СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15861/2020(3)-АК

Дело № А60-69907/2019

24 мая 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 мая 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 мая 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Макарова Т.В.,

судей Нилоговой Т.С., Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции:

от ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 08.12.2020, паспорт);

от ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 04.05.2022, паспорт);

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего должника ФИО6

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 25 января 2022 года о включении требований ФИО4 в размере 6762118 руб. 30 коп. в третью очередь реестра требований кредиторов должника, 

вынесенное в рамках дела № А60-69907/2019

о банкротстве ФИО7 (ИНН 

<

***>),

третье лицо: ФИО8,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.12.2019 к производству суда принято поступившее в суд 11.12.2019 заявление ФИО2 о признании ФИО7 несостоятельнфм (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.02.2020 (резолютивная часть от 17.02.2020) заявление ФИО2 признано обоснованным, в отношении ФИО7 введена процедура банкротства – реструктуризация долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО6, член Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное Агентство Арбитражных Управляющих». 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.07.2020 (резолютивная часть от 29.06.2020) ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев – до 29.12.2020. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО6

Соответствующие сведения опубликованы на сайте ЕФРСБ 06.07.2020 (сообщение № 5171769) и в газете «Коммерсантъ» № 121(6842) от 11.07.2020.

В Арбитражный суд Свердловской области 08.09.2020 поступило заявление ФИО4 о включении требований в размере 6854129 руб. 30 коп. в реестр кредиторов должника.

Требования мотивированы наличием неисполненных должником обязательств по возврату займа в сумме 6 854 129 руб. 30 коп., подтвержденной решением Октябрьского районного суда города Екатеринбурга от 31.10.2019 по делу № 2-4777/2019.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, кредитор ФИО2 заявил о мнимости займа.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.01.2022 требования ФИО4 в размере 6 762 118 руб. 30 коп., в том числе 5 468 000 руб. основного долга, 647 059 руб. 15 коп. процентов за пользование займом, 647 059 руб. 15 коп. процентов за пользование денежными средствами включены в реестр требований кредиторов должника с очередностью удовлетворения в составе третьей очереди. В остальной части производство по требованию прекращено.

Финансовый управляющий ФИО6, не согласившись с принятым судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение отменить и принять новый судебный акт, которым в полном объеме отказать в удовлетворении требований ФИО4

В апелляционной жалобе настаивает на том, что требование ФИО4 не подлежало включению в реестр требований кредиторов должника ввиду отсутствия доказательств наличия финансовой возможности исполнить обязательство перед ФИО7 по передаче денежных средств в размере 5 468 000 руб. Считает, что представленные в материалы дела выписки по счетам не подтверждает наличие или отсутствие финансовой возможности ФИО4 для выдачи займа наличными денежными средствами, поскольку из указанных выписок невозможно установить назначение, цель и получателей денежных средства, указанных в выписках с пометкой «списание», в том числе снятие ФИО4 наличных денежных средств. Обращает внимание суда, что обстоятельства, на которые ссылается ФИО4 в обоснование требований о включении в реестр кредиторов должника схожи с обстоятельствами, на которые ссылался ФИО2 при рассмотрении своего требования. Считает, что поскольку судом при рассмотрении требования одного кредитора была установлена фактическая аффилированность, поскольку при рассмотрении требования другого кредитора в этом же банкротом деле при аналогичных обстоятельствах также должна быть установлена фактическая аффилированность, а именно как аффилированность между ФИО4 и ФИО7, так и между ФИО4 и ФИО8 Ссылаясь на позицию верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении по делу № А40-177314/2016 от 20.09.2018, настаивает на том, что несмотря на вступивший в законную силу судебный акт, на который ссылается ФИО4 суд первой инстанции должен был предъявить к ФИО4 повышенный стандарт доказывания обоснованности требования, проверить требование более углубленно, нежели это было сделано судом общей юрисдикции. Считает, что судом первой инстанции были оставлены без внимания доводы кредитора ФИО2 о недоказанности финансовой возможности. Ссылаясь на то, что в суде первой инстанции конкурсным кредитором ФИО2 и финансовым управляющим были заявлены ходатайства об истребовании доказательств наличия финансовой возможности ФИО4, настывает на том, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении указанных ходатайств, в связи с чем просит истребовать из Межрайонной ИФНС России № 23 по Челябинской области, ПАО «Сбербанк» документы и сведения по банковским счета ФИО4, а также обязать ФИО4 представить доказательства наличия финансовой возможности у ФИО8 выдать ФИО4 денежных средства по договору беспроцентного займа на сумму 2 000 000 руб. Кроме того, указывает на то, что требования ФИО4 не подлежат удовлетворению, поскольку ФИО7 не является должником в обязательстве, на котором основано требование. Ссылаясь на то, что ФИО7 выступал в отношениях с ФИО4, как директор ООО «Город без долгов», настаивает на том, что ФИО7 не является должником перед ФИО4, ФИО7 является ненадлежащим ответчиком.

