ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Суворова, д. 21, Севастополь, 299011, тел. 8 (8692) 54-74-95  www.21aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А83-23044/2021

город Севастополь

27 ноября 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20.11.2023  В полном объёме постановление изготовлено 27.11.2023  

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе  председательствующего Евдокимова И.В., судей Колупаевой Ю.В., Сикорской Н.И.,   при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания секретарем ФИО1,  при участии:  

участник общества с ограниченной ответственностью «Кодар» в лице ФИО2, личность удостоверена паспортом гражданина Российской Федерации;  

от ФИО3 – ФИО4, представитель по доверенности от  29.09.2023 б/н,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с  ограниченной ответственностью «Кодар» в лице участника ФИО2  на решение Арбитражного суда Республики Крым от 13 апреля 2023 года по делу  

 № А83-23044/2021 (судья Ильичев Н.Н.) по иску ФИО2 

к обществу с ограниченной ответственностью «Кодар»  

(ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ФИО3, 

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных  требований относительно предмета спора:  

Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики  Крым, ФИО5, ФИО6,  

о признании сделки недействительной, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее - истец) обратился в Евпаторийский городской  суд Республики Крым с исковым заявлением к обществу с ограниченной  ответственностью «Кодар» (далее - ООО «Кодар»), ФИО3 о  признании сделки между ООО «Кодар» и ФИО3, повлекшей переход права  собственности на недвижимое имущество, расположенное по адресу: Республика Крым,  

<

...>, кадастровый номер 90:18:010112:154,  недействительной и применений последствий недействительности сделки.  

Исковые требования обоснованы тем, что, по мнению истца, у ответчика  отсутствовало право на заключение сделки, ввиду отсутствия согласия органа  юридического лица, являющегося в этом случае обязательным.  

Определением от 23.08.2021 исковое заявление принято Евпаторийским городским  судом Республики Крым к рассмотрению, возбуждено гражданское дело № 2-1272/2021.  

 

Определением Евпаторийского городского суда Республики Крым от 20.10.2021  материалы дела № 2-1272/2021 переданы на рассмотрение по подсудности в  Арбитражный суд Республики Крым.  

Решением Арбитражного суда Республики Крым от 13.04.2023 в удовлетворении  исковых требований отказано.  

Решение суда первой инстанции мотивировано, в том числе, тем, что участник  общества ФИО2, действуя добросовестно и разумно, присутствуя лично или через  своего представителя на назначенных к проведению общих собраниях участников ООО  «Кодар» в период с 25.09.2019 по 30.04.2021 года, а также надлежащим образом получая  адресованную ему от лица общества ответную корреспонденцию на его же направленное  в общество уведомление, мог и должен был узнать о запланированном и непосредственно  состоявшемся отчуждении спорного объекта недвижимости не позднее, чем в период с  27.03.2020 по 30.04.2021 года.  

Вместе с тем, с исковым заявлением о признании сделки недействительной истец  обратился первоначально в суд общей юрисдикции лишь спустя полтора года с момента  ее заключения, после осуществления государственной регистрации перехода права  собственности на спорную недвижимость: 02.08.2021 года, то есть за пределами  установленного законом годичного срока исковой давности.  

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ФИО2 обратился в  Двадцать первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, просит  решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об  удовлетворении заявленных требований.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции при принятии  решения неполно установил обстоятельства, имеющие существенное значение для  правильного рассмотрения настоящего спора, а также неправильно применил нормы  материального права.  

По мнению апеллянта, суд не учёл, что под критерии лица обладающего  заинтересованностью в сделке попадает заключивший договор купли-продажи директор  (представитель в силу устава) ООО «Кодар» ФИО6, являющийся лицом  уполномоченным на распоряжение 80 % долей уставного капитала ООО «Пульс», в  котором ИП ФИО3 является генеральным директором. Заинтересованность в  сделке существует по признаку участия директора ООО «Кодар» ФИО6 в органе  управления иного юридического лица ООО «Пульс» в рамках которого ФИО6  наделён правом давать ответчику ФИО3 обязательные для его указания,  следовательно, по этому признаку ФИО6 является контролирующим, а ответчик  ФИО7 контролируемым лицом.  

Допущенное судом нарушение норм материального права, по мнению истца,  заключается в неправильном применении статьи 45 Закона № 14-ФЗ, поскольку суд не  учёл, что в силу закона, заинтересованность в сделке не ставится в зависимость от того, в  каком статусе (продавец или покупатель) выступает сторона сделки.  

Также апеллянт считает, что срок исковой давности на обращение в суд с данными  исковыми требованиями не пропущен.  

Более подробные доводы изложены в апелляционной жалобе.  

