904/2022-198709(1) 

 

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 апелляционной инстанции по проверке законности и обоснованности судебного акта

Дело № А65-15841/2019

г. Самара

28 сентября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 сентября 2022 года.  Полный текст постановления изготовлен 28 сентября 2022 года.  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К., судей Львова Я.А., Машьяновой А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

без участия лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного  заседания,  

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционные жалобы ФИО2,  ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики  Татарстан от 25.07.2022 по заявлению конкурсного управляющего ООО «Ормигон»,  г.Казань, ФИО4 о привлечении ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности  по обязательствам ООО «Ормигон»  

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.06.2019 принято  к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Ормигон»,  г.Казань, (далее – должник) о признании его несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан 25.07.2019  (резолютивная часть объявлена 23.07.2019) в отношении должника введена процедура  наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.12.2019  (резолютивная часть объявлена 03.12.2019) должник признан несостоятельным  (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение  обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на ФИО4.  

В Арбитражный суд Республики Татарстан 22.03.2021 поступило заявление  конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО3, ФИО5 и ФИО2 (далее - ответчики) к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.09.2021  

заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Ормигон», г.Казань, ФИО4 удовлетворено частично.  ФИО2 и ФИО3 привлечены к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «Ормигон».  

Приостановлено производство вопросу об установлении размера субсидиарной  ответственности до окончания конкурсным управляющим ООО «Ормигон» расчетов с  кредиторами.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.03.2022  производство по заявлению возобновлено, назначено судебное заседание.  

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд  Республики Татарстан вынес определение 25.07.2022 следующего содержания:  «определить размер субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО2 по обязательствам общества с  ограниченной ответственностью «Ормигон», г.Казань, равным 15946816,16 руб.  

Взыскать с ФИО3 и ФИО2 солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью  «Ормигон», г.Казань, денежные средства в размере 15946816,16 руб.  

Отказать в удовлетворении заявления и.о. конкурсного управляющего общества  с ограниченной ответственностью «Ормигон», г.Казань, ФИО4 о взыскании с ФИО3 убытков в размере  11267258,72 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере  2387262,36 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами,  начисляемых на общую взысканную сумму (включая основной долг и судебные  расходы) поставке рефинансирования ЦБ РФ 7,5% годовых до фактического  исполнения судебного акта, о взыскании с ФИО2 убытков  в размере 4549000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в  размере 1112915,59 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами,  начисляемых на общую взысканную сумму (включая основной долг и судебные  расходы) поставке рефинансирования ЦБ РФ 7,5% годовых до фактического  исполнения судебного акта.»  

ФИО3 обратился в Одиннадцатый арбитражный  апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда  Республики Татарстан от 25.07.2022. Вышеуказанная апелляционная жалоба принята к  производству определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от  23.08.2022.  

ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный  апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда  Республики Татарстан от 25.07.2022. Вышеуказанная апелляционная жалоба принята к  производству определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от  23.08.2022.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и  месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого  арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети  «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным  статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте  рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах  Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской  Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих  представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба  рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного  

процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в  соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом  первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов  содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и  имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности  (банкротства).  

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие  действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица  несут субсидиарную ответственность солидарно.  

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен  совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований  кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и  требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по  причине недостаточности имущества должника (п. 8, п. 11 ст. 61.11 Закона о  банкротстве).  

Суд первой инстанции установил, что согласно реестру требований кредиторов  должника от 07.07.2022, размер непогашенных требований составляет 12129272,02 руб.  Также, как установил суд первой инстанции,, в соответствии с представленными и.о.  конкурсного управляющего сведениями, размер требований кредиторов, учитываемых  «за реестром», составляет 1759493,53 руб., размер непогашенных текущих расходов –  2442120,51 руб.  

Непогашенные текущие обязательства должника представляют собой  вознаграждение конкурсного управляющего (ст. 20.6 Закона о банкротстве), расходы на  публикации в газете «Коммерсантъ», на ЕФРСБ, на оплату бухгалтерских,  нотариальных, банковских услуг, почтовые, транспортные расходы. Данные расходы  подтверждены первичными документами (платежными документами, почтовыми  квитанциями, публикациями, актами, выставленными счетами, электронными  билетами, командировочными удостоверениями), являются обоснованными, связаны с  исполнением конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о  банкротстве должника.  

