность заявителя на фондовом рынке исключает передачу денежных средств должнику, сделан без учета свободы воли заявителя в способах распоряжения денежными средствами, физическое лицо не обязано извлекать прибыль из имеющихся у него сбережений. Вывод суда о взаимозависимости заявителя и должностного лица и одного из учредителей не соответствует представленным доказательствам, сделан с нарушением норм материального и процессуального права. ФИО7 и ФИО8 не являются аффилированными лицами по смыслу ст. 19 Закона о банкротстве. Относительно аффилированности ФИО7 и ФИО2, брак между ними прекращен с 1997 года, то есть задолго до создания ООО «Керамос» и от обстоятельств, связанных с его несостоятельностью. Также представлены сведения о месте пребывания заявителя и ФИО2 как минимум до 2016 года, до момента возникновения всех спорных отношений. Наличие постоянной регистрации и выдачи единой доверенности говорит лишь о том, что бывшие супруги сохранили человеческие отношения. Единая доверенность в 2020 году выдана, поскольку имелся интерес в совместном решении отдельно взятого вопроса. В период же сделок, которые суд признает мнимыми, нет свидетельств и доказательств аффилированности заявителя и кредитора. Выводы о недоказанности расходования полученных от заявителя средств не соответствуют материалам дела. 

ФИО2 в своей апелляционной жалобе указал, что не является аффилированным с ФИО7 лицом. Из имеющихся в деле доказательств с достаточной степенью достоверности установлено заключение договоров займов, получение сотрудниками ООО «Керамос» заемных денежных средств, а также о расходовании полученных денежных средств. Обязанность по контролю правильности отражения займов и документальное оформление их расходования возложено на директора организации. Наличие экономической обоснованности выдачи займов физическим лицом не является обстоятельством, имеющим значение для дела, так как физическое лицо не обязано совершать сделки, направленные на извлечение прибыли. Получение денежных средств ООО «Керамос» по указанным в заявлении договорам займа косвенно подтверждается отсутствием в указанный период признаков банкротства у организации, что говорит о том, что директор привлекал средства для ведения деятельности общества. Нарушение им порядка ведения расчетов не влечет недействительность договоров займа.

Определением от 14.11.2022 апелляционные жалобы приняты к производству, назначено судебное заседание на 15.12.2022.

В судебном заседании 15.12.2022 приобщены к материалам дела отзывы конкурсного управляющего ООО «Керамос» ФИО4 и ООО «НЮЦ «Персональная защита», в которых указанные лица просили оставить определение суда первой инстанции без изменения,  отказано в приобщении к материалам дела отзыва УФНС по Оренбургской области, а также письменных пояснений представителя собрания кредиторов ООО «Керамос» ФИО3, поскольку не исполнена обязанность по направлению заблаговременно лицам, участвующим в деле.

Определением от 15.12.2022 судебное разбирательство отложено на 19.01.2023 в связи с удовлетворением ходатайств ФИО2 и ФИО7 об отложении судебного заседания для представления возможности лицам, участвующим в деле, ознакомиться с поступившими отзывами.

Определением от 18.01.2023 произведена замена судьи Журавлева Ю.А. на судью Забутырину Л.В.

В судебном заседании 19.01.2023  представитель ФИО2 поддержал доводы своей апелляционной жалобы и апелляционной жалобы ФИО7; конкурсный управляющий ООО «Керамос» ФИО4, представитель ООО «Независимый юридический центр «Персональная защита», представитель собрания кредиторов ООО «Керамос» ФИО3 просили оставить определение без изменения, в удовлетворении апелляционных жалоб - отказать.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В обоснование заявленных требований ФИО7 указала, что заключила договоры займа с ООО «Керамос» (заемщик): от 11.03.2020 - на сумму 500 000 руб. под 18 % годовых, от 05.05.2020 - на сумму 300 000 руб. под 18 % годовых, от 02.09.2020 - на сумму 1 000 000 руб. под 18 % годовых, от 19.01.2019 - на сумму 2 000 000 руб., от 15.04.2019 - на сумму 100 000 руб., от 19.04.2019 - на сумму 350 000 руб., от 07.05.2019 - на сумму 300 000 руб., от 16.01.2019 - на сумму 230 000 руб. под 18 % годовых, от 10.12.2018 - на сумму 30 000 руб., от 16.10.2018 - на сумму 200 000 руб. под 18 % годовых, от 31.08.2018 - на сумму 1 200 000 руб. под 18 % годовых, от 30.08.2018 - на сумму 286 500 руб. под 18 % годовых, по условиям которых заимодавец передает в собственность, а заемщик принимает денежные средства, которые обязуется возвратить заимодавцу в срок и на условиях, предусмотренных настоящими договорами (т. 1 л.д. 17-37).