ФИО3 представил отзыв на апелляционную жалобу, просил оставить её без  удовлетворения, решение суда первой инстанции без изменений, по тем основаниям, что  сторонами оспариваемой сделки являются ООО «Кодар» (Продавец) и индивидуальный  предприниматель ФИО3 (Покупатель). Оспариваемая сделка не затрагивает права  и законные интересы ООО «Пульс», не порождает для него возникновение каких-либо  обязательств.  

По мнению ответчика, выводы истца о наличии у ИП ФИО8 и ООО «Кодар»  взаимной заинтересованности в заключении оспариваемой сделки, ничем не обоснованы,  а приведенные истцом положения действующего законодательства РФ - статьи 45  Федерального закона от 08.02.1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной  

 

ответственностью», не должны быть истолкованы так, как это делает истец в своем  исковом заявлении и апелляционной жалобе, полагая что занимаемая Дмитриевым А.В.  должность генерального директора в ООО «Пульс» (мажоритарным участником которого  числится ООО «Кодар»), является прямым доказательством того, что самостоятельный  участник хозяйственного оборота ИП Дмитриев А.В. - это лицо, в отношении которого  директор ООО «Кодар» Лопатюк В.В. наделен правом давать обязательные для него  указания, и того, что данный индивидуальный предприниматель вправе принимать  решения по сделкам, выгодоприобретателем которых является ООО «Кодар».  

Индивидуальный предприниматель ФИО3 не является лицом, имеющим  право давать ООО «Кодар» обязательные для него указания. Директор ООО «Кодар»  ФИО6 не является лицом, наделённым правом давать обязательные указания  индивидуальному предпринимателю ФИО3 и не является контролирующим  лицом в отношении ИП ФИО3  

Ответчик считает, что судом первой инстанции законно и обоснованно сделан  вывод о том, что оспариваемая истцом сделка с участием ООО «Кодар» и ИП  ФИО3 не может быть расценена как сделка, совершенная с  заинтересованностью, в соответствии с требованиями Федерального закона от 08.02.1998  года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».  

Как указывает ответчик, относительно удовлетворения судом первой инстанции  заявления ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, апеллянтом не было  учтено, что изначально истец ФИО2 02.08.2021 года обратился с рассматриваемым  исковым заявлением в Евпаторийский городской суд Республики Крым.  

Определением от 23.08.2021 года заявление истца было принято Евпаторийским  городским судом Республики Крым к рассмотрению, возбуждено гражданское дело  

 № 2-1272/2021. Определением Евпаторийского городского суда Республики Крым от  20.10.2021 года материалы дела № 2-1272/2021 переданы на рассмотрение по подсудности  в Арбитражный суд Республики Крым.  

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 01.12.2021 года приняты  материалы дела № 2-1272/2021 по исковому заявлению ФИО2 к  ООО «Кодар», ФИО3, возбуждено производство по делу  

 № А83-23044/2021. 

По мнению ответчика, суд первой инстанции правильно квалифицировал  рассматриваемую сделку как оспоримую, поскольку в силу п. 2 ст. 181 ГК РФ, срок  исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о  применении последствий её недействительности составляет один год.  

Материалами дела подтверждается, что директором ООО «Кодар» 20.02.2020 года  было получено письмо-уведомление от участника Общества ФИО2, датированное  13.02.2020 года (после заключения спорного Договора), в котором он утверждает, что ему  известно о том, что директор Общества проводит отчуждение движимого и недвижимого  имущества Общества.  

В ответ на вышеназванное уведомление ФИО2 - директор ООО «Кодар»,  направил участнику ФИО2 заказное письмо, содержащее, в том числе, документ за  исх. № 31 от 25.02.2020 года. Направление указанной корреспонденции в адрес ФИО2 подтверждается копией платежной квитанции (с указанием РПО29741242038356).  

Довод истца, о том, что в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства  того, что по платежной квитанции (с указанием РПО29741242038356) было отправлено  именно письмо за исх. № 31 от 25.02.2020 года, ответчик считает несостоятельным,  поскольку единственным доказательством содержания направленного адресату почтового  направления является соответствующая опись вложения в письмо или бандероль с  объявленной ценностью, однако ни нормами действующего законодательством РФ, ни  уставом ООО «Кодар» не установлена обязанность общества направлять юридически  значимые сообщения его участникам именно письмами с описью вложения.  

 

Кроме того, Синько М.В., являясь добросовестным участником ООО «Кодар», имел  возможность самостоятельно установить содержание адресованного ему от лица  Общества почтового направления с указанием РПО29741242038356, ознакомиться с  информацией журнала регистрации входящих и исходящих сообщений ООО «Кодар»,  запросить соответствующие сведения у Общества (поскольку согласно имеющегося в  материалах дела отчета об отслеживании направления с почтовым идентификатором  29741242038356 указанное письмо было вручено почтальоном отправителю).  