До начала судебного заседания от ФИО2 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором кредитор поддерживает доводы финансового управляющего, считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным; просит определение суда отменить, апелляционную жалобу, а также ходатайства об истребовании документов удовлетворить. 

От ФИО4 поступил письменный отзыв, в котором последний просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, а также заявленное в апелляционной жалобе ходатайство об истребовании документов и сведений.

Представитель ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям изложенным в письменном отзыве, а также против удовлетворения ходатайство об истребовании документов и сведений. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Ходатайства об истребовании дополнительных документов и сведений рассмотрено в порядке статьи 159 АПК РФ и отклонено судом апелляционной инстанции, поскольку удовлетворение данного ходатайства не приведет к установлению юридически значимых для рассмотрения апелляционной жалобы обстоятельств.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд полагает, что определение суда первой инстанции подлежит изменению по следующим основаниям.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X «Банкротство граждан», регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 названного Закона. В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

Требования кредиторов рассматриваются в порядке, установленном статьей 71 настоящего Федерального закона.

В силу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона. 

Согласно статьям 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, поскольку может иметь место злонамеренное соглашение должника и конкретного кредитора с целью причинения вреда имущественным правам иных кредиторов либо с целью ведения контролируемого банкротства. 

Таким образом, в деле о банкротстве включение задолженности в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами. 

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Таким образом, исходя из заявленного требования и подтверждающих документов, арбитражный суд проверяет обоснованность предъявленных к должнику требований, определяется характер, размер и обязательства, не исполненные должником. При этом судом может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе ее исполнения, подтвердить реальность правоотношений. Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Стороны в соответствии со статьями 8, 9 АПК РФ пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807, пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества в срок и в порядке, предусмотренные договором займа. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

В силу статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить сумму займа в порядке и сроки, определенные договором займа.

В соответствии со статьей 811 ГК РФ в случае нарушения заемщиком срока возврата займа, на эту сумму подлежат начислению неустойка, независимо от уплаты процентов, предусмотренных договором займа.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда города Екатеринбурга от 31.10.2019 с должника в пользу кредитора взыскано 5 468 000 руб. – задолженность по договору займа от 22.12.2017; 647 059 руб. 15 коп. – проценты за пользование заемными средствами по части 1 статьи 809 ГК РФ; 647 059 руб. 15 коп. – проценты по части 1 статьи 811 ГК РФ, 50 000 руб. – расходы по оплате услуг представителя и 42 011 руб. – расходы по уплате государственной пошлины. 

В соответствии с частью 1 статьи 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П разъяснено, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Свойством преюдиции обладают обстоятельства, составляющие фактическую основу ранее вынесенного по другому делу и вступившего в законную силу решения, когда эти обстоятельства имеют юридическое значение для разрешения спора, возникшего позднее.

В силу пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В силу абзаца второго пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Данное положение направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта (статья 16 АПК РФ).

Таким образом, при наличии вступившего в законную силу решения суда общей юрисдикции, подтверждающего состав и размер требований кредитора, арбитражный суд определяет возможность их предъявления в процессе о несостоятельности и очередность удовлетворения, но не рассматривает спор по существу. 

С учетом изложенного, установленные вышеуказанным решением обстоятельства имеют преюдициальное значение для данного дела и не подлежат доказыванию вновь.

С учетом изложенного, судом первой инстанции правомерно отклонены доводы финансового управляющего, а также кредитора о том, что заявителем не представлено достаточных доказательств наличия и размера задолженности. 

Как предусмотрено пунктом 24 постановления пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт.

Согласно указанным разъяснениям право конкурсного кредитора и арбитражного управляющего обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование конкурсного кредитора, является правовым механизмом, обеспечивающим право на судебную защиту лиц, не привлеченных к участию в деле, в том числе тех, чьи права и обязанности обжалуемым судебным актом непосредственно не затрагиваются.