В подтверждение внесения указанных сумм займов в наличной денежной форме в кассу должника кредитором в материалы дела представлены квитанции к приходным кассовым ордерам.

Согласно расчету кредитора общая сумма предъявленной ко включению в реестр задолженности, возникшей в связи с ненадлежащим исполнением должником перечисленных договоров займа, составляет 8 152 570,47 руб., из которых: основной долг – 6 496 500 руб., начисленные проценты – 1 656 070,47 руб. (т. 1 л.д. 11). 

Данную задолженность ФИО7 просила суд признать обоснованной и включить в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Керамос».

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований, исходил из недоказанности реальности сложившихся заемных правоотношений кредитора с должником.

 Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу  следующего.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закона о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Из содержания статьи 16 Закона о банкротстве следует, что требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено указанным пунктом.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35), в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой 3 стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (пункт 1 статьи 307 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег.

Договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (статья 808 ГК РФ).

Согласно разъяснениям Пленума ВАС РФ, изложенным в абзаце 3 пункта 26 постановления от 22.06.2012 N 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

В рамках дела о банкротстве правом заявлять возражения по передаче денежных средств по договору займа, кроме заемщика, также наделены лица, указанные в пункте 3 статьи 100 Закона о банкротстве, в частности, конкурсный управляющий, кредиторы.

В рассматриваемом случае возражения заявлены ООО «Независимый юридический центр «Персональная защита», собрания кредиторов ФИО3, Конкурсный управляющий ФИО4

Суд, рассматривая требование о включении в реестр, проверяя возражения, заявленные на требование, содержащие доводы о том, что сделка имеет признаки мнимой, направлена на создание искусственной задолженности кредитора, и обстоятельств дела, должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по договору, и не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если определение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в рамках дела о банкротстве).

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований кредиторов в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Судом обоснованно приняты во внимание возражения вышеуказанных лиц кредиторов о фиктивности правоотношений, признаках мнимости сделки с целью создания искусственной задолженности.

В качестве доказательств наличия финансовой возможности выдачи займа ФИО7 ссылалась на то, что в связи с реализацией 24.08.2017 принадлежавшей ей квартиры она располагала денежными средствами в размере 7 000 000 руб. Вместе с тем, надлежащим образом оформленный договор, содержащий отметку регистрирующего органа об акте государственной регистрации перехода права собственности на объект недвижимости с присвоенным номером регистрационной записи, совершенной в ЕГРН не представлен. А равно не представлено надлежащих доказательств получения ФИО7 от покупателей (ФИО9 и ФИО10) оплаты по данному договору купли-продажи, содержащего условие о безналичном порядке расчетов с использованием расчетного счета ФИО7, открытого в ПАО "Сбербанк" (п. 2.3 договора). Кроме того, доказательства аккумулирования и сохранения денежных средств в сумме 7 000 000 руб. до даты выдачи первого займа (30.08.2018), то есть в течение года, также не представлено кредитором.

Судом первой инстанции установлено из представленных Межрайонной ИФНС № 40 по Республике Башкортостан сведений, что у подателя требований имелись текущие счета и счета по вкладами в иных банках (например, в АО «Альфа Банк», АО «ЮниКредитБанк», АО «БКС Банк»), сведения о движении денежных средств по которым не раскрыты кредитором. 