Таким образом, документально подтверждается, что истец был осведомлён об  отчуждении Обществом имущества в феврале 2020 года, так как он сам направил в  Общество уведомление от 13.02.2020 года о несогласии на отчуждение имущества.  

С учётом изложенного, ФИО2, считая себя участником ООО «Кодар»,  действуя добросовестно и разумно, надлежащим образом реализуя корпоративные права,  принимая во внимание, что сделки по отчуждению активов общества и переход права  собственности были зарегистрированы в ЕГРН 25.06.2020 года, носящий публичный  характер, имел реальную возможность узнать о нарушении своих прав ранее 02.08.2021  года - даты обращения с иском в Евпаторийский городской суд Республики Крым.  

Повторно рассмотрев дело по правилам статей 266, 268 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, изучив его материалы, оценив доводы  апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного  акта, суд апелляционной инстанции установил следующие обстоятельства.  

Как следует из сведений ЕГРЮЛ ФИО2 является участником  Общества с ограниченной ответственностью «Кодар» (ОГРН: 

<

***>), размер  принадлежащей ему доли в уставном капитале общества составляет 50%. Также  участником указанного общества с размером доли в уставном капитале в 50% является  ФИО5.  

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015  года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации», участник корпорации, обращающийся в  установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении  причинённых корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании  заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о  применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу  закона является её представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения,  а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК  РФ).  

Таким образом, в данном случае ООО «Кодар» является истцом по делу,  представителем которого является участник общества - ФИО2  

В соответствии с договором купли-продажи нежилого помещения от 10.02.2020  года, продавец - ООО «Кодар» продает, а покупатель - индивидуальный предприниматель  ФИО3 покупает недвижимое имущество: нежилое помещение, кадастровый  номер 90:18:010112:154, площадью 76,4. кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, этаж – подвал, находящееся в здании  многоквартирного дома.  

Цена отчуждаемого имущества согласно п. 2.1 договора была определена в размере  335 000 руб.  

Из материалов дела следует, что в счёт погашения долга ООО «Кодар» перед ИП  ФИО3 стороны произвели взаимозачёт на сумму 7 207 817,33 рублей (в том  числе по обязательствам ИП ФИО3 в части оплаты цены договора за спорное  нежилое помещение).  

В письме от 10.02.20 года в адрес Государственного комитета по государственной  регистрации и кадастру Республики Крым за подписью директора ООО «Кодар»  ФИО6, а также главного бухгалтера ФИО9 указывалось, что стоимость  

 

отчуждаемого нежилого помещения № 12 в г. Евпатория, пр-кт Ленина, 49 не превышает  25 % активов общества, соответственно сделка не является крупной и не требует  одобрения участников общества.  

Согласно представленной ФИО3 копии отчёта № 1968 об оценке  рыночной (среднерыночной) стоимости нежилого помещения от 2019 года, итоговая  стоимость помещения № 12 в 

<

...> составляла 333 000 рублей.  

Полагая, что указанная сделка совершена с заинтересованностью, а так же что у  ответчика отсутствовало право на её заключение, ввиду отсутствия согласия органа  юридического лица, являющегося в этом случае обязательным, истец обратился в  арбитражный суд с данными исковыми требованиями.  

Проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в порядке  главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав  доводы апелляционной жалобы и материалы дела, суд апелляционной инстанции  приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта, по  следующим основаниям.  

Так отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции  обоснованно исходил из того, что в соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК  РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её  таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания  (ничтожная сделка).  

Сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или  государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость  получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не  следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица,  управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть  признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе (пункт  1 статьи 173.1 ГК РФ).  

Сделка, совершённая представителем или действующим от имени юридического  лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого  или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску  представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом,  по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая  сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или  для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о  сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического  лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам  юридического лица (пункт 2 статьи 174 ГК РФ).  

В пункте 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25  «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского  кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оспоримая сделка может быть признана  недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица,  оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия  (абзац второй пункта 2 статьи 166 ГК РФ). При этом, не требуется доказывания  наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям,  указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 ГК РФ, когда нарушение прав и  охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия,  предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или  лица, действующего от имени юридического лица без доверенности.  

С учётом изложенного, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о  том, что в данном случае спорная сделка относится к оспоримым сделкам.  