Суд первой инстанции указал, что поскольку ФИО2 и ФИО3  привлечены к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения  реестра, размер их ответственности составляет совокупную сумму требований  кредиторов по реестру, требований, заявленных после закрытия реестра требований, и  текущих обязательств.  

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом  арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при  рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (ч. 2  ст. 69 АПК РФ).  

Признание преюдициального значения судебного решения, направленное на  обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение  возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом  при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом  по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для  его разрешения. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания  

непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой  определенности. В качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции  во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по  вновь открывшимся обстоятельствам. Данная правовая позиция закреплена в  Определении Конституционного Суда РФ от 06.11.2014 N 2528-О «По запросу  администрации Краснодарского края о проверке конституционности части 2 статьи 69  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» и Постановлении  Президиума ВАС РФ от 20.11.2012 N 2013/12 по делу N А41-11344/11.  

Исходя из разъяснений п. 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от  21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к ответственности при банкротстве», изложенный в резолютивной части  определения о приостановлении производства по делу вывод суда о наличии оснований  для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности  является общеобязательным (статья 16 АПК РФ), что исключает повторную проверку  этого вывода после возобновления производства по обособленному спору на основании  абзаца первого пункта 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве.  

Суд первой инстанции указал, что посчитал, что ответчиками в данном случае не  доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по их  вине, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет  них.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции посчитал необходимым  установить размер субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3 по  обязательствам должника равным 15946816,16 руб., взыскать указанную сумму с  ФИО2 и ФИО3 солидарно в пользу ООО «Ормигон».  

В то же время, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что основания для  взыскания с ФИО2 и ФИО3 убытков и процентов за пользованием  чужими денежными средствами судом не установлены.  

Как установил суд первой инстанции, требования и.о. конкурсного  управляющего о взыскании убытков предъявлено в связи с тем, что ответчиками как  бывшими руководителя должника осуществлено присвоение принадлежащих  последнему денежных средств.  

Так, определениями Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.10.2020 и  28.10.2020 по настоящему делу установлено, что ФИО5 в полном объеме  осуществлена оплата по договору купли – продажи от 20.06.2017, что подтверждается  копиями платежных поручений № 49780 от 21.06.2017, № 74600 от 29.06.2017,  квитанций к приходным кассовым ордерам № 36 от 10.07.2017, № 33 от 03.07.2017, № 32  от 30.06.2017, № 31 от 26.06.2017, № 47 от 31.07.2017, № 46 от 27.07.2017, № 43 от  24.07.2017, № 39 от 17.07.2017, № 56 от 25.08.2017, № 54 от 15.08.2017, № 51 от  07.08.2017, № 50 от 04.08.2017, № 60 от 22.09.2017, № 59 от 14.09.2017, № 58 от  08.09.2017, № 57 от 31.08.2017, № 67 от 27.10.2017, № 64 от 20.10.2017, № 63 от  11.10.2017, № 62 от 06.10.2017, № 71 от 10.11.2017, № 69 от 03.11.2017, № 68 от  31.10.2017, № 61 от 27.09.2017, № 75 от 08.12.2017, № 74 от 30.11.2017, № 73 от  24.11.2017, № 72 от 16.11.2017, № 78 от 29.12.2017, № 77 от 22.12.2017, № 76 от  14.12.2017 на общую сумму 15799258,72 руб., а также по договору купли – продажи от  01.11.2017, что подтверждается оригиналами квитанций к приходным кассовым  ордерам № 83 от 15.12.2017, № 3 от 15.01.2018, № 71 от 08.12.2017, № 71 от 29.11.2017,   № 89 от 25.12.2017, № 62 от 20.11.2017, № 51 от 02.11.2017, № 53 от 10.11.2017 на общую  сумму 1280000 руб. В качестве оплаты по договору от 28.01.2016 по квитанции от  24.08.2017 ФИО6 передал должнику 50000 руб., 27.09.2017 ФИО6  перечислил должнику 50000 руб., 12.10.2017 – 50000 руб., 30.10.2017 – 50000 руб.  