Довод возражающих кредиторов о транзитном характере движения денежных средств между счетами подателем требования не опровергнут. 

При этом представленные сведения подтверждают хранение денежных средств подателем требования в банковских учреждениях на постоянной основе, получение дохода от вкладов в банках, а предоставление денежных средств третьим лицам, в том числе должнику, не прослеживается по этим счетам. 

Материалами дела действительно подтверждается довод ФИО7 о том, что согласно расходным кассовым ордерам она получала в 2018 и 2019 годах наличные денежные средства со своих счетов в банках (т. 1 л.д. 70-77). 

Так, согласно позиции заявителя и выпискам по его счетам в период с 18.07.2018 по 06.11.2019 ФИО7 были сняты со счетов денежные средства в сумме 7 594 704,07 руб. и переданы должнику - в сумме 6 495 500 рублей. 

При этом из таблицы, составленной и приведенной самим кредитором в дополнительных пояснениях от 31.03.2022 (т. 1 л.д. 92), следует, что ни даты снятия денежных средств со счетов, ни суммы снятых денежных средств не сопоставимы с датами и суммами в квитанциях к приходным кассовым ордерам, представленных в обоснование внесения заемных денежных средств в кассу должника. 

В тоже время из сведений по счетам/вкладам ФИО7 следует, что полученные денежные средства аккумулировались ею для осуществления торгов на Московской бирже (ММВБ), приобретения иностранной валюты в наличной форме, внесения денежных средств на иные счета и т.д.

Судом принят во внимание анализ, выписок по счетам кредитора, произведенный ООО «Независимый юридический центр «Персональная защита», из которого установлено, что ФИО7 в ПАО «Сбербанк» был открыт счет в иностранной валюте (доллары США) № 40817840106000172046, на который 20.03.2020 были внесены наличные денежные средства в сумме 9 000 долларов США, направленные в этой сумме на валютный рынок по брокерскому договору. 13.04.2020 в такой же сумме (9 000 долларов США) денежные средства были возвращены с торговой сессии валютного рынка Московской биржи (ТС ВР МБ) и 16.04.2020 выданы заявителю в наличной форме.

По указанному счету № 40817840106000172046 за период с 24.01.2018 по 18.01.2021 поступление иных сумм денежных средств, кроме обозначенных 9 000 долларов США, как в наличной, так и в безналичной форме, отсутствует. 

При этом 18.01.2021 в качестве возврата с торговой сессии валютного рынка Московской биржи на счет ФИО7 № 40817840106000172046 поступило 102 000 долларов США, эквивалентные 7 501 620,60 руб., которые 02.02.2021 сняты в наличной форме в размере 102 000 долларов США, эквивалентном 7 701 540,60 руб. Соответственно, с учетом отсутствия сведений об иных источниках поступления денежных средств на брокерский счет ФИО7, можно сделать вывод о том, что поступившие с брокерского счета денежные средства аккумулированы за счет внесения наличных денежных средств, ранее полученных со счетов в банковских учреждениях.

Кроме того, заявитель указывает на снятие со счета № 40817810206002746627 денежных средств в сумме 1 725 000 рублей для передачи должнику в то время, как по этому же счету имеется два взноса наличных денежных средств от ФИО7 на сумму 2 000 000 рублей (21.08.2019 - на сумму 1 000 000 рублей и 20.03.2020 - на сумму 1 000 000 рублей). 

Ссылаясь на предоставление должнику 450 000 рублей по беспроцентным договорам займа от 15.04.2019 и от 19.04.2019, заявитель указывает на то, что предварительно 21.02.2019 денежные средства были сняты в сумме 1 900 004,68 руб. со счета № 42304810806000434169 (закрытие вклада «Лови выгоду»). В тоже время счет № 42304810806000434169 по вкладу «Лови выгоду» был открыт заявителем 12.02.2019 путем безналичного перечисления с иного счета и через 9 дней (21.02.2019) закрыт, несмотря на то, что минимальный срок размещения средств на вкладе согласно условиям его размещения составлял 5 месяцев под 7,1 % годовых. 