При этом, любая сделка общества, если она не приводит к прекращению  деятельности общества или изменению её вида либо существенному изменению её  

 

масштабов, считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности,  пока не доказано иное (пункт 4 статьи 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ  «Об акционерных обществах», пункт 8 статьи 46 Федеральный закон от 08.02.1998 № 14- ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»). Бремя доказывания совершения  оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.   В ходе рассмотрения дела в суде первой и апелляционной инстанций, Синько М.В.  указывал на нарушение положений Устава ООО «Кодар», предусматривающих  обязательность процедуры принятия общим собранием Общества решений о совершении  крупной сделки, а также сделок с заинтересованностью (пп. 17-18 п.2 ст. 13 Устава  Общества).  

По мнению истца, оспариваемая сделка должна быть квалифицирована как сделка,  совершенная с заинтересованностью.  

Вместе с тем, суд первой инстанции правильно исходил из того, что согласно части  1 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с  ограниченной ответственностью» сделкой, в совершении которой имеется  заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется  заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества,  единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа  общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица,  имеющего право давать обществу обязательные для него указания.  

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в  случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и  сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные  организации):  

- являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в  сделке;  

- являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной,  выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;  

- занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося  стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также  должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.  

Для целей настоящей статьи контролирующим лицом признается лицо, имеющее  право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия  в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного  управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или)  акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является  осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации,  более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации  либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50  процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации.  Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо,  находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица.  

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана  недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по  иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его  участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа  голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и  доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что  сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется  заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом  отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для  признания такой сделки недействительной (абзац 2 пункта 6 статьи 45 ФЗ «Об ООО»).  

 

В тоже время, как правильно указал суд первой инстанции, индивидуальный  предприниматель Дмитриев Анатолий Викторович не является: контролирующим лицом  Общества; либо лицом, имеющим право давать Обществу обязательные для него  указания; либо членом коллегиального исполнительного органа Общества; должности в  органах управления ООО «Кодар» не занимал и не занимает.  

Доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО3 может быть отнесён к  лицу, имеющему заинтересованность в сделке, в силу статуса генерального директора  учреждённого ООО «Кодар» иного юридического лица (ООО «Пульс»), по мнению  судебной коллегии, не основаны на положениях ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью», следовательно, оспариваемая сделка с участием ООО «Кодар» и ИП  ФИО3 не может быть расценена как сделка с заинтересованностью в  соответствии с положениями Федерального закона от 08.02.1998 года № 14-ФЗ «Об  обществах с ограниченной ответственностью».  

Кроме того, ни суду первой, ни апелляционной инстанций не истцом не  представлено доказательств того, что спорная сделка, повлекла явный ущерб для ООО  «Кодар».  

Представленный ФИО3 отчёт об оценке имущества истцом не  опровергнут, ходатайств о назначении судебной экспертизы им также не заявлялось.  

Относительно применения судом первой инстанции срока исковой давности,  судебная коллегия исходит из следующего.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ, срок исковой давности по  требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении  последствий её недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности  по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под  влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец  узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для  признания сделки недействительной.  

Согласно части 2 статьи 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по  заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока  исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является  самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.  

Ответчиком – ИП ФИО3 заявлено о пропуске истцом и применении  исковой давности.  

Судебной коллегией установлено, что директором ООО «Кодар» 20.02.2020 года  было получено письмо-уведомление от участника Общества ФИО2, датированное  13.02.2020 года, то есть после заключения спорного договора (10.02.2020 года), в котором  он указывает, что ему известно о том, что директор Общества производит отчуждение  движимого и недвижимого имущества Общества при отсутствии согласия на то участника  общества.  

В ответ на указанное уведомление ФИО2 директор ООО «Кодар» направил  участнику ФИО2 заказное письмо, содержащее, в том числе, документ за исх. № 31  от 25.02.2020 года. Направление указанной корреспонденции в адрес ФИО2  подтверждается копией платежной квитанции (с указанием РП02974124203 83 56).  

При этом, как правильно указал суд первой инстанции, анализ содержания  направленного 25.02.2020 года директором ООО «Кодар» в адрес истца документа (исх.   № 31 от 25.02.2020) позволяет сделать вывод, что единоличный исполнительный орган  Общества уведомил участника ООО «Кодар» ФИО2 о том, что заключённые сделки  по отчуждению имущества были совершены обществом в целях погашения кредиторской  задолженности в порядке досудебного урегулирования.  

Отправленное в адрес ФИО2 вышеназванное заказное письмо прибыло в  место вручения 27.02.2020 г., однако ФИО2 его не получил за весь период  временного хранения в течение 30 дней, с 27.02.2020 года включительно.  