Доказательства поступления указанных денежных средств в кассу должника  ответчиками, исполнявшими обязанности руководителей в период получения  

денежных средств, а именно ФИО2 и ФИО3, не представлены. И.о.  конкурсного управляющего ссылался на отсутствие кассовой книги, документов,  подтверждающих расходование денежных средств в интересах должника. По мнению  и.о. конкурсного управляющего, действиями ответчиков должнику причинен ущерб,  поскольку они не передали полученные денежные средства в кассу или на расчетный  счет должника, чем причинили ООО «Ормигон» убытки.  

Вместе с тем, названные обстоятельства послужили основанием для  привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности, что  установлено определением Арбитражного суда РТ от 09.09.2021 по настоящему делу.  Из мотивировочной части данного судебного акта следует, что ответчикам вменялось  отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по  ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством  Российской Федерации, к моменту принятия решения о признании должника  банкротом, в результате чего существенно затруднено проведение процедур,  применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация  конкурсной массы.  

С учетом излжоенного, суд первой инстанции констатировал, что за указанные в  заявлении о взыскании убытков действия (бездействие) ответчики уже привлечены к  субсидиарной ответственности.  

В силу пункта 6 статьи 61.20 Закона о банкротстве привлечение лица к  субсидиарной ответственности, не препятствует предъявлению к этому лицу  требования, предусмотренного пунктом 1 настоящей статьи, в части, не покрытой  размером субсидиарной ответственности.  

Из указанного следует, что само по себе взыскание убытков в части, не  покрытой субсидиарной ответственностью, возможно, однако данное положение закона  должно применяться к ситуациям, когда основания привлечения к ответственности в  виде убытков отличны от оснований привлечения к субсидиарной ответственности.  

Субсидиарная ответственность и возмещение убытков являются мерами  гражданско-правовой ответственности, при этом привлечение к ответственности лица в  виде взыскания убытков по тем же основаниям, по которым контролирующее  должника лицо уже привлечено к субсидиарной ответственности, приведет к  повторному привлечению к гражданской ответственности за одни и те же действия, что  нормами действующего законодательства не предусмотрено.  

В данном случае, как установил суд первой инстанции, заявленные конкурсным  управляющим основания взыскания с ответчиков убытков за непредставление  документации и основания для привлечения их к субсидиарной ответственности за  совершение этих же действий (бездействия) фактически тождественны.  

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции посчитал, что  предъявление требований к контролирующим должника лицам, основанных на тех же  самых обстоятельствах, представляет собой повторное привлечение их к  ответственности по одним и тем же основаниям, что недопустимо, в связи с чем  оснований для удовлетворения заявления и.о. конкурсного управляющего в части  взыскания с ответчиков убытков не имеется. Суд первой инстанции сослался также на  применимую судебную практику (постановление Арбитражного суда Поволжского  округа от 17.01.2022 по делу А12-35538/2017).  

Согласно пункту 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания  денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат  уплате проценты на сумму долга.  

При этом необходимо учитывать, что начисление процентов за неисполнение  денежного обязательства по правилам статьи 395 ГК РФ представляет собой меру  ответственности – минимально необходимую законную неустойку на случай  отсутствия иной законной или договорной неустойки; обязательство по уплате  

процентов является акцессорным (дополнительным) по отношению к основному  обязательству. Акцессорность обязательства по уплате процентов проявляется, в  первую очередь, в связанности возникновения: обязательство по уплате процентов не  может возникнуть без обязательства по уплате суммы основного долга.  

Суд первой инстанции указал, что судебный акт о взыскании с должника  процентов за пользование чужими денежными средствами или о включении таких  процентов в реестр требований кредиторов должника (помимо уже включенных в  реестр) отсутствует, в связи с чем взыскание с ФИО2 и ФИО3  процентов, которые не были установлены в качестве задолженности должника,  противоречит действующему законодательству (постановление Арбитражного суда  Московского округа от 25.08.2021 N Ф05-17622/2021 по делу N А40-983/2021). При  этом требование о включении в размер субсидиарной ответственности мораторных  процентов не заявлено.  