Таким образом, вышеописанные обстоятельства свидетельствуют о том, что полученные в наличной форме денежные средства аккумулировались заявителем для осуществления торгов на Московской бирже (ММВБ), покупки валюты, открытия новых депозитов.

Согласно представленному ПАО «Сбербанк» отчету брокера (выписке по брокерскому счету ФИО7 - т. 2 л.д. 13-15 с оборотами) брокерский счет открыт ФИО7 23.10.2009. В рассматриваемый период с марта 2018 по октябрь 2020 года подателем требования заключено 20 сделок по приобретению ценных бумаг на сумму 12 215 116,50 руб. и только 1 сделка по продаже ценных бумаг на сумму 2 125 000 руб. Следовательно, даже сумма полученных подателем требования в банках денежных средств с депозитов недостаточна для обеспечения возможности осуществить операции на фондовым рынке по приобретению ценных бумаг.

Апелляционному суду представляется обоснованным сомнение суда первой инстанции в отношении того, что кредитором выбран именно способ наличной формы расчетов учитывая, что согласно позиции заявителя денежные средства снимались с его счетов в банках. 

Кредитором не раскрыта причина неперечисления денежных средств в безналичном порядке, учитывая, что он активно использовал безналичную форму расчетов, осуществлял переводы в адрес третьих лиц, а также в рассматриваемый период имел 7 счетов в ПАО «Росгосстрах Банк» и 14 счетов в ПАО «Сбербанк», а всего в ПАО «Сбербанк» заявителем было открыто 52 счета.

Судом проанализирован доход ФИО7, отраженный в справках по форме 2-НДФЛ (т. 1 л.д. 125-146), поступивших из Межрайонной ИФНС № 40 по Республике Башкортостан.

Установлено, что размер ее налогооблагаемого дохода с разбивкой по годам составил: 

- за 2016 год - 607 926,5 руб.; 

- за 2017 год - 14 832 руб.; 

-за 2018 год - 386 096 руб. (займов с должником оформлено на общую сумму 1 716 500 руб.); 

-за 2019 год - 910 404,65 руб. (займов с должником оформлено на 2 980 000 руб.); 

-за 2020 год - 2 594 038,53 руб. (займов с должником оформлено на 1 800 000 руб.).

При этом за 2020 год основные суммы доходов заявителя: 851 120 руб., 1 674 584,08 руб. отражены как «дивиденды» (код дохода 1010), а сумма 2 610 000 руб. отражена как «доходы, полученные по операциям с ценными бумагами, обращающимися на организованном рынке ценных бумаг» (код дохода 1530), однако она полностью учтена в составе налогового вычета (код 201), уменьшающего налогооблагаемую базу, как расход в виде уплаченного по договору доверительного управления клиентом банку вознаграждения (Письмо ФНС России от 13.07.2021 № БС-4-11/9867@), поэтому по строке "Налоговая база" налоговым агентом ("Газпромбанк" АО) отражена сумма дохода ФИО7 - 851 120 руб. (т. 1 л.д. 137).

Из вышеизложенного следует, что заявитель осуществлял инвестиционную деятельность посредством совершения сделок с ценными бумагами на фондовом рынке, а не путем передачи наличных денежных средств должнику, а объективная возможность и реальность предоставления наличных денежных средств подателем требования должнику опровергается имеющимися доказательствами по делу.

Кроме того, судом установлен факт заинтересованности и аффилированности кредитора с должником через ее родного брата - ФИО8, являвшегося руководителем ООО «Керамос» с 05.11.2015 по 07.10.2020 и участником с долей 26 % уставного капитала с момента создания общества вплоть до 26.10.2020, данный факт не оспаривается заявителем. А также установлена заинтересованность кредитора с должником через бывшего супруга ФИО2 Судом установлено и кредитором не оспаривается, что согласно реквизитам договоров займа ее адресом регистрации и проживания является: 

<

...>. Этот же адрес не позднее 2002 года указывается в качестве адреса регистрации ФИО2. При этом в марте 2019 года и ФИО7 и ФИО2 последовательно изменили адрес регистрации на один и тот же: 

<

...>, что не типично для бывших супругов, разведенных с 1997 года.