 

31.03.2020 года письмо покинуло сортировочный центр, что подтверждается  Отчётом об отслеживании отправления с почтовым идентификатором № 29741242038356.  

Также до совершения сделок по отчуждению имущества ООО «Кодар»,  директором Общества было назначено внеочередное общее собрание участников ООО  «Кодар» на 25.09.2019 года с включением вопроса в повестку дня «О погашении  кредиторской задолженности ООО «Кодар» перед кредиторами (в том числе участниками  Общества) за счёт реализации принадлежащего ООО «Кодар» движимого и недвижимого  имущества, расположенного по адресу: 

<

...>» (п. 7 предлагаемой  повестки дня), что подтверждается уведомлением о проведении внеочередного собрания  участников ООО «Кодар», направленное участникам 23.08.2019 года.  

Судом первой инстанции было установлено, что на вышеуказанное внеочередное  собрание участник ФИО2 не явился, своего представителя не направил, какие-либо  документы по предложенной повестке дня у Общества не запрашивал, отправленное в его  адрес уведомление не получил, что подтверждается Отчётом об отслеживании  отправления с почтовым идентификатором № 29741235140615.  

Как указывает апеллянт, в постановлении 21-го арбитражного апелляционного суда  от 12.04.2022 года № А83-8376/2021 апелляционная инстанция установила отсутствие  доказательств проведения общих собраний 29.04.2019, 28.08.2020, 29.09.2020, 12.11.2020,  18.12.2020, 26.02.2021 и 30.04.2021 года, а факт проведения собрания 25.09.2019 года в  рамках дела № А83-8376/2021 судом не был установлен.  

Данные обстоятельства, по мнению судебной коллегии, не имеют правового  значения для правильного рассмотрения данного спора, поскольку непредставление в  материалы дела № А83-8376/2021 участниками корпоративного конфликта протоколов  общих собраний участников общества, назначенных за период 29.04.2019 по 30.04.2021  года, не свидетельствует о фактах не назначения и не проведения данных собраний.  

В тоже время, хотя регистрационная ведомость участников общих собраний  общества с ограниченной ответственностью не заменяет собой протокол общего собрания  участников общества, однако она может служить одним из доказательств явки либо  неявки участника общества на назначенное общее собрание.  

Таким образом, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что  участник общества ФИО2, действуя добросовестно и разумно, надлежащим  образом получая адресованную ему от лица общества ответную корреспонденцию на его  же направленное в общество уведомление, мог и должен был узнать о запланированном и  непосредственно состоявшемся отчуждении спорного объекта недвижимости не позднее,  чем в период с 27.03.2020 по 30.04.2021 года.  

Из материалов дела следует, что Государственная регистрация перехода права  собственности на основании заключённого спорного Договора, была произведена  Государственным комитетом по государственной регистрации и кадастру Республики  Крым 25.06.2020 года, что подтверждается отметками регистрационного органа на  спорном Договоре, сведения об этом внесены в Единый государственный реестр  недвижимости и носят публичный характер.  

Суд первой инстанции правильно указал, что истец, при своей обозначенной в  феврале 2020 года осведомлённости об отчуждении обществом объектов недвижимости  мог своевременно направить запрос о получении сведений из ЕГРН, запросить у общества  все необходимые документы по сделкам и своевременно обратиться с исковым  заявлением об оспаривании сделки в суд, однако с исковым заявлением о признании  сделки недействительной истец обратился изначально в суд общей юрисдикции спустя  полтора года с момента её заключения, после осуществления государственной  регистрации перехода права собственности на спорную недвижимость - 02.08.2021 года,  то есть за пределами установленного законом годичного срока исковой давности, в связи с  чем, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.  

Учитывая всё выше изложенное, коллегия судей полагает, что доводы подателя  

 

апелляционной жалобы не могут быть приняты во внимание, поскольку не опровергают  выводов суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что не может  являться основанием для отмены судебного акта.  

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при  рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено,  решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, соответствует  материалам дела и действующему законодательству, нормы материального и  процессуального права не нарушены и применены правильно, судом полностью выяснены  обстоятельства, имеющие значение для дела, в связи с чем оснований для отмены или  изменения решения не имеется.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение  апелляционной жалобы относятся на подателя жалобы.  

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 части 1 статьи 269, статьёй 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцать первый  арбитражный апелляционный суд,   

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Крым от 13 апреля 2023 года по делу 

 № А83-23044/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с  ограниченной ответственностью «Кодар» в лице участника ФИО2  - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия в порядке, установленном статьей 275 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий И.В. Евдокимов  Судьи  Ю.В. Колупаева   Н.И. Сикорская