С учетом перечисленного, в удовлетворении заявления и.о. конкурсного  управляющего должника о взыскании с ФИО2 и ФИО3 убытков и  процентов за пользование чужими денежными средствами суд первой инстанции  отказал.  

Арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены  обжалуемого судебного акта.  

Доводы апелляционных жалобы сводятся к несогласию с наличием оснований  для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.  

Однако, как обоснованно указал суд первой инстанции, в соответствии с частями  2 и 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом  арбитражного суда или суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному делу, не  доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела.  

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики  Татарстан от 09.09.2021 ФИО2 и ФИО3 привлечены к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «Ормигон».  

Как установлено судом первой инстанции в данном акте, конкурсному  управляющему, первичные документы, подтверждающие наличие активов, имущество  должника, в полном объеме не переданы.  

Согласно отчету конкурсного управляющего от 13.04.2021, в конкурсную массу  включено имущество балансовой стоимостью 13820 тыс. руб. В соответствии с копией  инвентаризационной описи основных средств от 10.03.2020, размещенной на ЕФРСБ, у  должника выявлено нежилое помещение стоимостью (по данным бухгалтерского  учета) 21237323,42 руб. По результатам оценки на ЕФРСБ конкурсным управляющим  также опубликовано сообщение, согласно которому балансовая стоимость нежилого  помещения составляет 11056000 руб. Из представленных в дело копий описей  вложения в письмо от 19.09.2019, 23.09.2019, 25.09.2019, 16.10.2019, почтовых  квитанций не следует получение конкурсным управляющим документов по активам на  сумму по бухгалтерской отчетности.  

Суд первой инстанции указал, что какие-либо пояснения относительно разницы  между стоимостью выявленного имущества и данными бухгалтерского баланса  ФИО3 как последним руководителем на момент признания должника  банкротом не даны. При этом последний бухгалтерский баланс, отражающий  стоимость имущества, сдан в налоговый орган именно им.  

В силу пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017   № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника  лиц к ответственности при банкротстве», при решении вопроса о том, какие нормы  подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (п. 1 статьи 10  Закона о банкротстве, статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной  

ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае  оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего  лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на  деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия  изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели  экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.  

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими  лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению  подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о  банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на  основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в  статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к  объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие  по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.  

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал  вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к  положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При  недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но  доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную  ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает  решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.  

В данном случае, вступившим в законную силу судебным актом (определение  Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.09.2021) уже установлено, что  действия ответчиков привели к невозможности полного удовлетворения кредиторов и  имеются основания для их привлечения к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника в связи с непередачей конкурсному управляющему  имущества должника и документов о его финансово-хозяйственной деятельности.  

Также суд первой инстанции обоснованно сослался на то, что в силу пункта 6  статьи 61.20 Закона о банкротстве привлечение лица к субсидиарной ответственности,  не препятствует предъявлению к этому лицу требования, предусмотренного пунктом 1  настоящей статьи, в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности. То  есть данное положение закона применяется к ситуациям, когда основания привлечения  к ответственности в виде убытков отличны от оснований привлечения к субсидиарной  ответственности.  

В данном случае, не установив соответствующих различий, суд первой  инстанции обоснованно не нашел оснований для взыскания убытков.  

Доводы апелляционной жалобы в данном случае фактически направлены на  уменьшение размера ответственности за счет пересмотра оснований ответственности,  что с учетом наличия вступившего в законную силу судебного акта по данному  вопросу, недопустимо.  

Судом первой инстанции дана подробная и мотивированная оценка доводам  заявления, доводы апелляционной жалобы, по существу, повторяют первоначальные  доводы заявителя и сводятся к несогласию с их оценкой судом первой инстанции.  

Несогласие заявителей с оценкой, установленных по делу обстоятельств не  может являться основанием для отмены судебного акта.  

Доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, основаны на  неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены  и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое  значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и  законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с  

чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить  основанием для отмены оспариваемого судебного акта.  

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным  судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае  исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права  применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.  Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой  инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным  основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не  установлено.  

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к  выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам  жалоб и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.  

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2022 по делу   № А65-15841/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы без  удовлетворения.  

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного  месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий Д.К. Гольдштейн 

Судьи Я.А. Львов  

 А.В. Машьянова