Кроме того, как верно указано судом первой инстанции, для независимых лиц, не имеющих личных доверительных отношений, явно не характерна выдача совместной доверенности на представление интересов одним и тем же представителям. В тоже время согласно материалам настоящего дела ФИО2 и ФИО7 11.08.2020 совместно выдали нотариально удостоверенную доверенность № 02АА5271175 на представление их интересов в организациях, учреждениях, предприятиях любых форм собственности, в органах государственной власти и т.д. сроком на 10 лет.

Не представлены доказательства того, что полученные должником от ФИО7 наличные денежные средства были использованы им именно на погашение долгов перед уполномоченным органом и третьими лицами, 

Сообщения ПАО "Сбербанк" в адрес ФИО8 о переводах денежных средств за ООО «Керамос» третьим лицам, в том числе в бюджеты РФ и внебюджетные фонды, произведенных со счета и вклада ФИО8 в банке, представленные 22.08.2022 ФИО2, таковыми доказательствами не являются, поскольку не свидетельствуют о получении ФИО8 денежных средств от должника (ни посредством перечисления со счета ООО «Керамос» на счет ФИО8, ни посредством выдачи ему наличных денежных средств из кассы предприятия в соответствии с должным образом оформленными расходными кассовыми ордерами).

Более того, на расчетные счета ООО «Керамос» (ни в АО "Россельхозбанк", ни в АО КБ "Банк Оренбург") не поступали соответствующие суммы денежных средств, принятие которых в кассу предприятия по договорам займа оформлено представленными квитанциями к приходным кассовым ордерам.

В качестве экономической целесообразности выдачи займа ФИО7 указала, что вложения займодавцем денежных средств в ООО «Керамос» происходило в расчете на получение дохода за счет процентной ставки, что является свидетельством наличия деловой цели в предоставлении займа. Возврат же обеспечивался наличием дорогостоящего недвижимого имущества - земельного участка, чья стоимость значительно превышает совокупный размер займов" (письменные объяснения от 01.03.2022 - т. 1 л.д. 66).

Вместе с тем, судом установлено и следует из материалов дела, что пять из числа перечисленных договоров займа не содержат условия об их предоставлении под какой-либо процент. Более того, в них четко предусмотрено условие о том, что они являются беспроцентными (например, пункт 1.2 договора займа от 19.01.2019, согласно которому должнику были переданы денежные средства в размере 2 000 000 руб. - т. 1 л.д. 20). При этом в большинстве квитанций к приходным кассовым ордерам (в 11 из 12) в качестве основания указано: «на нужды предприятия», в 9 из 12 квитанций к приходным кассовым ордерам ссылка на договоры займа вообще отсутствует.

Возврат займов на дату их предоставления кредитором не мог обеспечиваться наличием у должника дорогостоящего недвижимого имущества - земельного участка, поскольку он был реализован гораздо раньше заключения первого из числа рассматриваемых договоров займа - 14.05.2018 - по оспариваемому конкурсным управляющим договору купли-продажи земельного участка, заключенному ООО «Керамос» в лице ФИО8 с ФИО7, которая сама представила копию данного договора в рамках иного обособленного спора. Цена данного договора купли-продажи земельного участка была согласована кредитором и должником в сумме 2 313 000 руб., что незначительно превышает лишь одну из сумм займа, предоставленного 19.01.2019 - 2 000 000 руб., но не соотносима с общей суммой последовательно выданных должнику займов.

В этот же день, 14.05.2018, ООО «Керамос» в лице ФИО8 реализовало ФИО7 два ликвидных актива общества, необходимых для осуществления основного вида его производственной деятельности - добычи глины, а именно: железнодорожный подъездной путь протяженностью 218 погонных метров и участок железнодорожного пути протяженностью 305 метров по договорам купли-продажи за 901 000 руб. и за 1 258 650 руб. соответственно. 