Данный механизм (но не предъявление возражений против подтвержденного судебным актом требования в рамках дела о банкротстве) обеспечивает право на справедливое судебное разбирательство в целях наиболее полной его реализации и подразумевает наличие у лица, обращающегося с соответствующей жалобой по делу, в котором оно до этого не принимало участия, права представить новые доказательства и заявить новые доводы в обоснование своей позиции по спору (пункт 37 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017) от 26.04.2017).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 26.10.2020 финансовый управляющий должника обратился в Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга с заявлением об отмене решения Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 31.10.2019 и ходатайством о восстановлении пропущенного срока на подачу заявления об отмене заочного решения.

Определением Октябрьского районного суда города Екатеринбурга от 01.12.2020 (оставленным без изменения апелляционным определением Свердловского областного суда от 04.03.2021) в удовлетворении заявления о восстановлении пропущенного процессуального срока отказано, заявление об отмене заочного решения оставлено без рассмотрения.

Как верно отмечено судом первой инстанции, процессуальный закон обязывает лиц, участвующих в деле, доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, а арбитражный суд - оценивает эти доказательства (в том числе их взаимную связь в совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и отражать результаты оценки доказательств в судебном акте (статьи 8, 9, 65, 71 АПК РФ).

Общие правила доказывания предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием к должнику обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (в том числе и денежных средств), иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления со стороны должника по рассматриваемому обязательству).

Однако в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.

По мнению конкурирующего кредитора, договор займа является мнимой и недействительной сделкой на основании ст. 10, 168, 170 ГК РФ. 

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Согласно пункта 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. 

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

В обоснование довода о мнимости оспариваемого договора конкурирующий кредитор ссылается на то, что заявитель не имел финансовой возможности реально передать должнику заявленную в расписке сумму, т.е. оспаривает договор займа по безденежности.

Вместе с тем, как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на момент выдачи займа у заявителя имелся счет в ПАО «Банк ВТБ», обороты по которому за ноябрь-декабрь 2017 года составили 1 400 105 руб. 37 коп. 

Кроме того, в ПАО «Сбербанк» были открыты два счета – в валюте «российский рубль» и в валюте «доллар США». В подтверждение финансовой состоятельности заявителем предоставлены выписки по электронным кошелькам WEBMONEY за период с 2014 года в валюте «рубль», справку об остатке денежных средств по долларовому счету, открытому в АО «Тинькофф Банк».

Из пояснений заявителя следует, что помимо счетов в кредитных организациях у ФИО4 в распоряжении имелись наличные денежные средства – собственные сбережения и накопления. Также, с целью выдачи займа должнику кредитор 18.12.2017 заключил договор займа с ФИО8 на сумму 2000000 руб. на срок до 31.08.2018. С целью возврата займа кредитор 25.06.2018 продал принадлежавшую ему квартиру по адресу: 

<

...> Победы, д. 10, кв. 50 по цене 2 200 000 руб.

При этом судом первой инстанции верно отмечено, что кредитором последовательно защищались свои права. Иск о взыскании задолженности заявлен в разумный срок после наступления срока возврата денежных средств. До предъявления иска в июле 2018 года кредитор обратился с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении должника по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

На основании заявления ОМВД России по Каслинскому району ГУ МВД России по Челябинской области была инициирована доследственная проверка (материал № 2999). В рамках проведения доследственной проверки были взяты пояснения как самого заявителя, так и пояснения лица, сопровождавшего заявителя при контактах с должником, а также объяснения самого должника, который подтвердил получение денежных средств в указанном размере от ФИО4 и подтвердил факт составления расписки.

Ввиду установления указанных обстоятельств, в том числе факта передачи денежных средств заявителем должнику, 10.08.2018 было принято постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – отсутствие состава преступления. 

С учетом изложенного, вопреки доводам заявителя жалобы, судом первой инстанции обоснованно отклонены возражения конкурирующего кредитора о том, что заявителем не представлено достаточных доказательств факта передачи денежных средств и наличия у заявителя финансовой возможности передать должнику денежные средства в заявленном размере.

Вопреки доводы заявителя жалобы, достаточных доказательств, с очевидностью свидетельствующих о том, что подлинная воля кредитора и должника при заключении договора займа, оформленного в виде расписки от 22.12.2017, не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении договоров займа, воля сторон сделки была направлена на совершение мнимой сделки, что они не имели намерения их исполнять, что сторонами произведено лишь формальное исполнение сделок, суду не представлено.