Данные договоры купли-продажи также оспариваются конкурсным управляющим ФИО4 в другом обособленном споре в рамках настоящего дела о банкротстве должника, как совершенные во избежание обращения взыскания на ликвидное имущество должника безденежные сделки, по итогам совершения которых ФИО7 стала лишь номинальным держателем активов должника, продолжавшим фактическое их использование.

Таким образом, апелляционный суд соглашается с мнением суда первой инстанции, что позиция кредитора относительно наличия деловой цели в последовательном предоставлении не возвращаемых займов должнику и их достаточной обеспеченности его активами, явно носит противоречивый, непоследовательный характер и опровергается материалами дела.

С учетом изложенного, материалами дела  не доказана реальность передачи  займа, а также то, куда полученные должником денежные средства направлены, а также экономическая целесообразность выдачи последующих займов, в том числе, с учетом того, что предыдущий долг не погашен, также экономическая целесообразность выдачи займа именно наличными денежными средствами.

Оценив представленные сторонами доказательства с позиций статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  апелляционный, суд соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для включения требования в реестр требований кредиторов должника.

Судом полностью, всесторонне исследованы представленные в дело доказательства, вынесен законный, обоснованный судебный акт.

Довод ФИО7 о том, что суд не предлагал представить договор от 24.08.2017, не принимается. 

Согласно статье 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Документы, представляемые в арбитражный суд и подтверждающие совершение юридически значимых действий, должны соответствовать требованиям, установленным для данного вида документов (ч. 4 ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку для перехода права собственности Законом ГК РФ и Законом о государственной регистрации недвижимости предусмотрена обязательная государственная регистрация перехода права собственности, надлежащим доказательством является договор с отметкой о государственной регистрации либо выписка из ЕГРН.

Вопреки вышеуказанному доводу определением от 31.03.2022 суд предложил кредитору представить: дополнительные документально подтвержденные сведения о наличии финансовой возможности выдачи займов на заявленные суммы;  письменные пояснения относительно экономической целесообразности последовательного заключения договоров займа с должником с учетом неисполнения последним обязательств по возврату заемных денежных средств. Определение суда не исполнено ни к дате следующего судебного заседания, ни до окончания рассмотрения обособленного спора.

Довод об отсутствии аффилированности опровергается материалами дела.

Довод о том, что обязанность по контролю правильности отражения займов и документальное оформление их расходования возложено на директора организации не опровергает вывод об искусственности отношений, с учетом иных обстоятельств, установленных судом.

Наличие экономической обоснованности выдачи займов физическим лицом, вопреки доводу апелляционной жалобы ФИО2, является обстоятельством, имеющим существенной значение для дела, что следует из вышеприведенных норм права.

Доводы  о том, что  все  документы  переданы конкурсному управляющему и у  кредитора отсутствует  возможность  доказать  факт получения  денежных средств должником, кроме  того, в  другом споре   бухгалтер  подтвердил получение  денежных средств  через кассу,  опровергается тем, что   оплата  налогов  и заработной  платы  производилась  не через кассу   или расчетный  счет должника, а за счет  средств  ФИО8

Ведение  непрозрачных схем расчетов, не отражение выручки  на счете  общества   не позволяет   суду удостовериться   в источнике   денежных средств, являются  ли  эти  денежные средства   средствами  должника  или  третьих лиц. Учитывая, что кредитор  является  аффилированным  лицом  к руководителю должника, суд первой  инстанции  обоснованно  поставил по  сомнение  выдачу  значительной  суммы  займа  при том, что кредитор    мог  получать  значительный  доход  за счет  вложения  данных средств в ценные  бумаги.

Иные доводы апелляционных жалоб также опровергаются материалами дела, направлены на переоценку правильных выводов суда, а потому оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Определение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в обжалуемой части в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.  

В соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины по настоящей жалобе не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 13.09.2022 по делу № А47-14001/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, ФИО7 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяМ.Н. Хоронеко 

Судьи:          Л.В. Забутырина

 

                                                                                         И.В. Калина