При этом, как верно отмечено судом первой инстанции, исходя из обстоятельств, открывшихся при предъявлении постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.08.2018, конкурирующим кредитором заявлены доводы о притворности расписки от 22.12.2017, поскольку фактически денежные средства переданы в качестве предварительной оплаты по договору купли-продажи.

Из содержания пояснений кредитора и должника, представленных в ходе доследственной проверки, судом установлено, что денежные средства были переданы заявителем должнику с целью последующего приобретения последним майнинговых устройств и передачи их в собственность заявителя. 

Согласно пункта 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. 

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Существенными условиями договора купли-продажи являются условия, определяющие его предмет – наименование и количество товара, подлежащего передаче продавцом покупателю на возмездной основе.

Кредитором и должником существенные условия договора купли-продажи не согласованы. Кредитор и должник, как следует из буквального содержания расписки, договорились о передаче заявителем денежных средств должнику с условием возврата через 2 месяца. Передача одним лицом денежных средств другому лицу на условиях срочности и возвратности соответствует предмету договора займа. При этом, материалами доследственной проверки подтверждено, что соответствующая форма договорных отношений была выбрана сторонами при совместном волеизъявлении и отвечала интересам как заявителя, так и должника. 

Доводы заявителя жалобы относительно того, что ФИО7 является ненадлежащим ответчиком, поскольку не является должником в обязательстве, на котором основано требование; о том, что денежные средства заявителем были переданы не должнику, а ООО «Город без долгов», директором которого должник являлся на момент совершения оспариваемой сделки, при этом должник, выдав расписку поручился за исполнение обязательств, отклоняются судом апелляционной инстанции как необоснованный, противоречащий фактическим обстоятельствам по данному делу, а также с учетом обстоятельств, установленных вступившими в законную силу решением Октябрьского районного суда города Екатеринбурга по делу № 2-4777/2019.

С учетом изложенного, установив, что оснований для признания договора займа, оформленного распиской от 22.12.2017, ничтожной сделкой, исходя из доводов сторон и представленных в материалы спора доказательств, не имеется, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что требование кредитора ФИО4 подлежат включению в реестр требований кредиторов должника в сумме 6762118 руб. 30 коп., в том числе 5468000 руб. основного долга, 647059 руб. 15 коп. процентов за пользование займом, 647059 руб. 15 коп. процентов за пользование денежными средствами, подтвержденной решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 31.10.2019.

При этом в пункте 22 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что если требование было включено в реестр на основании вступившего в законную силу судебного акта, то при последующей отмене этого последнего акта определение о включении этого требования в реестр может быть пересмотрено по новым обстоятельствам (пункт 1 части 3 статьи 311 АПК РФ) в ходе любой процедуры банкротства.

В силу пункта 3 статьи 213.27 требования кредитора в сумме 6 762 118 руб. 30 коп. подлежат включению в третью очередь реестра.

Согласно п. 3 ст. 137 Закона о банкротстве требования кредиторов третьей очереди по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, в том числе за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате обязательных платежей, учитываются отдельно в реестре требований кредиторов и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Поскольку сумма 647 059 руб. 15 коп. взыскана как проценты за пользование денежными средствами по правилам статьи 811 ГК РФ, требование в соответствующей части учитывается отдельно в реестре требований кредиторов и подлежит удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 31.10.2019 вступило в законную силу 22.01.2020, т.е. после возбуждения производства по настоящему делу о банкротстве.

В силу пункта 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» обязанность по возмещению судебных расходов (расходов на оплату услуг представителя, государственной пошлины и т.д.), понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, для целей квалификации в качестве текущего платежа считается возникшей с момента вступления в законную силу судебного акта о взыскании указанных расходов.

С учетом изложенных выше разъяснений требование в части судебных расходов – 50000 руб. расходов по оплате услуг представителя и 42011 руб. расходов по уплате государственной пошлины – является текущим, не включается в реестр, производство по заявлению в соответствующей части подлежит прекращению.

Апелляционный суд считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству. 

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со статьей 71 АПК РФ и не могут являться основанием для отмены судебного акта.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При подаче апелляционной жалобы на определения, не перечисленные в подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 25 января 2022 года по делу № А60-69907/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Т.В. Макаров 

 

Судьи

 

Т.С. Нилогова 

 

Л.В. Саликова